Никто не узнает.

Мужчина, которого назвали Тироном, волочил меня по коридору, чертыхаясь временами от моих попыток освободиться. Коридоры были схожи с проходами замков из мультфильмов и старых сказок, чем на коридоры старой доброй Англии. Расписные стены, мраморный пол, Восковые свечи в больших витиеватых люстрах. Моя фантазия не могла вырисовать всё это. — Отпустите меня, пожалуйста! Я ничего не сделала! Несмотря на то, что говорила я тихо, эхо всё равно резало уши, а мужчина шикнул на меня. Чисто подсознательно я не хотела шуметь, привлекать к себе лишнее внимание. — Прошу вас. Я никому ничего не расскажу! Меня ждут дома. Я могу заплатить вам! Деньги были последним аргументом, но безукоризненно работающим. Тирон резко остановился, отчего я споткнулась, и подошел впритык ко мне. Наклонился, чтобы глаза были на одном уровне и прищурился. Восприняв это как положительный ответ, я с энтузиазмом сняла жемчужные сережки обрамленные белым золотом. Пусть это и был подарок брата, но он бы меня понял. — Вот, это золото и жемчуг, они дорогие! Не смотрите на меня так, это только залог! Моя семья богата и сможет заплатить вам за моё освобождение. С минуту мужчина не сводил с меня черных глаз, а потом хрипло рассмеялся, чем ввел меня в заблуждение. Я мало предложила? Маленькие серёжки пропали из моих рук и оказались в больших грубых ладонях мужчины. Секунда и небольшое украшение превратилось в золотую пыль, смолотые натруженными ладонями. Обида и грусть больно кольнули в самое сердце в примесь к другим неприятным ощущениям. — Богатая семья? — Спросил он хрипло, на что я активно закивала. — Да, ты права. Тебе дарована невероятная благодать. Отныне ты член одной из богатейших семей в девяти мирах, которая соперничает с самим Великим Одином в величии и власти. Многие способны убить за такой шанс. Так что будьте добры, госпожа, не выводите меня из себя и останетесь в живых. Выгодное предложение, не правда ли? Слова просто не умещались в голове, а точнее их смысл. Один, девять миров, они тут все сумасшедшие? Куда я попала и что они собираются со мной делать, заставят подыгрывать им? Пройдя один пролёт, мы остановились у большой деревянной двери, из которой выходил пар, как из кастрюли с супом. — А теперь слушай меня, — Тирон не поворачивал ко мне головы, но и идиоту понятно, что он обращался ко мне, — молчи и не отвечай ни на какие вопросы. Эти девушки будут твоими личными фрейлинами, преданными только тебе и никому более. Они не посмеют и подумать о том, чтобы навредить тебе. Твоё благо превыше их собственных жизней, но и им не стоит знать истинных вещей. Расскажешь, только когда будешь полностью доверять им. — С шумом дверь открылась, выпуская волну пара и щебет юных девушек, которые вмиг умолкли и присели в глубоком реверансе и склонили головы. — Моя Госпожа! — В унисон проговорили они, так и не подняв головы. — Это Леди Иримэ, Леди Айона, Леди Лаурин и Леди Таур. Дочери вашей тётушки Фрэи, прибыли в замок несколько месяцев назад и ожидали с нетерпением вашего возвращения. Подготовьте Её Светлость ко сну и обработайте раны, госпожа проделала длинный путь. — Аккуратно, словно я действительно была королевской особой, а не девицей в ободранном платье, подвёл меня к большой мраморной купальне. Помимо этой самой средневековой ванны, в комнате ещё находилось несколько столиков, заполненных всякими баночками и мягкими полотенцами, и несколько вёдер с горячей водой. Всё было выполнено в духе средневековья, вплоть до швов на платьях у девушек. Девушки действительно были сёстрами, прекрасны как на подбор, отличались лишь взглядом и цветом волос. Только я выбивалась из всей этой идиллии и даже не стремилась в неё попасть. — Не смей упасть в их глазах. Они считают тебя своей принцессой, так будь ею. — Тихий, едва слышный, шепот на ухо перед тем, как бросить меня на растерзание девушкам. Как только дверь закрылась, девушки неторопливо поднялись и не сговариваясь, принялись раздевать меня и наполнять купальню. Не успела я смутиться наготе, как уже сидела в ароматной ванне. Девушки говорили в унисон и разнобой, говори так, что было трудно разобрать смысл и суть их слов. — Вы шли пешком из самого Ётунхейма? Какие нежные у вас руки, госпожа. Зачем так долго скрывать такое прекрасное лицо? Как вы похожи на Господина Фрейра и Госпожу! Как мы скучали по вам! Как вы так испортили платье, его впору сжечь! Не волнуйтесь, мы живо вас подлатаем! Всё было столь реалистично, что я сама начинала верить в этот спектакль. Почему они считают меня чьей-то дочерью и так скучали по мне, к чему всё это? Вода приятно обтекала тело, масла заживляли утомленные ноги, а руки девушек расслабляли меня. Хоть что-то приятное во всей этой игре. Девушки сотворили настоящее чудо. Кожа стала бархатистой, волосы блестящими, а все раны, царапины и ссадины просто пропали. Каково было моё пробуждение, когда я утром проснулась в огромной кровати с фиолетовым балдахином, а не в своей более скромной кровати. Фрейлины, как назвал их Тирон, пришли рано утром и помогли мне с утренними процедурами и помогли подобрать и надеть платье, а волосы собрали в высокую прическу. Никогда я не чувствовала себя более странно, чем сейчас. При свете дня коридоры замка были ещё более прекрасными, чем показались мне ночью. Под руку меня вел мой вчерашний стражник, а фрейлины послушно семенили следом, на расстоянии нескольких метров от нас. — Вы вели себя достойно? — Короткий вопрос, опять же, даже не посмотрев на меня и короткий кивок стражнику, что стоял у стены. — Я молчала, как вы и просили. Объясните мне, что происходит, я обязана знать! — В ответ ему, не повернув головы, проговорила. А всеми силами пыталась не запутаться в подъюбнике. Меня с детства обучали, словно девицу из восемнадцатого века. Корсеты, юбки, этикет не были для меня в новинку, но я впервые пользовалась своими знаниями. — Немного терпения, госпожа. Вы всё узнаете. Мы остановились у огромных дверей в два моих роста и ожидали, когда двое молодых людей в красных одежках, отворили их перед нами. Столовая, а это была несомненно она, была поистине гигантских размеров. Золотистый мрамор, рисунки с изображениями сельского хозяйства, длинный стол и мужчина, которого я вчера видела у своей камеры. Как только он увидел меня, то тут же поднялся и приказал всех выйти зала. А я даже не обратила внимания на людей, что ранее находились тут. В считанные мгновения мужчина оказался подле меня и восторженно всматривался в моё лицо. — Вы правы, мой дорогой друг, она идеально подходит нам. Пойдём дитя. — Он взял меня под руку и подвёл к столу, усаживая меня и садясь возле. Тирон также сел с нами. — Тебя наверняка тревожит множество вопросов, я попробую ответить на несколько из них. Ты находишься в Ванахейме, одном из девяти миров. И это не сон, попытайся принять это и вникнуть, теперь ты часть всего этого. В Ванахейме множество домов и правителей, но я, занимаю главенствующее место. Я Фрейр, бог плодородия и лета. Так получилось, что моя любимая жена не смогла подарить мне столь долгожданную дочь. Обстоятельства сложились так, что мне пришлось сказать всем, что дочь у меня имеется и даже распространить её портреты, нарисованные безызвестным художником. Волей Норн, ты похожа на неё, как будто портрет рисовали с тебя. Ты можешь поддержать нашу историю или отвергнуть её, что повлечет за собой пагубные последствия для тебя. Смерть, либо жизнь принцессы. Ты умная девушка, сможешь принять верное решение, от которого будет зависеть жизнь тысяч существ. По твоим зеленым, словно у твоей названной матери, глазам, я вижу, ты понимаешь происходящее и примешь правильное решение. — Большими ладонями этот мужчина, или уже называть его отцом, взял моё лицо, чуть сжимая его. Я же, не понимала, что происходит и насколько это всё реально. Больше похоже на бред, чем реальность. — Отныне ты будешь зваться Ингвин Фрейрдоттер. Тирон, вызывай ведьмака Морнемира. Нам столько ещё нужно успеть и так мало времени. Ешь, дитя моё, набирайся сил, у всех нас ещё много работы!