Not what it seems

      Успешно воссоединившись вновь, наша троица двинулась в путь. Болто мог тысячу раз пожалеть о том, что ввязался в явно недетские игры. И если цель доставить лекарство до города, спасая жизни больных, была весьма прямолинейной, то здесь он имеет дело с чем-то, что либо встретится на пути лишь раз в жизни, либо вообще не появится в ней. Он шел вперед вместе с Уной и Хасаарой. Оба полукровки были до сих пор под впечатлением от этих странных иллюзий. Хасаара же шла впереди, направив голову вперед и всматриваясь на предмет очередных враждебно настроенных зверей. Зачем лисе нужно было испытывать их прочность? Зачем росомахам так нужна была кровь Хасаары? Почему ворон их вел и сталкивал вместе? И если матерая волчица старалась сохранять так тщательно оберегаемое самообладание, уверенно шагая по каменистой местности, то Болто с Уной никак не могли отойти от таких странных событий. Удивительно, но в этой зоне было сравнительно меньше снега, а издалека доносился аромат неистовой морской воды, бьющейся о камни.       — Что это такое было?..       — Это духи, Болто. Никогда не слышал о таких что ли? А... ну, да. Ты же среди псов вырос.       — Я видел однажды. Когда упал в пропасть, спасая антитоксин.       — И что же ты видел?       — Мне привиделся белый волк в пурге. Он спас меня и помог принять волка во мне. Возможно, это какой-то дух-хранитель?       — Белый волк?.. Мама всегда говорила мне, что нет никаких росомах, лисиц, ворон и волков по-отдельности. Это одно создание с тысячей обличий. Если их взор пал на тебя, значит, им что-то надо. Они никогда не помогают, они только играют нами. За это ее и вытурили из стаи... За ересь.       — Уна, я не осуждаю твою маму, но почему Хасаара думала так?       — Она особо не рассказывала мне... Что-то произошло в прошлом.       Они старались говорить как можно тише, чтобы не разозлить Хассару, но полукровки не заметили, как та исчезла из виду.       — Где она? — Болто начал оглядываться по сторонам.       — Должно быть, мама решила забраться на утес. Сверху всегда виднее наблюдать. — Уна постаралась успокоить его. — О! Посмотри на эту красоту! — радостно крикнула молодая волчица-полукровка и побежала к небольшому выступу над морскими волнами, чей гул умиротворял и проникал в каждую клеточку живого тела, пробирая до мурашек. Она закрыла глаза и лишь покорно втягивала в себя запах чистой морской воды.       Болто подошел к ней поближе. В отличие от Уны, он соблюдал куда большую осторожность, ведь у самого края могло быть весьма скользко.       — Хм... Что-то мне здесь не нравится... — осматривался полуволк. Корень тревоги и подозрения в нем посеял запах дикого зверя. И явно недружелюбного. — Кто-то поблизости. И это точно не Хасаара.       Через некоторое время они почувствовали сзади себя чье-то весьма тяжелое дыхание и постукивание когтями по камню. Медленно оглянулась сначала Уна, а затем и сам Болто. И если первая держалась уверенно и готова была отразить любую атаку, Болто же прошептал в мыслях "О нет...".       На их пути встали четверо волков. Трое из них стояли за своим лидером и подобно гиенам усмехались. Вожак весьма крупный черный волк с насыщенно синими как сапфир глазами, полными недоверия и угрозы. Матерый и сильный, но явно младше той же Хасаары, крепкого телосложения, а когти то и дело царапали поверхность, по которой волк приближался к ним.       — А вы не видели..? — обратился Болто к троице.       Небольшой облезлый волк бежевого окраса ничего не ответил, лишь почесавшись, и устремил столь удивленный взгляд в сторону темно-серого волка, на что партнер лишь угрюмо рыкнул, третий же, самый упитанный на вид, лишь отряхнул свою дымчатую шерсть и стал ждать команды недовольного вожака.       — Тихо! — презрительно перебил вожак полукровку. — Я задаю здесь вопросы! Вы вторглись на нашу территорию! А потому должны понести наказание!       — Послушай, друг, если это ваш дом, мы немедленно покинем это место. Мы просто хотим пройти вперед. — Болто пытался разрядить обстановку, но волк не слушал.       — Ха-ха-ха! Глянь-ка, Сумак! Дворняга пытается выдать что-то помимо своего жалкого лая! — усмехнулся облезлый, подтолкнув темно-серого приятеля, и затем обратился к упитанному волку. — Как тебе, Нук? Як уже не соображает...       — А что такое дворняга, Сумак? — вопросил Як, негодуя.       — Ну, уж кто-то, кто точно поумнее будет вас, дырявых мешков с блохами, смеющих именовать себя волками. — фыркнула Уна.       — Эй, Ниджу... Она и тебя оскорбила, знаешь ли... — пояснил Нук вожаку.       — Прикуси свой язык, негодяйка! — клацнул зубами Ниджу и начал медленно подходить к ним. Болто твердо встал на лапы и глухо зарычал, раздумывая в случае чего вступить в схватку с волком, ведь он считал, что Уна с ним явно не справится. — Или твоя мамочка не отучила тебя распускать свой нрав?! Глупая домашняя тварь, которая в случае реальной опасности с поджатым хвостом сбежит под человека! Разве я не прав? — насмешливо задавал вопросы Ниджу, подходя все ближе и ближе. А три волка лишь злорадно давились от смеха. Болто нахмурился и прижал уши, готовясь к атаке.       — Хватит! Я не позволю вам покрывать мою мать позором! — в ярости, Уна прыгнула на него и со всей силы ударила его сильной лапой, оставив следы от когтей на его морде. Ниджу, не ждавший такой неожиданности, вскрикнул от боли и отскочил назад, оступившись на лапу.       — Слушай, дворняга! Водил бы лучше свою подружку на коротком поводке! — рявкнул волк в сторону Болто, после чего скомандовал Нуку, Яку и Сумаку. — Взять их! Проучите этих чужаков!       Они ходили из стороны в сторону, гадая, кто нападет первым и сцепится с противником. Нук решил прыгнуть первым, но Болто вовремя сумел увернуться и проскочить под тяжелым волчьим телом. Уна же отбежала в сторону ближе к берегу, к ней присоединился и Болто. Волк успешно, развернувшись в воздухе, приземлился на немного скользкий выступ, после чего вернулся к своим партнерам. Как только те трое приготовились нападать все вместе, в их поле зрения попала крупная волчья тень, красовавшаяся на уступе. Когда они обернулись и посмотрели на верх, сразу же потеряли дар речи.       — Н...нь... Ниджу? — промямлил Сумак тонким голосом.       — Чего вы не атакуете их?! — вожак вытер морду лапой, привстал и открыл глаза. Хозяин этой самой тени заставил волка припасть брюхом на землю, равно как и троицу. — Ты? Ты жива?!       — Да, я жива, идиот! — Хасаара изящно спрыгнула с выступа. — Болто! Уна! Встаньте за мной! — скомандовала матерая волчица. Те послушались.       — Сколько лет мы не виделись, подруга! — радостно порыкивал волк, сдерживая слезы. — Хасаара, так ты знаешь их? — Ниджу стал после встречи с ней как шелковый и явно боялся даже перечить ей.       — Это моя дочь, Ниджу. А малец со мной.       — Твоя дочь?! Ты же не... Она же полукровка. Ничего не имею против, но...       — Ха-ха-ха! Ты что в детстве был шутником, что сейчас остался таким, Ниджу. — рассмеялась матерая волчица. — Я бы тоже хотела увидеть бесстрашного и храброго пса, который не побоялся бы драться за меня или за любовь любой волчицы против остальных матерых! Но, увы, я явно не доживу до этого события.       Ниджу и его волки медленно встали на все четыре лапы. Они медленно подошли к Хасааре и ее спутникам, обнюхали их и решили провести их к утесу, где обитали вот уже много поколений члены их стаи. Нук, Як и Сумак шли впереди, за ними Ниджу и Хасаара, а Болто и Уна в хвосте.       — Ты и его знаешь, Уна? — вполголоса спросил Болто.       — Шутишь? Я впервые его вижу!.. Мать о нем ни разу не рассказывала. — прошептала Уна в ответ, после решила обратиться к Хасааре. — Мама! А кто твой приятель?       — Ох, глупышка, знал, что ты ее дочь, не устраивал бы сей глупости! Мы с твоей мамой с самого детства были не разлей вода! Так ведь, Хасаара? — несколько коварно отвечал Ниджу, чья морда растянулась в широкой улыбке. Он приблизился к матерой волчице и потерся головой о ее грудь. — Ну-с, дорогая? Неужели ты не скучала по мне? Я ведь дрался за тебя когда-то!— он нежно вылизывал ее ухо, покусывая и шепча. — Я скучал по тебе, моя разбойница...       — Я сказала бы то же самое в ответ, Ниджу, да только ты вновь переступил границу дозволенного. — недовольно проворчала Хасаара, ускорив шаг и ощутимо хлестнув волка хвостом по морде. Трио впереди еле сдерживало смех, ибо они давно не видели своего лидера таким. — Хвастливый шалун. — мягко добавила она.       — Узнаю ее!.. — хвастливо сказал волк и рысью побежал за ней.       — Эй, Ниджу! А ты знал, что я ей неродная дочь? — будто провоцируя, спросила Уна.       — Разумеется! — через плечо ответил ей волк. — Но для меня это неважно, юная Уна! — учтиво добавил Ниджу.       — Как обстоят дела в стае? — спросила матерая волчица.       — С тех пор, как ты ушла, все вернулось на круги своя. Мы не доедаем, оленей вообще нет. А рыбой и морскими чайками сыт не будешь!.. — огорченно рассказывал Ниджу. На пару секунд он посмотрел на Болто, который молча шел в хвосте. — А этот-то кто такой? Больно напоминает мне кого-то.       — Его зовут Болто. Племянник мой. Успел уже в столь юном возрасте спасти детей от болезни.       — Ого! Занятно! Я бы гордился таким сыном!       — Да уж... Они с Уной брат с сестрой. Я поняла это еще тогда, когда впервые встретила его.       — А как там поживают Найтшейд, Киш и Мади?       — Замечательно.       — Ты же не...       Их разговор прервал хозяин этой территории. Навстречу им семерым вышла целая стая. Во главе стоял весьма высокий волк светло-серого окраса. Он был самым старым волком в своей стае. От него веяло неким неземным спокойствием. Он источал доверие и некий магнетизм. Если Хасаара не подняла головы, то Болто и Уна на мгновение встретились со старым вожаком взглядами. В нем не ощущалось угрозы, будто бы он был кем-то родным, кем-то до боли знакомым. Болто ни разу не встречал его, но было ощущение, что он знал его. Уне же казалось, что они с Болто очень сильно были схожи внешне, но вместе с тем ее удивило, что светлая шерсть старого вожака так же пылала серебром, как и ее.       — Ниджу, я рад, что тебя не пришлось долго уговаривать. — мягко промолвил старый вожак, улыбнувшись. Затем он быстро обежал взглядом всех гостей. — Следуйте за мной. Ведь это я послал за вами ворона. Работу старый друг выполнил...       — Я разрешил им пройти лишь потому, что за них поручилась твоя сестра, Нава. — несколько надменно ответил волк.

***

      Вечер. Солнце скрылось за густыми снежными облаками, словно окрасившимися в нежный сиреневый оттенок. Чуть ближе к океану небо было чистым и являло редкие вспышки северного сияния. Вся стая собралась в небольшом плато среди скал. Вожак сидел на скале, ожидая, когда все затихнут. Наконец, он начал свою речь:       — Братья и сестры. Мы собрались вместе в столь трудное время вновь. Я слушал шелест травы, что много поколений покрывала эти края, голос ветра, что нес в себе всегда важные вести, и шепот морских волн, что сохраняли чистоту этих скал... Олени! Наша жизнь и наша главная опора, они в этом году не придут. Они пересекли океан.       Все волки буквально гипнотизировали его, немного ужасаясь такой новости, но ничего не могли сказать в ответ. Вернее, практически никто.       — Очень смешно, Нава! — самодовольно прокомментировал Ниджу. — Ты хоть сам не содрогаешься от своих слов, мудрый старец?! Пересекли океан... Как же!.. — все, включая и Болто, смотрели на него косо и с пренебрежением, Уна осмысливала слова старого вожака, а Хасаара лишь прищуренно смотрела на него.       — Да как ты смеешь, Ниджу! Нава замечательный вождь! Его видения всегда выручали нас, Ниджу. — пытались образумить его остальные члены стаи.       — Тихо. Пусть говорит. Это его право. — вежливо сказал Нава. Ниджу же, хоть и быстро кивнул старому вожаку в ответ, продолжил.       — Нава хочет нашей гибели! Одумайтесь! Когда Хасаара правила, мы жили в куда большей роскоши, нежели сейчас! Неужели вы предпочтете глупые сны и видения?! Поймите, что наш лидер уже слишком стар и слаб для такого! В конце концов, я мог бы вести стаю. Я моложе и сильнее, я готов принять ответственность на себя. Ведь Хасаара вернулась! Как и Единоокий Арно когда-то, она способна одолеть медведя и лося! Поймите, с ней у нас больше шансов на жизнь!       — Но моей сестре не было уготовано судьбой стать вожаком. — отрезал Нава, на что матерая волчица огрызнулась. — И тебе тоже, Ниджу. А считать свою молодость силой, а мою старость слабостью... это неправильно. Не ваш это удел быть вожаками. С твоим лидерством стая скорее кинется отбирать добычу у других, нарушая равновесие.       — Это неважно! — рявкнул волк. — Мы можем объединиться и вместе охотиться! Но нет! Ты предпочтешь сидеть здесь и медленно умирать, ожидая очередных видений!       Остальные волки вновь переговаривались. Кого-то заботил лишь вопрос о еде, кто-то негодовал от вновь вспыхнувшего конфликта между Ниджу и Навой. Однако, старый вожак не позабыл о самом главном.       — Инаэ, белая волчица. Она являлась ко мне во снах и общалась со мной. Она сказала, что мы должны пересечь океан! — когда по всему плато пронеслось это необычное имя, все волки замерли, они содрогались, а в их глазах горело некое почитание. Старый волк аккуратно спрыгнул с выступа и начал медленно подходить к Болто и Уне. — А поведет нас волк, который не знает о своем происхождении. — он устремил свой взор на полуволка. Болто вздрогнул и немного испугался.       — Болто? — обратилась к нему Уна.       — Послушайте... эм... я польщен, но... понимаете ли... — в суматохе полукровка замялся и начал неразборчиво говорить. — ...я никогда не руководил волчьей стаей, я никогда не жил среди волков. Да и в собачьей упряжке бегал лишь раз...       Шокированный его застенчивым откровением, Ниджу рассмеялся, а его смех подловили и его верное трио.       — Видите, дорогие соплеменники? Наш горе-вожак, утверждающий, что Великая Инаэ приходила к нему во снах, привел неопытную шавку, ничего в жизни, кроме как стыда, не испытывавшую! А-ха-ха!       Смущенный Болто опустил голову и уши, однако, Уна рявкнула на волка, отчего тот немедленно замолчал. Она лизнула полукровку в щеку и улыбнулась, мол, не обращай на него внимания. Болто улыбнулся ей в ответ.       — У каждого свое место в жизни, данное великими духами, а потому носи это с честью.       — С честью?! С честью, братец?! — вмешалась Хасаара. Она вышла в центр плато, ни один волк в стае не желал вступать с ней в спор и уж тем более в схватку, даже ее брат побаивался ее. — Да ты хоть знаешь, что такое честь?! — после этих слов все волки начали переглядываться друг с другом и с подозрением озираться на старого вожака. — Да, Нава! Кто бы говорил о чести, сперва убегая в закат от мнимой ответственности, а затем возвращаясь на готовое! — Хасаара смотрела так, словно ее укор относился к самому вожаку, затем с усмешкой она добавила. — Ты же догадывался о поступке их отца, твоего недалекого сынка, и я видела, что сделала их мамаша!..       Услышав эти слова, Болто замер. Ему перехватило дыхание, ведь теперь, спустя столько лет, он смог увидеть хоть кого-то помимо Уны и Хасаары родного. Но все же его мучил вопрос — почему Хасаара так не хотела говорить об этом раньше? Но он боялся подойти к старому вожаку ближе. Уна, медленно переступая с лапы на лапу, крадучись подходила к волку.       — Так, вы же наш дедушка? — она смогла выговорить лишь эти слова. Болто сдерживал себя все это время, ибо стеснялся при всех задать сей вопрос волку.       — Да, — улыбнулся старый волк, подпустив ее и Болто к себе поближе. Они приникли головами на его плечо, и он приобнял их своей сильной шеей.       — Нава, неужели это не сон?.. — немного дрожащим голосом спросил Болто.       — Инаэ есть Мать всех волков, и она помогла нам воссоединиться.       Старый вожак поднял голову и обратился ко всей стае:       — Наконец, отмеченные Великой Инаэ вернулись! Один из них отмечен и избран духами! Он станет великим вожаком! Второй станет его верным спутником, покровителем стаи! И когда мы пересечем Большую Воду, все в стае изменится! Наступит новая эра!       Все волки торжественно завыли, восторгаясь словам их вождя.       — Ты взяла на воспитание их обоих?.. Я благодарен тебе за это, Хасаара. — поклонился Нава матерой волчице. — А ведь внук на меня так похож... Да и внучка, впрочем, тоже... — негромко посмеивался он.       — Лишь эту малютку, брат!.. Этого полукровку растил кое-кто другой, но мозги вправить смог лишь наполовину. — холодно ответила матерая волчица, а затем позвала свою дочь. — Идем, Уна. Нам здесь делать нечего!..       — Давай останемся. Пожалуйста. Хотя бы на одну ночь. — попросили оба полукровки.       Матерая волчица неохотно согласилась. Болто и Уна последовали за ней поближе к берегу. Там они сделали себе неглубокие ямки в снегу и устроились на ночлег. После недолгой паузы Уна спросила, приподняв голову:       — А что стало с той собакой?       — Я помню только то, что она убежала в лес. Сомневаюсь, что она выжила. Ну, хоть для второго отпрыска уготовила нелегкую жизнь среди себе подобных... — ядовито произнесла матерая волчица, посмотрев на полукровку. Отвернувшись, она невольно пробормотала: — Если только в том доме не подохла...       Когда Уна услышала об этом, она вспомнила о рисунках в пещере, в мыслях она прокричала: "...Теперь я знаю, где искать!.." — и погрузилась в сон.       — Столь грустное семейное воссоединение, Нава!.. Но только помни! Я верну себе и Хасааре место вожака нашего клана!.. — Ниджу разогнался и решил застать вожака врасплох, напрыгнув на него и одержав верх, но когда он достиг цели, под его лапами остался лишь полупрозрачный белесый туман. Рассвирепевший и раздосадованный, он поднял морду вверх и выкрикнул. — Ты не сможешь спасаться при помощи своих фокусов вечно! — с этими словами Ниджу прошел вглубь своей пещерки, равно как и вся остальная стая разошлась.       Когда все стихло, старый волк появился вновь на камне. Он был неимоверно рад, что его отпрыски все еще живы, но и при этом огорчен на сестру, так и оставшуюся столь жестокосердной. Он отправился по скалистому пути к высокому выступу. Обычно там поздним вечером и ранним утром можно увидеть, как играет своими прекрасными лучами полярное сияние, рисуя изумительный рисунок жизни, как поют киты, выпуская мощнейший водяной поток.

***

      В глубокую ночь, когда возле берега был слышен лишь журчащий шум бьющихся о скалы волн, Болто резко проснулся. По привычке он хотел окликать гусака и медвежат, своих верных друзей, но их не было. Пелена сошла с глаз, и вновь предстал перед глазами заснеженный бережок. Его пробудили странные звуки, схожие со стрекотом и звуком как от крыльев. Рядом с ним спала Хасаара как без задних ног, а Уны не было. Он быстренько встал, размялся.       — Уна? — заметил он ее в паре метров от себя.       — Ты не спишь Болто? — не ожидавшая свидетеля взволнованная Уна резко замерла.       — Куда ты направляешься? — протерев глаза и отряхнувшись, спросил полуволк.       — Думаю, может, Нава расскажет что-нибудь нам о матери, почему она нас выкинула как ненужную выпавшую при линьке шерсть. И почему мы не вместе. — она заметила старого вожака на выступе среди океанских волн.       — Я с тобой пойду. — Болто тоже очень хотел разузнать побольше, а потому трусцой побежал вслед за сестрой. Взобравшись на гладкий выступ, они сели рядом со старым волком, смотревшим на сверкающие звезды.       — Болто? Уна? А вы чего не спите? — с невольной усмешкой спросил Нава.       — Нава, мы хотели тебя спросить кое о чем... — начал полукровка.       — Можете называть меня дедушкой. — улыбнулся волк. — Красивое все-таки небо в полярную ночь, не так ли? — втягивал он всем своим дряхлым телом приносимые ветром запахи ледяного океана из далеких мест.       — Нам как-то непривычно все-таки, — замялась Уна.       — Так, что вы хотели спросить?       — О маме и папе, Нава. Кем была наша мать-лайка и наш отец? И почему тебя не было?.. — расспрашивала Уна.       — И что за заброшенный дом посреди снегов? — приподнял одну бровь Болто.       — Вы про Воронов Гроб? — устремил свой взор на них встревоженный волк, а затем немного понизил голос. — Он до сих пор там, возможно... Это как... эм... склеп или кладбище. Вроде так называют люди места, где они оставляют тела умерших, когда те уходят в Долину Смерти.       Они втроем уселись, и старый волк непринужденно начал рассказ.       — Дело в том, что я был очень молод тогда. Конечно, вы можете назвать это типичной ошибкой молодости безответственного глупца, и я не отрицаю этого. Я родился отличающимся ото всех, я видел и слышал духов с детства. Когда родители узнали об этом, они начали готовить меня к тому, чтобы стать, как это делали и наши предки, новым вожаком. Волк со связью с духом Великой Инаэ всегда становился вожаком. И это не устраивало мою младшую сестру. Мне было по душе слушать голоса Аляски и постигать мудрость, она же воительница и властный лидер, да еще и в поединке одной левой одерживающий победу. Хотя, ее характер понять можно, ибо родители всегда сбагривали меня на нее... Но я боялся, я не хотел, я не создан для этого!.. И вот, час настал. Умер наш грозный отец Арно, а затем и милая матушка Камха. Все так внезапно, и я не был готов. Мне проще было стать одиночкой, ибо ответственность несешь лишь за себя и свои поступки. Впрочем, я и в драках за расположение волчицы не смог бы победить. Однако, одна старая волчица, когда-то сбежавшая от людей в лес и пришедшая к нам в стаю, приняла меня и без дуэлей. Да, у нее часто случались проблемы со слухом, часто она забывала то, что произошло буквально минуты назад, часто видела что-то, чего не видел даже я, и часто ей снились кошмары с лисами и псами, что терзают ее под безумный хохот людей, беспомощную и посаженную на цепь. Но она была очень доброй и чуткой, и она была усердной охотницей, с которой было просто приятно поговорить. Мы сбежали из пещеры ночью и даже не предполагали, что произойдет, пока нас не будет. Приходилось питаться погибшими зверями и замерзшей рыбой. Я частенько наблюдал из темного леса, как бежали запряженные в сани резвые псы, погонщики перевозили груз и часто отдыхали на специальных стоянках, местах, где и человек, и его собаки могли восстановить силы и поесть, так что я изловчился подбегать и, воруя у них кусок мяса прямо из-под носа, бесследно улепетывать. То же самое делала и моя самка. Вдвоем охотиться было хоть и трудно, но не невозможно. Важнее всего было не попадаться людям на глаза. Вскоре у нас родились детеныши. Но выжил лишь единственный сын Дромо. И тот тоже слабенький был, но усердный, хватавшийся за волосок жизни всегда. Приходилось действовать быстро и слаженно. К счастью, он быстро все схватывал и был крепышом. И он вскоре сменил мою партнершу.       Но однажды мы увидели среди упряжных псов ее. Невысокая, но и не мелкая, достаточно поджарая жилистая собака с коричневыми глазами, темным цветом крупных и стоящих торчком ушей, с массивной головой, отчего все тело казалось маленьким и худым, длинный и не пушистый хвост, лапы по сравнению с лапами обычной хаски были весьма широкими и большими, но чуточку меньше лап опытных псов. Совершенно не пушистая, лишь на горле неопрятно топорщилась чуть более длинная шерсть. Песочно-желтый сочный окрас напоминал цвет восходящего солнца, а грудка, морда, живот и "гольфики" на лапах походили скорее на цвет свежего снега. Впервые я увидел, что среди них бегала девчонка. Забавно, но она постоянно выла как волк, чем пугала своих партнеров по упряжке.       И вот, когда в очередной раз мы с сыном пошли на очередную вылазку, меня засек крупный пес и эта воющая лайка, которую окрикнул хозяин именем Джейд, она сорвалась с веревки и побежала за мной. Бегала весьма быстро, и я ощущал на своих лапах ее дыхание и кончики зубов. Я успел вовремя слиться с деревом и пропасть из ее поля зрения, но лайка и не собиралась уходить, она словно знала, что я нахожусь здесь. Увы, мой сын не мог так делать. Тем не менее, он волк, а Джейд лайка, так что он решил просто припугнуть ее. Я вышел из укрытия. Но она не испугалась. Ее не смутили два рослых и голодных волка. Я ужасно хотел есть и испытывал в тот раз дичайший стыд, решив вернуть стыренную копченную на костре рыбу ей, но Джейд не приняла кусок обратно. То ли это странная жалость, то ли мои способности, что-то из этих двух зол заинтересовало ее. Я поведал ей о себе, о Дромо и показал еще пару врожденных фокусов. Она же рассказала, что работает и перевозит почту в свой родной городок Ном и весьма довольна этим. Мы начали встречаться по пути в этих местах. Частенько я бегал к городку, дабы навестить ее. Псы там весьма высокомерные. Какой-то молодой черный голубоглазый пес с золотым ошейником и тремя глуповатыми приятелями постоянно расхаживали по размытым дорожкам и гоняли кошек и более слабых щенков. К Джейд у него отношение странное. То смеялся над ее именем и ее привычкой выть как над чем-то постыдным, именовал волкофилкой, волколюбкой, той, кому по-вкусу дикари из дремучего леса, то клялся в любви и называл своей собачкой, всячески напрыгивая на нее и зажимая в углу. В общем, странный тип, которого она все-таки пригрела и часто бегала вместе с ним, часто позволяла ему это делать.       — Стил?! — морду полуволка перекосило. — Моя мать встречалась с ним?!       — Что за Стил? — спросила Уна. — Это не его ошейник часом висел на рычажке?       — Да, некогда самый популярный пес в Номе. — Болто вздохнул. — Так вот почему он приставал ко мне... Тут дело даже не в Дженне или авторитете или гонках. Из-за моей матери и того, что она предпочла волка, Нава.       — А ты сильно похож на нее, Болто. — предавался воспоминаниям старый вожак. — Представляю то чувство, когда кто-то напоминает тебе о ком-то, кого ты ненавидишь всей душой, но и одновременно кого когда-то любил в прошлом.       — Вот же инфантильный маламут!.. Хоть и плохо так о мертвых говорить.       — Мы часто с Джейд бегали вместе, она всегда встречала меня с задней части Нома в самом тихом месте, показывала различные скрытые дорожки и черные ходы. Часто она забиралась на крыши и даже учила нас вскрывать замки и вытаскивать крепления с дверей. Она даже порвала отношения с тем Стилом. Впрочем, сам Дромо всегда воспринимал ее скорее как сестру по духу и охоте, нежели как партнера, но всегда оберегал ее. Помню, как он всячески поглядывал с подозрением, когда мы с Джейд уходили на охоту. Но я знал, что волка ни люди, ни собаки не примут, а в одиночку в дремучих лесах средь столетних могучих сосен мы вряд ли выживем. Как-то мне явилась Великая Инаэ. Она поведала мне, что стаей давно правит Хасаара вместе с Ниджу и приближенными им волками. Под их клыками огромные территории, богатые не только дарованными для нас карибу, но и другой живностью. И я понял: раз на моей стороне духи, а теперь и Джейд с Дромо, то должен показать ей, что я волк, и стать вожаком, как того и требовали предки. И чтобы наше потомство продолжило долг. Она уже носила щенков, Дромо остался присматривать за ней. Я пообещал им, что вернусь, как наведу порядок в семейном гнезде и налажу отношения с сестрой. И не сдержал... Время с момента моего возвращения в стаю пробежало мгновенно. Черный ворон, приведший меня к клану, привел и к заброшенному дому, указав, что Джейд там. И я нашел ее там с разодранной шеей и грудиной. Кровь разверзлась по белоснежному снегу подобно молниями от теряющего тепло хрупкого тельца, она все еще тяжко дышала. Однако, Джейд слышала мой голос, из пасти брызгала кровь, но я ничего уже не мог сделать, не мог помочь. Я смог разобрать из ее хрипов лишь то, что Дромо тоже больше нет. Но в ее голосе было то ли сожаление, то ли некая шокирующая радость. Меня всего передернуло, будто в тело вонзились тысячи огнестрельных пуль. Я пал рядом с ней, практически не реагирующей ни на что. Я уже не мог ничего сделать. Потому хотел исправить свою ошибку.       — ...Видимо, Хасаара была права. — огорченно обобщил Болто, вспомнив о ее словах.       — Вы стоите друг друга!.. — подавленно пробормотала Уна, облокотившись на плечо полукровки.       — Идите лучше спать. Завтра день будет нелегкий. Но я неимоверно рад, что нашел вас, и что моя сестра привела вас невредимыми ко мне. И теперь вы займете свое место, принадлежащее вам по праву. Вы оба, вместе, как и ваши...       — Слушай, Нава, — обратилась Уна к старому вожаку, перебив его. — А что это за способности такие? Ты обладаешь ими. Я видела.       — В семье вожаков всегда через поколение в одном единственном помете рождается единственный помеченный Великой Инаэ. Отмеченный духами. И именно он всегда правит стаей. Огромное благо спускается на стаю, у которой родится двое отмеченных духами. Такое было лишь один раз, много тысяч лун назад. Брат и сестра, положившие начало нашему наследию. Не обладающих способностями волчат обычно рождается несколько в одном помете, и их быстро сменяют помеченные Великой Инаэ. — дал ей вожак исчерпывающий ответ. — А теперь идите спать.       Вдвоем Болто и Уна пошли к берегу, где крепко спала их тетка. Старый вожак отправился в свое логовище у океана.       — И все же меня не покидает один вопрос. Если они любили друг друга, почему же наша мать сбежала и решила избавиться от нас? — ломала голову Уна, пытаясь найти хоть какой-то удовлетворительный и логичный ответ.       — Боюсь, что мы не получим на это ответов, — вздохнул Болто. — Хороших снов, Уна. — свернулся Болто калачиком и спрятал морду пушистым хвостом.       — И тебе, Болто. — с тяжкой мыслью она постаралась заснуть.       Спустя несколько часов проявился слабый луч Луны, вызвавший последнее наваждение с вороньим стрекотом.

***

      С тех пор, как вожаком стал Нава, вернувшийся после странствий, жизнь стаи поменялась. Их пристанищем вновь стали голые скалы возле океана, волки редко уходили далеко от своего дома, а их единственной пищей были карибу, дарованные, как думали многие, Великой Инаэ, и дары океана. Рыба, чайки и порой выброшенные туши крупных морских животных, которым посчастливилось сгинуть таким унизительным образом. Единственные, кто не испытывал радости, были, конечно, Хасаара, Ниджу, Найтшейд, Мади и Киш, часто покидавшие группой скалистое пристанище и уходившие в долину, но каждая их замеченная вылазка пресекалась как неповиновение духам.       Однажды матерая волчица застала его, сидящим на выступе и смотрящим на игры света в небе, он шепотом произносил некую речь, несколько раз произнося имя белой Инаэ. Хасаара встала и, немного приподняв морду и прикрыв глаза, ибо ей было противно смотреть на него, со вздохом начала:       — Я и мои волки не собираемся выполнять грязную работу. Они недовольны тем, что ты запрещаешь без какой-либо причины уходить на богатые пищей территории, завоеванные нами кровью и потом. Мы сгинем от голода!       В это время ее ждали ее волки. Всегда собранный и молчаливый Найтшейд, резвая Киш и миловидная Мади.       — Когда он только сбежал, когда оставил свой клан без лидера, тогда и надо было убить его!.. — презрительно фыркая, размышляли они. — Но почему он вернулся?.. Совесть взыграла?!       Наву не сломили яростные оскорбления. Он прекрасно помнил наставления своей матери, водившей его на охоту, помнил каждую заповедь духов и каждый свой сон с Великой Инаэ, направившей его к родному дому.       — Давай забудем прошлое, сестренка. Вы останетесь в стае, а я встану на пост того, кем и должен был стать, как распорядились давным-давно. Я видел и общался с Великой Инаэ. Я вожак по праву рождения и наследия. Я понимаю, что тебе пришлось нелегко...       — Мне плевать на эти распри! — она практически не срывалась на крики и рычание, оставалась такой же хладнокровной и спокойной. — Ты слышишь хоть меня, брат?! Ты их приведешь к гибели!       Нава оглянулся и подошел к ней, немного возвышаясь и медленно виляя длинным пушистым хвостом. Волк не мог тягаться с ней в честном поединке один на один, матерая волчица всегда была сильнее и ловчее его. Он смотрел на нее свысока, но матерая волчица сразу же взглянула ему в желтые глаза, без страха или почтения, как к равному себе.       — Великая Инаэ оберегает нас. Клан чувствует себя огражденным от напастей и риска. Все прошлые поколения, наши предки жили так. — спокойно разъяснял он, поглядывая на сияние в чистом звездном небе. — Почему ты не можешь смириться с тем, что вожаком становится всегда волк, чья душа отмечена духами?       — Потому что они не те, за кого себя выдают! Я все видела, да только никто не хочет прислушиваться ко мне!.. Ты нас приведешь в Долину Смерти! — глядела она полными свирепости глазами, пытаясь вдолбить ему в голову правду и силясь применить к нему прием удушающего поцелуя. — Ты наивен, Нава. — он отвел от нее взгляд и прошел вперед, не желая слушать и считая, что она всего лишь хочет вернуть себе место вожака. — Одна тварь, распавшаяся на несколько тварей, смогла обхитрить тебя!.. Все были глупцами, умирая в неистовых ледяных водах, куда манила твоя Инаэ... Клан наш, Нава. Он уцелел лишь благодаря нашим общим усилиям! Ему не нужен новый вожак! Молодость, сила и ум есть! Мы впятером справлялись, пока ты, жалкий "избранный", — она словно выплюнула это слово. — Бежал от того, что напророчили просто потому, что ты уродился одаренным!.. — лязгнула клыками волчица.       — У каждого свое место в мире, нужно гордиться тем, что дано. — мягко молвил он, чем сильно раздражал Хасаару. Раздосадованная, она уже готова была уйти к Ниджу и своим волкам, как вдруг услышала от брата то, чего не ожидала никогда от него. — А за ересь, сказанную тобой сейчас, за оскорбление нашей покровительницы, Матери всех волков, я изгоняю тебя, Хасаара, из нашего клана! — эти слова пронеслись и достигли своей цели. Они походили на предательский удар хорошо заточенным кинжалом в спину. Весь клан услышал об этом и незамедлительно встал подле своего вожака, презрительно глядя на волчицу.       — Ты этого не сделаешь! — матерая волчица не могла поверить в эти слова. Но было слишком поздно. Вожак принял решение, но чтобы не чувствовать на своей шкуре унижения, она выпрямилась и резко сказала. — Хорошо! Я уйду сама! Хотите помереть? Ваше право!       Она спустилась с горного выступа, где ее ждали ее партнеры.       — Мы все слышали... — не скрывала Киш своей грусти. — Но мы не останемся здесь.       — Что? — не поняла Хасаара.       — Мы пойдем за тобой. Ты наш вождь. — вместе обосновали Найтшейд и Мади, искренне улыбнувшись. — Мы пойдем за тобой. Ты вела нас к жизни, так веди и сейчас. — те трое самых приближенных ей волков как и она, думают головой и не руководствуются сказками и видениями.       — Ниджу?       — Я лучше останусь здесь, моя разбойница. Не волнуйся, я присмотрю за стаей... — несколько лет Хасаара водила стаю и ни разу не оплошала, а Ниджу, преданный столь опытному и более старшему вожаку, верно помогал ей не только как своему вождю, но и как другу детства.       Вся стая наблюдала за тем, как Хасаара и лояльная ей тройка покидала родной дом. Ниджу предпочел скрыться в пещерке, а вожак, пред которым преклонялся весь клан, лишь сидел на выступе и смотрел им вслед, печально опустив голову и закрыв глаза...