Прошлое нельзя изменить

По дороге в центр я купил два пакета вкусной и вредной еды. Настя будет рада, хотя потом будет винить меня в своих лишних граммах, а Волков поругает, но очень по-доброму. Разгребая документы в кабинете, я чувствовал себя старшеклассником, который убирает свою комнату второпях, пока мама не пришла с работы, запихивая все по разным углам. Сделав видимый порядок, я с удовольствием пил чай с булочками из французской пекарни.   Рабочий день начался с прихода женщины средних лет в мой кабинет. Стараюсь внимательно слушать ее рассказ про проблемного сына, но ловлю себя на том, что улыбаюсь. Мне кажется, что приведи она его мне на прием, я бы быстро ему все объяснил. Я теперь все могу. Но улыбка сходит с лица, когда я встречаюсь с глазами матери. Ее ребенок прогуливает школу, врет, ворует деньги. "Хороший мальчик, попавший под дурное влияние." - Приходите следующий раз с сыном. Мне нужно послушать, что скажет он. Я понимаю, как Вам сейчас сложно, но единственное, что Вы в данный момент можете сделать – начать разговаривать с сыном. Ежедневно. Прямо и открыто. Вести диалог, интересоваться им, а не только отчитывать. Да, я понимаю, что сейчас с ним будет сложно говорить, но куда сложнее будет добиться, чтобы он услышал Ваши слова. Это не одна неделя, это длительный процесс. Вам с ним придется заново строить свои отношения. Но это очень важно, необходимо набраться терпения. У него сейчас переходный возраст, ему необходим авторитет и Ваша задача им для него стать. Нам необходимо поговорить всем вместе, о его будущем, как он его видит и что для этого делает. Нужно правильно расставить приоритеты, чтобы он сам изменил курс своей жизни, а не через постоянные запреты. Необходимо помнить, что диалог в семье должен быть всегда. По вопросам, связанным с ребенком, с его интересами, мнениями и идеями, а не только просматривание дневника. - Да, спасибо. Мы придем на следующей неделе. - Конечно, как Вам будет удобнее, - мягко улыбаюсь и замечаю в глазах женщины разочарование. Я не оправдал ее надежд, не выписал рецепт на волшебную таблетку, которая вернет ей ее «хорошего мальчика».   - Алло, Слава, это Максим, - молчу, пытаясь придумать причину звонка. - Привет, - короткий ответ. - Слав, сегодня встретимся? В кино может сходим или куда-нибудь поесть? Или сегодня у меня пообщаемся, а завтра уже погуляем? – говорю, почти заикаясь, я сто лет никого не звал на свидание и похоже, совсем забыл, как это делается. - Мне завтра нужно на работу. - А от меня тебе долго добираться? И тут я понимаю, что практически настаиваю на том, чтобы он остался у меня на ночь, хотя, меньше всего думаю о сексе. На самом деле, я совсем о нем не думал. Ночью все произошло неосмысленно, на эмоциях, в которых я сам не в состоянии разобраться и дать им правильное определение. - Относительно. - Слава, если ты не против… Может я встречу тебя с работы? Идиот. Какой же я идиот. - Не нужно, давай встретимся в ресторане, где мы как-то с тобой ужинали, который недалеко от твоего дома. - Это здорово. Отлично. Нет, не отлично, у меня запись на вечер. - В восемь? - Да, Слава, в восемь. Я буду ждать. Запись придется перенести. Слишком часто я это делаю в последнее время, это характеризует меня с плохой стороны. Но с репутацией я как-нибудь разберусь потом…   Столько раз Стас был у меня в квартире, но стоя в коридоре, мы оба чувствуем дискомфорт с легким оттенком непонимания, как теперь нам себя вести. Легкий ужин, бутылка вина. Это вполне смахивает на романтику. Привычная футболка – айтишники особо никогда не беспокоятся о разнообразии гардероба, видимо это отпечаток профессии. Но при этом на нем все выглядит очень гармонично. Станислав снял обувь, а я не шелохнулся, наблюдая за ним. Мне показалось, что его улыбка была немного смущенная. - Проходи, чувствуй себя, как дома. Сняв обувь и сполоснув руки в ванной, застаю Стаса, стоящего на кухне с его тетрадкой в руках. Подойдя тихо к нему, заглянул через плечо, пытаясь прочесть на какой странице он ее открыл. - Ты ее не выбросил? – опять спокойный, тихий и отчужденный тон. - Это твоя вещь, я не могу ее выбросить, - шепчу ему на ухо. – Мусорное ведро под раковиной, ты можешь это сделать сам. Стас не двигается. Мне слишком хорошо, чтобы вдаваться в анализ ситуации, предполагать ход его мыслей и чувств. Легко касаюсь его шеи губами, вдыхая еле заметный запах лосьона после бритья. Стас не двигается и не поворачивается ко мне. Прижимаюсь к его спине. - Выбрось ее, - шепчу на ухо. Чувствую его легкую дрожь и провожу руками по его рукам, покрытыми мурашками. Я знаю, что тебе приятно, точно так же как и мне. - Это совет психолога? - Нет, это мой совет, - делаю акцент на слове «мой». Я больше не твой доктор. Стас медленно отстраняется, делает несколько шагов к раковине, открыв ящик, осторожно, словно хрустальный бокал, кладет тетрадь в мусорку. Все, прошлого больше нет. Все хорошо. Он поворачивается ко мне с улыбкой на губах, а в глазах я вижу блеск. Это не слезы, это желание и еще радость, радость, которую невозможно скрыть. - Посмотрим фильм? У меня есть отличная комедия. Никакого фильма у меня нет. Пропускаю Стаса вперед, пытаясь показать, что он, действительно, может чувствовать себя свободно в моей квартире, что это не единственная встреча. Я на это надеюсь. Он по привычке открывает дверь кабинета, тяжелый воздух, грустные мысли и темнота вырываются в коридор. - Нет-нет, - тяну его за руку в свою спальню. – Там нам больше нечего делать.   Резко открываю глаза. Слабый утренний свет, наполняет серостью комнату. Мне снился кошмар, хорошо, что я его не помню. Стас спит. Хочется погладить его по спине, но лучше не будить. Впервые у меня открыты все комнаты – моя спальня и кабинет. Впервые все смешалось. Кто-то свыше взболтал миксером мою жизнь.   Настолько привычны стали наши встречи несколько раз в неделю. Настолько естественным был наш секс. Медленно мы открывались друг другу, не как доктор и пациент, а как два человека, которые симпатизируют друг другу. Кино, кафе, парки – двое молодых мужчин, гуляющих по центру города. Мне хотелось каждый раз придумать что-то новое. Сводить его на столько свиданий, сколько недодали ему его предыдущие партнеры. Иногда, смотря на него, я представлял и ненавидел их, как они могли уходить от него. Может Стас замкнутый, но это не его недостаток, это их недостаток, что они не смогли достучаться до него.   - Алло, после работы на том же месте? - Да, хорошо, - Стас всегда очень четко и кратко говорит по телефону.   Я смотрел на Стаса, а он на меня. Мы, как два дурака, сидели в маленьком ресторане и пытались вести диалог глазами. Но у меня это плохо получалось. Я всегда старался ему все рассказать, попросить прощения, объяснить спокойно все, что между нами было в прошлом. Смелости у меня хватало только на визуальный диалог. - Максим! – радостный женский крик разлетелся на все помещение. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это конец.