Чёрный свет солнца

Сердце бешено колотилось, дышать невозможно трудно. Нико только закусил нижнюю губу, выпустил через нос невнятное хриплое рычание, рвано выдохнул воздух, ручка чемодана врезается в кожу. Останутся следы. Переставив ношу на две ступени, Нико изменил положение, становясь выше чемодана. Пытается тащить, но неприспособленный к этому никчёмный предмет, только царапался стенкой о камень. Ди Анджело тихо ругал весь мир и самого себя, облокотился на перила и взглянул вниз. На первом этаже школы пусто и безлюдно, но это немудрено — сегодня суббота, а значит, ученики либо разъехались по домам, либо пропадали в городе. Возле комнаты охранника, который мило болтал с какой-то девушкой, располагался план здания с описанием каждой комнаты. Всего четыре этажа. Сама школа имела вид прямоугольника, у которого отсутствовала одна из сторон; во внутреннем дворике Нико заприметил высокую статую какого-то чувака, основателя школы, как он решил. Его борода была как у Санта-Клауса, а взгляд хмурым, будто он спал и видел, как уничтожить кого-то из учеников школы. Ди Анджело рассматривал свои покрасневшие ладони, руки неприятно ныли и плохо сгибались. Чёрные волосы разметались. Жуль-Альберт оставил его у ворот школы по просьбе самого Нико, который решил, что достаточно взрослый для подобных поступков, тем более, что могло угрожать его жизни здесь? Но он не предусмотрел одну вещь: тяжеленный чемодан; с рюкзаком он вполне справится, но чемодан… Белокурый голубоглазый охранник проигнорировал его мученические страдания в пользу симпатичной собеседницы. И поэтому Нико волочил поклажу сначала по полу, а потом пытался затащить на ступени. Выходило как-то не очень. Кабинет директора находился на втором этаже, в правом крыле. Нико думал, что это настоящий садизм заставлять учеников нести свои вещи аж на четвёртый этаж — там располагалось общежитие учащихся. Сколько школ он успел повидать за свои годы? Нико не помнил, знал, что много. Когда он пытался сосчитать, то постоянно путался, мешал даты и города, недели с месяцами. Ему бы хотелось быть таким, как и все нормальные дети: проходить в одну школу с сестрой двенадцать лет, устраивать проказы и сидеть после уроков в качестве наказания, посещать дополнительные кружки, чтобы не возвращаться домой рано. Призрак Бьянки — такой, которую он запомнил, — стоит рядом с ним и улыбается. На её голове всё тот же зелёный берет, на щеках по-прежнему выделяются веснушки; она улыбается легко, протягивает к нему руку, в её глазах — грусть и слезы. Нико смотрит только на её лицо, не переводит взгляд ниже, потому что боится. Бьянке пятнадцать, всего-то на год старше, а выглядит как мученик, проживший ещё десяток лет. Всё правильно: два года за двадцать. Очередная остановка, не первая и не последняя. По лестнице сверху раздались тяжелые шаги, Нико вскинул голову. Незнакомый парень лет шестнадцати на вид спускался по ступеням, перескакивая через одну. Поравнявшись с Нико, он остановился — Привет, ты новенький? — спросил он. У парня короткие светлые волосы, на нём явно не форменная фиолетовая футболка. Черты лица спокойно-серьёзные, так выглядят либо отличники, либо просто адекватные дети. Нико кивнул. Вряд ли этот парень знает всех учеников школы в лицо, наверное, поэтому спросил. — Тебе помочь? — предложил блондин. — Не надо, — буркнул Нико из чистой вредности, которой ему было не отбавлять. Он сделал попытку поднять злосчастную ношу, но руки горели огнём. Нико насупился и зыркнул на наблюдателя. Ни капли не злорадствуя, парень взял чемодан из рук Нико, поднял его и с упорством пошёл наверх, а Нико только пыхча пополз за ним, удивляясь невиданной силе нового знакомого. — Что ты сюда положил? Кирпичей что ли? — удивился тот, когда поставил чемодан на лестничном пролёте. Нико заметил тонкий шрам на губах своего помощника. — Всего лишь вещи, — отмахнулся ди Анджело, перенимая ручку чемодана. — Спасибо большое, но не стоило, я бы и сам справился. Тот не возразил и даже не попробовал переубедить Нико, несмотря на то, что значительно облегчил его подъём с препятствиями. Но теперь Нико и сам мог поволочь по полу поклажу, разве что на четвёртый этаж ему понадобится помощь, но он что-то сделает с этим. — Меня зовут Джейсон Грейс, староста третьего курса, — представился парень, аккуратно рассматривая Нико; Джейсон производил впечатление воспитанного человека, поэтому он понравился Нико. — Если понадобится помощь с учёбой или просто — не стесняйся — обращайся. Комната 94. — Нико. Нико ди Анджело, — он протянул ладонь для рукопожатия, как в фильмах, где герои пафосно скрепляют совершённую сделку таким немудрёным жестом. Джейсон Грейс кого-то отдалённо напоминал ему, но не сильно, чтобы начать беспокоится. Больше всего на свете Нико боялся встретить в школе кого-то из старых знакомых, но, к счастью, этого не произошло. Пока. Джейсон пожал в ответ его руку. — Приятно познакомиться, Нико. Ты прости, но мне пора идти: на первом этаже наконец-то починили кофейный автомат. Нужно успеть до того, как Лео выпьет весь латте, — Джейсон попрощался с ним и бодро начал спускаться, как вдруг спохватился. — Постой, если ты идёшь к директору, то это направо, направо и прямо. Нико кивнул ему, хоть и знал местоположение кабинета. Джейсон Грейс продолжил свой спуск. Вздохнув, ди Анджело принялся сдирать покрытие со дна чемодана о пол. Насколько Нико помнил, то эта часть школы являлась учебной, поэтому многочисленные двери по бокам коридоров вели в классные комнаты. Школа изнутри была приятных солнечных оттенков, стены в нижней части состояли из панелей из светлого дерева, в верхней — из кремовых обоев. Что ни странно, не было ни нарисованных на них нерадивыми учениками изображений, ни царапин, ни оторванных кусков. Только различные плакаты, в которых говорилось о школьных кружках (Секция по плаванью приглашает новых пловцов в набор!), или мероприятиях (Если вы обладаете знанием физики и имеете хорошее воображение, то испытайте свои силы в конкурсе «механическое сердце». Требования: принести изобретённую ВАМИ электрическую, механическую, паровую и т.п. штуковину; чтобы она была прикольной, полезной и работала. За подробной информацией обращайтесь к Л. Вальдесу). Нико не знал, кто этот Л. Вальдес, да и не особо горел желанием познакомиться. Дверь в кабинет директора найти было не так и трудно: её украшала большая табличка с золотистыми буквами. Оставив чемодан у стены (с ним же ничего не случится, правда?), Нико размял болезненно ноющие суставы рук. На его стук в дверь раздалось раздражённое: — Да-да, заходите! Первое, что бросилось в глаза в кабинете, были многочисленные растения, расставленные тут и там. Нико осторожно обошёл нечто, расположившееся в большой вазе с аляповатыми цветочками. Следом чуть не врезался головой в подвесной горшок плющевого растения с кроваво-красными листьями. Кабинет был больше похож на оранжерею, чем на обиталище директора. Сам директор сидел посреди всего этого зелёного безобразия, умело сливаясь с окружающей обстановкой. — Здравствуйте, сэр, я… — Нико попытался обратить на себя внимание, как его перебили. — Так ты и есть тот новенький, парень-первокурсник? — с деланной усталостью спросил директор, рассматривая вошедшего покрасневшими водянистыми глазами. Рукой он подпирал подбородок, из-за чего речь казалась невнятной и грубой. — Нили де Арджент? Ты должен был явить миру свой лик завтра, а не сегодня. Хотя, без разницы. — Нико ди Анджело, — поправил он, но удостоился только полного безразличия взгляда. — Я же говорю, без разницы, — отмахнулся от него директор, копаясь в своих бумагах. От него пахло виноградом, словно за несколько минут до прихода ди Анджело он поедал ягоды. Да и он сам производил довольно миролюбивое впечатление человека, который любит хорошо провести время, если бы не… — Да где же эти чёртовы бумаги?! Нико с небольшим удивлением наблюдал за этим поисковым процессом. Он явно не походил на типичного директора — эдакого строгого, но улыбчивого чувачка в идеально выглаженном костюме и лысеющей макушкой. Он вообще не был похож на человека, которому можно было доверить какое-нибудь ответственное дело. Нико видел много школ, учителей, учеников, директоров, они все были похожи между собой. Ящик стола жалобно скрипнул, когда директор ожесточённо выдвинул его. — Сколько раз их прошу прислать мне какую-нибудь секретаршу, можно даже страшненькую, так нет же: «Мистер Д, у вас не так много обязанностей для подобного действия», — запричитал он, скрывшись под столом в поиске пропавших бумаг. — «Не так много обязанностей», а за всеми охламонами кто следит? Кто учителей нанимает? А контролирует? А за весь школьный процесс кто отдувается? Я директор или кто?! Человек со странным именем мистер Д продолжал искать бумаги, Нико смотрел на тигровую лилию рядом с собой и переминался с ноги на ногу. Ему не было неловко по той простой причине, что побывать в директорских кабинетах он успел много, очень много раз. Первый раз — страшно, второй — волнительно, третий — интересно, четвёртый — обыденно. Этот раз был одиннадцатым? Или двенадцатым? Нико не помнил. — Ты всё ещё здесь, Ньют? — неискренне удивился мистер Д, высунув свою чёрную голову из-за стола, что она казалась иссиня фиолетовой. Его тёмно-синий костюм итак не выглядевший опрятно помялся ещё больше. — Я думал, ты ужё свалил к остальным. Но как знаешь, Нелли. Нико проскрежетал зубами: этот тип нарочно коверкал его имя на разный лад. Неприятный. — Все твои документики твой отец передал мне, не лично, конечно, по почте, но ты парень понятливый: сам догадался, — зачем-то пробормотал мистер Д. — Разве вы не должны записать меня в списки, проинформировать педагогов о моём присутствии… — холодно заговорил Нико, однако этот…директор опять прервал его, громко фыркнув. — Ты не королевских кровей, чтобы с тобой так носились. Тебя уже занесли во всевозможные бумажки, так что не переживай. В комнату тоже заселили, кстати, пойди к охраннику, он выдаст тебе ключ от твоих покоев. Зачем ты вообще припёрся ко мне? Вот почему все зелёные так и тащатся сюда… — Это ваша обязанность, — Нико опять попробовал сказать что-нибудь, но в этом месте у него не было даже малейшей власти. Вся она принадлежала этому субъекту с видом постоянного обывателя на лавке у винно-водочного магазина. — Не напоминай мне о моих обязанностях, пацан, — поморщился мистер Д, оставивший свои попытки найти что-нибудь в этом хламовнике. — Я не нанимался на эту работу, понимаешь? Не хотел возиться с мелкими неблагодарными детишками вроде тебя, или того Джонсона, который сшиб мне Венерину Мухоловку на прошлой неделе. Всё это — он обвёл взглядом кабинет — огромное наказание каких-то там богов, что на небесах. И не нужно учить меня жизни. Холодно кивнув на прощание, Нико развернулся к двери и поспешил к выходу, как его окликнули: — Нейтан, попридержи коней, твой отец очень настоятельно просил приглядеть за тобой. Разумеется, нянчиться с тобой я не собираюсь, но рекомендую тебе не лезть в неприятности. Оставайся в тени, парень. — Хорошо, — лаконично выдавил Нико, ощущая себя маленьким ребёнком, за которым приставили старшего брата в качестве наказания для последнего. Нико не любил, когда с ним возятся, и разрешал это только Бьянке. Ну, а тут его мнения не спрашивали. Как и всегда. Ему не ответили. Коридор, когда Нико вышел, так и остался пустым. Из соображений, Нико не стал тащить чемодан вниз. Спускаясь по ступеням, Нико задумался, зачем он вообще пошёл к директору. Наверное, по привычке. В других школах он так делал, но Хальма Брок-Дольф чем-то неуловимо отличалась от остальных, или, может, Нико это только казалось. Охранник обнаружился в том же самом месте, только без миловидной девушки в качестве приложения. На этот раз он читал книгу, изредка перелистывая страницы обслюнявленным пальцем. Нико стоял рядом с ним и сверлил взглядом, до тех пор, пока на него не обратили внимание. — Мистер ди Анджело? — буднично спросил охранник, на его зелёной рубашке было вышито «Аргус». Только Нико подумал о своей незаменимой важности в этой школе, как заметил наушник на левом ухе охранника. Выходит, это мистер Д постарался сообщить Аргусу о новом ученике. Охранник протянул ему ключи от комнаты, Нико взял их, но уходить не спешил. — Не могли бы вы помочь мне с моими вещами? — сгорая от унижения, попросил ди Анджело, рассматривая трещинки в каменном полу. — Я оставил их на первом этаже. — Отчего и не помочь, — пожал плечами охранник, со вздохом положивший книгу обратно в свою комнатушку, которую тут же закрыл. — Почему сразу не сказал? Нико промолчал. Только рассматривал данный ему ключ. Обычный ключ, не карта, как было принято в предыдущей школе Нико (лицей с историческим уклоном, был закрыт в прошлом месяце из-за некомпетентности персонала), рядом с ключом на кольце болтался белый пластиковый указатель комнаты. 112. Аргус нёс его чемодан без малейшего признака усердия на загорелом лице. Он тоже был блондином, как и Джейсон Грейс, повстречавшийся Нико раньше, но в отличие от того, на лице Аргуса было нахально-самодовольное выражение. Нико фыркнул. Аргус со стуком поставил его чемодан на пол перед нужной Нико дверью. — Благодарю за помощь, — безразлично бросил ди Анджело вслед уходящей фигуре охранника. Повернувшись к двери, Нико заметил рядом с ней белый квадрат, прикреплённый к стене. Наверное, здесь должны быть написаны имена жителей. Тонкие линии букв складывались в чьё-то имя. «Фрэнк Чжан» — прочёл Нико. Ну, у него есть сосед; это типо круто, но Нико предпочёл отдельные комнаты. Однако он привык делить с кем-то обиталище, в военной академии они спали по шесть человек в комнате на двухъярусных кроватях. Нико постоянно сваливался со своего места и набивал синяки: не было перегородок. Дверь оказалась заперта, соседа не было. Нико неспешно вошёл в ту часть комнаты, которая предназначалась ему: другая кровать была застелена старательно, но неаккуратно. Чемодан оставил у спинки, рюкзак сбросил там же. Сев на кровать осторожно, чтобы не свести покрывало, Нико осмотрелся. Обычная комната, неброская, но и не сильно бедно обставленная: школа пользовалась успехом у обеспеченных родителей, которым нужно куда-то сплавить детей на десять месяцев. Нико хмыкнул, его отец уж точно подходил под это определение. Постель Фрэнка украшала маленькая панда из мультика, Нико счёл это немного милым и странным. У самого ди Анджело не было сентиментальной привычки таскать с собой плюшевых накопителей пыли. Потому что взрослые не носятся с игрушками, а Нико повзрослел рано. На противоположной стенке было прикреплено расписание занятий Фрэнка. Нико посмотрел на свою «голую» стену, думая, успеет ли он что-то поцепить сюда, до тех пор пока не уедет. Маленькая тумбочка у кровати служила не то местом хранения мелких предметов, не то письменным столом, так как Фрэнк свою использовал вторым вариантом. Разбирать чемодан Нико не спешил. Когда взгляд переместился на небрежно скинутую на спинку стула оранжевую рубашку, Нико вспомнил о своей форме. Нахмурившись, ди Анджело решил, что раз его записали в эту комнату, то и одежда должна быть здесь. Так и оказалось: во второй половине шкафа, которая была почти пустой, нашёлся его синий пиджак, такая же по цвету рубашка (Нико скривился при виде оттенка), светлые брюки и лежавшие на полке шеврон и нашивка с его именем. Пришить самому — понял Нико, надеясь, что здесь есть курсы кройки и шитья, ну или у того же загадочного Фрэнка найдутся нитки с иголкой. Процесс адаптации в школе, тем более в середине сентября, никогда не был лёгким. Все смотрят на тебя волком, учителя забывают имя и стараются не вспоминать о тебе вообще. Пока выучиваешь план школы — переходишь в новую. Люди ошибаются, говоря, что жизнь — это круговорот; нет, жизнь похожа на спираль, каждый виток повторяет предыдущий, но не во всём. Нико упорно старался внушить себе, что эта школа ничем не отличается от остальных. Но проигрывал эту партию сам себе. У него было время разобрать вещи, но всё же Нико решил пойти к руководителю его потока и узнать расписание (в том, что отец выбрал ему предметы, Нико не сомневался; только ему об этом никто не сказал), а заодно и взять книги из библиотеки. Знать бы, где его классный: но Джейсон наверняка знает это. Что там Джейсон Грейс говорил про кофейный аппарат на первом этаже? Освободившись от ноши в виде рюкзака за спиной, Нико выпрямился, размял шею под неприятный хруст позвонков. Ему определённо нужно заняться разминкой по утрам, ибо телу необходимы физические упражнения. Закрыв дверь, Нико не встретил никого из учеников, что немного настораживало. Как оказалось, все они столпились возле бедной машины по производству кофейного напитка. Неужели в местной столовой настолько плохо с питьём? Застыв за углом, Нико засомневался в своём решении найти Джейсона Грейса, и уже подумывал позорно убежать с поля боя, как заметил в разношерстной толпе белобрысую макушку. Сделав два неуверенных шага, Нико понял, что не привлекает к себе сильное внимание, и подошёл ближе. Джейсон стоял к нему спиной, прислонившись боком к стене, он отпивал кофе из пластикового стаканчика, при этом разговаривая с кем-то. Нико дотронулся до его плеча: — М, Джейсон, ты не мог бы… — Джейсон, который развернулся, оказался не Джейсоном. Нико запнулся, встретив непонимающий взгляд парня. — Эм, извини, я обознался… Блондин к удивлению не обиделся, только добродушно фыркнул: — Если бы ты был первым, кто путает меня с Джейсоном Грейсом, — несмотря на внешнее сходство, он был похож на Джейсона только издалека. Волосы такие же светлые, длиннее и нарочито лохматые. Кожа слегка загорелая, шрама нет. И ростом он был пониже. — Зачем тебе Джейсон? И я раньше не встречал тебя; ты новенький? Ты давно приехал? — Э-э-э, — ди Анджело был смущён таким вниманием и потупил взгляд. Не то, чтобы он был зардевшейся девчонкой на первом свидании, но удивление от этих расспросов прошло быстро. Он вообще не знал, как ведут себя девчонки на первом свидании; когда Бьянку пригласил Эдди Миллер — однокурсник из военной академии, то она нечаянно разбила ему нос, и после этого Эдди не подходил к ней. Нико почему-то догадывался, что на первом свидании ведут себя не так. — Я хотел спросить у него расположение кабинета куратора девятого класса, — безразлично обронил Нико, но парень напротив аж подпрыгнул от радости. — Ты первокурсник! — взвизгнул он, но тут же поправился. — В смысле, девятиклассник. У нас никто не говорит так почему-то. Но это не важно, Нико. Тебя же зовут Нико, верно? Мистер Д сказал о тебе несколько дней назад, что ты прибудешь в воскресенье. Хоть сегодня и суббота… — Может, ты скажешь мне, где кабинет? — раздражённо спросил Нико, скрестив руки на груди в оборонительном жесте. Парень излучал радость, как солнце лучи света и тепла. — Оу, — на секунду парень замешкался, а затем улыбнулся, сверкая белоснежными зубами так, что Нико захотелось пойти к себе за солнечными очками. — Я отведу тебя, Нико. — Не стоит, я и сам справлюсь… — Нико попытался отцепиться от назойливого как клещ парня, но тот был неумолим. — Нет, нет, это не обсуждается, — поспешно попрощавшийся со своими приятелями блондин схватил ди Анджело за руку, чуть выше предплечья, словно ощущая исходящее от того желание сбежать. — К тому же, я заместитель старосты первого курса. Нико скрипнул зубами от злости. Вот с этим сидеть в одном классе. Учитывая неописуемую радость этого вот существа от нового ученика, можно было предположить довольно небольшую наполненность потока. Во всём этом Нико нашёл две положительные стороны: его не подселили к блондинистому чудовищу (на секунду Нико ужаснулся — вдруг его зовут Фрэнк Чжан, и теперь он будет куковать с ним несколько месяцев в одной комнате); могло быть и хуже. Искоса взглянув на весело щебечущего заместителя старосты, ди Анджело вздохнул. Он терпеть ненавидел таких жизнерадостных людей по той простой причине, что они напоминали ему его самого. — Куда. Ты. Меня. Ведёшь. — Раздельно и по слогам процедил Нико, всё ещё пытающийся отцепить от своей куртки руку парня. За размышлениями Нико не понял, что потащили его совсем в другую сторону от лестниц. На секунду в голове ди Анджело промелькнуло очень нехорошее подозрение, он рванул свою руку из рукава куртки, вывернулся, избавляясь от неё так, что в пальцах парня осталась лишь его верхняя одежда. Тот выглядел удивлённым, словно не ожидал такого манёвра. Его взгляд быстро метался от зажатой по инерции куртке, до застывшего в боевой позе Нико. — Ты чего? — наконец выдавил он. — Куда мы идём? — уже спокойнее повторил Нико, неловко переминаясь в одной только футболке, ему уже стало немножечко стыдно за такое нелепое поведение, которое явно привлечёт к нему внимание, учитывая разговорчивость этого вот самого. — Как тебя зовут? Парень выглядел задумчивым, не улыбался. Он протянул ему куртку. — Замёрзнешь ведь. Мы идём в кабинет мистера Браннера, который является нашим с тобой руководителем, через неглавные лестницы. Это быстрее, чем, если бы мы пошли через основные, — он по-прежнему смотрел на него странным, чужим взглядом. Голубые глаза парня казались ярче в полумраке. Нико посмотрел вверх, заметив, что освещается коридор только светом из окон. — Не говори никому, ладно, — промямлил ди Анджело, надевший свою куртку вместе с капюшоном, руки он спрятал в карманы джинс. Носки кроссовок были слегка заляпаны землёй портлендского кладбища. Странное чувство. Он пробыл здесь минут сорок, а уже успел повздорить с директором, принять помощь от старшекурсника, перепутать его с другим учеником, и вот, наконец, подозревать его в связях с киллерами. Насыщенный день. Насыщенный час. Если бы ди Анджело поднял глаза, то увидел бы лицо парня, но он рассматривал свою обувь. — Без проблем. Нико шёл молча, да и парень замолчал. Он слышал только его тихое дыхание, гомон где-то на этажах, свист ветра за окном. — Уилл Солас, — неожиданно выдал его пеший попутчик, когда они поднимались на четвёртый этаж. — Что? — не понял Нико, отвлёкшийся от кроссовок, он посмотрел на того с недоумением. — Ты спрашивал моё имя, — разъяснил парень, не сбавляя шага, не заметивший его заминки. — Моё имя — Уилл Солас.