Законы подлости

— Шелдон, — пролепетал Леонард, растерянно оглядывая свои промокшие брюки. — Это правда… это правда ты? У меня не слуховые галлюцинации? — Я подумал, что ты заслуживаешь быть осчастливленным чарующими звуками моего голоса. — Так ты всё это время не разговаривал мне назло?! — Шелдон выглядел так, словно его ударили. Леонард был знаком с этим выражением слишком хорошо и надеялся больше никогда, никогда его не увидеть. — Прости, я знаю, что это не так. Только не молчи больше, ладно? Шелдон задумался, как будто всерьёз решал, какой вариант выбрать, а потом едва заметно качнул головой. — Мне больше не нравится молчать. Я никогда не молчал так долго. Только однажды, когда мне было десять. — Леонард затаил дыхание. Наверное, с его стороны некрасиво было так хищно ожидать продолжения этой личной истории, но… к чёрту. — Как-то раз отец приказал мне заткнуться, и я подумал, что энергия, сэкономленная на метании бисера перед свиньями, поможет мне в продвижении работы над созданием новой модели ядерного оружия. — Леонард поперхнулся. — Но ни модель, ни обет молчания мне в равной степени не удались. Леонард не стал уточнять, только ли кричал его отец или сделал что-то ещё. — Радж и Говард уже давно мнутся за дверью, — сказал он. — Я знаю, что они напугали тебя, но не пора ли дать им второй шанс? Шелдон дёрнул плечом, и Леонард счёл это знаком согласия. — Как ты, друг? — Радж прошёл внутрь на цыпочках, и это было бы смешно — в других обстоятельствах. Говард неловко кашлял в кулах, покачиваясь с пятки на носок, и явно пытался найти предел широте своей улыбки. Шелдон разглядывал свои ладони, будто в кожном узоре была скрыта главная формула теории струн, и Леонард больше не мог всего этого выносить. Он наверняка вытворил бы что-то безумное, но ситуацию спасла Пенни — это всегда было по её части. — А я не с пустыми руками! — провозгласила она, подавая Шелдону коробки. — Вы, ребята, всё время торчите за компьютерами, так что… я подумала, это будет хорошим стартом. Шелдон распаковал верхнюю из коробок. — Что это? — он выглядел так, словно вот-вот готовился заполучить новую паническую атаку. Пенни озабоченно повернулась к Леонарду. — Он же не тронулся умом? — Очень в этом сомневаюсь. Шелдон, что нужно сказать в ответ? — Ты вообще понимаешь, что я использую компьютер не только для того, чтобы початиться со своими подружками? — возмущённо пробормотал тот. — Словосочетание «оперативная память» что-нибудь говорит тебе? — Оно говорит мне, что Шелдон вернулся. Я так рада, что даже не обижусь. — Нужно отвечать «спасибо», — встрял Леонард и с преувеличенной радостью схватил вторую коробку. — Спасибо, Пенни! — Вспомни его благодарность, когда увидишь свой подарок на помойке. Шелдон говорил быстрее обычного, словно пытался компенсировать своё долгое молчание, но Леонарда уже не так-то просто было обмануть. Несколько последних дней научили его видеть. Это было странно, учитывая, что он прожил бок о бок с Шелдоном уже много лет, но, как оказалось, жизнь бок о бок разительно отличалась от жизни в постоянном внимании, волнении и контроле. — У нас тоже есть подарок, — сообщил Говард. — Преступника задержали сегодня утром. Он обчистил уже три квартиры в вашем квартале. Ему грозит срок — или хотя бы пристальная слежка. Он не побеспокоит вас больше. Так что… Шелдон… можешь не волноваться на этот счёт. Шелдон коротко кивнул в ответ, и Леонард опять почувствовал слабый укол — Шелдон не выглядел ни успокоенным, ни убеждённым. Рациональные призывы теперь действовали на него вполсилы — и хорошо, если только в половину; и если Шелдон вернулся к ним, то не совсем прежний. — Я думаю, нам пора передохнуть и освоиться тут… заново, — сказал он вслух, бросая на гостей строгий взгляд из-под очков. Разбрасываясь наилучшими пожеланиями, те ретировались так быстро, что едва не застряли в двери. Довольный произведённым впечатлением, Леонард плюхнулся на диван рядом с Шелдоном. По сценарию он должен был заявить, что всё наконец-то закончилось, но это не могло быть правдой, пока не могло. Вместо этого он сказал: — Всё наладится. — Шелдон опять дёрнул плечом — Леонард раньше не замечал у него такого жеста. Пальцы его левой руки теребили гипс. — Рано или поздно, так или иначе. Шелдон опять не ответил, и Леонард тяжело вздохнул. Похоже, отныне каждая пауза, взятая Шелдоном, будет пугать, напоминать о днях тягостного молчания. — Нам и правда следует отдохнуть, согласен? Он боялся, что Шелдон опять отстранённо пожмёт плечом, но тот послушно поднялся и направился в уборную. Леонард некстати вспомнил, как пытался вломиться к Шелдону в ванную, и не удержал в себе горького смешка. Хорошо, что дверной замок не стоил дорого. Он не мог позволить себе большого штрафа, не после того как лишился всех заначек. Правда, оставались ещё счета. Леонард впервые подумал о том, что многое придётся начать сначала. Чтобы вернуться хотя бы к подобию прежнего образа жизни, им придётся ощутимо потратиться. А ещё придётся признаться Стюарту, что многочисленные безделушки из его магазина бесследно исчезли. А ещё… А ещё нужно будет смириться с тем, что даже тщательно запланированные дни пиццы и ночи компьютерных игр не сразу вернут Шелдона. Да и коллекцию компьютерных игр придётся покупать заново. — Ты будешь спать у себя? — спросил Шелдон, когда Леонард направился в спальню. Спросил очень робко, без привычной уху Леонарда безапелляционной требовательности. — Предлагаешь другой вариант? — растерянно уточнил Леонард. Родная постель манила его, но по другую сторону баррикад уверенно обосновались беспокойство, смирение и чувство долга. — Ты же не хочешь, чтобы я ночевал в твоей… комнате? Шелдон яростно замотал головой. — Я не давал тебе разрешения заходить в мою комнату, — строго заявил он, и Леонард усмехнулся — похоже, такой награды он ещё не заслужил. — Я подумал… Взгляд Шелдона был больше, чем просто выразительным, и Леонард сдался без слов. — Хорошо. Я буду спать на диване. Но только… Шелдон, мы оба знаем, что мне уже не нужно сторожить дверь. Говард сказал, что преступника поймали. Он больше не сможет вломиться сюда… никогда. — Я понимаю, — быстро отозвался Шелдон. — Проблема в том, что… в том, что… сейчас для меня этого недостаточно. — Он мял в руке край пижамы и выглядел так невинно, что Леонард в очередной раз не поверил в то, что Шелдона можно было избить, самому не скончавшись при этом от угрызений совести. — Я готов признать, что мне ничего не угрожает, но… но… дело уже не только в этом. В следующий раз просто попроси меня о чём-то, ладно? — Не беспокойся, — пробормотал Леонард, тоже отчего-то начавший запинаться. — Я устроюсь рядом с дверью. Даже придвину диван ближе к ней. На пороге спальни Шелдон нерешительно обернулся. — Нет, не двигай, — попросил он. — Иначе придётся заново выискивать его идеальное положение. И спи головой на моём месте, не вздумай класть на него ноги. Леонард торжественно пообещал.