63 глава "Последняя возможность"
11 февраля 2018 г., 04:42
Темнее всего ночь становилась перед рассветом. Из камеры капитан конечно же не мог видеть, как занимался рассвет, а потому лишь терпеливо ждал. Не знака, вовсе нет! Знак ему никто бы не подал. Он ждал переполоха.
К его камере было приставлено аж двое армейцев, они стояли по обеим сторонам от узкой двери с окном-решеткой неподвижно и тихо, лишь изредка они посматривали на пойманного пирата. Рико не обманула, охраны действительно было полно: армейцы стояли и дальше по коридору, и перед входом к тюремным камерам, и даже курсировали по коридорам, проверяя, все ли спокойно. Сай не знал, куда его запихнули, но догадывался, что куда-то очень далеко, раз вокруг больше не наблюдалось заключенных. Посади его в одну камеры с рыжим, Сай счел бы это своей неимоверной удачей и тупостью армейцев. Но чуда не случилось. А значит план оставался прежним — выбраться из камеры, найти местный арсенал, оставшись незамеченным, и, подорвав изнутри намеченный замурованный ход, впустить в тюрьму почти сотню пиратов.
Осознавали ли команды двух капитанов, что шли на риск ради всего одного человека? Да. Делали ли они это добровольно? По большей части. Пираты безымянного острова почти все готовы были горой стоять друг за друга, а тем более — за квартмейстера галеона! За человека, что сыграл не последнюю роль в спасении их жизней и жизней их семей! Многим было за что благодарить Гина! Ну, а тех, кто не пылал благородством и честью, прекрасно мотивировал денежный вопрос. Все же, вознаграждение участвующим в подобных стычках пиратам капитаны выделяли не маленькое. Да и суматоху создать пираты умели. Как минимум будет отлично, если они смогут вскрыть все местные камеры…
Прогремевший удар отозвался дрожью внизу живота. Сай открыл глаза и сосредоточенно посмотрел на своих охранников. Те запереживали.
— Что это было? Что случилось? — посыпались вопросы, и мужчины начали удивленно оглядываться.
— Стойте здесь. Не покидайте своего поста! — крикнул им кто-то из дальнего конца коридора, и Сай услышал эхо быстрых удаляющихся шагов нескольких человек.
Он ухмыльнулся. Затем капитан, убедившись, что в коридоре не осталось никого, кроме этой самой парочки охраны, поднялся с ледяного сырого пола камеры и размял затекшие плечи. Минусы — было ранено плечо. Плюсы — Сай все-таки был везучим. А повезло ему с приставленной охраной и видом камеры. Вместо огромных хором на десять человек с тремя каменными стенами и решеткой вместо четвертой капитана засунули в какой-то крошечный карцер с тяжеленной дверью, в которой было проделано крошечное зарешеченное оконце. Хотели сделать как можно хуже! Но сыграли против себя.
— С… Сядь на место! — воскликнул рядовой и отшатнулся от камеры, вмиг схватив мушкет и направив его на пирата.
Капитан с ухмылкой развел руками.
— Пристрелите меня — и адмирал Уайт по головке не погладит, — насмешливо предупредил Сай, с явным удовольствием заметив, что ребяческая угроза и правда вселила страх в глаза юного рядового.
— Что ты возишься?! — гаркнул на него товарищ. — Стреляй сейчас же, если рыпается!
— Но… Но он же просто встал на ноги!.. — растерялся рядовой, и Саю даже стало его немного жаль — совсем еще мальчишка, неопытный, явно только поступивший на службу.
Не долго думая, пират подступил вплотную к дулу мушкета, просунутому в оконце в двери.
— Я буду стрелять! — воскликнул юнец, с ужасом глядя на пирата.
— Давай, — спокойно предложил ему капитан, практически упираясь грудью в дуло мушкета.
Синие глаза были полны ледяной уверенности и спокойствия, они буквально гипнотизировали растерянного парнишку, и тот совсем сбился с толку. Должен ли он стрелять, если пират ничего не делает? Должен ли он стрелять, если сам адмирал Уайт приказал не трогать пленника? К сожалению для парнишки размышления оказались почти губительными. Уловив миг, когда юный армеец совсем потеряется, капитан внезапно схватился за дуло мушкета и до того резко и сильно толкнул его от себя, что приклад оружия впечатался пареньку прямо в висок. Юнец тут же отшатнулся, и, ошарашенный и оглушенный ударом, завалился на землю.
Медлить было нельзя, потому как оставался его напарник. Капитан тут же прижался спиной к стене сбоку от двери. И сделал это крайне вовремя, ведь мигом позже на дверь направили второй мушкет.
— Ах ты грязная тварь! — взревел мужчина, гораздо более взрослый, нежели неопытный новобранец.
На счастье капитана он тоже совершил ошибку и вместо того, чтобы лететь за подмогой, он выстрелил из мушкета в дверь. Выстрел пробил хорошую такую дыру размером с человеческую голову, но вот не задача — мушкет был оружием однозарядным, а выстрел нисколько не задел капитана. А потому в следующий миг в дыру просунулась рука, и на капитана направили пистолет.
Выстрелить мужчина не успел. Словно того и дожидаясь, Сай ловко схватил мужчину заруку, выбил оружие и с характерным хрустом вывернул чужую руку. Мужчина заорал от боли, но капитан его руку не отпустил.
— Ключей, конечно же, у тебя нет? — поинтересовался он сквозь дверь. — Тогда если не хочешь схлопотать пулю — у тебя есть пара секунд, чтобы отползти в сторону.
С этими словами Сай отпустил армейца, схватил его пистолет и, прицелившись, выстрелил в дверь. К счастью служивого — тот успел убрать сломанную и вывихнутую руку. Армейский пистолет обладал достаточным калибром, чтобы разнести в щепки еще пару досок на тяжелой деревянной двери. А дальше дело оставалось за малым, и капитан с сожалением вспомнил, что правое плечо было ранено. Выбивать дверь левым было уже не так удобно, но хватило двух сильных ударов, чтобы пробоина оказалась достаточно крупной. К моменту, как капитан оказался на воле, его противник как раз пришел в себя, чего не скажешь о юном новобранце — удар прикладом оказался достаточно сильным, чтобы лишить паренька сознания.
— Будь бы проклят, грязный пират! — зарычал старший из тюремщиков, выхватывая шпагу левой рукой, и Сай едва успел увернуться от удара холодного клинка, упав на пол.
Он ударился раненным плечом, от чего в глазах заплясали искры, но сдаваться было еще рано. С противником Сай был на равных — оба почти не могли использовать правую руку. Вот только молодость, сила и ловкость капитана сыграли решающую роль. Несколькими точными движениями капитан сумел отвоевать оружие.
— Думал будет сложнее, — тяжело дыша шепнул сам себе капитан, когда его трудами оба армейца оказались лежащими посреди коридора — один без чувств, второй — истекающий кровью.
Сай придирчиво осмотрел шпагу в руках, но все же решил не разбрасываться оружием. Оно могло пригодиться в любой момент. Да, пробравшиеся в проходной пункт товарищи смогли достаточно отвлечь армейцев. Но это не означало, что Сай надолго останется один. Присев перед противником, Сай отстегнул от его ремня небольшой мешок и взвесил в руке.
— И это весь порох, что вам выдают? — недовольно хмыкнул он, а затем взглянул на мужчину. — Зажимай рану крепче. Я видел, куда целюсь, у тебя еще есть шанс на жизнь.
— Ты… Грязный…
— Пират, — закончил за мужчину капитан и приставил к его горлу шпагу. — Я знаю. А теперь скажи, где у вас здесь хранят порох? И я не про арсенал. Не готов я, знаешь ли, в одиночку пробиваться в самое охраняемое помещение крепости.
Мужчина под страхом смерти оказался вполне сговорчив. Выяснить направление не составило труда, Сай лишь надеялся, что у мужчины не хватило ума его обмануть. В этой крепкости вполне можно было заблудиться, даже зная, куда идти…
В корпусах тюрьмы, штаба и проходной творилась суета. Непонятно откуда взявшийся взрыв в проходном корпусе взбудоражил всех армейцев, многие прибежали просто поглазеть, многие — тушить. Внутри здания занималось пламя, а кто-то не прекращая орал:
— Это французы! Это подлые крысы! Они подорвали дом адмирала Уайта, они добрались и сюда! Это диверсия!
Предположение, возникшее само по себе, вдруг начали восторженно поддерживать, пока вся собравшаяся толпа не гоготала одно и то же: французы! Диверсия! А трое мужчин, переодетых в военную форму, лишь довольно склабились — все шло им на пользу, пока начальники караула не разогнали подопечных по своим местам проверять, все ли в порядке. К тому моменту, как обнаружилась пустая камера «Дьявола», Сай уже успел добраться до караульного помещения, где хранились запасы пороха для вооружения часовых и артиллеристов. Он даже «побеседовал» с местной охраной. Такой же скудной, ведь все, кому не лень, побежали разбираться уже со вторым прозвучавшим взрывом. Команда Рико, пробравшаяся на проходную благодаря Саю, работала на ура, пираты отвлекали все внимание на себя. Результатом беседы стал раненный бок, еще большее отсутствие сил и небольшой бочонок пороха.
Оставалось немного. Оставалось лишь найти тот самый замурованный проход и надеяться, что пороху хватит на одну единственную возможную попытку. Именно тогда везению капитана настал конец.
— Он пошел сюда! — заорал чей-то бас, когда капитан не без труда несся к необходимой точке.
Он петлял по коридорам тюрьмы, практически не ориентируясь в пространстве. В темноте подвальных помещений с трудом можно было разобрать куда идти, особенно там, где не горели яркие факелы. Одно единственное попавшееся на пути окно было высоко под потолком, но воспользоваться этой возможностью было необходимо — Саю нужно было понимать, где встает солнце. Одного короткого взгляда хватило. Карты в голове пирата сложились сами собой, ориентация по небесным объектам в кромешной темноте была самым сильным его талантом, и, к своему облегчению, Сай понял — он на верном пути. А значит необходимо было запутать погоню, и вместе с нем не попасться самому…
Зевак разогнали, а это означало, что большинство из них вот-вот вернется на свои места. Так оно и происходило, а потому капитан ни сколько не удивился, когда, завернув в очередной коридор, напоролся на армейца. Повезло капитану лишь в том, что противник оказался сбитым с толку, а следовательно — быстро поверженным, но Сай потерял время. И потерял силы…
Голоса преследователей становились ближе. А сил становилось меньше… Раненные плечо и бок кровоточили, кровь уже пропитала его рубаху и каплями падала на пол при каждом шаге. Но думать о каких-то царапинах времени не было. Двигаясь быстро и почти бесшумно, капитан вылетел, наконец, в узкий коридор, ведущий между большими и полными людей камерами. Пираты, разбойники, изменщики короны — все смотрели на капитана с удивлением и шоком в глазах. А в самом конце коридора виднелся тупик… Потеряв на секунду равновесие от усталости, Сай прислонился к одной из решеток, чтобы хоть на секунду прийти в себя. Его дыхание сбилось от бега, в глазах на секунду все помутнело.
— Эй, сынок! А ты не беглец, случайно? Выпусти, а? — вдруг нашелся кто-то из пленных, и тогда капитан сквозь боль ухмыльнулся.
— Обязательно, — шепнул он почти беззвучно. — А вы задержите армейских псов. И крайне советую закрыть уши.
С этими словами капитан из последних сил рванул вперед.
— Он в южном крыле! — заорали где-то вдалеке, но Сай уже был у цели.
Упав на колени перед тупиковой стеной, он в почти полной темноте провел рукой по шершавой кирпичной кладке. На лице Сая отразилось недовольство. Нужно было заложить порох, вот только куда, если свежая прошлогодняя кладка была почти идеально ровной? Насыпать порох рядом со стеной было недостаточно. Даже если кладка была узкой и в ширину занимала лишь пару кирпичей, у Сая была лишь одна попытка. И к сожалению капитана она могла не сыграть. Ведь голоса армейцев приближались…
Выхватив стащенный по-пути нож, капитан практически наощупь врезал лезвие между кирпичей. Цементный состав посыпался на пол, на его руки, на его колени. Где была возможность — он быстро и умело закладывал порох в узкие щели. В тот момент Сай был крайне признателен Жаку — его лучший канонир когда-то так же служил на «Драконе» и был для будущего капитана хорошим учителем. Подобными делами капитан не занимался уже давно — бытность юнги закончилась для него еще в двенадцать лет, а матроса — в семнадцать. Но руки все еще помнили, как правильно обращаться с порохом.
— Вот там! Он вот там! — голос прозвучал прямо за спиной, но капитан и не подумал обернуться.
Теперь его и армейцев разделяли считанные метры. Тридцать? Пятьдесят? Но паниковать времени не было. Капитан знал — все те люди за решетками прекрасно услышали его слова, именно поэтому за его спиной поднялся такой вой и ор, что армейцы сперва перепугались. Десятки рук просунулись сквозь решетку в узкий коридор, преграждая армейцам путь, но те безжалостно пробивались вперед, что-то кричали капитану, орали, срывали голоса…
Прозвучал выстрел.
Пуля просвистела над ухом и врезалась прямо в кирпичную кладку, сердце капитана на мгновение замерло. Секунду он потратил на то, чтобы убедиться, что все еще был жив. Другие несколько секунд ушли на создание пороховой дорожки. Больше у Сая времени не было.
— Ты что там делаешь, тварь?! — заорал кто-то из армейцев, наиболее догадливый, и тогда Сай обернулся и надменно ухмыльнулся ему в ответ.
— Небольшой фейерверк! — крикнул он армейцам и в следующую секунду прижал пистолет к пороху и взвел курок.
Ужас осознания отразился в глазах погони. Все они на мгновение замерли, а в следующий миг пустились прочь. Лишь у Сая оставалось меньше всего шансов. Он нажал на спуск. Кремень ударил по батарее, и столб искр осветил мрачное сырое пространство тюрьмы. Не дожидаясь результата Сай бросился прочь.
Уже тогда он прекрасно знал, что не сможет просто так уйти. Уже тогда он понимал, что если заряд был недостаточным, если стена выстояла, то он проиграл. Ни один из его товарищей не проберется внутрь тюрьмы. Никто и ничем больше не сможет ему помочь.
Оглушительный взрыв множество раз отразился от сводчатых стен замкнутого помещения. Он оказался столь сильным, что воздух словно превратился в камень и с силой толкнул капитана в спину, выбив из легких весь воздух. Сай не успел далеко уйти. Он рухнул на землю, не ощутив ни боли в ранах, ни удара. Не было ничего. Вообще ничего не существовало для Сая на протяжении нескольких долгих секунд, кроме пыли и высокого звона в ушах. Взрыв настолько выбил капитана из реальности, что осознал себя брюнет лишь тогда, когда несколько пар рук схватили и скрутили его, с силой придавливая к земле.
Сопротивляться Сай не мог. Для него все плыло, гудело, кружилось, а затем в сознание ворвалась чудовищная боль и он, стиснув зубы, глухо зарычал, но не услышал даже собственного голоса. И так и не увидел, какие последствия имел тот взрыв…
***
Но вот эти пять ступеней теперь Сай мог разглядеть очень и очень отчетливо. Пришел в себя капитан уже в связанным и запертым, почти лишенным сил. Одно ухо все еще слабо слышало, а последствия близкого взрыва все еще давали о себе знать. Пять ступеней. Всего пять ступеней, но они казались бесконечными. Сай часто смотрел в глаза смерти без тени страха, а что теперь? Это оказалось действительно страшно, попасть сюда, на эшафот, смотреть на кровожадную толпу, жаждущую хлеба и зрелищ. И даже не знать — а сработал ли его план? Взорвалась ли кирпичная кладка? Тот ли проход это был, о котором говорила Рико? Единственный, к которому еще возможно было подобраться незамеченным. Смогли ли пираты пробраться внутрь? А если да — то когда они это сделали? Не схватили ли их тоже?.. На шею накинули петлю, и грубая веревка буквально обожгла кожу. Сай не обратил на это внимания. Умрет ли он сейчас? Или нет? Он не знал. Но даже те «пятьдесят процентов вероятности выжить» сильно отличали его от совсем потерявших надежду мужчин, стоящих рядом. Вперед вышел армеец, принялся зачитывать приговор. Не ему, не Саю. Капитан не смотрел на него, но краем взгляда все равно замечал, как тот трясется. Слышал, как мужчина дрожащим, срывающимся голосом молится, и через слово все повторяет, не кричит, а тихо причитает. — Нет, нет… Не может быть… Нет, нет, нет, все не так, я не виновен, не виновен!.. Крепко стиснув зубы и закрыв глаза, пират глубоко вдохнул и выдохнул. — Нет. Нет, не виновен, слышите? Я не должен быть здесь, не должен! Кошмар. Все это напоминало один большой кошмар. Паника будущего мертвеца как зараза передавалась капитану, и он всеми силами старался унять разгорающееся внутри чувство бесконтрольного страха. Сай не верил в бога. И молиться ему было некому. Только надеяться на то, что его пираты, его товарищи где-то здесь и не позволят ему умереть. Вдох. Выдох. Звук проваливающегося люка заставил вздрогнуть от испуга. Он не смел повернуть головы. Не желал видеть, как дергается в конвульсиях связанное тело. Это было жутким зрелищем. И вот эти люди, что собрались здесь, с интересом наблюдая казнь, обвиняют его в жестокости? Разворачивая новый лист, армеец вновь принялся читать обвинение. И на этот раз оно предназначалось Саю. Он попытался усмехнуться, слушая громкие слова. Его обвинение было длиннее прочих, и этим капитан гордился. Правда, даже эта гордость не отбивала животного страха, рвущегося наружу. Сложно было сохранять спокойствие. Даже такому человеку, как Сай. Но вот сворачивают лист. И все, что остается Саю — ждать. Секунды текли так безумно медленно. Прошла одна. Две. А показалось, словно целая тысяча. Чего ждать? Помощи? Спасения? Смерти? Капитан не знал. Но стоило ему подумать об этом, как из-под ног исчезла опора. Это произошло настолько неожиданно, что он даже не успел испугаться. Веревка на горле затянулась тугой удавкой, вызывая мгновенный приступ боли и удушья. По инерции попытавшись вдохнуть воздух, капитан лишь тогда осознал… Это конец. Он не мог дышать, не мог найти опору под ногами, и сейчас начиналась банальная паника. Еще никогда в жизни Сай не был так близок к смерти, но… Прошло секунд пять. От силы десять. Резкий рывок, громкий вдох, колючая земля ободрала колени и ладони. Прежде, чем пират осознал, что произошло, он уже валялся на земле под эшафотом и пытался отдышаться, с шумом втягивая воздух. — Испугался? — кто-то рывком стащил обрывок петли с его шеи, и когда капитан поднял взгляд, то тот час же столкнулся с насмешливыми серыми глазами. Приподняв армейскую треуголку, Рико, переодетая в военную форму, попыталась помочь ему подняться. Нервный смешок, Сай растер кровавый подтек на шее, но его руки насильно дернули и разрезали стягивающую запястья веревку. — Ты опоздала, — прохрипел капитан, усилием воли приводя в порядок мысли, чувства. Все еще дрожали руки, сердце бешено колотилось, наконец, удалось взять под контроль чувство страха. — Ой, ну не капризничай, ты же жив! Сделал бы дыру в стене чуть пошире — справились бы быстрей! Да и стражи туда набежало-о-о… — тем временем, фыркнула в ответ третий капитан. — Рико, если мне еще хоть раз придет в голову подобна идея — ударь меня чем-нибудь, а лучше пристрели. — Прекрасная идея, так и сделаю! А то по твоей милости у меня уже есть пара раненных, подобраться к взорванному ходу оказалось не так уж и просто, — губы Рико скривились в довольной усмешке, она протянула Саю руку, помогая черноволосому подняться, тут же вручила шпагу. — Как отдохнул? — Замечательно, лучше любого трактира, — помрачнел черноволосый, выбираясь из-под деревянной постройки. Конечно он чертовски ослаб. Но сейчас было не время обращать на это внимание. — Пойдем скорее, — рявкнула Ри. На площади тем временем творилась дикая суматоха. Стоило только переодетому палачом пирату перерубить веревку, как сейчас же началась паника, послышались выстрелы, а из-за каждого угла показались пираты, среди которых были и переодетые в военную форму зачинщики беспорядка. А вместе с ними — сотни освобожденных заключенных. Люди разбегались в разные стороны, военные искали зачинщиков беспорядка, все вертелось, крутилось… Своих пираты помнили в лицо. Не могли ошибиться. Но вот армейцы… Сай знал, куда должен бежать. Знал, куда ему надо попасть. — Рико, прикрой, — кинул он третьем капитану, и они оба рванули к неприметному входу к тюремным камерам. Однако, там их словно бы поджидали. Капитан едва успел перехватить шпагу и скрестить оружие со стоящим на охране солдатом. Не стоило тому попадаться под руку разъярённого пирата. Шпага под прямым углом вошла прямо между ребер, черноволосый быстро выдернул оружие и рванул внутрь помещения. Как же ему не нравилась сложившаяся ситуация, не нравилось то, что пришлось проболтаться в петле. Да он был в бешенстве! Его! Пирата! Запихнули-таки в эту удавку, как опозоренного! И сейчас всю свою злость Сай готов был выместить на ком угодно. Глаза, что прежде слепило солнце, не могли быстро привыкнуть к темноте подвальных помещений. Днем здесь даже не удосуживались зажигать факелы. Едва черноволосый скрылся на лестнице вниз, Ри быстро высмотрела в толпе своих. — Жак! Берк! За капитаном, живо! Прихватите еще кого-нибудь! — рявкнула она, а под нос себе шепнула, — Только спасли, не хватало, чтоб подох. Ее послушались, за Саем кинулись трое мужчин, один из которых прикончил припозднившегося надсмотрщика, выхватил у того из-за пояса связку ключей. Действовать необходимо было быстро. Конечно же, пиратов было в десятки раз меньше, чем армейцев, сейчас действовал лишь эффект неожиданности, да и срабатывала на руку тупость этих вышколенных по схемам мужиков, наученных лишь исполнять приказы. Сай же тем временем быстро шагал между решеток, между клеток, за которыми прежде томились люди, а теперь их одного за другим выпускали на свободу пираты. Он искал среди этих лиц только одно. И чем дальше заходил, тем тревожнее становилось. Неужели рыжего здесь нет? Неужели это все зря? Но вот одна из последних камер. И Сай остановился, словно не веря своим глазам. В темноте он едва смог разобрать растрепанные рыжие волосы, но этого хватило, чтобы опознать товарища. Гин сидел на полу, прислонившись спиной к стене и зарывшись руками в свои рыжие волосы. Его лица не было видно, но что-то подсказывало Саю, что увидь его, он бы ужаснулся, ведь пугал и сам внешний вид друга… весь в крови, одежда кое-где порвана, на руках и ногах кандалы. — Выглядишь ужасно, — усмехнулся капитан хриплым голосом, а рыжий, даже ни секунды не думая, резко подорвался с места, не верящими глазами уставившись перед собой. Он в тишине вылупился на капитана, словно бы не мог поверить собственным глазами. Должно быть, сейчас ему казалось, что все происходящее — какой-то сон или просто чудо. Ну не мог же Сай действительно рвануть сюда! Ради него! Или, после стольких лет, мог… — Ах ты ублюдок чертов, а я-то думал, что за шум на улице! — резко рявкнул Гин. — Изволил притащиться! Господи, я впервые чертовски рад видеть твою недовольную рожу! — Это благодарность такая? — усмехнулся Сай, уступив место Жаку с ключами. — Ты что, притащил сюда ради меня всю команду? — Половину. Ну, и половину команды Рико, — хмыкнул капитан и помог Жаку отворить тяжелую дверь, но вместо приветствия рыжий поднялся на ноги и, звеня оковами, с размаху пнул под ребра лежащее в углу тело. — Не вовремя угомонился! — рявкнул он. — Хоть из пушек пали, не проснулся, а?! Сай удивленно моргнул. Он, конечно, знал, его друг не отличается умом и сообразительностью, но пытаться разбудить сокамерника, когда им надо торопиться?! Не сразу Сай понял, что к чему, когда этот сокамерник, громко выругавшись на рыжего, резко сел на полу, отряхивая от соломы светлые волосы. Лишь потом, пораженно распахнув глаза, Сай схватился за шпагу. — Какого черта? — в один голос прорычали братья, сталкиваясь взглядами. Глядя друг на друга, они, кажется, поверить не могли в происходящее. — Какого дьявола ты здесь делаешь?! — произнес сперва Сай, но после мгновенно передумал разбираться. — Плевать. Отличная возможность прикончить тебя, пока ты не сопротивляешься! Двух зайцев одним махом! Он в своих намерениях был серьезен. Стиснув шпагу в окровавленной руке, он быстро зашагал в открывшуюся камеру, и уже замахнулся оружием, но Гин кинулся наперерез. — Сай, остановись! — потребовал парень, схватив друга за плечи. — Прочь! Рыжий, свали с дороги! — с не пойми откуда взявшимися так внезапно силами Сай рванулся вперед, буквально сдвигая рыжего с места. — Отпусти его! — прорычал поднявшийся с пола Оливер. — Пускай попробует! — Да что вы стоите! — рявкнул Гин на пиратов, столпившихся у входа. — Я бедный раненный пленник в кандалах! Должен один растаскивать этих псов?! — Рыжий, с дороги! — попытался оттолкнуть друга Сай, а дальше продолжил, обращаясь к брату. — Ты! Какая удача, братец, самое время тебя прикончить! Знал бы ты, как я мечтал тебе за нее отомстить! — За нее?! — с усмешкой отозвался блондин, которого вмиг за руки поймали двое пиратов, еще не особо понимающих, что происходит и просто выполняющих приказ квартмейстера. — Ты, ублюдок, думаешь, уйдешь теперь так спокойно?! Из-за тебя погибла Кармен!.. — Капитан, у нас нет на это времени! — взмолился Жак. — Плевать! Время перерезать ему глотку есть всегда! — прорычал черноволосый, а Гин тем временем с силой встряхнул его за плечи. — А ну послушай меня! — приказным тоном обратился он к своему капитану. — Сай! Слушай, я сказал! Сейчас мы все выйдем из этой камеры, и этого твоего ублюдка никто не будет трогать. Ты — тем более! — Какого дьявола, рыжий?! — рассвирепел капитан. — Посидел с ним пару деньков в камере, и сейчас же в предатели заделался?! От тебя я такого не ожидал! Гин, стиснув зубы и еще раз попытавшись встряхнуть друга за плечи, буквально выкрикнул ему в лицо: — Ками не умерла в пожаре! И ты не прикоснешься к нему и пальцем потому, что Оливер Уайт единственный, кто знает, где они могут ее держать! Сай застыл. И Оливер, и Гин, и собравшиеся в камере пираты видели, как изменился взгляд синих глаз. До этого он был таким яростным, готовым дыру размером с пушечное ядро прожечь в блондине! А сейчас? Сколько же смятения читалось в этих синих глазах. Сай умел прекрасно скрывать свои чувства, но сейчас даже ему это было не под силу. Он застыл, рука, сжимающая шпагу, дрогнула, он уставился в глаза другу. Не ослышался ли капитан?.. Он так рвался спасти своего друга, лучшего квартмейстера галеона, и эта цель была единственным, что до сих пор позволяло капитану держаться. Мысль о смерти хрупкой воровки за последние дни стала фоном его жизни, стала причиной вечно ноющего сердца и спутанных рассуждений, перманентного чувства вины, отчаяния и ярости. Капитан не возвращался к тому жалкому состоянию побитого пса лишь благодаря стремлению вытащить Гина из лап правительства, и теперь, когда план почти был осуществлен, капитан с готовностью ожидал, как чувство боли и утраты вновь захлестнет его с головой! Но что он слышал?.. Что говорил ему Гин?.. — Ками? — хрипло переспросил он. — Да что ты несешь… Она же... — Сай, он вытащил ее из огня, — продолжил Гин. — Мне тоже безумно сильно хочется его прикончить, но вдруг Ками еще жива?! Разве же это не стоит того?! Разве не стоит потерпеть с расправой до того, как мы попытаемся ее отыскать?! Она может быть здесь!!! Эй, снимите с него эти железяки! Сай стиснул кулаки. Должно быть, только Гин сейчас мог понять, что чувствовал его друг. Он пришел спасать его, рыжего… А встретил человека, которого винил во всех смертных грехах. Которого готов был убить! И не мог этого сделать. — Почему я должен тебе верить? — голос капитана прозвучал куда спокойнее, шпага опустилась. — Ты не должен, — быстро отозвался блондин, освободившись от крепких рук пиратов и кандалов и направившись к выходу мимо Сая. — Но если не поторопиться, то может быть уже поздно. — А ну стой! — сейчас же прорычал капитан, стоило его брату покинуть камеру и быстрым шагом направиться прочь. — Мори, черт подери! Блондин остановился, крепко стиснул кулаки. Он знал, сейчас, после такого заявления, Сай не станет на него нападать. Он бы сам не стал… Но видимо, у этого чертового пирата все никак не укладывалось в голове. — Слушай сюда, — быстро начал Оливер Уайт. — Не тебе одному хочется собственному брату перегрызть глотку, понял? Но какой ты, к черту, пират, если не способен жажду мести унять ради ее спасения?! Давай, прикончи меня, я без оружия! И посмотрим, как ты тогда будешь жить с мыслью о том, что я мог спасти Ками, а ты не дал мне этого сделать! Сай смотрел на Мори так, словно готов был одним взглядом спалить его дотла. Каких же сил ему сейчас стоило не начать уже такую привычную ругань. — Вы трое, — сквозь зубы бросил капитан пиратам. — За ним. Чтоб ни шагу без вашего ведома. Прикончить, если попытается сбежать! Блондин громко цокнул языком, развернулся и быстрыми широкими шагами направился к выходу, трое мужчин последовали за ним. Сай еще несколько секунд сверлил взглядом пустоту, после чего повернулся к рыжему. Тот, тяжело дыша, прислонился спиной к стене. Раненная нога не давала Гину и шанса на самостоятельный побег. — Идем, — вздохнул Сай, подошел к другу, и, освободив того от оков, перекинул его руку себе через плечо. — Как нога? — Сиверс будет рад, — мрачно пошутил квартмейстер. — Пожалуйста, не дай ему отпилить мне ногу. Из всех двух это моя любимая. — Обязательно, — отозвался Сай, выводя Гина из здания. На улице творилась все та же суматоха. Военным пришлось распахнуть ворота, чтобы выбежали простые люди. Сай огляделся. На них сейчас никто даже не думал обращать внимания, поэтому удалось слиться с толпой. Сейчас, когда здесь творился такой кошмар, такая паника, было легче легкого покинуть «неприступную» крепость. Едва оказавшись за воротами, Сай быстро повел хромающего друга к небольшой тихой подворотне богатого дома, где среди деревьев открытого сада притаились несколько человек и три коня. — Пришли! Слава богу, пришли! — послышалось громкое шептание, и рыжий чуть не потерял равновесие, когда ему на шею кинулась темноволосая капитан, сдавившая его в объятиях. — Рыжий, ну как же так, рыжий! Единственный нормальный человек, а в такую передрягу вляпался! Гин тихо засмеялся, обнял Рико в ответ. — Ри, отведи его на корабль, живо, готовьтесь отплывать, пока "Скарлетт" не опознали, — послышался голос Сая, и прежде, чем женщина взглянула на второго капитана, тот уже вскочил в седло коня. — Эй! Стой! В смысле отведи?! Куда ты собрался, у нас же план! — Кажется, план подождет, — спокойно отозвался Гин. — У него сейчас дела поважнее.***
Слыша за спиной осторожные, но быстрые шаги пиратов, Оливер никак не мог уложить в своей голове этот факт. Сейчас он, пробравшись в большое здание военного штаба, пытается спасти пирата! А еще трое прикрывали его со спины, да и следили, как бы он не натворил дел! Почему в его жизни все мгновенно перевернулось с ног на голову? Еще пару дней назад он с гордостью носил темно-синюю военную форму, прикрывал треуголкой волосы, был уважаемым капитаном, которому завидовали десятки людей, которому клялись в любви прекрасные женщины! А что сейчас? Что стало с его миром сейчас? Куда катилась его жизнь? Мимо проскочили несколько человек. Тихо выругавшись, блондин прижался спиной к стене, и, едва опасность миновала, выбежал в коридор, постоянно оглядываясь по сторонам. Пираты следовали за ним, не отрываясь. Через некоторое время Мори даже с этим смирился. Коридор оказался непривычно длинным, но каждую его дверь Оливер проходил с уверенностью, точно зная, за ними Ками быть не может. По этому коридору можно было добраться либо до лазарета, либо до кабинета отца, и по пути был второй. — Быстрее, — тихо выдал он, прошмыгнув мимо развилки, направившись в самую глубь, к крутому повороту. Именно там, у угла, он и притаился. Чужие разговоры, чужой голос, следом шаги. Кто-то уходил прочь от них. Блондин глубоко вдохнул, выдохнул. За этим поворотом находился кабинет отца. Увидит ли он его? Если увидит, то что будет делать?.. Но сейчас об этом не было времени думать. И мужчина, вновь глубоко вздохнув, быстро вышел из-за поворота, рукой приказав пиратам оставаться пока там. Скорее по собственному уму, чем по приказу ненавистного им всем человека, все трое действительно не сдвинулись с места. А Оливер, сделав шаг в коридор, совершил одну из самых жестоких ошибок в своей жизни… Шаг. И вот он лицом к лицу столкнулся с покидающим кабинет мужчиной. Тишина. Оливер, широко распахнув глаза, уставился на того, кто преградил ему дорогу. Уставился на своего отца. И если в глазах Оливера чувства мелькали одно за другим, Уильям Уайт смотрел на него совершенно спокойно. Холодно. Словно его появления он ожидал. Они оба молчали. И с каждой секундой все понятнее становилось, что не будет никаких расспросов, не будет никакой радости от встречи или негодования. Мори понимал. Стоящему перед ним человеку все равно. Все равно, где он был, и зря бывший капитан так ждал спасения от отца адмирала. Все равно, где он сейчас и как он выбрался. Все равно, как он туда попал. Этот мужчина не пошевелил и пальцем, чтобы он, Оливер Уайт, капитан английского королевского флота, его сын не потерял уважения в лицах других людей. Несколько секунд тишины, полной таких громких объяснений. Блондин, крепко стиснув кулаки, развернулся и рванул к той развилке, мимо пиратов. А за спиной послышалось лишь одно слово, сказанное холодно и властно, обращенное к паре мужчин, дежуривших у дверей. — Поймать. — Эй, что происходит? — тем временем зашипел Жак, нагоняя блондина. — Там… Отец. Путь перекрыт, где он — там много людей. Быстрей, сейчас нагонят! — на ходу отозвался блондин, а из-за поворота уже выскочили несколько солдат. — Да сколько ж от тебя проблем! — выругался Жак, быстро достав пистолет и метко выстрелив в одного из преследователей, как поступил и еще один пират. Что случилось с погоней они уже не проверяли, только ускорились, пролетая по коридору, перебегая из одного зала в другой, пока что-то не смутило Оливера. Он остановился, прижался к двери, прислушался. Где-то там, впереди, слышалась громкая ругань. И уже тогда, когда блондин решил, что их окружили, мимо проскочила хрупкая фигурка в окровавленной сорочке, залетела в большой зал, дверь в который было видно даже отсюда. Что-то внутри рухнуло. То ли камень с души, то ли сердце в пятки ушло, но сейчас блондин осознавал: Ками там. Ками жива. И если они не поторопятся — то не на долго. Без лишних слов, бывший капитан просто рванул вперед. И плевать ему было, заметят ли его, будет ли погоня, следят ли за ним пираты. Просто рванул к дверям в тот самый зал. И застыл. Это действительно была Ками. Измотанная, замученная, в одной сорочке, босая. Но в ее глазах сверкала такая ярость, такая уверенность!.. Она сжимала в руке нож. Как загнанный в угол зверь отходила все дальше и дальше от преследователей на широкий балкон, не имея возможности прорваться дальше. Сколько времени она пряталась в этом здании? Сколько времени вот так убегала? Сколько же ей пришлось пережить за один день? Она пошатнулась. Пошатнулась так, словно готова была свалиться с ног, и на секунду прикрыла глаза. Теперь Оливер окончательно осознал: она измотана и больше не выдержит. Армейцы загнали ее в самый угол. Заставили выбраться на балкон. И теперь она вжалась в невысокие перила, принимаясь оглядываться по сторонам, искать выход, и даже взглянула вниз. О чем она думала?! О чем она думала, забираясь с ногами на широкие каменные перила?! Ей, бывшей воровке, приходилось карабкаться по стенам домов, по балконам, по подоконникам, пробираясь к своей цели. Ей это было знакомо, не ново. Сколько домов она облазала, сколько квартир ограбила, забираясь в окна?! Она могла спастись, и она верила, верила в это! Даже зал с распахнутыми дверями на балкон она выбрала не случайно! Ками чувствовала, как трясутся руки, как дрожат ноги. Не понимала, как до сих пор ее рана не раскрылась. Не понимала, как выносит чужую кровь на своей скромной одежде. Она просто хотела выжить. Выжить и исполнить свое обещание адмиралу. Но одного она не учла. Своего самочувствия. В глазах все поплыло, она пошатнулась, мотнула головой и, словно забыв, что под ногами лишь узкая полоска перил, чтобы удержать равновесие, сделала коротенький шаг назад и… Сорвалась.
