Прынц

Как стало видно почти сразу, Эбби смущалась даже больше самого Карла, предложившего усесться на землю под деревом напротив окон дома. Не стоять же им столбами посреди поляны, дожидаясь, пока поговорят взрослые. - Я ждала, что ты придёшь, - наконец произнесла Эбби, комкая в руках какую-то ткань, заключённую в пластиковое кольцо. Карл впервые видел такое приспособление и не мог даже предположить, зачем оно девчонке, а потому кивнул на тряпицу. - Что это? - Вышивка, - слегка покраснела она, начав разглаживать ткань с нанесённым на неё рисунком. Некоторые цветы уже были вышиты разноцветными нитками, а игла аккуратно вдета в ткань, чтобы не оцарапать владелицу. Воспользовавшись смущением Эбби, Карл покосился на неё, стараясь запомнить каждую черточку. И чуть вьющиеся у ушей пряди волос, и выгоревшие на концах ресницы, и пухлую нижнюю губу, из-за которой лицо девушки выглядело немного детским и словно чуть обиженным. - Что ты так смотришь? - неправильно восприняла она его взгляд. - Сама знаю, что это глупо! Но ты тоже в курсе, что телека и интернета больше нет, а книжки слишком тяжёлые, чтобы таскать их на себе. Курт иногда позволяет прихватить парочку, но их хватает ненадолго. А вышивка требует времени и выдержки, как он нудит, и она до чертиков лёгкая! У меня знаешь сколько этих наборов? И вышитых, и тех, что ещё предстоит вышить… Ууу, ненавижу! Она вдруг вынула иголку из ткани и начала ожесточенно тыкать в рисунок цветочного букета. Карл ошарашенно наблюдал за вспышкой ярости и украдкой оглядывался: а может быть, тут где-нибудь найдётся свинарник? А то он что? Он может и почистить, чего уж там! Мелочи жизни! По сравнении-то с женскими странностями. - У меня комиксов огромная куча, ну и книжки в тю… у нас есть, - не стал пока раскрывать все их секреты по просьбе отца Карл. - Если хочешь, я могу тебе принести. - Правда можешь? - Эбби вдруг схватила его за руку и, увидев что-то в его лице, быстро выпустила и едва заметно улыбнулась. - Принеси, пожалуйста! - А что тебе? - Да что угодно! В последнем месте, где мы останавливались, Курт поранил ногу и после мы только шли, ночевали в лесу и дальше шли. Из книг у нас только Библия, которую я читаю по странице в день, но мне и страницы много, половину не понимаю! Курт зато объясняет. - Он чего, верующий? - отвлекся от мыслей о том, какие комиксы могут понравиться девчонке, Карл. Вот уж чего от этого мужика он не ожидал — так это набожности! - Нет! - рассмеялась Эбби. - Он никогда в Бога не верил, а теперь и подавно. Просто он считает, что эту книгу должен прочесть любой образованный человек. - А ты очень образованная? - хмыкнул Карл и тут же одернул себя: вот сейчас обидится. Но нет, Эбби лишь снова рассмеялась, замерла вдруг, словно с удивлением прислушиваясь к звукам собственного смеха, и растерянно повернулась к нему. - Ты весёлый. - Это нормально? - насторожился Карл. Мало ли что она подразумевает под словом весёлый? Может быть, говорит ему, что он смешной, причём не в самом лучшем смысле этого слова? Опыт общения с девчонками у Карла ограничивался взрослыми, а потому совсем другими женщинами, постоянно язвящей ему Мэри и всяким перлам от Джудит вроде «Ты кабачок!», что от такой фанатки кабачков, как она, было практически признанием в любви. - Ой, прости, я что-то не то сказала? - переполошилась вдруг Эбби. - Я сто лет ни с кем не разговаривала! Тем более своего возраста. И я совсем не знаю, что говорить. Так глупо, да? - Нет, нормально, - подбодрил её Карл и посмотрел на её руку, лежащую на траве совсем рядом с его. Может быть, взять и пожать? Словно в ответ на его мысли в окне показалась рыжая башка Курта, сразу отбившая желание прикасаться к Эбби. Во всяком случае, прямо здесь и сейчас. - А в вашем городе много людей живёт? - поинтересовалась Эбби, к своему счастью, не заметившая нависшей над ними угрозы. - Где? - рассеянно уточнил Карл, исподлобья поглядывая на отходящего от окна Курта. - А-а-а, ну да! У нас много людей! Наверное, уже под сотню. Сначала нас было намного меньше. - Ого! И девушек у вас там, наверное, много, да? - Не особо. - А ты уже целовался? - вдруг беззастенчиво поинтересовалась Эбби, с любопытством заглядывая в его лицо. После минуты молчания, в течение которой Карл пытался найти достойный ответ, она расширила глаза. - Ой! Я опять что-то не то сказала, да? Просто я так часто думаю... Вот если бы сейчас был нормальный мир, у меня был бы парень, я бы ходила с ним на свидания и в кино, получала бы букеты и конфеты, целовалась бы перед домом, а мама бы ругалась, - грустно улыбнувшись, Эбби пояснила: - Это моя сестра старшая так на свидания бегала, перед тем как все это началось, а мама ругалась, что она должна думать о поступлении в колледж. А когда Тереза заболела, мама и сама Ника обнимала, ведь он сутками рядом с Терезой сидел. Наверное, от неё и заразился. И как-то так быстро у него все прошло, что они умерли вместе, их нашли рядом на кровати. А знаешь, что я теперь думаю? - Что? - Что это только мне так красиво рассказали. А на самом деле Тереза умерла и превратилась. И укусила Ника. Вот и вся романтика. Глупо, правда? - Не знаю. О таком Карла никто и никогда задумываться не заставлял. Да и сейчас ему не хотелось. Его больше интересовала сама Эбби и то, почему она находится под властью какого-то там Курта. Но она и сама настроилась продолжить свою историю. - У тебя вот папа есть, знаешь, как это хорошо? Я своего так любила, он был такой классный, возил нас с Терезой на рыбалку и в Диснейленд, научился делать нам прически в школу, когда мы были маленькие, и вообще он был самым лучшим папой в мире! Глядя в полные слёз глаза девчонки, Карл спорить не стал. - Его укусил наш сосед, когда мы уже собрались эвакуироваться из города. А мама? Твоя мама тоже жива? - Нет. Она родила сестру и умерла. - Мне жаль. Это уже сейчас случилось? В этом вашем городе, да? А сестра? Твоя сестра, она… - Она пицца, - криво ухмыльнулся Карл, чтобы поскорей выбросить из памяти образ умирающей матери, который до сих пор вставал перед его глазами во всех подробностях. - Это она так слово принцесса говорит! - Ох, как бы я хотела увидеть маленькую! И пиццу поесть тоже. А то ведь ем одни консервы и иногда мясо, которое Курт добудет на охоте. Ну и витамины постоянно. У нас скудный рацион, - скривилась Эбби. - О многих вещах я только смутно помню. К примеру, какие на вкус свежие помидоры или хлеб. Сладости или чипсы мы иногда находим, но уже редко. - Ну помидоров я могу тебе принести! - обрадовался Карл. - У нас их куча! Мы выращиваем. - Ты такой добрый. А Курт говорит, что все вокруг злые. И сам он злой, - прикусила Эбби губу, взглянув в сторону домика. - Я всегда знала, что он только врет мне. Карл не успел задать интересующий его вопрос о Курте, ведь Эбби снова переключилась на весёлый тон. Иногда он не поспевал за сменой её настроений. Неужели со всеми девчонками так тяжело?! Кажется, отец прав: свинарник почистить и правда легче, чем пытаться понять женщин. - Но ты, главное, комиксы не забудь! Если ты боишься, что мы уйдем скоро, то давай сразу договоримся: я оставлю комиксы на столе. Не бойся, не заберу с собой! А то мы ведь и впрямь можем уйти в любой момент. Кто знает, что ему в голову взбредет. Дверь дома, в сторону которого Эбби послала новый испепеляющий взгляд, открылась, выпуская отца с Куртом, которые застыли на пороге, что-то ещё договаривая. А Карл попытался представить себе такую жизнь на протяжении нескольких лет: в качестве спутника — злой мужик, непонятно что с тобой делающий, из еды лишь консервы, дома нет и постоянная дорога. Вся твоя жизнь и каждый её поворот зависит от того, что взбредет вдруг в голову этому уроду. - Слушай, - Карл понизил голос и быстро спросил, понимая, что времени почти нет: - Этот Курт. Кто он тебе? Почему ты с ним? И тут раздался громоподобный голос пожавшего отцу на прощание руку Курта. - Эбигейл, давай домой! И пинка под зад своему Прынцу, чтоб больше не вертался, дать не забудь! Она торопливо встала и вдруг уронила свою вышивку. Как оказалось, это было лишь уловкой, чтобы задержаться ещё на минуту и торопливо пробормотать: - Он всем говорит, что он мой отчим. Но это не так! - Эбигейл! Вздрогнув, девчонка подбежала к нему и быстро скрылась за дверью дома. А Карл надеялся, что завтра он не будет попусту тратить время и узнает об Эбби гораздо больше. А может быть, отец уже узнал?