Богоубийца

      — Тит Корнелий Лукулл, я ждал тебя. Я бы пожал твоё копыто, да только я скован, как видишь, — сказал узник и изобразил некое подобие улыбки. Откуда он меня знает? Да кто же он такой и как умудрился выжить?       — Ты меня знаешь? — спросил я на этернийском. Моим напарникам лучше не знать, о чём мы будем разговаривать. Я доверяю Даску, но не могу сказать того же про остальных.       — Охо, мой друг, я знаю всё. Как-никак я сам создал наш вид, — начал он. ЭТО Великий Предок?!       — Ты…       — Да, для вас я известен как Великий Предок, — перебил он меня, — вы были моими первыми, и как оказалось, самыми удачными творениями. А вот эти, — он плюнул в сторону костей, — получились дефектными. Нанеся мне удар в спину, они смогли сковать меня этими проклятыми цепями, — он слегка пошевелил кистями, — гордыня, вот что погубило их. Они думали, что заковав меня в цепи из особого хронитового сплава, были в состоянии удерживать меня вечно. Но кое в чем они не ошиблись. Я всё ещё их узник, хотя прошли уже тысячелетия.       — А в чем заключается особенность данной разновидности сплава? — спросил я.       — Ты уже знаешь, что сплав хронита абсолютно не подвержен времени, — я кивнул, — так вот, я не могу, используя свои силы управления временем, состарить их. Так они ещё и перестраховались, ублюдки. Данная модификация блокирует вообще все мои силы, ну почти все, иначе я бы умер от старости и голода.       — Подожди, ты сказал, что можешь управлять временем? — он кивнул. — Тогда объясни мне, почему ты не предсказал своё заточение до того, как тебя предали?       — Вот скажи мне, насколько даже сильнейшие хроножрецы могут точно предсказать будущее?       — Четыре минуты, — ответил я, начиная догадываться, о чем он говорит.       — Четыре минуты, а я всего на час. Дальнейшие предсказания будут не более чем вариантами будущих событий. Вернёмся на минутку к тебе и хронисам. Ваши шансы на выживание после моего исчезновения составляли не более десяти процентов. Сценарии вашего конца были невероятно разнообразны. Начиная гражданской войной на уничтожение, в конце которой выжившие погибли бы от наступившей ядерной зимы, и заканчивая взрывом ядра вашей планеты. Шансы на вымирание от религии составляли ноль целых две десятых процента. Дальше — больше. Рождение отдельных индивидов вообще предсказать практически невозможно. Дело в том, что статистически шансы достигнуть каких-либо целей равны как у смертельно больного, так и у бессмертного. Ты был случайной переменной в данном уравнении. Твои шансы на выживание во время атаки на твои владения были довольно высоки. Тридцать процентов.       — Подожди, — перебил я его, — если всё так, как ты говоришь, то как ты можешь сказать, что ждал меня? Шансы на это ничтожно малы.       — Да, ничтожно малы, но на семь сотых выше, чем у других вариантов. А семь сотых, это семь сотых. Да и потом, я не могу постоянно читать время, ты даже не представляешь, сколько информации приходится анализировать за раз. Если бы я не умел отключать эту способность, я бы давно сошёл с ума. Так что атаку я пропустил и стал их узником. Они ставили на мне опыты, пытаясь понять природу моей силы. И немало в этом преуспели, скажу я тебе. Но сплав был не идеален. Он поглощает всего девяносто девять процентов моей энергии. Я долго терпел и копил силы, а когда появилась возможность— нанёс удар. Ударная волна три раза обогнула планету. Выжили только те, кто был наделён мутацией невосприимчивости к такого рода ударам, всего три процента, или пара сотен, если нормальными числами, из них ещё и большинство мутировало до неузнаваемости. Дискорд, например, один из мутантов, детей катаклизма.       — Ты хочешь сказать, что колоссальный выброс энергии повлиял на эволюцию видов?       — Абсолютно верно. Поэтому большинство ныне живущих видов и наделены магией. Кто-то больше, кто-то меньше.       — Как ты мог наблюдать за мной и моей планетой, будучи в заточении?       — Тит, друг мой, я бы с большим удовольствием тебе рассказал. Правда. Но информация — это самый ценный товар, а за него нужно платить. Аванс ты уже получил, а для дальнейшей информаций придётся купить премиум аккаунт.       — Что, прости? — спросил я в недоумении.       — Освободи меня, разбей мои оковы и подари мне свободу, разве это сложно? — он скорчил умоляющую гримасу. И что же делать, он может быть крайне опасен. Не навредит ли он новому миру? А моему народу?       — А каковы гарантии, что ты мне все расскажешь и не принесёшь вреда окружающим, как ты делал до этого? — спросил я с подозрением.       — А я разве лично кому-то навредил? Все смерти и неудачи были результатом ВАШЕЙ критической ошибки, но никак не моей. Я дал вам право выбора, и вы им воспользовались по своему усмотрению. Вам повезло, родился ты и поставил свой народ на путь эволюции и прогресса. Эти же, — он указал мордой на кости, — предпочли сиюминутную выгоду длительному развитию и самопознанию. Результаты ты и сам видишь. Так что? Освободишь меня? Или оставишь здесь, пока камень не рухнет от старости? Я вновь предлагаю тебе выбор. Я приму любое твоё решение.       — Хорошо, раз так, то я согласен, но чем мы их сломаем? Не кирками же?       — А почему нет? Эта модификация сплава довольно-таки легкоплавкая. Тебе нужно лишь накалить цепи примерно до пятисот местных градусов, и они расплавятся. Будет, конечно, больно, но свобода того стоит. Однозначно стоит, — сказал он мечтательно. Что ж, пришло время рискнуть.       Я концентрирую энергию на цепях и проецирую её в виде огня. Предок начинает кричать от боли, но нагрев продолжается. Через несколько минут цепи начинают плавиться, а воздух пропитывается запахом палёного мяса. Ещё через несколько минут цепи окончательно расплавились, подарив узнику свободу. Он упал на колени и через несколько секунд страшные ожоги начали исчезать, как будто их никогда не было. От увиденного моя группа впала в ступор, не в силах поверить в увиденное. Тем временем Предок встал в полный рост и начал разминать суставы. Послышался хруст костей.       — Наконец я свободен. Я вздымаю руки и впервые за долгие века не вижу на них цепей! А теперь вернёмся к уговору. Я отвечу на все твои вопросы, а также предоставлю тебе свой особенный дар. Подойди ко мне, Тит, — он протянул лапу в приглашающем жесте. Я медленно подошёл, и он положил мне свою лапу на лоб, а потом я отключился.

* * *

      Резкий взмах алебарды, и прислужник младших богов разделяется на две половинки брызжущего кровью мяса, падающего на мраморный пол. В углу комнаты забились остальные, их объял панический ужас, и они не могут сдвинуться с места. Я сплюнул, отчего адепты резко дрогнули. Жалкие трусы. Они даже не стоят моего внимания. Прохожу мимо них и бью энергетической волной в дверь, отчего та распахивается настежь. В конце комнаты я вижу младших богов. Судя по всему, они пытаются открыть какой-то портал. Сбежать пытаемся. Ну-ну. Когда двери закрылись за мной, я слышу крики и звук разорвавшейся пространственной гранаты, разрывающей своих жертв на куски и разбрасывающей их останки по всей галактике. Звон разбитого стекла и раздающиеся выстрелы из кинетического оружия. Сегодня у планетарных штурмовиков будет много работы, эта планета просто кишит фанатиками. Услышав поступь моих шагов, усиленных тяжёлым боевым костюмом, младшие боги развернулись ко мне. В их глазах читался страх.       — Добрый вечер, дамы и господа, позвольте разбавить сегодняшнее мероприятие разрушительными актами насилия, — задорно я обратился к своим жертвам. Вперёд вышел Старший, единственный достойный противник. Он скалится в самодовольной усмешке, а в его глазах нет страха, только готовность дать бой.       — Я не боюсь тебя, Богоубийца, сегодня твой последний день на этом свете, даже если все мы падём следом.       — Самонадеянно. Ну ладно, хватит болтовни, защищайтесь! — крикнул я, перехватывая алебарду поудобнее, а все боги стали в боевую стойку, готовясь отразить удар.       Чтобы отвлечь на себя младших, использую силу иллюзий и создаю свои копии, а сам бегу на старшего. Он достаёт волнистый двуручный меч и, пронзительно закричав, бежит ко мне навстречу, и когда до столкновения оставалось всего пару метров, я достаю из кобуры крупнокалиберный пистолет и стреляю ему в голову. Он от этого только пошатнулся. Не будь он Старшим богом, его голова бы лопнула как спелый плод. Но и этого хватает, чтобы нанести первый удар при натиске. Его откидывает в противоположный конец зала. Я подбегаю к нему, чтобы добить, но он успевает среагировать и отклоняет проникающий удар.       Завязался ближний бой. Он умело орудует двуручником, отбивая атаку за атакой и иногда переходя в наступление. Наш бой напоминал грациозный танец смерти, где любая ошибка могла стать последней. Отвлекаюсь на секунду, чтобы осмотреть поле боя. Всё идёт даже лучше, чем я думал. Половина клонов уже растворилась, но все младшие боги тяжело ранены, а их сил остаётся только на глухую оборону. Пока я смотрел за обстановкой на поле боя, Старший воспользовался моментом и перешёл в атаку. Я чуть было не пропустил удар, который прошёлся возле самой головы, срезав кусочек рога. Но эта атака вывела его из равновесия, и я нанёс мощный рубящий по его ведущей руке. Раздаётся звук разрубаемой брони и дробящихся костей, и его рука падает наземь. Он безоружен. Наношу мощный удар по коленям, заставляя его пасть ниц передо мной, и упираю острие алебарды ему туда, где у хронисов сердце. Его взгляд полон ненависти, и он плюёт мне в морду.       — Да принесёт твоя смерть мир всему космосу, — на мои слова он смеётся и говорит:       — Ещё не все кончено. Давай, Квинт, — за моей спиной раздаётся выстрел из рельсовой винтовки, и я, пронзённый насквозь, падаю, а мой взгляд упирается в стрелка. Это был Квинт, моё правое крыло, но как он мог меня предать столь вероломно? Клоны же тем временем все растворились, так как прекратилась энергетическая подпитка извне. Моё тело подняла энергия, заключая тем самым в тюрьму.       — Отличная работа, Мильтиад, а теперь отдай мне его, и можете убираться куда пожелаете, — требовательно заявил предатель. Старший бог, которого звали Мильтиадом, поднялся и с трудом доковыляв до своих боевых товарищей, заявил:       — А вот хрен тебе, давай лучше так: ты сейчас уходишь, а его душа достаётся мне, я слишком сильно пострадал в этом бою, а портал нестабилен, мы не знаем, к чему приведёт перемещение через него. А захватить власть тебе не составит труда.       — А не охерел ли ты? Мы заключили сделку, если бы не я, то ты бы валялся мёртвым, а твоя душа была бы у него, — он указал на меня дулом винтовки, — так что не глупи и отдай Мне Тита.       Предатель угрожающе зарычал. Это мой шанс, нельзя терять ни минуты. Из последних сил я призываю энергетический вакуум, и моя клетка разрушается, все оппоненты падают оземь. Энергетический вакуум высосал всю энергию в зале, даже из аккумуляторов силовой брони моих врагов. Вот дерьмо, от этого выброса мои энергоканалы перегорели как лампы накаливания. Единственный шанс уйти, это сигануть в нестабильный портал в надежде, что они не настолько безумны как я, чтобы прыгать следом. Собрав всю свою волю в кулак, я делаю прыжок и напоследок слышу ругань и крики, а затем сознание покидает меня.

* * *

       Я резко открыл глаза и осмотрелся. Я сидел в кресле в своём истинном облике, а напротив меня сидел Предок в очках и читая какую-то книгу. Когда он увидел, что я очнулся, то отложил чтиво в сторону и, серьёзно посмотрев на меня, сказал:       — Ну вот, теперь ты знаешь всю правду о том, как ты тут оказался. А теперь ответь мне на вопрос, только честно. Когда тебе представится шанс отомстить, а зная тебя, я уверен, что представится, то как ты поступишь? Сядешь вновь на трон по зову долга, или ты предпочтёшь долгу любовь? Я тебя не тороплю, ты можешь подумать. А как только надумаешь, свяжись со мной, я думаю, что ты найдёшь способ. Ну, а пока я не ушёл, я хочу сделать тебе предложение. Твой запас энергии велик, даже несмотря на тело, в котором ты оказался. Но пользоваться ты им не умеешь абсолютно. Все эти силы богов, что ты уничтожил, не подходят тебе, все, кроме одной. Я могу реструктурировать твои каналы, но пути назад не будет. Ты станешь посредственен во всем, кроме одного. Если ты согласен, протяни мне свою лапу, если же нет, то дверь там, — сказал он, указывая на дверь за моей спиной. Я долго думал над его предложением, и когда он уже собирался уходить, я вложил свою ладонь в его.

* * *

      Я снова открываю глаза и вижу, как надо мной стоит один из фестралов. Как только он увидел, что я очнулся, то сразу поспешил сообщить Даску и остальным. Через минуту все сбежались, обступив меня кругом. Вперёд вышел Даск и дал мне копыто, чтобы я поднялся.       — Тит, как ты себя чувствуешь? — cпросил взволнованный Даск. — Мы все переживали за тебя с того момента, как он положил свою лапу на твой лоб и ты отключился. Мы уже хотели броситься на него, когда он сказал на эквестрийском, что ты очнёшься через полчаса, а затем попросил у нас лист бумаги и перо с чернилами. Написав послание, как он выразился, он исчез.       Как себя чувствую? Я чувствую себя… странно, а ещё я вспомнил, вспомнил, как тут оказался. От злости я сжал зубы, и все отстранились от меня на шаг. Вдох, выдох.       — Всё нормально, Даск. Так что там за записка, которую он оставил? — уже спокойно спросил я.       Удостоверившись, что я в порядке, Даск протянул мне записку, а остальные члены отряда вновь разошлись по комнате, изучая её содержимое. В записке было следующее: «Тит, надеюсь, ты не злишься из-за моего внезапного ухода. Возникли неотложные дела, которые я должен решить. Не волнуйся, если ты сильно захочешь связаться со мной, то сможешь сделать это во сне благодаря моей работе над твоими каналами. Ах да, чуть не забыл, теперь ты не сможешь выращивать растения из земли или оживлять мёртвых. Эти навыки по большому счету бесполезны на фоне того, что ты приобрёл. Теперь ты первое полноценное существо, которое живёт на антиэнергии. Одним словом, ты можешь лишать своих противников энергии. А если потренируешься, то и души вырывать сможешь, да и навыки в изготовлении артефактов ты не потерял. Импровизируй, одним словом, и да прибудет с тобой свобода выбора. Гай Октавий Сципион»       Так вот как зовут предка. Занятно. Значит, антиэнергия. Надо будет поэкспериментировать. Благо добровольцы есть, а именно герцог Троттингемский и его друзья в казематах. Вот и появился повод навестить старых друзей. Когда буду высасывать жизненную силу герцога, буду вспоминать Квинта. Ярость вновь начала закипать, когда я вспомнил имя предателя. О, не волнуйся, я найду тебя, и ты получишь своё, будь уверен.       — Даск, ты мне нужен, будь добр, подойди, — сказал я и фестрал подлетел ко мне, готовый слушать. — Отправь своего самого быстрого подопечного, чтобы он передал приказ Брайт Армору. Пусть он пришлёт сотню солдат. Это место надо оцепить и никого не пускать. Тут хранятся опасные технологии. Не дай Предок, если они попадут не в те копыта или когти. Если сохранившееся использовать правильно, то грифоны получат сполна и немного быстрее, чем я планировал. Отправишь завтра утром. Ребятам нужно отдохнуть. Заночуем на поверхности. У меня нет доверия к этому разваливающемуся комплексу.

* * *

      Конечно же нам не дали спокойно выспаться. Эта местность не зря славится как царство беззакония. Так что зебра-некромант и легион поднятой нежити не был таким уж сюрпризом. Сперва из-за деревьев вышли скелеты, как наиболее подвижные, а за ними подтянулись уже гниющие твари. Ну и вонь. Их были сотни против нас десятерых. Это не было бы проблемой, не пройди я реструктуризацию каналов. Я просто не представляю, что делать. Наконец из-за деревьев показался скелет зебры, одетый в обноски зебринского шаманского костюма. Отлично, просто отлично. Это ещё и лич. Сомневаюсь, что он таскает филактерию в кармане. Тут эта тварь начала говорить. Как оно могло говорить будучи скелетом — не ясно.       — Какая замечательная встреча. Живые пони, да ещё и фестралы среди вас, я погляжу. Фестралы долго не разлагаются, вы мне подойдёте, — начал перечислять достоинства наших тел лич, но я его перебил.       — Слишком ты много хочешь, немёртвая тварь. Я принц Тит, соправитель Эквестрии, лучше тебе не связываться нами.       После моих слов нежить впала в задумчивость. Странно, я уверен, что эта тварь блокирует свою энергетику, поэтому непонятно, как я смог её прочитать. Похоже, себя проявили мои те самые новые способности. Надо сосредоточиться. Лич подумал и, видимо решив, что я совсем слаб, заявил:       — Мой милый принц, я совершенно не чувствую в тебе магии. Странно, даже в земнопони и зебрах она есть. Но, да не суть важно. Тебе нечего противопоставить мне, а твой труп послужит моим новым сосудом, — на последних словах немёртвый махнул костями, и нежить начала приближаться к нам. Что же делать? Точно, если во мне нет магии как таковой, а энергия сменилась с плюса на минус, то у меня появилась одна идейка. Я сосредотачиваюсь и вижу нити энергии, что витают в воздухе. От фестралов исходит энергия жизни, а также их эмоции. Страх, напряжённость и готовность, ото всех, кроме Даска. Он сосредоточен и хладнокровен. От единорогов исходит то же самое, только я ещё и чувствую их энергетический резервуар. Бедненько. А вот Лич был наиболее интересным. Его скелет ничего сам по себе не излучал. Энергия шла извне. Значит, филактерия явно где-то спрятана. С мёртвыми так же. Они лишь приёмники. Значит, надо отключить передатчик.       Пока я анализировал, на нас уже кинулась первая волна нежити. Они были слабы и неуклюжи, но каждый разбитый скелет собирался заново спустя некоторое время. Пора действовать. Я представляю, как из моего тела выходят нити с моей энергетикой. Получилось. Теперь я направляю их к личу с намерением разорвать его связь с душой. Он явно этого не ожидал и начал яростно сопротивляться. Но случилось интересное. Когда его энергия соприкоснулась с моей, энергия лича начала просто растворяться. И чем яростнее он сопротивлялся, тем быстрее таяла его оборона. Я буду смеяться последним, костяшка. Раз — и всё: труп и душа более не связаны, и спустя мгновение нежить рассыпалась, а вместе с ней и её армия мертвецов. Никто не ожидал такого исхода. Ещё бы, не каждый день мощный лич-некромант превращается в труху просто так.       Все сразу устремили свои взгляды на меня.       — Чего уставились, а ну быстро за дело, эта зловонная куча сама себя не уберёт! — тут же раздал я указания, чтобы подчинённые не задавали лишних вопросов. — Ах да, Даск, отошли посыльного. Чувствую, подкрепление нам вскоре пригодится.