M plus A

Рафаэль Сантьяго стал членом семьи Лайтвуд-Бейн в возрасте пяти лет. Когда мальчик только попал в Нью-Йорк, он был напуган, потерян и не хотел ни с кем разговаривать, но Алеку со временем удалось завоевать его расположение. Сначала они с Магнусом хотели просто поддержать мальчика, но потом поняли, что просто не смогут отпустить его. Поэтому вскоре Рафаэль стал полноправным членом их небольшой семьи. Однако, несмотря на все старания Магнуса, мальчик проникся большим доверием к своему отцу-нефилиму, который ради сына даже выучил его любимые колыбельные на испанском, хотя никогда не ладил с этим языком. — Магс, дай ему время, мальчик только что потерял всю семью, естественно ему пока проще с тем, кто больше напоминает его старый мир, — произносит Алек, обнимая мага со спины и целуя в шею. — Что, так заметно, что я расстроен? — отвечает Бейн, поворачивая голову, чтобы заглянуть в лазурно-голубые глаза. — Не особо, но мне заметно, — полуулыбка и снова лёгкий поцелуй в шею. — Ты ему нравишься, просто он боится снова привязываться к кому-либо. — Но к тебе он явно привязался. Я бы даже сказал, что он уже любит тебя. — А это у меня врождённый талант: снова заставлять любить тех, кто уже отчаялся найти родного человека, — улыбается Алек и нежно целует своего мага.

***

Со временем Рафаэль привыкает к жизни в своей новой семье. С Максом они нашли общий язык почти сразу. С первой встречи маленький маг был просто заворожен юным охотником, который пусть и был всего на два года его старше, но сразу стал неким авторитетом и кумиром, за которым мальчик начал ходить хвостиком. Рафаэль же счёл своей главной обязанностью защищать и оберегать Черничку от невзгод этого мира. С Магнусом отношения тоже наладились, Рафаэль даже перенял привычку младшего брата называть его "Papà" на французский манер. Но Бейну всё равно казалось, что мальчик переодически смотрит на него с неким недоверием, будто продолжает опасаться чего-то. Алек убеждает его, что он просто слишком драматизирует и преувеличивает, говорит, что Рафаэль любит его. Но что может знать молодой нефилим о чувствах другого человека, если ему самому потребовалась уйма времени, чтобы разобраться в своих собственных. Нет, Магнус видел, что мальчик привязался к нему и испытывает тёплые чувства, но он просто не мог не замечать этих обеспокоенных взглядов, которые бросал на него Рафаэль, думая, что маг этого не видит. Да и времени мальчик больше проводил с Алеком, уходя вместе с ним в институт, где отец вместе с остальными нефилимами обучал его охоте на демонов. В последнее время им вообще редко удавалось собираться всем вместе. То Алека вызовут в институт или Аликанте, то Магнуса выдернут на неожиданный, но хорошо оплачиваемый заказ, то детишек забирал кто-нибудь из Лайтвудов, чтобы в очередной раз побаловать племянников. Поэтому они ценили моменты, когда семейству Лайтвуд-Бейн наконец-то удавалось собраться полным составом и куда-нибудь вырваться. Правда Магнус умудрился отделиться от своих мальчиков и во время совместного похода в торговый центр, зависнув у витрины с подводками, в то время как Алек увёл детей за мороженным. И, естественно, продавец-консультант во всю флиртовала с магом, рассказывая про особенности нового средства. Когда Магнуса порядком взбесила настойчивость неугомонной девицы, и он уже собирался доходчиво объяснить, что этот флирт неуместен, сзади раздался уверенный мальчишеский голос: — Вам не стоит так разговаривать с ним, папе это не нравится, — Рафаэль поравнялся с отцом и взял его за руку. — Ой, какой славный мальчик, но может стоит спросить мнения твоего папы? — блондинка ослепительно улыбнулась Магнусу. — Думаю, что Papà тоже не в восторге от этого, — безапелляционно заявил маленький нефилим и потянул Бейна в сторону выхода из магазина. — Ты красивый и без всяких этих странных штук, так что пойдём, а то папа с Максом нас потеряют. — Мой храбрый спаситель, — улыбнулся Магнус, покорно следуя за сыном, оставляя шокированную и разочарованную девушку у стенда с косметикой. — Ну, да, это ведь то, что мы с папой делаем. — В смысле? — Ну, папа и дядя Джейс говорят, что сумеречные охотники были созданы для того, чтобы защищать этот мир. — Чтобы защищать примитивных. — Вообще-то нет, — Рафаэль был настолько шокирован репликой отца, что остановился и внимательно посмотрел на него. — Папа говорит, что нет разницы, кто попал в беду: примитивный или нежить, мы защищаем всех, не обращая внимания на расу, пол или возраст. Поэтому, например, для нас с папой самая главная задача — это защитить Макса и тебя. Разве ты не знал? — маленький нефилим склонил голову на бок, озадаченный неожиданной неосведомленностью papa, который обычно знал всё и вся. Магнус посмотрел на сына, прокручивая в памяти все настороженные взгляды мальчика: вот тот внимательно наблюдает за тем, как маг слишком близко подходит к стенду с только что заточенными клинками, вот Магнус сетует на слишком неадекватного клиента и Рафаэль снова смотрит слишком настороженно, вот Бейн ссорится с Робертом по поводу очередного совета в Аликанте, и мальчик снова слишком обеспокоено смотрит на отца... Всё это время Рафаэль просто переживал, что кто-то может причинить вред Магнусу и пытался понять, как оградить своего papa от этих невзгод, а маг, зациклившись на собственных переживаниях, даже не подумал о таком варианте. Везёт же Бейну на нефилимов, не способных по-человечески выражать свои эмоции... — Малыш, — Магнус присел на корточки, чтобы заглянуть сыну в глаза, — мне четыре сотни лет, я Верховный Маг, меня не нужно постоянно защищать, я и так буду в порядке, я обещаю. Со мной всё будет хорошо и я всегда буду рядом с тобой. — Но разве это не то, что делает семья? Ты до сих пор переживаешь каждый раз, когда папа уходит на охоту, а он один из лучших. Это то, что мы делаем, заботимся и защищаем тех, кого любим. — Я тоже люблю тебя, Раф. — Я знаю, — мальчик улыбнулся и потянул отца за руку, предлагая выпрямиться и последовать за ним, — пошли спасать папу, а то когда Черничка дорвался до мороженного его уже никто не остановит. — Ну да, Черничка и сладости — это всегда катастрофа.