Прошлое нельзя изменить

Мы зашли в небольшой ресторан около моего дома, тихий с по-домашнему вкусной едой. Стас сидел напротив меня, спрятавшись в меню. Я снова разрешил ему меня угостить, но с условием, что он выберет нам ужин. Не то, чтобы я волновался, что у него может не хватить денег, просто мне хотелось дружеской атмосферы. Хотя бы на время ужина забыть о кошмарах, которые поджидают меня дома. Подошел официант, Стас сделал заказ ни разу не взглянув на него, даже когда говорил «спасибо», его взгляд был прикован к столу. С уходом официанта за столом воцарилась тишина, разбавляемая легкой музыкой. Он говорит о себе, только когда мы у меня в кабинете, и когда я в роли доктора для него. Сейчас же я - просто приятель, а от них у него закрыты чувства. Мы много говорим о нем, сейчас моя очередь раскрываться, если я хочу разрушить молчание. - Знаешь, Слава, я в школе был не самым лучшим учеником и, если честно, то до сих пор не знаю, как мне удалось поступить в институт и взять себя в руки. Психология стала для меня всем, мне нравится постоянно учиться. Это ведь как в медицине: год простоишь и все, поезд твоей актуальности давно уже уехал. А мне хочется быть актуальным. Вот Волков, которого я тебе рекомендовал, он мастер своего дела. В свое время он сказал мне, перед тем как я окончательно подтвердил свое согласие на работу в центре и когда решил связать свою судьбу именно с этим делом: «Максим, если ты не сможешь абстрагироваться от проблем людей, которые они будут нести, то это не твоя работа. Помни, что никто не придет с положительным зарядом к тебе, будет только негативный настрой, рассказы похожие друг на друга, несущие в себе по большей части только боль». И я думал, честно думал несколько недель. А потом понял, что смогу отделить свою работу от своей жизни, - я говорил тихим и ровным голосом, просто небольшой экскурс в мою жизнь. - И получается? – так же тихо спросил Стас. - Получалось… - наши глаза встретились. Он долго не отводит глаза, позволяя мне делать бесполезные попытки передать свои извинения ему с помощью взгляда, стараться высказать ему все и надеяться на его понимание. - Но не всегда? - Не всегда. Ты первый, после чьих рассказов я не могу нормально спать, ты первый, чьи слова я гоняю по кругу целый день, ты первый, кто заставляет меня копаться в себе и в нашем прошлом. Подошел официант, стал расставлять тарелки. Я обрадовался, что не надо больше говорить, а можно спокойно поесть. Я не очень любил пасту, не очень любил, когда в салате листовой салат, но сам предложил Стасу выбрать за меня, и чувство сильного голода делало меня менее привередливым. Стас ел медленно, устало, я бы даже сказал скучающе, совершенно не показывая интерес к тому, что он кладет к себе в рот. Я заметил, что у него было все с морепродуктами - и салат, и паста. Я искренне порадовался, что меня эта участь миновала. Мы ели молча, Стас смотрел на стакан с соком, я смотрел на него. Сложно объяснить эмоции, которые он вызывал во мне. Мне было сложно оставаться с ним вдвоем, в кабинете еще терпимо, но в неофициальной обстановке напряжение давит. При всем при этом, мне необходимо его общество, чувство вины давит еще сильнее, чем напряжение. - Ты сразу забываешь, о чем я говорил тебе, как только я выхожу из квартиры? – снова взгляд, почти смелый, почти с напором. - Нет, Слава, не сразу. Мне не всегда удается все забыть, закрыв дверь кабинета. Иногда голоса проскальзывают в замочную щель, и тогда я уже не могу от них скрыться. - Даже сейчас и здесь? - Даже сейчас и здесь. Дыхание перехватывает, я хватаюсь за стакан и жадно выпиваю сок. Он все знает. Остаток ужина мы проводим в тишине, немного улыбаясь, когда наши взгляды встречаются. Невыносимо хочется выйти на свежий воздух.   - Слава, я подвезу тебя. Это будет своеобразная благодарность за то, что составил компанию, есть в одиночестве не самое приятное. - Согласен. Я не совсем понимаю, с чем именно он согласен, с предложением подвезти или с одиночеством. Но это неважно, главное, что я еще на время отсрочу свой приход домой. Час в дороге, и мы приехали на другой конец Москвы, разговаривая на посторонние абстрактные темы. Тихий спальный район, или он кажется тихим. - До четверга? – задаю я вопрос. - Да, спасибо, - и дверца машины хлопает.   Звонок телефона звучит приглушенно. Я смотрю на свой рабочий стол и понимаю, что при всем желании не смогу его найти. Но он звонит не переставая. Я принимаю волевое решение и осторожно сгребаю все бумажки на пол, открывая свой мобильный телефон. - Слава? - Алло? Я смотрю на часы и понимаю, что опоздал, катастрофически опоздал. Я отменил первую встречу с клиентом, будучи уверенным, что успею к Стасу. Но бюрократия, тонны макулатуры, которые захламляют мой кабинет. Я должен раз в полгода доказывать, что я не зря его занимаю, что не просто так получаю копеечную заработную плату, что мое место не надо сокращать. А доказать я это могу только горой аккуратно сколотых и сложенных в папки бумаг, к слову, всю канцелярию покупая на свои деньги. На каждого клиента должно быть досье, как в полиции на злостных нарушителей. Каждое мое слово должно быть запротоколировано, каждый клиент должен быть проверен. - Слава, мне очень жаль, завтра проверка на работе, я при … - я обрываю фразу, понимая, что Стас смотрит на меня с лежащей на полу фотографии, сделанной ксерокопии паспорта.   - Алло? - Слава, я буду через полчаса, Вы сможете меня подождать? – понимаю абсурдность вопроса, осматривая предстоящую мне работу в кабинете. - Ничего страшного, я приду в следующий раз. - Слава… - я не знаю, что сказать, устало сажусь в свое кресло. – Вторник, обязательно приходи во вторник. Как обычно. - Спасибо. А теперь быстро все собрать, все разложить и расставить. По фамилиям, по датам, по срокам. В хронологическом порядке. Просто нужно начать, но нет сил перестать смотреть в его глаза.