Реальный вымысел

      Прихватив свои покупки, гриффиндорцы с мистером Уизли поспешили в лес, следуя за светом фонарей. Всю дорогу через лес минут двадцать все разговаривали и шутили, пока, наконец, не вышли на противоположную сторону и не оказались в тени гигантского стадиона. – Сто тысяч мест, – сказал мистер Уизли, поймав его благоговейный взгляд. – По заданию Министерства здесь целый год трудились пятьсот человек - Маглоотталкивающие чары тут на каждом дюйме. Весь год, как только маглы оказывались где-то поблизости, они вдруг вспоминали о каком-нибудь неотложном деле, и им приходилось срочно убираться восвояси благослови их Господь, – добавил он нежно, направляясь к ближайшему входу уже окруженному шумной толпой колдуний и волшебников. – Первоклассные места! – заметила колдунья из Министерства, проверяя у друзей билеты, все. – Так. Верхняя ложа! Прямо по лестнице, Артур, и наверх. Лестницы на стадионе были выстланы ярко-пурпурными коврами. Вся компания пробиралась наверх вместе с толпами болельщиков, которые постепенно рассаживались по трибунам справа и слева от них. Мистер Уизли вел своих подопечных все выше и выше; наконец они поднялись на самый верх лестницы и очутились в маленькой ложе на высшей точке стадиона, расположенной как раз на середине между голевыми шестами. Тут в два ряда стояли примерно двадцать пурпурно-золоченых кресел, и Мэдисон, пройдя к передним местам вместе с Уизли, взглянула вниз и увидела фантастическую картину, которую никогда не смогла бы даже вообразить. Сто тысяч колдуний и волшебников занимали места, расположенные ярусами, поднимающимися вокруг длинной овальной арены. Все вокруг было залито таинственным золотым светом, который, казалось, излучал сам стадион. С этой высоты поле выглядело гладким, как бархат, в каждом конце стояло по три пятидесятифутовых шеста с кольцами, а прямо напротив, как раз на уровне глаз брата, было исполинское черное табло — по нему бежали золотые надписи, будто невидимая рука быстро писала и затем стирала написанное — это были светящиеся рекламные объявления. «Синяя Муха» – метла для всей семьи – безопасно, надежно, со встроенной противоугонной сигнализацией… Миссис Скоур – всеобъемлющее магическое устранение неприятностей – без скандалов и огорчений… Праздничные наряды от «Колдовской Моды» – Лондон, Париж, Хогсмид… Дальше большая компания стали пробираться к своим местам, Фред шел сзади меня, и постоянно как бы случайно натыкался на меня. – Фред хватит тебе уже. Что ты постоянно на меня налетаешь? – недовольно фыркнула я. Но Фред только улыбнулся, я отвернулась от него, и, поравнявшись с братом, что-то шепнула ему на ухо. Он кивнул, и пропустил меня вперед. Я улыбнулась брату, и показала Фреду язык, он хмыкнул и пошел дальше. Тут мы все разом врезались друг в друга, едва не упав. Дорогу всем перегородили семья Малфоев. Драко как всегда омерзительно усмехнулся. Гарри и Драко стали врагами с самой первой поездки в Хогвартс. Я его тоже недолюбливала и постоянно с братьями Уизли делали ему какие-нибудь пакости, за что потом получали от Снега. Бледный паренек с заостренным лицом и бесцветно-белыми волосами, Драко необычайно походил на отца. Его мать тоже была блондинкой – высокая и стройная, она была бы довольно мила, если бы на ее лице не присутствовало постоянно такое выражение, будто ей в нос непрестанно лезет какой-то мерзкий запах. – А, Фадж! – произнес мистер Малфой, подходя к министру и протягивая руку. – Как дела? По-моему, ты еще незнаком с моей женой Нарциссой? И с нашим сыном Драко? – Добрый вечер, добрый вечер! – Фадж улыбнулся и поклонился миссис Малфой. – А мне позвольте представить вам мистера Обланск… Обалонск… мистера… короче, он болгарский министр магии и не понимает ни слова из того, что я говорю, так что не беспокойтесь. И давайте посмотрим, кто тут у нас еще? С Артуром Уизли вы знакомы, я полагаю? Это был напряженный момент. Мистер Уизли и мистер Малфой посмотрели друг на друга, и Гарри живо вспомнился тот последний раз, когда они встретились лицом к лицу. Это было в книжном магазине «Флориш и Блоттс», и дело кончилось дракой. Холодные серые глаза Малфоя скользнули по мистеру Уизли и затем обежали весь ряд. – Боже правый, что же тебе пришлось продать, чтобы достать места в верхней ложе? Уверен, ты за весь свой дом столько бы не выручил. Фадж, не слышавший этих слов, говорил. – Люциус на днях сделал очень щедрое пожертвование больнице святого Мунго, где лечат магические травмы и болезни, Артур, так что здесь он в качестве моего гостя. – Как… как мило! – Промолвил мистер Уизли с натянутой улыбкой. Мистер Малфой задержал взгляд на Гермионе. Та слегка покраснела, но решительно посмотрела в ответ. Я приобняла Гермиону за плечо, и холодно без страха посмотрела в глаза Малфоя старшего. Гарри было доподлинно известно, что заставило губы Малфоя скривиться. Однако в присутствии министра магии он не осмелился ничего сказать по этому поводу. Малфой старший насмешливо кивнул мистеру Уизли и продолжил путь к своим местам. Драко послал мне, Гарри, Рону и Гермионе презрительный взгляд и уселся между отцом и матерью. – Хорек блин недоделанный. Ненавижу его, – прошипела я сквозь зубы. – Глисты с поволокой, – прошептал Рон, когда они с Гарри и Гермионой вновь повернулись к полю. А в следующий момент в ложу ворвался Людо Бэгмен. – Все готовы? – пророкотал он. Его лицо светилось, словно круг эдамского сыра, если только можно представить себе взволнованный сыр. – Министр, начинать? – По твоей команде, Людо, – с удовольствием отвечал Фадж. Бэгмен выхватил волшебную палочку, направил себе прямо на горло и приказал: – Сонорус! И с этого мгновения его голос превратился в громовой рев, заполнивший до предела забитый стадион; этот голос раскатывался над ними, отдаваясь в каждом уголке трибун. – Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу! Зрители разразились криками и аплодисментами. Развевались тысячи флагов, добавляя к шуму разноголосицу национальных гимнов. С гигантского табло напротив сгинуло последнее объявление – Берти Боттс еще успел посулить небывалые ощущения от каждой конфетки своего драже, – и зажглись слова: БОЛГАРИЯ — НОЛЬ, ИРЛАНДИЯ — НОЛЬ. – А теперь без долгих предисловий позвольте представить вам, Талисманы болгарской сборной! Правая часть трибун — сплошь в красных флагах — одобряюще заревела. – Интересно, что же они привезли? – пробормотал мистер Уизли, наклоняясь вперед. – А-а-а-а! – Он спешно сдернул с себя очки и принялся протирать их. – Вейлы! – А что это за ве… Это были девушки, они выбежали на арену и танцевали. Красивые женщины очаровывали всех мужчин. Я посмотрела на Фреда и Джорджа, они едва не вывалились вниз через ограждения. Я схватила их под руки и затащила обратно, они как будто очнулись и посмотрели на меня. Я покачала головой. – А теперь, леди и джентльмены, поприветствуем – болгарская национальная сборная по квиддичу! Представляю вам – Димитров! Фигура в красных одеждах, на метле, двигающаяся с такой быстротой, что казалась размытой, вылетела на поле из дальнего нижнего входа под сумасшедшие аплодисменты болгарских болельщиков. – Иванова! Подлетел второй игрок в красной мантии. – Зогров! Левски! Волчанов! Волков! И-и-и-и-и-и Крам! – Вот он, вот он! – завопил Рон, уставившись на Крама в омнинокль. Гарри, торопясь, настроил свой. Виктор Крам был худым, темноволосым, с лицом землистого цвета, внушительным крючковатым носом и густыми черными бровями. Он походил на большую хищную птицу. С трудом верилось, что ему всего восемнадцать. – А сейчас, прошу вас, встречаем ирландскую национальную сборную! – надсаживался Бэгмен. – Представляю: Конолли! Райан! Трой! Маллет! Моран! Куигли! И-и-и-и-и — Линч! Семь зеленых вихрей вырвались на поле. Гарри лихорадочно крутил регулятор на боку своего омнинокля и замедлил движение игроков до такой степени, что мог прочитать слова «Молния» на каждом помеле и видеть их имена, серебром вышитые на спинах. – А также из самого Египта – наш судья, почетный председатель Международной ассоциации квиддича, Хасан Мустафа! Маленький и тощий волшебник, совершенно лысый, но зато с усами, которым позавидовал бы даже дядя Вернон, одетый в мантию цвета чистого золота под стать стадиону, вышел на поле. В одной руке он нес солидных размеров плетеную корзину, в другой метлу, из-под усов торчал серебряный свисток. Гарри вернул скоростной регулятор омнинокля к норме и внимательно наблюдал, как Мустафа взобрался на метлу и откинул крышку корзины, в воздух взвились четыре шара: малиновый квоффл, два черных бладжера и, Гарри увидел его на краткий миг, прежде чем он скрылся из глаз – крошечный крылатый золотой снитч. Пронзительно свистнув, Мустафа взлетел вслед за шарами. – На-а-а-ачинаем! – взвыл Бэгмен. – Это Маллет! Трой! Моран! Димитров! Снова Маллет! Трой! Левски! Моран! Такого квиддича Гарри еще не видел. Он с такой силой прижимал омнинокль к глазам, что очки врезались в переносицу. Скорость игроков была невероятной — охотники перебрасывали друг другу квоффл так быстро, что Бэгмен едва успевал называть их имена. Гарри снова включил замедлитель на своем омнинокле, нажал кнопку «синхронный комментарий», и с этой минуты видел все в замедленном темпе, в линзах вспыхивали ярко-лиловые надписи, а шум толпы сотрясал ему барабанные перепонки. Чемпионат мира по Квиддичу выиграла сборная Ирландии. Большая компания вернулись в свою палатку, и каждый выпил по чашке какао. Парни и мистер Уизли обсуждали матч, я, Джинни и Гермиона больше обсуждали парней. Фред посмотрел на меня и сделал недовольное лицо, когда слышал, как я с восторгом говорю про Виктора Крама. Пожелав друг другу доброй ночи, все легли спать. Но спали недолго. – Ребята живо просыпайтесь, – кричал мистер Уизли. Ничего не поняв, все моментально натянули на себя одежду и обувь, да с такой скоростью. – В чем дело? Впрочем, к нему самому уже пришло смутное чувство, будто что-то не так. Звуки в лагере изменились. Пения больше не было слышно, доносились тревожные крики и шум беготни. Выбежали Гермиона и Джинни, набрасывая куртки, и за ними мистер Уизли. В ту же минуту из палатки мальчишек появились Билл, Чарли и Перси, полностью одетые, с закатанными рукавами и волшебными палочками наготове. – Мы поможем министерским дежурным! – закричал, перекрывая гвалт, мистер Уизли, тоже закатывая рукава. – Вы все давайте в лес и держитесь вместе. Я приду за вами, как только мы с этим разберемся. Билл, Чарли и Перси уже бежали к наступающей колонне, мистер Уизли бросился следом. Со всех сторон к источнику неприятностей мчались сотрудники Министерства. Бесчинствующая толпа подступила совсем близко. – Давайте! – Фред схватил Джинни за руку и потащил ее в лес. Джордж схватил за руку меня и побежал за братом. – Стой, а как же Гарри, Рон и Гермиона? – кричала я Джорджу. – Отец их найдет, идем же, – сказал Джордж. Отыскав Фреда и Джинни, мы не знали, что теперь делать, куда идти и как вернуться в палатку. Джинни была очень напугана, я подошла к ней и крепко обняла. – Все будет хорошо Джинни, все будет хорошо, – говорила я, хотя сама очень переживала за брата. Мистер Уизли нашел ребят, их держали и кричали, что это кто-то из них послал в небо Метку. Мистер Уизли ответил, что это были не они. Вместе с Гарри, Роном и Гермионой он протиснулся сквозь толпу, и вся компания продолжила путь в лагерь. Здесь все затихло, лишь дымились несколько сгоревших палаток. Из домика высунулась голова Чарли. – Па, что там происходит? – раздался в темноте его голос. – Фред, Джордж, Джинни и Мэди вернулись, а остальные… – Я их привел, – Мистер Уизли наклонился и влез в палатку, за ним Гарри, Рон и Гермиона. Я, увидев брата, крепко обняла его, и была рада, что он жив и здоров. Билл сидел за кухонным столиком, обмотав руку окровавленной простыней, рубашка на Чарли была основательно разодрана, а Перси щеголял разбитым носом. Фред, Джордж и Джинни хотя и дрожали, но были целы и невредимы. Я достала из рюкзака медикаменты, которые были на всякий случай приобретены на Тисовой улице, и подошла к Биллу. – Дай посмотрю твою руку Билл, – сказала я Биллу. Он протянул мне руку. Убрав простынь, я стала обрабатывать рану на его руке. Промыв рану, и наложив на салфетку заживляющую мазь, забинтовала руку бинтом. – Все, готово. Перевязку нужно будет сделать утром, – сказала я, убрав мусор. – Спасибо большое Мэди, – поблагодарил Билл. После я так же помогла Перси, он так же поблагодарил. – Вы их поймали, па? – резко спросил Билл. – Тех, кто запустил Черную Метку? – Нет, – ответил мистер Уизли. – Мы нашли эльфа Барти Крауча с волшебной палочкой Гарри, но никаких следов того, кто наколдовал Метку. – Что? – одновременно воскликнули Билл, Чарли и Перси. – Палочка Гарри? – в один голос сказали Фред, Джордж и я. – Эльф мистера Крауча? – Перси как громом поразило. С помощью троих друзей мистер Уизли объяснил, что произошло в лесу. Когда они закончили свой рассказ, Перси прямо-таки раздулся от негодования. – Считаю, что мистер Крауч совершенно прав, избавляясь от такого эльфа! Сбежать, когда ей было ясно сказано оставаться на месте, опозорить его перед всем Министерством! Как бы это выглядело, если бы она предстала перед Комиссией по контролю и регулированию… – Она ничего плохого не сделала, просто оказалась в неподходящее время в неподходящем месте! – напустилась на него задетая за живое Гермиона, хотя она-то всегда неплохо ладила с Перси – честно говоря, гораздо лучше, чем все остальные. – Гермиона, волшебник такого ранга, как мистер Крауч, не может терпеть рядом эльфа, который, чуть что, начинает, как безумный носиться с волшебной палочкой! – Она не носилась как безумная! – вскипела Гермиона. – Она просто подняла ее с земли! – Послушайте, кто-нибудь мне, наконец, объяснит, что за штука этот череп? Я ничего толком не пойму – нетерпеливо перебил их Рон. – Он-то ни на кого не нападал. Почему из-за него столько шума? – Я же тебе говорила, это эмблема Сам-Знаешь-Кого, – сказала Гермиона, прежде чем кто-нибудь успел открыть рот. – Я читала об этом во «Взлете и падении Темных Искусств». – И ее не было видно тринадцать лет, – негромко добавил мистер Уизли. – Немудрено, что людей охватила паника. Все равно как если бы Вы-Знаете-Кто вернулся вновь. – Вот этого я никак не пойму, – нахмурил брови Рон. – Я имею в виду это же всего-навсего картинка в небе… – Рон, Ты-Знаешь-Кто и его сподвижники запускали Черную Метку всякий раз, когда убивали кого-нибудь, – сказал мистер Уизли. – Ужас, который она внушала. Ты и понятия не имеешь, ты был слишком мал. Просто представь, что подходишь к своему дому, видишь парящую над ним Черную Метку и понимаешь, что найдешь внутри… – Мистер Уизли болезненно сморщился. – Все опасались худшего… самого худшего… На минуту воцарилась тишина. Потом Билл сказал. – Ну, сегодня ночью нам это только помешало, кто бы ее ни наколдовал. Метка спугнула Пожирателей смерти. Они все трансгрессировали, едва ее увидели. Мы не сумели сорвать маску ни с одного, а Робертсов подхватили у самой земли. Им сейчас проводят изменение памяти. – Пожиратели смерти? – спросил Гарри. – Кто такие Пожиратели смерти? – Так называют себя последователи Сам-Знаешь-Кого, – пояснил Билл. – Мы, наверное, видели сегодня тех, кто еще уцелел тех немногих, кто каким-то путем сумел избежать Азкабана. – У нас нет доказательств, что это были они, – покачал головой мистер Уизли. – Хотя, скорее всего, так оно и есть. – Да держу пари, это они! – с жаром воскликнул Рон. – Па, мы встретили Драко Малфоя в лесу, и он все равно, что признался нам, что его отец один из этих психов в масках! А всем известно, что Малфои были в ближайшем окружении Сами-Знаете-Кого! – Но зачем сторонникам Волан-де-Морта, – начал, было, Гарри, но тут все вздрогнули, ну кроме меня, как и большинство обитателей волшебного мира, Уизли избегали произносить это имя. – Прошу прощения, – смутился Гарри, – для чего сторонникам Сами-Знаете-Кого поднимать в воздух маглов? Я имею в виду, в чем тут их цель? – Цель? – невесело усмехнулся мистер Уизли. – Гарри, они так понимают веселье. В прошлом, когда Сам-Знаешь-Кто еще был в силе, маглов убивали просто так, ради забавы. Думаю, они подвыпили этой ночью и не смогли устоять перед желанием напомнить нам, что их еще немало повсюду. Небольшая вечеринка старых приятелей, – закончил он с отвращением. – Но если это были Пожиратели смерти, почему они трансгрессировали при виде Черной Метки? – недоумевал Рон. – Они должны были обрадоваться, заметив ее, ведь так? – Пошевели мозгами, Рон, – ответил Билл. – Если это и впрямь были Пожиратели смерти, им ведь пришлось попотеть, чтобы не попасть в Азкабан, когда Сам-Знаешь-Кто потерял силу, надо было врать на все лады, что это он заставлял их убивать и мучить людей. Уверен, если бы он вернулся, они перепугались бы еще почище нашего. Они бойко отрекались от него, стоило ему лишиться могущества, и возвратились к своей обычной жизни. Вот уж не думаю, что он был бы доволен ими! – Так что же… кто бы ни наколдовал Черную Метку– задумчиво произнесла Гермиона, – он сделал это в знак поддержки Пожирателей смерти или чтобы разогнать их? – Мы и сами ломаем голову, Гермиона, – кивнул мистер Уизли. – Могу сказать одно: это заклинание было известно только Пожирателям смерти. Наверняка это совершил тот, кто был когда-то одним из них – независимо от того, кто он сейчас. Слушайте, уже очень поздно, и если мама узнает, что тут у нас произошло, она с ума сойдет от беспокойства. Давайте-ка поспим оставшиеся несколько часов и потом ранним порталом постараемся выбраться отсюда. Все разошлись по своим кроватям и до утра хоть немного поспали.