Десять лет спустя

      Международный аэропорт Нарита был загружен до предела. Люди сновали здесь, как в муравейнике. Сталкивались, обходили друг друга и мотались из стороны в сторону, загораживая друг другу проходы. Лучшее место, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей. Но стоило лишь взойти по трапу самолета, как от них стало никуда не деться. Единственное спасение — наушники в уши и бестолковый слюнявый фильм на встроенном экране в спинку кресла впереди.       Наконец, после утомительного десятичасового перелета и двухчасовой поездки на такси, Кисе стоял перед светлым домом на типичной американской улице, где все дома, лужайки перед ними и даже цветочные кусты были одинаковыми, прям как под копирку. В точности как и люди. Грубые, невежественные и все на одно лицо.       Здесь, судя по табличке на углу и сведениям Акаши Сейджуро жил Куроко Тецуя. Кисе глубоко вздохнул и позвонил. В доме раздалась громкая трель, послышались торопливые шаги по лестнице. Кисе нервно сжал кулаки в карманах.       — Здравствуйте, — дверь открыл Куроко. Повзрослевший, изменившийся, но не настолько, чтобы его не узнать.       — Куроко-чи, да ты слегка подрос! — Кисе присвистнул широко улыбаясь.       — Кисе? — Куроко ошарашено моргал знакомо большими голубыми глазами.       — Ну, и долго будем стоять на пороге? — сердце почему-то колотилось быстро-быстро, а ладони вспотели.       — Да, проходи, — Куроко пропустил его в дом, закрыл за ним дверь и снова замер как памятник самому себе, с тупым недоверием глядя на него, как на призрак.       Кисе с преувеличенным вниманием осмотрел светлые с замысловатым рисунком стены, белую массивную лестницу на второй этаж, картины на стенах. Взгляд зацепился за одну. Это была увеличенная фотография Поколения Чудес, та, что была у каждого из них.       — Хороший дом, — Кисе посмотрел на Куроко.       Тот внезапно отмер, сделал быстрый шаг и крепко обнял его, так, что показалось, будто хрустнули ребра. Кисе, в свою очередь, обнял бывшего товарища по команде.       — Кхм-кхм, прошу прощения, — знакомый голос со стороны лестницы заставил обернуться.       Тяжело наваливаясь на перила, в одних штанах и без рубашки, сверкая необычными глазами багряно-красного цвета стоял никто иной, как Кагами Тайга собственной персоной. Волосы все того же красного цвета с нижними черными прядями воинственно топорщились во все стороны.       — Это Кисе, — приглушенно пояснил Куроко, но объятий так и не расцепил и подозрительно хлюпнул носом.       — Куроко-чи, ты меня задушишь, — воздуха уже стало конкретно не хватать, да и глаза предательски защипало.       — Кисе Рёта что ль? — Кагами тоже на мгновение замер, а потом, как был, босиком, слетел по лестнице и остановился, глядя ему в лицо.       — Привет, не ожидал тебя здесь увидеть, — гость протянул ему руку. Было такое чувство, что Кагами сейчас тоже кинется его обнимать. Но слава богу, просто пожал протянутую руку.       — Какими судьбами к нам? — спросил Кагами, широко улыбаясь. — Сто лет тебя не видел. Проходи, что встали на пороге. Тецу, отцепись от человека.       Куроко кивнул, еще сильнее обнял гостя и, наконец расцепив руки, тут же взялся тереть глаза. Кагами, глядя на него, покачал головой, цокнул и закатил глаза.       — Пойдем, — Кагами хлопнул гостя по плечу и повел на кухню.       Он тут же развел бурную деятельность, доставая чашки, вытаскивая из холодильника продукты. Куроко стоял в дверях.       — Я смотрю, тут еще не забыли про баскетбол, — Кисе кивнул на фото в рамке на стене, где была снята команда старшей школы Сейрин после выигрыша на чемпионате.       — Нет, мы больше не играем, — Куроко прекратил стоять и взялся помогать Кагами. — Только изредка, с коллегами по работе.       Кисе кивнул, во все глаза глядя за слаженными действиями этих двоих. Они без слов и лишних взглядов передавали друг другу недостающие предметы, закрывали друг за другом дверцы шкафов и совершенно не мешали друг другу в тесном пространстве. Это было похоже на прекрасно отрепетированный спектакль, если бы это не было таким привычным и естественным для них.       Очень скоро поздний завтрак — или обед, по мнению Кисе, — был готов. Наблюдать за работой этих двоих было настоящим удовольствием. Даже не хотелось разрушать этот момент лишними разговорами.       — Господи, Кисе, перестань так таращиться, — не выдержал Кагами, — да, тебе не показалось.       — Мы женаты, — Тецуя сел за стол рядом с Кисе и подал ему тарелку. На безымянном пальце, на американский манер, блестело обручальное кольцо. У Кагами было точно такое же. — Уже почти десять лет.       — Нихрена себе, — Кисе замер с непривычной вилкой в руке. — Умеете вы удивлять, парни. Я думал, что после семейства Аомине меня ничем не удивишь.       — Как он там? — требовательно спросил Тецуя.       — Женился на Момои, — хитро ответил Кисе. Ему показалось, или Кагами облегченно вздохнул? Куроко смотрел круглыми от шока глазами. — Сына растит, — он понизил тон, готовясь преподнести главную «бомбу» дня. — Зовут Тецуя.       Куроко кивнул и продолжил спокойно жевать. А Кагами нервно вскинулся, в упор уставился на мужа, сверкая багряными глазами. Кисе ожидал взрыва смеха, но такой реакции он не ожидал.       — Тецуя, значит, — в тоне Кагами сквозило неприкрытое обещание разборок.       Куроко, не глядя, дотянулся до его лежащей на столе руки и сжал его пальцы. Кагами тут же успокоился.       — А как остальные? — бывший товарищ по команде требовательно заглядывал в глаза.       Кисе пожал плечами.       — Акаши ведет отцовский бизнес. Мурасакибара стал профессиональным спортсменом, — спокойно рассказывал Кисе.       — А ты? — взгляд багряных глаз прожигал на сквозь. Все такой же бешеный, с подавляющей яркой аурой.       — Я работаю моделью. Наверняка видели мои фотографии в журналах, — Кисе улыбнулся Кагами.       — Прости, не видели, — Куроко был как всегда прямолинеен. — Как Мидорима Шинтаро? Вы же встречались в школе.       — Ваш пример вдохновил нас, — Куроко потерся щекой о плечо Кагами, подтверждая.       Кисе замялся. Он поспешно прогнал мелькнувший перед глазами образ страшного наркомана с родными зелеными глазами.       — Я не знаю, — соврал Кисе, — Мы не виделись со школы.       Тецуя так пристально на него посмотрел, что стало понятно: он знает, что Кисе соврал, только не знает, почему. И дай бог, чтобы и не узнал.       — Вот и развалилось ваше хваленое Поколение Чудес, — заметил Кагами, разливая чай по чашкам.       — Я потому и приехал, — вспомнил Кисе, — мы хотим собрать нашу команду, сыграть вместе, вспомнить молодость. Кстати, Кагами, раз уж я и тебя нашел, будем рады, если ты присоединишься.       Куроко и Кагами переглянулись с одинаково растерянным выражением лица.       — А с кем играем? — задал разумный вопрос Кагами.       Кисе замялся. Ему даже в голову не пришло спросить об этом у Аомине.       — Да черт его знает. Это не важно, — недаром у него был большой опыт выхода из неловких ситуаций перед журналистами.       — Не знаю, Кисе, баскетбол — это хорошо, но лететь ради этого пол мира, — Кагами пожал плечами.       — Жаль. Я между прочим, все еще жажду тебя обыграть! — Кисе весело подмигнул.       — Тебе десяти проигрышей недостаточно что ли? — вскинулся Кагами.       — Двенадцати, — уточнил Кисе, — ну, парни, если надумаете, то мы собираемся двадцать третьего числа в кафе, — он положил карточку того самого кафе на стол, — обсудить стратегию. Игра двадцать четвертого. Мы будем рады вас видеть.       Воцарилась задумчивая тишина.       — Кисе, когда у тебя самолет? — спросил Куроко, мимолетно переглянувшись с супругом.       — Завтра утром, — ответил Кисе.       — Останешься у нас? — спросил Тецуя, вставая из-за стола. — Мы подумаем, обещаем.       Кисе больше ничего не оставалось, кроме как согласиться.