Никто не узнает.

Гул и пляс сотрясал весь Асгард. Из разных углов зала доносились разные песни под всевозможные мотивы. Тысячи гостей в зале пили и заедали за здоровье молодых. Это празднество отличается от обычных свадеб, земных. Нет ведущего, счастливых бабушек, бегающих детей, синтетики и миллиона вспышек. Эта свадьба более настоящая. Нет, не так. Она искренняя. Каждый то и дело поглядывал в сторону нашего стола. Может они смотрели на груду золота под нашим столом, а может на странных павлинов, сидящих на мраморных подставках. Оперение их было белоснежным, а хвосты блестели диамантами. Один из подарков светлых Альвов. Один и Фрейр выпивали за противоположным столом, весело хохоча, то и дело стуча массивными бокалами. Фрига и Герд перешептывались, обсуждая дела политические, удерживая в руках продолговатые бокалы, которые в земном мире назвались бы бокалами для шампанского. Две очаровательные нимфы принесли ещё один поднос, наполненный золотыми монетами и украшениями и с поклоном высыпали содержимое. Не стоял бы стол на возвышении, то нас бы давно не было видно. Глотнув терпкой медовухи, поворачиваюсь к Локи. Гордый профиль и адская ухмылка украшает его лицо. Кажется, что каждый волос лежит идеально, наперекор всей суматохе. Прекрасен и идеален во всём, но только внешне. Внутри он наполнен сотней личностей, столь многогранной, как и внешняя оболочка. Страшно подумать, какая проснётся в этот самый момент. Он кивал каждому, кто проходил мимо нас или кричал поздравления. Он был невозмутим, сверху. Вот только левая рука до боли сжимала моё бедро. Первые минуты, я готова была кричать от боли, умоляя отпустить меня. Но спустя время, я привыкла к его пальцам и слёзы так и остались непролитыми. — Не хватит ли тебе пить. Не хочу позориться захмелевший женой. — Принц сделал несколько глотков и отставил золотой кубок с зеленой окантовкой. Где-то сбоку закричал веселый Тор. Я даже не расслышала, что именно он кричал, но когда я посмотрела в его сторону, он уже целовал какую-то асинью. Меня порядком развеселила его любвеобильность. — О тебе сложится худшее впечатление, если я буду сидеть, словно птица на жердочке. А так у тебя красавица жена, которая может пить, как любой асгардский воин. Вон, стража уже в восторге. — - Я улыбнулась Тирону, который поднял бокал в мою сторону. В его окружении стоит полдюжины стражников, которые также выпивают и радуются. — Они радуются твоему вырезу. Как думаешь, представляет ли тебя, наш старый друг Тирон, в развязном или захмелевшем виде? Или ему все равно, под какую фантазию рукоблудствовать? — Щеки запылали от столь хамской речи и отвратительных предположений. — Не смей так говорить о нём. Я не знаю более благородного мужа, чем Тирон. — Шиплю с самым миловидным лицом, на которое я способна. Тысячи глаз следят за нами, а может и миллионы. Торжество транслируется на сотни экранов в нескольких мирах. Каждый желает следить за историей. — Не смей даже думать о том, что имеешь право говорить со мной подобным образом. Ты никто, запомни. — Рука сильнее сжала моё бедро, казалось, что мышца разрывалась насквозь. Но я также мило улыбалась гостям. Никто не должен узнать о нашей вражде. — Я твоё всё, мой дорогой муж. Отныне я весь твой мир. Смирись с этим. — Я удивилась, когда Локи взял мою ладонь левой рукой, отпустив бедро. Несмотря на свободу от тисков, я почувствовала более сильную боль. На это он и рассчитывал. — Никогда. — Короткий поцелуй опалил кожу ладони. Казалось, его губы пропитаны змеиным ядом, разжигающим кожу. У тебя нет выбора, Локи. Всё кончено. — Друзья! — Мой отец стукнул кулаком по столу и тишина воцарилась в зале. Могучий бог поднялся, поправляя плащ. — Сегодня произошло то, что перевернуло жизнь каждого в девяти мирах, без сомнения. Много даров было преподнесено молодым. И надеюсь, молодые преподнесут нам ответный подарок спустя год, не дольше. — Весь зал разразился хохотом. — Я же хочу преподнести дар своему новому сыну. Четверо стражей, одетые в цвета Ванахейма зашли в зал. Ваны и асы, и другие гости празднества, расступались перед их величием, обсуждая подарок и восхищенно улыбаясь. Двое стражников шли впереди, неся поднос с алой подушкой и деревянным кубом на ней. Дыхание перехватило, когда я полностью рассмотрела подарок. Скидбладнир. Подарок самого Двалина. Двое шли прямо за ними, подняв вверх копья, готовые защищать дар ценой своей жизни. Мой муж поднялся и я встала вслед за ним, как того требовала ситуация. Велюр красиво переливался, отдавая всеми цветами радуги, в отличии от самого куба. Его грани были темнее самой ночи, насыщеннее души его нового хозяина. Дерево было взято из самых мрачных лесов Муспельхейма и сотворен корабль в день, светлейший из всех. Руки хотели прикоснуться к нему, провести по острой грани, спрятать от глаз. Но я не имела права. Только хозяин мог касаться куба и только с его словесного разрешения, я могла позволить себе эту вольность. — Не знаю, что сказать. — Локи, с мастерством лучшего из актеров, смущенно улыбнулся. Чуть наклонив голову и прикрыв глаза. — Я и так получил величайший подарок, о котором не мог и мечтать. Прощение и прекрасную жену. Женщину, за которую можно умереть и хочется убивать. — Уши резало от неприкрытой лжи, а внутренности разрывались от желания ударить моего мужа. — Я не заслуживаю Скидбладнир. Все это знают, не спорьте. —  Смешки вновь пробежались по толпе, а Локи медленно выбивался в любимчика народа. Он собирался убить меня и несчетное количество раз, захватить власть. Лишь пара улыбок готова сгладить впечатление о наручниках на его запястьях и шее. Не понимаю, как ему это удается. Если вскроется правда о моем происхождении, мне так же быстро простят ложь? Сомневаюсь. — Но и от корабля я не откажусь, конечно. Выпьем же за то, — Локи поднял вверх свой бокал и хищно сверкнул верхними резцами, — чтобы этот корабль понадобился только для путешествий. Цокот бокалов раздался по залу переливаясь со смехом и поощрениями. Алая жидкость заполнила рот, обжигая горло. Хотелось всё выплюнуть, а глаза заслезились от нехватки дыхания. Это было не вино, скорее медовуха, только не такая, какую пьют на празднествах. Более грязная, какую выпивают в тавернах. — Пей, любимая, до дна. Все смотрят. — Принц ухмыльнулся и приподнял мой локоть, заставляя оставшуюся часть жидкости вылиться мне в рот. Шут. Как ребенок, сменил мне напиток и радуется, как я травлюсь и не могу показать отвращение. По залу раздался стук, а затем один и ещё один. Стук не прекращался, раздаваясь в каждом уголке зала и замка. Это и спасло меня, помогая выплюнуть все содержимое обратно в бокал, пока все присутствующие смотрели на вход. Я так надеялась, что время ещё есть, ещё рано. Я так желала этого, тайно бредила по ночам, а сейчас мне страшно. Первое, что бросилось в глаза, это гигантский алый полог на четырёх черных столбах. Глаза пробежались по воинам, державшим подарок невесты, молодой жены. Семья невесты сооружает ложе, на котором закрепиться союз и возродиться новая семья. Несколько месяцев лучшие плотники Ванахейма трудились над кроватью. Древесину взяли из леса, где нашли меня. Не только золотые кроны Барри использовались тут, но и древесина из мертвой его части. Кровать была столь тяжелой, что её удерживала дюжина воинов. Меня несколько недель готовили к этому, а сейчас я чувствую всё будто впервые. Щеки загорелись стыдом. Рука, которой я держала своего мужа под локоть, когда мы проходили по залу, чуть подрагивала. И это не ушло от внимания принца. Каждый, кто следил за нами, знал, чем я сейчас буду заниматься. Не знаю, было ли мне когда-то также стыдно. Мы шли по проходам замка за кроватью. Как же странно это звучит. Нет ни подружек невесты, ни традиции с букетом. Мы просто идем за кроватью, на которой сейчас будем заниматься любовью, если такая трактовка подходит. Все гости, следовали за нами. Некоторые разбредались по другим залам, где также праздновали мою свадьбу. Из одного из залов выглядывал Вэон, счастливо улыбаясь и маша мне рукой. Он и десятки других детей веселились под присмотром нянечек. Открытые двери покоев выглядели словно врата в ад. Мой личный ад. Моя мать и Фрига первыми зашли в комнату и расстелили белую простынь поверх кровати. Уходя, Фрига поцеловала меня в лоб, а Герд просто провела ладонью по плечу. Будто отправляли меня на казнь. Только сейчас я понимаю, что вот-вот останусь наедине со зверем. Вся моя смелость будто испарилась. — Помни об уговоре, Локи. — Слишком сильно, как мне показалось, рука Тора опустилась на плечо трикстера. Мой муж даже прогнулся от неожиданности. — Несомненно, братец. — Утром увидимся, моя любимая сестра. Буду ждать этого мгновения. — Бог грома поцеловал меня в щёку, чуть защекотав ту бородой. Дверь захлопнулась за спиной, оставляя меня наедине с монстром и тишиной. О недавнем празднестве напоминал лишь наряд и усталость в мышцах. И безусловно трикстер, вальяжно идущий к столу у окна, попутно зажигая факелы на стенах покоев. Он просто щелкал пальцами. Так удивительно просто и завораживающе. Щёлк, щёлк, щелк. — Что же ты стоишь, как неродная. — Алая жидкость заструилась из кувшина по прозрачному бокалу. — Проходи, не стесняйся. Разрушай ещё и моё личное пространство. Он даже не пытался скрывать раздражение или неприязнь в голосе. Мурашки пробежались по спине. Мне кажется, у меня отнялись ноги. Как в замедленной съемке, к моим ногам упал бокал, обрызгивая меня вином, словно кровью. Шею сдавило, а ноги потеряли опору. Слезы потекли из глаз. Трикстер стоял рядом, легко удерживая меня на весу одной лишь рукой. Глаза его покраснели, а на мгновение мне показалось, что на его коже проявились едва заметные узоры. Грудь и нос жгло от желания сделать хотя бы один глоток воздуха. — Вот только поправка. Жизнь тебе буду разрушать я, а не наоборот. Дрянь. — Секунда полета и спину пробивает током, боль проходит быстро, а вот шок всё ещё сковывает каждую частичку тела. Чудом опираясь на локти, я снизу смотрела на возвышающегося Локи. Словно скала, он закрывал от меня свет. Как только он начал делать шаги навстречу, я начала трусливо отползать, пока не достигла деревянной поверхности. — Поздно ты решила убегать, птичка. Или мне звать тебя Апата? — Это не побег, это пути отступления. Ты зол. — Я начала вставать, опираясь руками о кровать позади меня. Но Локи решил всё сделать сам, больно сжав мою талию и попросту закинув меня на кровать. -Я не просто зол. — Скинув камзол и сапоги, он и сам залез на кровать, наваливаясь на меня и опираясь руками по обе стороны от меня. — Я и есть зло. Ты этого добивалась, да? Трикстер впился в мои губы, пытаясь разорвать их, истязать. Я попыталась отползти, когда почувствовала металлический привкус во рту. Но рука, стянувшая волосы, остановила меня. Корона откатилась в сторону, вырвав несколько волосинок и покатилась по полу, рассыпая вслед цветы. Коленями он раздвинул мне ноги, становясь меж ними, не обращая внимания на платье. Поддавшись искушению, я ответила на поцелуй, пытаясь встретить языком язык мужа. С рыком, от которого у меня все завибрировало, трикстер принялся целовать меня ещё более ожесточенно. Это не похоже на поцелуи молодоженов, это борьба за власть. Внутри всё горело, все чувства обострились, появилась жажда, только я не могу понять, по чему именно. Руки сами потянулись к волосам и телу мужа. Моего мужа. Теперь Локи мой муж, и только мой. Холодные губы перешли на шею, посасывая нежную кожу и лишая сознания. Это не может быть столь хорошо, в этом какой-то подвох. Воздух выбило из легких вместе с криком, когда зубы прокусили кожу. Принц оторвался от шеи и посмотрел прямо мне в глаза. Увиденное напугало и заворожило меня одновременно. Смоляные волосы были растрепаны, лоб покрыт испариной, щеки алеют, а глаза были абсолютно черными, даже белков не виднелось. Губы измазаны в моей крови и одна струйка стекает по подбородку. Словно суккуб, демон из снов. — Сладкая, Апата. Ты очень сладкая. Не ожидал этого. А ты не ожидала такого, верно? — Он наклонился и провел языком по шее. Вероятно слизывая кровь. Рывок, и он разрывает ткань платья, освобождая грудь из корсета. Я уж хотела поразиться его силе, но не успела, ведь новый стон вырвался из меня, когда губы сомкнулись на левом соске, прикусывая его. Руки, тем временем, задрали юбку, оголяя ноги. Тонкие пальцы впивались в кожу, наверняка оставляя синяки и кровавые царапины. Трикстер тяжело дышал, но не останавливался ни на миг, а я теряла все из-за блаженства. Кажется, что я и не существовала вовсе до этого момента. Не было этих двух жизней. Не было ничего. Спина выгибалась, желая быть ближе к телу, даже одежда не мешала. Рывок и белье рвется на мне, стягивая кожу. Ещё мгновение и бедра мужа оказываются близко к моим. Было стыдно думать о том, насколько влажной я была, как постыдница. И насколько горячим был орган Локи. Даже в мыслях было стыдно называть его по другому. — А ты не такая чопорная, как того желает Фрейр, верно? — Это прошлось по моему заветному месту вдоль, несколько раз. Стон был громким, а тело разрывалось от жара внутри и дрожи. — Кто бы мог подумать. Столько времени потрачено зря. Он вновь придвинулся ближе, но я отодвинула бедра, боясь новых ощущений. Локи рыкнул и сдавливая руками бедра, резко вошел в меня, вновь выбрасывая меня из сознания. Я не ожидала такого. Должна была быть боль, отвращение и скупость. Сделав несколько вздохов, Локи начал двигаться внутри меня. Боль была, но не сильнее, чем от укуса. Скорее было необычно. И приятно. Я попыталась начать двигаться навстречу мужу, но тот лишь зарычал ещё громче и закинув мою ногу себе на таз, начал двигаться ожесточеннее, вдавливая меня в матрас. Шепча что-то на неизвестном языке, он вновь впился в мою шею. Это невероятно. Это больно. Но я готова сейчас умереть. Я кричала, сама не пойму что, но звуки вырывались из горла. Внутренности стягивало и разрывало, все конечности дрожали, а нёба немела от чего-то надвигающегося. Локи вбивался в меня, будто хотел оказаться внутри меня полностью. Внутри всё взорвалось, помещая меня ощущение нирваны. Локи замер, застонав настолько громко и сладко, что это отныне будет моим любимым звуком.