Глава 3 (1 часть)
8 октября 2016 г., 00:49
Однажды рискнув, можно остаться счастливым на всю жизнь…
Длинноволосый блондин внимательно наблюдал за мужчиной, чей пронзительный взгляд сразу же заставил прекратить его барабанить пальцами по старинному деревянному столу. В большом директорском кабинете, где напротив друг друга сидели двое взрослых волшебников, уже долгое время хранилось молчание. Лишь тяжёлое и нервное дыхание Люциуса изредка нарушало тишину, заставляя его ещё больше злиться на сложившуюся ситуацию. — Ты обещал! — сквозь зубы процедил чёрный маг, в последний раз ударяя по профессорскому столу. — Я никогда не давал тебе таких обещаний. — Возможно и так! Но ты говорил, что он больше не доставит нам неприятностей! Снейп тяжело выдохнул, закрывая толстую книгу о «Светлой и Тёмной магии Мира». Устало потирая карие глаза, мужчина мечтал поскорее избавиться от неприятной для него компании. — Такого больше не повторится, — холодно произнёс директор. Люциус наигранно улыбнулся, увидев, как острые плечи Северуса немного опустились вниз. Тихонько встав из-за стола и грациозно огибая мужчину, чёрный маг коснулся небритой щеки оппонента, проведя по ней невидимую, но мерзко ощутимую дорожку. Снейп сразу же отшатнулся от нежеланных прикосновений уважаемого многими волшебниками аристократа. Отводя от самодовольного ублюдка взгляд, профессор заметил на лице Малфоя неистовое желание подчинить его себе. — Не беспокойся, Северус… — прошептал беловолосый, медленно склоняясь над директором Хогвартса. Сомкнув тонкие пальцы руки на чужой белоснежной шее, а другой оттянув волосы, он томно выдохнул ему на ухо: — Есть лишь один выход из сложившейся ситуации… Осторожно прикусывая мягкую мочку, чёрный маг грубо и несдержанно оголил белоснежную ключицу мужчины, с интересом поглядывая на его реакцию. Острые ногти неприятно вонзились в светлую кожу, оставляя на ней четыре ровных полосы. Когда с небольших ранок уже начинала сочиться тоненькая струйка крови, плавно стекая на серую кофту её хозяина, Малфой продолжил разговор: — Стань моим, Северус! И тогда Гарри Поттер останется жив! Снейп поднял взгляд и посмотрел на Люциуса. На мерзком лице блаженствовала самодовольная ухмылка, от вида которой Снейпу сразу же стало неуютно. Настойчивые прикосновения к светлой коже всё больше и больше оставляли после себя невзаимные следы любви в виде новых глубоких порезов. — Ну-у-у… Что же-е-е?.. Твой отве-е-ет, Северус-с-с?.. Неожиданно плохо освещённый кабинет директора перевоплотился в небольшую, но уютную кухню. В ней больше не присутствовали следы натянутого разговора мужчин и настойчивых прикосновений чёрного мага. Теперь в комнате звучали громкие и несдержанные всхлипы молодого шатена. Иногда срываясь в крик, он вытирал без конца льющийся потоки слёз, неаккуратно размазывая их по всему лицу. Покрасневшие и неприятно щиплющие щёки будто горели от вечного соприкосновения с колючим свитером, а глаза сильно опухли и стали похожими на два небольших игровых мячика. Рывком доставая из деревянной подставки нож, волшебник обхватил рукоять холодного оружия. Его глаза скользнули по длинному железному лезвию, надолго задерживая взгляд на довольно чётком отражении. С той стороны на волшебника смотрела сама безысходность, которая уже почти полностью успела поглотить давно сломленный разум. Неожиданно и эта комната стала сменяться опустевшей тёмной улицей. По ней бежал молодой и красивый шатен, мгновенно окрашивая из белоснежной зимней палитры в кроваво-красный снег. Большие хлопья не прекращая бились о покрасневшее от холода лицо, а глаза выдавали сильную боль своего обладателя. Он обернулся в последний раз, в надежде увидеть стоящего позади любимого, но на улице по-прежнему не было ни души. Тогда незнакомец ещё немного постоял среди грациозно танцующих снежинок, и плавно опустился на белоснежный ковёр, прикрывая заплаканные глаза тёплой дрожащей рукою. — Я прощаю тебя… — с улыбкой на лице прошептал он немного хриплым голосом. — Постарайся и ты… Вдруг всё снова стало меняться, и теперь вместо улицы его окружала лишь густая неоглядная тьма, которая будто следовала по пятам своей жертвы, неся за собой неминуемую трагедию. — Эй, Гарри, проснись! — сквозь мрак прорвался чей-то молящий голос, заставивший зеленоглазого всмотреться в таинственную темноту. — А разве я сплю? — переспросил он будто у самого себя. — Каковы шансы, что я нахожусь в сновидении? — Ты не спишь… Вмиг вокруг волшебника загорелось ярко-оранжевое огненное кольцо, заключая молодого мужчину в вынужденный плен. Прикрыв рукой глаза от резко возникшего света, он вслушался в тихие, но отчётливо слышные шаги незнакомца. То, что медленно надвигалось из мрака, явно не хотело быть так быстро раскрытым, и поэтому невидимый гость, сделав ещё один шаг навстречу, так и остался стоять за огненной стеной света. Поттер чувствовал, как чей-то пронзительный взгляд внимательно осматривал каждый сантиметр его тела. Чувствовал, но просто продолжал стоять на месте, увлечённый восставшей перед ним неизвестностью. — Всё, что тебя окружает, это реальность! — прошептало нечто, переступая пылающее кольцо огня. Зловещий смех мужчины эхом раздался по большому сумрачному помещению, заставляя Гарри содрогнуться от окружающей его неизведанности. Он до сих пор не видел лица человека, стоящего в другом конце круга, так как оно было прикрыто чёрным капюшоном мантии. — В твоём никчёмном Мирке больше не осталось ничего, кроме тьмы и гнилья! — процедил тот, протягивая свой указательный палец вперёд. — Да кто ты такой, чтобы судить меня! — вдруг несдержанно прокричал Гарри, всё ближе и ближе подходя к неизвестному гостю. — Покажись, наглец, кем бы ты ни был! Незнакомец послушно открылся ему, откидывая назад до этого скрывавший его лицо капюшон. Губы мужчины расплылись в зловещей улыбке, замечая во взгляде Поттера ярко выраженную изумлённость. — Северус?! Но… Почему? — Ты до сих пор задаёшься этим вопросом, зная всю правду? — укоризненно ответил волшебник, оголяя свои зубы в хищный оскал. — Ты остался таким же глупцом, каким был пятнадцать лет назад! Профессор не торопясь подошёл к человеку, которого когда-то любил, волоча за спиной длинную шёлковую мантию. Когда рука Снейпа грубо коснулась чужого подбородка, оставляя на коже еле заметные покраснения, Поттер постарался вобрать в себя как можно больше решимости и унять неожиданно возникшую дрожь в теле. — Может, я и был глуп! — ещё немного неуверенно произнёс Гарри, погружая в свои ладони немного прохладные пальцы любимого. — Но теперь я радуюсь тому, что снова могу видеть тебя! И тому, что смогу пережить с тобой все твои трудные моменты жизни! Скажи мне, Северус, разве не это важно для человека, который просто любит тебя всем сердцем?! Сказанные им слова заставили профессора ненадолго задуматься, переводя взгляд с Поттера на свои пленённые пальцы рук. Они по-прежнему находились в сильных, но в то же время нежных объятиях мужчины, что доставляло Снейпу некий дискомфорт. Отшатнувшись от зеленоглазого, Северус вмиг оборвал нежеланные прикосновения и, отступив во мрак, стёр со своего мнимого лица самодовольную и злобную ухмылку. Когда Гарри остался наедине с самим собой и огонь вокруг него погас, он всмотрелся в такую же неоглядную темноту, как и прежде, стараясь найти хоть какой-то выход из сложившейся ситуации. Но чем дольше Поттер оставался в сумраке, тем больше он терял ощущение времени. С каждой секундой его всё сильнее поглощала бесконечная зловещая тьма. Тьма, в которой нет ничего живого, и в которой молодой волшебник боялся остаться один.***
Рыжеволосый не переставая дёргал своего друга за локоть, стараясь разбудить парня до того момента, когда подойдёт его самый страшный кошмар детства. Но Гарри лишь недовольно отпихнул от себя прикосновение чужих пальцев, и, отвернувшись на другой бок, снова принял старое положение сна. Упёршись носом о деревянную поверхность, его слюни уже почти стекали с парты, падая небольшими капельками на чёрные ботинки профессора. — Мистер Поттер… — томно проговорил чей-то обозлённый голос, от которого у рядом сидящего парня в ту же секунду пробежались мурашки по всему телу. Снейп внимательно осмотрел нахального мальчишку, чьё лишь одно дыхание было способно вывести его из себя. Под тихие возгласы юных студентов кулак профессора стукнул по ученическому столу, останавливаясь в полутора метрах от сопящего лица Гарри. Уизли сразу же отодвинулся на край стула, в надежде, что возникшая между его другом и деканом Слизерина ситуация никак не повлияет на него самого. Переводя взгляд со взбешённого мужчины на внезапно открывшего глаза парня, Рон испуганно сглотнул, ловя от сидящих вблизи учеников зелёного факультета злорадный смех. Нависая над Поттером, ректор укоризненно посмотрел в сторону шумных студентов и, подождав пока в кабинете полностью воцарится гробовая тишина, снова перевёл взгляд на ничего не понимающего молодого человека. Когда мальчишка смахнул с длинных пушистых ресниц остатки плохого сна, явно не желавшие покидать его сонное сознание, он резко приподнялся из-за парты, опираясь ладонями о гладкую поверхность стола. Близость любимого и слегка затуманенный разум Гарри заставили его поступить весьма опрометчиво, считая, что всё происходящее сейчас — это продолжение долгого и не очень приятного кошмара. Его руки нежно коснулись спины ректора, завлекая ошеломлённого от таких внезапных действий брюнета в крепкие и сильные объятия. Но наслаждение теплотой тела родного человека продлилось для Гарри совсем недолго. Взбешённый мужчина вмиг оборвал нежеланные для себя прикосновения, всё дальше и дальше отдаляясь от нахальных рук ученика. — После этого урока зайдите в мой кабинет! — излагая каждое слово по слогам, томно процедил профессор. — Да-а, сэр! Впиваясь взбешённым взглядом в светло-зелёные глаза провинившегося, Снейп отряхнул от себя остатки чужих прикосновений. По его телу всё ещё блуждала внезапно возникшая дрожь, которая вызывала у него чувства, приближённые к дежавю. Вмиг уняв в себе некие сомнения, Северус направился к учительскому столу, оставляя позади себя так и не решившего присесть за своё место Поттера. Только сейчас Гарри наконец-то осознал, что он больше не находится в Мире снов, и всё происходящее с ним — реальность. Пошатнувшись на месте, мальчик чудом успел облокотиться о громоздкую деревянную парту соседей и не скинуть с неё небольшие мензурки, издавая своими действиями лишний для него шум. Снейп повернулся и с новым приступом гнева посмотрел на застывшего в нелепом положении Гарри. — Вы долго намереваетесь срывать мою лекцию своим присутствием? — язвительно процедил профессор, упиваясь глупым выражением лица своего, как он считал, наихудшего ученика. Гриффиндорцы, затаив дыхание, наблюдали за весьма необычной ситуацией, в которой их Гарри оказался главным героем. Неуклюжие попытки Поттера устоять на ногах заставили Слизеринцов новой волной обсуждать внезапно произошедший случай, больше не тая в себе свои выводы и догадки о сумасшествии знаменитого на весь магический Мир Мальчика-Который-Выжил. Некоторые всё же бросали на Гарри жалобные взгляды, но большинство учеников зелёного факультета злорадствовали, одаривая Поттера ироничными и торжествующими змеиными оскалами. Больше всех из толпы выделялся один беловолосый мальчишка, который мысленно пожирал своего кровного врага, невнятно бубня под нос проклятья в сторону молодого волшебника. За одно мгновение комнату охватила неутихающая волна разговоров, которые с каждой секундой всё дальше и дальше отдаляли помещение от привычного для него порядка. — Тишина! — закричал Снейп, бегло проводя пальцами в воздухе невидимую длинную линию. — Не произошло ничего сверхъестественного! Так что продолжим урок, — уже более холодно произнёс он, после чего спрятал за мантией свои слегка дрожащие белоснежные руки. Северус по-прежнему ощущал на себе недолгое, но такое тёплое прикосновение Поттера, отчего его тело непроизвольно содрогнулось, покрываясь небольшими мурашками. Воспоминание о гулком стуке неутихающего юношеского сердца, который показался мужчине до боли знакомым, чудовищно напугало профессора. Он с ярким изумлением навёл взгляд на наблюдавшего за его действиями Гарри и пронзительно всмотрелся в светло-изумрудные глаза ученика, которые так были похожи на глаза его любимой. Душа подсказывала, что что-то необычное таилось в этом шестнадцатилетнем мальчишке. Какая-та тайна или загадка, которая теперь никак не давала ему покоя, и которую Северусу было просто необходимо в нём раскрыть. — Вы ещё долго будете стоять как истукан? — изрёк декан факультета слизерин, как-то странно косясь в сторону молодого юноши. — Или же вы всё же удосужитесь сесть на своё место, и позволите мне продолжить довольно, как я понимаю, скучную для вас лекцию?! Настойчиво показывая взглядом своё недовольство и озлобленность, Снейп скрестил руки на чёрной мантии, всё ещё ожидая от мальчишки действия или же ответа на поставленный им ранее вопрос. Будто бы возвышаясь над всеми учениками, он поднял вверх голову, одновременно с этим сглатывая ком в пересохшем горле. Когда Поттер всё же удосужился сесть на своё место, мужчина снова продолжил урок, больше намеренно не обращая никакого внимания на молодого юношу. — Что ты делаешь? — истерически воскликнул лучший друг Гарри, неожиданно замечая, как Драко Малфой, смотря в их сторону, уже довольно продолжительное время упивается ситуацией. — Ты нарочно злишь его? Волшебник словно проигнорировал слова Уизли, или же попросту пропустил мимо ушей, и поэтому даже не заметил, как лицо мальчишки исказилось от злости, наблюдая за змеиной ухмылкой аристократа, которая явно предназначалась для них. Меланхолично потирая тёмную макушку головы, пальцы Гарри непроизвольно запутались в густых прядях, и немного распутав их, он уткнулся лбом об холодную ученическую парту, в надежде забыться в своих мыслях хоть на мгновение. — В самом-то деле! — драматично прикрыл глаза, сам для себя подметил Поттер, слегка кривя от волнения пухлые губы. — Как угораздило-то... По-детски топнув несколько раз ногою, он резко выпрямился на стуле, боковым зрением подмечая недоумённый взгляд конопатого. Но мальчишка сделал вид, что будто бы не увидел нелепого лица Уизли, и полубоком, почти спиною повернулся к растерянному другу. Мимолётными движениями рук его пальцы нащупали в боковом кармане кофты немного потрёпанный личный дневник, который он начал вести в первый день как попал в этот Мир. Тут же достав сокровенную тайну, Гарри поудобней обустроил среднего размера книжечку на своих острых коленях. После, открывая её на середине, недолго поразмыслив над уже начатым им ранее листом, юноша со скрипом пера начал выводить новую историю своей жизни, поведывая о скрытых до этого момента бывалых чувствах и событиях. «Я так сильно возжелал вернуть время спать», — закончив предложение, Гарри внезапно почувствовав резкое копошение сзади, заставившее его неосознанно обернутся. Но вскоре, удостоверившись в том, что Рон, полностью потеряв к нему интерес, что-то старательно вырисовывал в учебной тетради, иногда посматривая в сторону своего врага, и его пальцы возобновили прежнее писание. «Незаметно для себя я стал одержим идеей отыскать одного сумасшедшего, легендарного волшебника». «И вот я вновь могу видеть тебя. Наслаждаться каждым изгибом твоего лица. Радоваться каждой проведённой вместе секундой... Даже если мы с тобой и находимся так невыносимо далеко друг от друга, для меня самое главное в жизни, чтоб ты был здесь, совсем рядом, Северус. Мне нужно вдоволь упиться ощущением твоего присутствия. Убедиться лишний раз, что ты Жив. Вот ты стоишь прямо передо мной, протягиваешь свои безумно холодные пальцы, слегка прикасаясь подушечками к моей щеке. Но всё же, как же жаль, что это только полёт больной фантазии тоскующего по тебе сердца». Невольно застыв от небольшого потрясения, Поттер ощутил всем телом, как по жилам довольно быстро распространяется глупое до безрассудства, необходимое для него счастье. «Когда я вновь смогу увидеть на твоём вечно хмуром лице мимолётную нежную улыбку? Знаешь, я ведь просто надеюсь каждой частичкой души, что снова смогу уловить её на себе, почувствовав ту безграничную щемящую сердце теплоту». Дописав последние строки, давно преследовавшие его сознание, Гарри закрыл свой начатый дневник, слегка приобняв его пальцами руки. Снова плавно опускаясь на деревянную гладь стола, его глаза закрылись, неизбежно встречаясь с темнотой. Так мальчишка и остался проживать лекцию своего любимого, бережно зажав в своей ладони небольшую вещь. Он больше не шевелился до самого окончания пары, будто бы предвкушая будущий разговор, который у него состоится уже в скором времени.***
— Гарри, ты что, совсем сдурел?! — Гермиона не находила себе места, мельтеша между двумя парнями. — Зачем ты это сделал?! — всё продолжала она, произнося каждое слово с большим выражением и нотками недопонимания. — Не-е-ет… Как ты вообще до этого додумался! Уизли внимательно наблюдал за обеспокоенным лицом девушки, которая, в свою очередь, не сводила корящего взгляда с провинившегося лучшего друга. Сидя на широком оконном подоконнике, Гарри облокотился локтями о слегка трясущиеся колени, скрыв ото всех лёгкое напряжение в теле. Он уставился на коричневый пол, внимательно изучая небольшие, образовавшиеся с годами щели, и пытался придумать оправдание для Снейпа, особо не вслушиваясь в взволнованную речь Гермионы. — Я думал, что умру со страху! — в надежде перевести на себя внимание любимой и хоть ненадолго разрядить тяжёлую обстановку, жалостливо заскулил Рон. — Когда он остановился возле нашей парты и ударил по ней, мне показалось, что моё сердце забыло, как нужно биться! — Рон, помолчи! — раздражённо попросила Гермиона, впиваясь взглядом в глупое, немного идиотское выражение лица Уизли. — Я не с тобой разговариваю, а с Гарри, — уже мягче уточнила она, в который раз сменяя угол обзора с рыжеволосого на Поттера. — Гарри, ты вообще слушаешь меня?! — Мне пора. Молодой юноша неспешно соскользнул с прохладного подоконника, приземляясь на скрипучие доски ветхого, устаревшего пола замка. Огибая незадачливую парочку, он всё так же, совсем не обращая внимания на удивительно тихую ругань подруги, направил стеклянный взгляд на чёрное бегущее пятно. «Что-о-о… Что же мне сказать ему?» — спокойно размышлял мальчишка, пристально, немного пугающе наблюдая за быстро несущимся пауком в сторону Рона. Ещё несколько секунд, одно лишь мгновение, и от одного вида волосатого существа лицо друга непроизвольно скривилось от панического приступа страха, вызывая этим у Поттера еле заметный смешок. — Я ещё не договорила! — всё же услышав раздражённое шипение Гермионы, Гарри перевёл на неё внимание, делая вид, что всё проговорённое ей ранее было сказано не впустую, и хоть некоторые слова, как-никак, дошли до его вдумчивого сознания. «Простите, но мне сейчас не до вас», — постепенно отдаляясь от озадаченных его поведением друзей, вновь про себя произнёс мальчишка. — Гарри, — как-то неуверенно пролепетала всё ещё возмущённая девушка. Больше не проронив ни слова, он спокойно, не спеша, побрёл по подземелью, оставляя позади себя самых дорогих ему людей и зарождая в их сердцах тоненькую ниточку недопонимания. Сегодня Поттер, тот самый Мальчик-Который-Выжил, в многочисленный раз за свою не очень длинную жизнь стал виновником нелепого случая, который ещё не одну неделю будут обсуждать злые и завистливые языки Хогвартса. Скрывшись за мрачным, тусклым углом одного из бесчисленных коридоров волшебной школы, Гарри ускорил шаг. Длинные пальцы руки плавно накрыли усталые глаза, немного массируя их по часовой стрелке. — Гарри! — неожиданно раздался разъярённый женский крик на всё сумрачное подземелье, слегка резанув слух его получателя. Уставившись на подругу, Рон приоткрыл рот и немного отшатнулся от внезапно возникшего шума, после чего сразу же стал в изначальное положение, делая вид, что ничего не произошло и всё в порядке. Совсем необдуманное действие девушки заставило содрогнуться не только находящихся вблизи учеников пёстрых факультетов, но и нежеланных обитателей таинственной части замка, заставляя вторых испуганно забиться в маленькие щели и сумрачные уголочки сооружения. — Гарри! — с нотками неразумения снова прокричала она, после чего взволновано затихла, бегло осматривая длинный мрачный коридор, в котором всё-таки надеялась увидеть вернувшегося молодого мальчишку. Я снова отдался тягучим, сладостным воспоминаниям о тебе. Жаль, что коснутся тебя равносильно запретному плоду, вкушённому мною прежде. Если бы воспоминания исчезли, внутри меня осталась бы только тёмная, звенящая глушь и невыносимая боль. Они бы непременно сжимали моё сердце в спазматических тесаниях.
