— Я люблю тебя такую. — Сопливую? — Настоящую

      Не знаю, сколько времени уже я стою в этом душе.       Холодные капли стекают по коже, одежда промокла насквозь.       Наверное, достаточно долго. Со стороны могло показаться, что я тут утонула. Было бы неплохо.       Я резко почувствовала себя плохо. Душно, тошно, дышать нечем. Я, опираясь ладонью о стенку душа, медленно осела. Подняла лицо к потолку, вздохнула и закрыла глаза.       Ненавижу свою привычку улыбаться, когда мне плохо.

***

за 48 часов до

      Сегодня просто не мой день.       Да.       Проснулась за двадцать минут до начала первого урока. Оделась в то, что попалось под руку. Василиса ещё не вернулась домой? либо сразу с клуба (или где там она зависает в последнее время) поехала в школу. В любом случае, машины у меня не было. Пришлось ехать на автобусе.       Торопилась, бежала до автобусной остановки, поскользнулась на льду и упала, теперь болит копчик.       Завуч отругала за внешний вид. Хотя Ваську, которая сегодня, как я и говорила, прямо из клуба приехала в школу в мини-юбке, на каблуках, в явно не своей рубашке и с очень тонким шлейфом запаха перегара, наоборот, поставила мне в пример. Мол, «Вот Огнева пришла в школу раньше всех, в школьной форме. Посмотри, юбочка какая милая, рубашка, не то что ты».       Получила двойку по истории, ибо, вместо зубрежки параграфа, вчера я предпочла провести стрим со своими ребятками.       А ещё сегодня был один из моих ненавистных уроков — физкультура. Бр-р-р. От одного слова мурашки по коже. В начале урока физрук заявил, что мои любимые физкультурные штанишки до щиколоток (между прочим очень-очень мягкие) это не одежда для физкультуры. Отправил переодеваться в установленную форму. Причём, тот факт, что все остальные без формы его абсолютно не смутил. Парни бегали в рубашках, девушки в юбках и на каблуках, зато я — без формы. Сходила, переоделась в весьма сомнительную, но официально установленную, форму, состоящую из коротких шортов, которые и шортами назвать весьма сложно, и тонкой обтягивающей майки с вырезом. Ужас какой… Я натянула свою любимую толстовку сверху и пошла на урок.       Но-о-о… Препод осмотрел меня, ухмыльнулся и снял толстовку, закинув её куда-то в конец зала. Это вообще законно, а?.. Думаю, в тот момент мои пылающие щёки можно было сравнить с красным новогодним шаром. Слава Тиму Бернерсу-Ли, что Ник уехал к отцу и этого не видит… Стою я такая в шортах, болтающихся где-то на бедрах, и то, не падающих только благодаря чуду и туго затянутому шнурку, мои костлявые ноги открыты, все синяки на коленях видно. Кеды мои, грязно-красные, подошва того и гляди отклеится окончательно. Майка также висит, плечи мои острые открывает.       Ужас какой.       Пока физрук отчитывал меня за какие-то очередные мои грехи, я тихонечко отвела глаза в сторону Василисы.       Совсем другое дело же, ну!.. Эксклюзивные найковские кроссовки, созданные специально для неё. Стройные длинные ноги. Короткие шортики не висят, как в моём случае, а сидят вот совсем на своём месте. Майка обтягивает талию, открывает вид на грудь размера так второго с половиной. Волосы стянуты в небрежный хвост. Вон, в баскетбол с парнями играет. Тут улыбнулась, там подмигнула, чуть наклонилась и как итог — счёт 0:8 в пользу её команды. Да-а, около Васьки парни чуть ли не штабелями ложатся.       Это и не удивительно. С такой-то внешностью…       — Фрезер! Вы меня слышите?       Я вздрогнула и посмотрела на физрука, щелкающего пальцами у моего носа.       — Вам бы не на одноклассников заглядываться, а об оценках своих задуматься! А ну, пятьдесят приседаний!       Я стиснула зубы от злости и начала приседать. Поразительно, как много ругательств я знаю. Пятьдесят, если быть точной.       Физрук загрузил меня по полной, и заставил сдавать нормативы. Все-все нормативы. Ещё и делал это с такой улыбочкой гаденькой… Так что, к концу урока у меня болело всё, что только могло болеть. Из физкультурного зала я чуть ли не выползала. Хотя, может быть, я реально ползком добиралась до раздевалки. Не очень хорошо помню. Помню только, голова ужасно болела.       Кажется, Василиса довезла меня до дома, а сама куда-то умотала с парнями из параллельного.       Но я не помню. Как только я добралась до кровати, тут же бухнулась в объятья одеялка и вырубилась.       Никогда больше не пойду на эту чёртову физкультуру. Напечатаю какую-нибудь справку и все.       Ужасный день, ужасный. Хуже некуда.       Ах да. У меня завтра день рождения.

***

      Утром, когда я проснулась, играла музыка.       Я открыла глаза и, наверное, долгое время, смотрела в потолок. Вот мне и восемнадцать. Даже как-то странно… Четыре года уже, считай? живу самостоятельной жизнью. Теперь-то я хотя бы квартиру себе могу законно купить.       Я несколько минут смотрела в потолок, закинув ноги на стенку, и пыталась понять, что это за песня. Улыбнулась. «I love you, baby» Хита Леджера. Мы с Василисой под эту песню в Берлине гуляли, где и познакомились, собственно. Это, можно сказать, наша с ней песня.       Я скатилась кровати, натянула плед, тапки и потопала на кухню. Налила стакан воды. И тут обнаружила несколько коробок. Напевая вслух строчки песни и пританцовывая в такт движениям, я взяла в руки записку. Дорогая моя, вот тебе уже восемнадцать! Совсем взрослая стала, ух. В связи с чем мои подарки.… Впрочем, скоро сама узнаешь. Итак, сейчас одевайся во всё то, что я старательно тебе подбирала (лежит в коробках) и спускайся вниз, водитель уже ждет. P.S.: Не смей надевать кеды.

Василиса Премудрая

      Даже интересно. Посмотрим, что у нас тут….       В общем-то, я сделала так, как сказала Василиса. Ну и посмотрела в зеркало.       Не знаю, как-то мне непривычно. Лакированные ботиночки, что удивительно, без каблука, я-то Василису знаю. Широкие фланелевые брюки по щиколотки. Тонкий коричневый ремешок. Обычная белая футболка, заправленная в штаны (Василиса указала, как всё должно выглядеть), слава Джобсу, без глубокого выреза. Длинный жилет. Золотые часики, видно, очень дорогие…. Стильные затемнённые очки. Говорю же, непривычно.       Слишком взросло.       Я накинула небольшой кожаный рюкзачок, лежавший в последней коробке, закинула туда самое необходимое, пальто, выключила колонку с музыкой и спустилась вниз, к водителю.       Меня отвезли куда-то примерно в центр города. Я поблагодарила водителя и зашла в нужное здание. На входе ко мне с визгом подбежала Василиса и, стуча шпильками, кинулась меня обнимать.       — И что всё это значит?       — Сейчас увидишь. Закрой глаза. Только не подглядывай!       Я закатила глаза, но всё же сделала так, как сказала Огнева. Васька вела меня за руку, мне оставалось только успевать следовать за ней.       — Открывай.       Я осторожно открыла сначала один глаз, затем второй.       — Тад-да-а! — Василиса провела рукой, демонстрируя мне просторное светлое помещение с кучей мониторов.       Я завороженно начала рассматривать комнату. Посередине стоял роскошный диван, журнальный столик и два кресла. Напротив него — на всю стену проекция одного монитора. С двух сторон рядами стояли компьютеры.       — К-хм. — Василиса привлекла к себе внимание. — Знакомься, это Данила Бронников. Лучший специалист в нашем городе по компьютерной технике. Починит всё, что угодно. Собственно, это он соединил все эти компьютеры между собой.       — Приятно познакомиться. — Данила учтиво улыбнулся и поцеловал мою ладонь.       — А это Валентин Зайчиков. Просто Валя. — Василиса потрепала по голове прыщавого паренька лет пятнадцати. — Валя — лучший ученик лучшего технического колледжа Питера. Неограннённый алмаз, с которым тебе предстоит работать. Валя потрясающе составляет программы.       — Очень приятно познакомиться. — Паренек поправил очки, неумело пожал мне руку и, заикаясь, продолжил. — Я много о Вас слышал. И то, как вы взломали закрытый сервер минобороны, и про кратковременный взлом сети аэропорта… Час от часу не легче! Откуда это парень знает столько информации обо мне?!       По всей видимости, Василиса уловила моё настроение.       — А, не загоняйся. Ребятки, знакомьтесь, это Диана… Какое там у тебя отчество?..       — Никакое, считай, у меня нет отчества… Диана, просто Диана… Прости, что ты сказала?.. Предстоит работать?!       — Ну да. Диана, Валя и Данила теперь твои подчинённые, а это твой офис.       — Что, прости?!       Я бы упала, если бы Данила не придержал меня. Я благодарно кивнула.       — Пройдем в твой кабинет.       — Мой кабинет?!       Через некоторое время я обнаружила, что сижу в кресле, а Василиса обмахивает меня каким-то журналом.       — Ты как, в порядке?       — Да, кажется, да… Объясни пожалуйста, что всё это значит.       — Собственно, это мой подарок тебе на день рождения. Этот офис теперь почти принадлежит тебе. Это — твой кабинет. Данила и Валя твои подчинённые. Да. Они знают, кто ты. Но нет, они никому не скажут. Они подписали договор о неразглашении, так что если они кому-то раскроют твою настоящую личность, то их останки потом найдут где-нибудь в Нижнепупкинске… Шутка. Так, подпиши тут и тут, и офис будет, уже официально, принадлежать тебе.       Василиса протянула мне две копии договора, и я, как в каком-нибудь фильме, расписалась розовой ручкой с HelloKitty в правом нижнем углу.       Буквально вчера меня гонял физрук и ругали за внешний вид, а сегодня у меня свой собственный офис в центре Петербурга с двумя подчиненными…

***

      Прикиньте, тут еще и кухня есть. Кухня, мать его. Как Захарра мне сказала. Если Огнева запарилась насчет шмоток и офиса в целом, Драгоций прямо-таки заморочилась насчет кухни. Но это нихера не кухня!       Начнем с того, что это просторная комната с большими подоконниками, на которых лежат подушки. Есть стол, барная стойка, и, соответственно, бармен — высокий подтянутый парень лет двадцати, в меру накаченный, звать — Паша. Кстати, ещё один хороший вопрос. Почему в моем коллективе одни парни?..       Так вот. Паша. Паша очень милый. Настоящий бармен: разговорчивый, понимающий и умеет готовить все на свете. И где Драгоций отрыла его?.. Суть-то в том, что эта так называемая кухня — типо вместо столовки. Я, Данила, Валя, Захарра и Васька можем в любой момент сюда приходить, а? Паша, цитирую Драгоций, «как заботливая бабуля накормит, напоит, скажет, что ты чересчур худая и тебе нужно жрать больше, ну, а если надо, бухнуть даст». Собственно, что он и сделал. То есть, Василиса пофлиртовала с ним, он поставил перед нами шампанское в честь новоселья и вот, мы пьем. Ну как. Захарра таскает на «кухню» коробки со всякими печеньями, кофемашину, сорта чая, Паша вырывается помочь ей, но она ругается и никого не подпускает к этой «святой пище», Василиса кадрит Пашу и прибухивает шампанское, а я просто сижу за барной стойкой, смотрю, как тают пузырьки в моем бокале и думаю, что не так с моей жизнью.       — Блин, Вась, ну я не понимаю… Ну нахера мне в восемнадцать лет свой офис?       — Ну типо… блять… Что за тупой вопрос вообще?.. Я, честно, в душе не ебу, зачем. Это типо как подарок от мамы, я только тебе гардероб составила и с организацией помогла.       — В смысле гардероб?..       — Во-первых, твой сегодняшний образ можно комбинировать с другими элементами одежды…       — О-ого, как заговорила. — Послышался голос Захарры из коридора.- Ди, она тебе в кабинете выделила комнату отдельную под гардероб и шкаф дома заполнила. Все интернет-магазины обрыла, смоталась в Париж, Берлин и Милан…       — Да, Драгоций! Чего ты все обламываешь-то!       — Фух. Я устала. — Захарра принесла последнюю коробку, бухнулась на подоконник, предварительно отобрав у возмущённой Огневой бутылку шампанского. — Эх, жизнь моя жестянка… Да ну её… в болото…       Драгоций отпила из бутылки и грустно посмотрела в окно.       — Живу я, как поганка… — Со вздохом продолжила Василиса и отпила шампанское, прислонившись щекой к стеклу бокала.       — А мне летать охота… — Завершил Паша, расставляя банки с чаем на полке.       Мы синхронно обернулись в сторону бармена и ошарашенно уставились на его широкую спину. Паша, как ни в чем ни бывало, распаковал другую коробку и только сейчас заметил наши взгляды.       — Что?..       — А ты еще удивляешься, зачем нам Паша и почему именно он… — Пропела Захарра.

***

      Я зашла в кабинет и захлопнула стеклянную дверь.       Тихо.       Неплохо тут. Мягкий диванчик с подушкой в виде единорога (по-любому Захарра выбирала), дубовый стол, большое кресло, как у какого-нибудь мафиози, три монитора, как я и привыкла. Я села за стол, закинув ноги на его поверхность и положив клавиатуру на колени. Включив компьютер, я сразу же рассмеялась. На всех мониторах стояли наши «компромитирующие» фотографии.На первом — Васька в своей любимой маске для лица и с бигуди на ночь. На втором — я с «усами» от какао со сливками. На третьем — Захарра с печенькой во рту, сфотографированная так, чтобы казалось, что у нее есть второй подбородок. Именно так и должен выглядеть кабинет серьезного человека, я считаю.       Я решила обследовать гардероб.       Простите за выражения, но…       Херасе.       Небольшая комната. Коморка. Ага. Может и поменьше кабинета, но мать его. Одна стена полностью занята зеркалом с подсветкой. Другая — шкаф с верхней одеждой, шляпами (!), солнцезащитными очками, перчатками, и обувью, расставленной в ряд. Тут и различные ботиночки — лакированные, мягкие, туфли на шпильках, с устойчивым каблуком, ботильоны, зонт… У другой же стены всяческая одежда. Брюки, рубашки, пиджаки, юбки, дофига. Но это все НИЧТО, по сравнению с тем, что я обнаружила в одном дальнем шкафчике, запароленном датой нашего знакомства. На полочках аккуратными стопочками лежало… нижнее белье. Кружевное, от Victoria Secret, Calvin Cliene… И коллектив с двумя полноценными парнями в придачу. Крайне извиняюсь, но я в ахуе. Поэтому я медленно вышла из этой комнаты, глубоко вздохнула и откинулась на спинке кресла.       Зазвенел телефон. Я достала смартфон из рюкзака и ответила на звонок.       — Привет, ты сейчас где?       Я улыбнулась. Как давно я не слышала Ника.       — Привет, я… ну как тебе сказать… в центре, в общем. А ты что, уже прилетел?       — Да, я только что из аэропорта. Может погуляем, в центре?       Я в задумчивости закусила губу и отошла к окну.       — Да, давай, почему нет.       — Окей, я вещи домой закину и буду ждать тебя у того геймерского кафе.       Я в предвкушении улыбнулась, закинула в рюкзачок телефон, «быстренько» попрощалась с Васькой и Захаррой, несмотря на их глубокую печаль по этому поводу. Огнева, дура моя любимая, сказала, что если я в свой день рождения отказываюсь бухать с ними до беспамятства и сваливаю к другу, то хотя бы должна надеть Белье (Да-да, тут именно с большой буквы, как заверила меня Василиса). Я сдалась, ибо, ну Ник же ждет. А спорить с Огневой в альянсе с Драгоций — себе дороже. Поэтому мы сгоняли ко мне в гардероб, эти отшибленные и бухие выбрали мне кружевное, внимание, пепельно-черное, заставили переодеться, Васька еще и стрелки мне нарисовала в тон к белью. И да, если вы спросите: а что, это так важно, что белье именно пепельно-черное, с большой буквы, да еще и стрелки в тон, то да, это все важно. Огнева и Захарра ведь те еще эксперты. Огнева — ну ясно почему. А у Драгоций много братьев. Она знает, как должна выглядеть девушка и делает наоборот. Вообще, конечно, они дуры. Я это и сказала им. Показала средний палец, рассмеялась и выскочила из офиса. Но тем не менее, выскочила я в пепельно-черном Белье, со стрелками и в той одежде, которую меня заставили уговорили надеть.       Ещё раз извиняюсь, но это просто… охуеть.       Зачем?.. Не знаю.       Безмерно люблю Драгоций и Огневу, и это определённо крутой подарок на день рождения, но как-то это всё внезапно. Даже очень.       Нужно развеяться. Срочно.

***

      — О-ого, круто выглядишь. Правда, боюсь, что мой подарок будет некстати…       Я обернулась в сторону Лазарева. Парень стоял, закусив губу, внимательно осматривая меня.       — А ты чего без пальто ходишь?..       — Это тебе. С днем рождения, — Ник протянул мне круглую коробку.       Если в ней будет стопка золотых слитков, евро или колье, я свихнусь. Хватит с меня на сегодня взрослых подарков.       — Ты чего так смотришь?.. Бомбы там нет. Можешь открывать.       В коробке оказались… пепельно-черные кеды с тремя белыми полосками. Я невольно рассмеялась. Этот цвет меня преследует. Я этот оттенок теперь из тысячи узнаю.       Черт, как под белье выбирал… Я рассмотрела кеды повнимательнее — и тут кружево. Стоп. Кеды?       — Ты извини, что снова напоминаю…. Я просто подумал, что те кеды уже изжили себя, настала пора для новых воспоминаний и впечатлений.       Я тепло посмотрела на Ника, одной рукой поудобнее взяла коробку, а другой притянула Ника к себе за шею и поцеловала.       — Можно я их сейчас надену?       — Я тебе даже помогу. Садись.       Я села на указанную лавочку, Ник бережно стянул ботинки и зашнуровал кеды, обвязав шнурки вокруг моих лодыжек. Посмотрел в глаза, подал руку, закинул коробку с ботинками на плечо.Я доверительно сжала ладонь Лазарева и мы с улыбкой потопали по мостовой. Мы проходили мимо уличного музыканта и мне отчего-то очень захотелось танцевать. Ник, кажется, понял меня без слов. Ну как. Он услышал, как я тихо подпеваю песню, улыбнулся и начал подпевать сам. Мы шли по улице, рассекая руками воздух и крича на весь Питер слова песни.       Я рассмеялась и взглянула на Ника. Мы уже прошли ту часть улицы, где были музыканты и стало немного грустно.       — Пошли в Мак?       Я согласно кивнула и мы радостно потопали в сторону фастфудаа. Замерз, наверное. Люди к новому году готовятся, а мы тут в свитере и кедах разгуливаем.       Кафе оказалось ужасно заполненным, так что мы забили, взяли заказ и решили, что мы романтики и будем если на лавочке.       — Прошу, — Ник с улыбкой протянул мне один наушник.       — Серьезно? — Пробормотала я с картошкой фри во рту и вставила протянутый динамик в ухо.       — Абсолютно.       Заиграла какая-то старая-старая песня, по-моему чуть ли не Ранетки, я вопросительно подняла брови и потянулась к коле.       Я, конечно, не знаю, но мне кажется, что счастье выглядит именно так.

***

      — Только не смейся.       — Что?       Диана молча достала из рюкзака пижаму.       Ник истерично заржал.       — Вот это подготовка.       Фрезер покраснела и швырнула в парня подушку.       — Ник! Я же попросила!       — Ну прости. — Ник сгреб девушку в охапку и усадил себе на колени, уткнувшись носом в тонкую шею.       Диана потупила глаза и заправила волосы за ухо.       — Ещё немного, и я пойду спать на диване.       — Замёрзнешь ведь. — Пробормотал Ник куда-то в район ключиц Дианы.       — Ничего-ничего, три свитера надену и спокойно буду спать! А ты да, замёрзнешь без меня. Замерзнешь и заболеешь. К тому же, ты ведь пальто своё куда-то дел.… Куда кстати?       — Благотворительностью заняться решил… — Пробурчал Ник, стягивая с себя свитер.       — Благотворительность, да-да… — Пролепетала Диана, невольно засмотревшись на тело Ника.       — Да и черт с ним, с пальто… Ты… — Тут Лазарев уже обратил внимание на зависшую девушку и проследил за её взглядом. — Фре-е-е-е-езер… Куда это ты свои очи ясные устремила?       — На-на… на… В… В окно я смотрю. Птицы летают, снег падает, листопад, ветер падает… — Протараторила Диана и, использовав всю возможную силу воли, отвернулась и уставилась на соседний дом, предусмотрительно пересев с Ника на кровать.       Однако он тут же притянул её за запястье обратно, но уже перекинув одну ногу через себя, притягивая девушку еще ближе, лицом к лицу. Диана тут же густо покраснела и не нашла, что сказать.       — Точно? — Ник одной рукой притянул Фрезер за талию, а другую положил на затылок, убирая волосы.       Диана энергично начала кивать головой в знак согласия, всё также не поднимая глаз.       — Не, не верю. — Произнес с улыбкой Лазарев, покрывая поцелуями шею девушки, ключицы, ямку между ними.       Диана обвила руками шею парня, притягивая ближе, наконец подняла глаза. Вдох. Выдох. Холодный воздух двушки вокруг. Такой теплый Ник всего в паре миллиметров от неё… Насмешливые карие глаза. Светлые волосы, которые, кажется, никогда не бывают в порядке. Мягкие губы и аналогичные чувства.       Фрезер целует, осторожно, едва касаясь, будто пробуя на вкус. И робко заглядывает в глаза. Секунда — и Ник вновь приникает к её губам, покусывая нижнюю, притягивая ближе, хотя куда ближе-то?..       Он опускает руку с затылка, проходится пальцами по позвоночнику, плавно переходя на бедра и невольно запуская волну мурашек по телу девушки, отчего она тут же выдыхает ему в губы, прижимается телом ближе, обхватывая торс ногами, краснеет и резко распахивает глаза.       — Это не телефон, как я понимаю… — Смущенно пробормотала Диана.       Ник ухмыляется, сажает девушку поудобнее, легко кусает шею, вызывая приглушённый стон, рывком стягивает платье. Любуется открывшимся видом, тихо присвистнув, приникает к губам. Фрезер возмущенно кусает его нижнюю губу, вызывая у парня улыбку. Он переходит на скулу, проводит кончиком носа по щеке, шепчет на ухо:       — Теперь квиты.       Диана несильно ударяет кулаком ему в плечо, Ник откидывается на кровать, позволяя девушке проводить тонкими пальцами по его отчетливым ключицам, плечам, выступающим косточкам таза, впрочем, недолго — уже через минуту он подхватил девушку за талию и бедра, меняясь местами и вновь приникая к губам, но уже более глубоким и долгим поцелуем.       А дальше произошло непредвиденное. Ник нехотя оторвался от губ Дианы и, соприкасаясь лбами с ней и шумно дыша, натянул на девушку свой свитер и осмотрел. Темные волосы чуть взлохмачены, передние пряди собраны в какой-то полу-хвостик-полу-пучок сзади, зацелованные губы, учащённое дыхание, как и у него, следы от поцелуев на шее и ключицах, большой вязанный свитер съехал на одно плечо.       — Пижама, конечно, милая, но мне так больше нравится. Парень в последний раз коротко чмокнул Диану в губы, обнял со спины, прижимая к себе, поцеловал оголенное плечо и немного сонно прошептал:       — Спи давай, гиперактивная.

***

      Я проснулась раньше Ника. Улыбнулась, аккуратно убирая руку с талии, стараясь не разбудить его.       Бр-р, ну и холодина у него. Ужас. Батареи абсолютно не работают.       Я накинула на Ника одеяло, натянула свой, то есть его, свитер до колен, прикрыла за собою дверь и выскользнула в коридор, направляясь в сторону кухни.       По привычке выкинула все коробки из-под полуфабрикатов, энергетиков и собрала в раковину все кружки из-под кофе. Холодильник, как и всегда, пустой — только несколько банок энергетика, кетчуп и несколько соусов из Макдака. Все кухонные шкафчики забиты дошиками, энергетиками и биг-ланчами. Почти пустая банка кофе. На столе — вчерашняя бутылка колы.       Сразу видно, Ник — парень самодостаточный.       Н-да, напоминает чем-то мою прошлую квартиру.       Ну, что поделаешь, не быть мне барышней, что варит борщи каждый день. Да и не умею я как Васька — буквально из ничего сделать кулинарную бомбу. Так что, увы. В принципе, дошик с кока-колой — не так ж и плохо. Что-что, а Доширак я готовлю превосходно.       Зараза, почему так холодно-то?..       Я шла по коридору в поиске тапочек, как наткнулась на незнакомую дверь. Хм, здесь я не была… Закрыто.       На что только не пойдет человек, ища тапочек. Именно это и будет мое оправдание. Конечно же, безумно невежливо рыться в чужой квартире, но… холодно же.       Поэтому я нашла ключ, убедилась, что Ник спит, открыла дверь и включила свет в комнате.       Четыре монитора от Apple… Огроменный системный блок, и ещё один запасной… Охренеть.       Я медленно прошла вглубь комнаты, не веря своим глазам. Золотая кнопка YouTube.Канал RemeslenNick’a.       Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет! Этого просто не может быть! Так. Не. Бывает!       Невозможно…       У меня задрожали губы, я медленно, придерживаясь за стол, села в кресло.       Очки-пустышки, которые он зачем-то носит. Пальто на благотворительность. Знакомый запах.       Они сверстники. Оба блондины. Один тон кожи. Примерно одинаковый рост.       Как, как можно не заметить такие очевидные вещи?! А лицо? Голос! Господи, какой детский сад!.. Тупица. Идиотка. Дура       О Боже, мы же вчера чуть не…       Ну какой, какой дурой нужно быть, чтобы не заметить!.. Блять. А ведь он же не такой тупой, в отличие от меня. Он наверняка… Знал. С самого начала, с первого сентября… он знал.       Решил втереться мне в доверие, чтобы после сломать всю мою жизнь?.. Ведь, по сути, я жива только благодаря моим хакерским навыкам. Раскрой он мою личность, и мне конец. В лучшем случае, я провела бы все оставшиеся дни своей жизни в тюрьме, в худшем меня бы уже не было в живых. Хорошая стратегия по устранению конкурента, ничего не скажешь. Умно, продумано. Рассчитано как раз на такую тупицу, как я.       Вот только он не учел, что я окажусь здесь. Ничего, я сейчас подправлю ситуацию.       Я смахнула подступившие слезы и с азартом принялась за дело.       Итак, я написала простенькую программу для взлома пароля Ника на компьютере и тем самым получила доступ к его компьютеру. Дальше — дело техники.       Все пароли от всех соцсетей я итак уже давно знала, так что, зайдя во все его аккаунты нетрудно было поменять пароли на свои. Далее, я просмотрела всю информацию обо мне, которую он нашел и, разумеется, стерла. Ох ты, как интересно. Тут и про небольшие махинации с новостной лентой одного канала, и про взлом сервера швейцарского банка, и даже про историю с нелегальными грузоперевозками. Бедняжка, как же основательно он запарился.       Флешка — лучший друг программиста и хакера. И сейчас она пригодилась мне как раз кстати — я перенесла на неё всю информацию на Лазарева, от его детских фотографий до договоров с фирмами.       Наконец, я открыла то сообщение с вирусом, который когда-то давно отправляла. Повезло, что он его еще не открывал — теперь будет намнооого интереснее. Я немного видоизменила программу и, в завершение, оставила небольшую "записку".       Я слабачка, знаю. Поэтому я и заглянула к нему после всего.       Я оперлась о дверной косяк, засмотревшись спящим Ником. Подумать только… Спит, как ни в чем ни бывало. С виду и не скажешь, какой он подонок.       Я кинула последний гневный взгляд в его сторону, накинула пальто и выскочила на улицу, где меня уже ждало такси.       Дома никого не оказалось. Видимо, Захарра и Василиса так и остались в офисе на ночь и еще спят.       Вот и прекрасно.       Я задумчиво взглянула на полки, заполненные алкоголем Василисы и взяла себе первую попавшуюся бутылку, оказавшуюся коньяком.       Горло непривычно обожгло, я зажмурилась и передернула плечами.       А что? Мне восемнадцать есть. Могу бухать, курить и трах… хотя нет, с последним всё же проблематично. Зато курить и бухать — пожалуйста.       Я вновь отпила из бутылки и чуть шатающейся походкой отправилась на поиски сигарет Огневой. Как звучит оптимистично, офигеть. Как в мультике. Давайте вместе поможем Диане найти сигареты. Даша и Башмачок, блять.       Магическим образом, а каким же иначе, я нашла сигареты с зажигалкой и уселась на подоконник, открыв окно.       Ну. Погнали.       Выпила для храбрости, трясущимися пальцами зажгла сигарету и поднесла ко рту. Вдохнула дым и начала кашлять. Залила коньяком сверху.       Вдохнула еще раз.       Сейчас сердце выкашляю.       Я выпила ещё и рассмеялась. Ненормальная, наверное. Но мне дико смешно. Ужасно плохо и при этом смешно. Нет, честно.       Всегда смеялась над девушками, которые страдали из-за проблем с парнями. А теперь я — одна из них.       А ещё мне почему-то захотелось в душ. Впрочем, я не стала задумываться, зачем. Сигарету в губы, коньяк в руку и пошла, держась за стену. Всё вокруг куда-то плыло. Странно…       Я залезла в ванную в ботинках и пальто, включила воду и заливисто рассмеялась. Господи, что я творю…