Брошенные

- Чехов, Сулу, держитесь курса, - скомандовал Скотти, крепче сжимая подлокотник капитанского кресла. Мысли, быстро облекаясь в слова, становились действиями. Когда на кону стоял экипаж и корабль, Монтгомери Скотт превращался в другого человека. - Мы пытаемся, сэр, - виновато отозвался навигатор. - Отказ системы жизнеобеспечения на палубе четыре "А", число жертв неизвестно, - отрапортовала Ухура, развернувшись на стуле. - Лейтенант Палмер? - Нетерпеливо поинтересовался Скотт. - Недостаточно данных, сэр, - не отрываясь от компьютера ответила девушка, замещающая Спока. - Сканеры показывают клингонские корабли, но они какие-то... Модернизированные. Аналоги в базе данных отсутствуют. - Модернизированные? Но это обычные "Хищные Птицы", разве нет? - Скотти всмотрелся в экраны. Уж он-то прекрасно знал, как они должны выглядеть. - Нет, это... У них определенно другая конфигурация, но у каждой боевой единицы - разная. Если позволите высказать свое мнение, - задумчиво протянула она, - то это больше похоже на частные корабли. Для армии не свойственно придавать каждому кораблю индивидуальность. Скотти нахмурился и постарался сосредоточиться, но ему не дали: новый толчок тряхнул их как следует, а Ухура вскочила на ноги, прижимая ладонь к передатчику в ухе. - Палуба шаттлов! Там... Пробой... Они высадили десант! Это был не выстрел! Это... Абордаж! - Она с трудом подбирала слова. - Сулу, стреляйте по ним, как только сочтете нужным. Я доверяю вашему чутью, - сказал главный инженер, не глядя на нее. - Без паники, господа, - повторил он, включая внутреннюю связь с охраной. - Десять человек к палубе шаттлов, живо! Буду там через две минуты. Задержать клингонов. Это приказ, - четко и уверенно заявил он. А затем, выключив связь, бросил короткий взгляд на Ухуру. Но прежде, чем она заговорила, он уже вскочил с кресла и выбежал в турболифт. Чехов выругался по-русски. *** Скотти бежал, как никогда не бегал раньше. Сейчас он был командиром этого корабля. Он отвечал за жизни всех этих людей. И это он допустил, что клингоны оказались на их территории. На бегу переключив фазер в боевой режим, главный инженер свернул по коридору, и ему наконец открылось поле боя: клингоны, со сверкающими изогнутыми бет'лехами, отстреливающиеся краснорубашечники... Одно стало ясно сразу: Палмер права. Эти клингоны не были воинами империи: их доспехи и оружие различались так же сильно, как хорта отличалась от триббла. Впереди всех сражался немолодой клингон в ярко-желтом шарфе, это был точно отличительный знак, чтобы его разглядели в битве свои солдаты. Он явно был командиром, и на несколько секунд Скотти засмотрелся на плавные техничные движения идеально сбалансированного бет'леха. Желтый опрокинул одного из энсинов на спину, собираясь молниеносным движением проткнуть ему горло, но тут глава инженерной службы оправился от потрясения и дважды коротко выстрелил в него. Клингон изящно уклонился от обоих зарядов и, перешагнув через молодого землянина, больше не представлявшего для него интереса, двинулся прямо к Скотту. - Кирк, - прохрипел их командир. - Где Кирк? Выдайте Кирка или умрете, - почти чисто произнес он по-английски. - Ты оставил пробоину в самой прекрасной даме Звездного Флота! - Возмущенно закричал на него Скотти. - Разве так у вас принято обращаться с женщинами? "Энтерпрайз" - леди, а ты просто позволил себе и своим дружкам... Клингонская сталь заскрипела по рукояти фазера. Инженеру удалось блокировать лезвие, но удерживать долго он его бы не смог, так что повернул запястье и выпустил заряд во врага, нажав на курок. Клинок мазнул его по руке, всего лишь сбрив полоску волос на предплечье и вспоров верхний слой кожи. Молниеносным движением Скотти отскочил в сторону, ретируясь от меча подальше. - Сдохни, - выплюнул Скотти, сдвигая переключатель фазера на новый, экспериментальный режим, который разрабатывал он сам. Широкий луч охватил желтого и испепелил его мгновенно, только сама рукоятка фазера тоже нагрелась и шотландец выпустил ее, шипя от боли и глядя, как его свежеиспеченное изобретение плавится на полу. Он остался безоружным, а клингоны, на удивление, ничуть не смутились из-за смерти своего предводителя. Так что возникал вопрос, а был ли он таковым вообще? - Вы - солдаты Федерации! - Выкрикнул Скотти во всю глотку. - Уничтожить врагов! От его крика, казалось, всколыхнулись стены, дрожь прошла по обшивке и вдруг, словно гром среди ясного неба раздался скрип, и гигантский кусок сверхпрочной стали обрушился на дерущихся. Главный инженер видел все как в замедленной съемке. Искаженные мукой и непониманием лица. Абсолютно одинаковые эмоции и у клингонов, и у людей. Приближающийся грохот. Смазанные цифры - заводской серийный номер на листе железа. Пропущенный удар сердца. Крики. Секундная тишина. Снова крики. Темнота. И рывок, рывок из последних сил, на животных инстинктах, превозмогая возможности тела, рывок вперед, падение через голову, хруст позвонков и, наконец, резкая боль. Что-то горячее разлилось по животу и затекает в брюки, игриво щекочет поясницу. Боль. Крики перетекли в стоны. Скрежет прекратился. Тишина. И приятное тепло в животе, словно очутился вдруг на горячих источниках и погружаешься в воду все глубже и глубже... - Не спать, - вслух сказал сам себе Скотти, тряхнув головой. В ушах зазвенело, но зрение прояснилось, равно как и пришло понимание произошедшего. Его тело до солнечного сплетения было под грудой металлолома, однако ничем не было придавлено, только острый край касался низа живота. Боль и влага говорили сами за себя: все конечности остались целы и он мог спокойно уйти, но этот огрызок железа вспорол ему живот. Методично совершив несколько вдохов-выдохов, шотландец осторожно провел пальцами по животу, пытаясь на ощупь определить степень тяжести ранения. Было больно, но никаких глубоких карманов и торчащих оттуда кишок он не обнаружил, и потому медленно отталкиваясь ногами (кровь из раны полилась с удвоенной силой, так что ему пришлось зажать рукой края изо всех сил), выполз из-под нависшей над ним груды железа, которая, чего доброго, могла и обрушиться, похоронив его под собой. Убедившись, что рана не смертельна, и единственный риск - большая кровопотеря, Скотти порвал форменную рубашку и довольно быстро сумел остановить кровь и наложить повязку. Затем, опираясь на стену, он умудрился медленно встать на ноги. Превозмогая боль инженер прошел несколько шагов и остановился, тяжело дыша. Он замер, оглянувшись назад и наконец увидев всю картину. Груда металла и трупы. Может быть, среди них были и выжившие, но он был не в состоянии им помочь, поэтому потянулся рукой к интеркому и, откашлявшись, вызвал мостик. - Ухура слушает, - отозвалась девушка. - Пришлите медперсонал. На палубу шаттлов. Тут упал большой кусок. Железа, - он говорил короткими фразами, делая паузы, и стараясь контролировать свой голос, чтобы не вызвать подозрений. - Возможно, есть выжившие. Клингонам так же надо помочь. И взять их в плен. - Да, сэр, - повиновалась связистка. - Вы не пострадали? - Сквозь дежурный тон сквозили нотки личного беспокойства. - Я в полном порядке, - нашел в себе силы улыбнуться Скотти, стараясь голосом изобразить бодрость. - Рада слышать, - тихо пробормотала Ухура. - Возвращайтесь на мостик, сэр, - другим голосом попросила она. - Буду с минуты на минуту, конец связи, - он отнял палец от кнопки. Дело было за малым: вернуться в свою каюту, чтобы поменять рубашку и вколоть себе кубик обезболивающего. На кону четыре сотни жизней, запертых в тюремных камерах, в подтверждение того, что он и его люди насильно захватили корабль и угнали его против воли остального экипажа. Нельзя проиграть этот бой только потому, что единственный старший офицер порезался. Возникала еще одна проблема: добровольцев, согласных попасть под трибунал по возвращении, было немного. И десять из них как минимум выбыли из строя. Почитай, кроме экипажа мостика никого и не осталось. И в то же время, было лучше всем оказаться предателями, устроившими саботаж, но живыми предателями, чем умереть от руки клингонов только потому, что показательно сидели сложа ручки в своих камерах. Впрочем, стоило решать проблемы по мере поступления. Поэтому, Скотти направил лифт в жилой отсек, стараясь не думать о том, как приятно было бы остаться в своей каюте и просто поспать. *** Пальцами МакКой нащупал твердый металлический пол, прежде чем осмелился открыть глаза. Он лежал на полу, лицом вниз. Ощущение транспортации нельзя было спутать ни с чем. Но как?.. "Энтерпрайз", он действительно был на "Энтерпрайз", он вернулся... - Спок!!! - Осознание произошедшего медленно и тягуче вливалось в мозг. - Спок! - Тише, доктор, все в порядке, вы в безопасности, - кто-то мягко и успокаивающе хлопал его по плечу. Кто-то одетый в красное. В красную форму Звездного Флота. - Я умер, - криво улыбнулся МакКой. - Боже, я все-таки умер! Скажите, со Споком все в порядке? - Он вцепился в чужую рубашку и посмотрел поддерживающему его человеку в глаза. - Вы позволите? - Красная форма исчезла из поля зрения, ее заслонило грязное-синее пятно и знакомый уверенный голос коснулся его ушей одновременно с тем, как холодные пальцы прикоснулись к щеке. - Я виноват перед вами, доктор, это недопустимо, делать такие вещи без ясно полученного согласия, но очевидно, другого выхода у меня нет. Изображение смыло темной волной. Начисто. Мгновенно. МакКой чувствовал, как проваливается в пропасть, но дно настигло его слишком быстро, почти ударяя в спину холодным металлом звездолета, врываясь в ноздри фильтрованным воздухом. Спок стоял на коленях, склонившись над ним, и тяжело дышал. - Ваша рука, - врач точно знал в чем дело. - Немедленно в лазарет, немедленно! Я должен сперва видеть Джима, я приду буквально сразу за вами. И не дай бог вы меня не послушаетесь, - прошипел он. - Джима здесь нет, - Скотти стоял, облокотившись на пульт и странно улыбался. - Он остался на планете. Мы угнали... Я угнал корабль, - поправился он, прокашлявшись. По его виску стекла капля пота. - Как же хорошо, что вы живы, - добавил он, прикусив губу, и вдруг внезапно осел на пол, теряя сознание. - Мистер Скотт! - МакКой окончательно очнулся, отряхиваясь от мыслей и ненужного мусора. Его инстинкты, его рабочие инстинкты взяли верх. Он подбежал к главному инженеру, приобнимая его за туловище, чтобы уложить поудобнее, и тут заметил, что его пальцы испачкались в чем-то горячем и влажном. Он посмотрел на свою ладонь: она была в крови. - Что здесь, черт возьми, происходит? - Воскликнул он, задирая рубашку шотландца. Его взгляду предстала на скорую руку сделанная повязка, насквозь мокрая от крови. - Ты, - он впился взглядом в одного из охранников. - Помоги Споку, - еще один безумный взгляд пригвоздил самого вулканца к полу, не давая возражать. - Вы двое - поднимите его, - он кивнул еще двоим членам экипажа. - ОСТОРОЖНО поднимите, - прошипел он, сжимая и разжимая кулаки. - В турболифт. Все. ЖИВО! И по дороге до лазарета расскажете, что здесь творится. *** - Мисс Чапел! - МакКой ворвался в лазарет, буквально снося все на своем пути. - Вы забываетесь... - остаток фразы застрял у него в горле: все до единой биокровати были заняты, некоторые раненые сидели на полу или стояли, прислонившись к стенам, в зависимости от их состояния, а старшая медсестра с двумя сканерами в двух руках одновременно проверяла двух пациентов. Ее форменное платье было в крови, а движения выглядели пугающе: будто бы она была роботом и действительно могла параллельно каждой рукой выполнять отдельную задачу. - Здесь больше нет мест, я же сказала, расположить в ближайших каютах, - бросила она ему, внося коррективы в трикордер и даже не взглянув на вошедших. - Уорд, осмотрите прибывших, как только освободитесь. - Спокойно, Кристина, без паники, - привычным голосом выдал МакКой раньше, чем она заметила его присутствие. - Вы не бредите, - предупредил возможный вопрос он. - Я здесь. Я жив. Я готов приступать. Однако, продолжайте командовать, у вас отлично получается, - грустно улыбнулся он. - Помогите доктору М'Бенга, - кивнула женщина, никак не реагируя на его чудесное возвращение. - Сперва необходимо оказать помощь Скотту и Споку, - именно в таком порядке выдал он, судорожно открывая ящик за ящиком, прежде чем найти нужную заправку для гипошприца и вонзить его себе в плечо. Через несколько секунд сознание немного прояснилось, и он схватился за сканер и еще несколько склянок и понесся к биокровати, на которой лежал инженер. Стянуть и края раны и срастить волокна мышц оказалось делом не трудным, но кропотливым, металл, которым несомненно оцарапался Скотти, оставил ровный разрез без зазубрин. То ли холодное оружие, то ли еще что, оставалось только гадать. Судя по реакции экипажа, никто из тех, кого они видели, о ране их временного командующего не подозревал. Однако, крови шотландец потерял достаточно. Закончив с самым срочным и предоставив остальное санитарам, МакКой переместился к Споку, незаметно сжимая его пальцы в своих. - Я осмотрю ваше плечо, мистер Спок, - бесстрастно произнес доктор, разрезая его рукав мгновением позже. Спок не ответил ничего, его жизненные показатели были ниже нормы, но все-таки не опускались до критической точки. Врач воткнул гипошприц со стимулятором и ему. - Это было лишним, - недовольно отозвался вулканец. - Вы же знаете, как это действует на меня. - Не знаю и знать не желаю, - огрызнулся МакКой. На несколько секунд перед его глазами встала темнота. Он знал, что времени прежде чем споры или усталость лишат его способности работать осталось немного. Со Споком он провозился дольше. Рана выглядела плохо, сказывались все эти неудачные попытки остановить кровотечение спреем, грязь, гной, мелкие осколки - на несколько секунд помешательства МакКой даже задумался об ампутации, но вовремя пришел в себя и вспомнил, что в двадцать третьем веке их технологии достаточны, чтобы избежать таких мер в подавляющем большинстве случаев. Кругом все бегали и носились, пищали приборы, стонали раненые, плакали девушки, кричала сестра Чапел, звенели металлические предметы, открывались и закрывались двери, какофония звуков усиливалась в ушах врача до невыносимо громкого белого шума, он бы попытался заткнуть уши, если бы его руки в перчатках не были забрызганы зеленой кровью. Почему-то Спок был в сознании, и МакКой понял, что не знает, применил ли новый вид местного наркоза или напротив никак не облегчил его боль, но не мог уловить эту мысль и вспомнить, сосредоточив все крупицы внимания на ране и зеленой крови... Крови... Цветной водоворот плавленным пластиком залился в его уши, сжигая звуки и опаляя кожу, лишая зрения и оставляя лишь оглушительный стук сердца, пол поплыл, растворяясь. *** - Сэр, какой-то звездолет впереди на радарах! - Внезапно сообщил Чехов. - Наверное отправили за нами погоню... Быть не может, - покачал головой Сулу. - Нас вызывают на частоте Звездного Флота, сэр! - Ухура развернулась, обеспокоенно уставившись на плохо выглядевшего Спока, принявшего командование вместо Скотти, оставшегося в лазарете на пару с доктором МакКоем, которому мисс Чапел запретила вставать с постели. - Выведите на большой экран, лейтенант, - кивнул ей вулканец. - Ничего не бойтесь, - коротко бросил он всему экипажу мостика. А через секунду на экране возникло до боли знакомое всем лицо. Нервно дернувшись, человек в желтой форменной рубашке кинулся вперед, не веря изображению, которое появилось перед его глазами по ту сторону. - Мистер Спок! Мой корабль... Он... Мы просканировали... "Энтерпрайз"... - "Энтерпрайз" с нетерпением ждет вашего возвращения, капитан, - позволил себе перебить его старший помощник. - И я с удовольствием уступлю вам это кресло.