Я слышу твой голос

Беккет кивнула и молча захлопнула входную дверь, ощущая приятный запах дождя и сырости. Обернувшись, она увидела, что Рик прошел на кухню и звенел чайником. — Кофе, — тихо бросил он, когда увидел удивленный и смущенный взгляд детектива. Она отбросила назад влажные волосы и подошла к столу, слушая причудливую свирель закипающего чайника. Касл вдохнул терпкий и ароматный кофе, рассыпая по чашкам. Кейт наблюдала за мужчиной, а сердце начинало учащенно биться. — Извини, из твоего кофе не смогу приготовить латте, — смущенно пробормотал писатель, заливая кипятком размельченные зерна растворимого напитка. — Не бери в голову, — женщина села за стол, вдыхая аромат бодрящего напитка. В гостиной тускло горела лампа, освещая помещение. Погода за окном разбушевалась не на шутку: деревья изгибались, а сильный дождь хлестал по окнам, будто хотел пробраться в дом. Двое сидели друг напротив друга и в тишине потягивали обжигающий кофе. Лишь запах напитка напоминал о «них» и их истории. Разве может такое быть? — Кейт, — шепотом позвал Рик, — посмотри на меня. С глухим стуком женщина поставила кружку на стол, касаясь пальцами лакированной поверхности стола. Внутренняя дрожь все никак не унималась, а к горлу подкатил ком. Медленно, Беккет подняла голову и взглянула в медовые глаза напротив. Они опять молчали, глядя друг другу в глаза. Сердца колотились, а адреналин с бешеной скоростью разливался по венам, затмевая рассудок. — То… что ты имела ввиду часом ранее, — колебался Рик, — ты была честна? Или это был момент слабости? «Правда», — пронеслось в голове Касла. Он удивленно приподнял бровь, глядя на взволнованную Беккет. «Ну, тогда, — услышала Кейт, — нам действительно нужно поговорить и быть откровенными». Посторонний человек бы ни за что не понял происходящей ситуации. Двое сидели друг напротив друга и их взгляды были куда красноречивее вербального способа общения. Их взгляды говорили о понимании и единении. » Я должен начать первым, — сказал Рик, делая глоток обжигающего кофе. — Для начала я хочу извиниться». Кейт изумленно посмотрела на Касла, не понимая происходящей ситуации. — Рик? Он ободряюще улыбнулся, нервно поправляя часы на руке. — Да, ты не ослышалась, — повторил Касл. — Я хочу извиниться за то, что не сделал первый шаг. Так не должно было случиться, и я хочу исправить всю ситуацию, — вздохнул писатель, — но сначала я хочу кое-что тебе рассказать. Беккет молчала, но в глазах рождалась нежность и гордость. Страх потихоньку отступал, и она подперла рукой подбородок, приготовившись слушать автора бестселлеров. — Три года назад, ты пришла ко мне на вечеринку в честь выхода новой книги, — тихо проговорил Касл. — Фанаты, музыка, свет софитов… Признаюсь, что на тот момент мне было очень тяжело нести на плечах это бремя. Все считают, что быть знаменитым — это счастье и неимоверная радость; но не все знают, что за славу нужно платить высокую цену, — Рик замолчал, едва слышно постукивая кружкой. Кейт, затаив дыхание, слушала долгую преамбулу писателя. Он был крайне серьезным, все ребячество и веселость куда-то улетучилась, и Беккет могла посчитать по пальцам, когда видела взрослого мужчину, умудренного опытом. Касл всегда был игривым и веселым, был ребенком в душе. Окружающие люди иногда несерьезно относились к нему, а высшие чины и вовсе считали его шутом. Но Беккет знала, какой Ричард Касл на самом деле. Он заботливый отец и любящий сын, который всегда помогает советом дочери и матери. — Ты ведь знаешь, что на тот момент у меня был кризис и даже депрессия, — Рик усмехнулся, — я убил Деррека Шторма, а новых идей у меня еще и в помине не было. Джина пилила и грозилась забрать остатки аванса. Мать жила со мной, а я только-только начал привыкать к совместной жизни с ней, — он сделал глоток уже остывшего кофе. — Представляю, — со смешком бросила Кейт. — Ага. Мне хотелось чего-то нового, приключений и невероятных историй. Признаюсь честно, в какую-то долю секунды, я думал, что брошу писать и кану в небытие, прослыв лишь автором знаменитого Деррека Шторма, — слегка улыбаясь, сказал Касл. Беккет искренне улыбнулась в ответ, заправляя за ухо непослушную прядь. — Но потом появилась ты, — на этих словах Кейт затаила дыхание. — Ты пришла ко мне на вечеринку, предъявив значок. Короткая стрижка, ехидно-улыбающиеся глаза и каблуки, — Рик приподнял бровь. Кейт закатила глаза, чувствуя, как румянец норовит окрасить её щеки в нежно-розовый цвет. — Признаюсь, ты зацепила меня с первой секунды. Еще тогда я почувствовал, что ты другая, не такая как все. Мне хотелось разгадывать тебя, узнавать тебя и быть рядом, — Касл протянул руку, и Кейт неуверенно вложила свою руку в его ладонь. — Ты удивляла меня, завораживала и открыла новые жизненные горизонты. — В твоих устах, я прямо-таки героиня, — заливисто рассмеялась Беккет, любуясь родным лицом напротив. — Так и есть, — ответил Рик. — Я не только продолжил писать, но и нашел свою Музу. — Я обещала тебе когда-то за это сломать ноги, ты помнишь? — Разве такое можно забыть? — Касл состроил обиженную гримасу. — Я опять же повторюсь. В день нашей первой встречи ты сказала, что у меня просто нет ни единой идеи о «нас». Беккет широко улыбнулась, получая картинку от Рика. Вот они стоят в переулке, она в голубой рубашке и с короткой прической, а он в бежевом пиджаке. Она соблазнительно прикусывает губу, шепча на ухо заветные слова. Рик смотрит на её удаляющуюся фигуру с толикой сожаления. — Это было так давно, — ответила Кейт, сбрасывая воспоминания. — Действительно, — согласился мужчина. — Я помню тот момент, когда я неуместно сделал предположение о тебе, и твоем выборе профессии. Кейт вспомнила, когда Касл норовил залезть в душу и разгадать её тайны. — Для чего ты здесь? Тебе нет дела до жертв, а значит, ты здесь не ради правосудия. Тебе плевать, что парень копирует сцены из твоих книг, значит, ты не злишься, — без остановки говорила Кейт, размахивая одним из гневных писем. — Так в чем дело, Рик? Ты здесь, чтобы раздражать меня? — Я здесь ради истории, — улыбаясь, ответил писатель. — Истории? — повторила Кейт. — Почему эти люди? Почему эти убийства? — задавал Касл риторические вопросы, активно жестикулируя. — Иногда нет никакой истории. Иногда парень — просто социопат, — бросила детектив, возвращаясь к бумажкам. — История есть всегда. Только цепочка событий ставит все события на свои места, — небрежно парировал Касл, поглядывая на одно из писем вездесущих фанатов. — Например, ты. При нормальных обстоятельствах ты не должна быть здесь, — мотал головой писатель. — Умные и красивые женщины становятся адвокатами, а не копами. И вот, ты здесь. Почему? — Я не знаю, Рик, — ответила детектив, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. — Ты же у нас писатель, ты и скажи. Касл встрепенулся, отбрасывая письмо в сторону. — Ты не приезжая, никакого акцента нет. А это значит Манхэттэн, значит деньги, — Кейт улыбалась, изредка качая головой. — Ходила в колледж, в очень хороший колледж, — упоенно продолжал писатель, — у тебя были варианты. Масса разных вариантов, и куда более привлекательных с точки зрения специфики работы. Но ты выбрала этот. Это говорит мне о том, что что-то случилось. Не с тобой. Ты ранена, но не так сильно. Значит, это был близкий тебе человек. Кто-то, кого ты любила, — улыбка медленно сползала с губ Кейт, а взгляд наполнялся горечью. — Ты не могла жить с этим, ведь виновный не был пойман, — Рик увидел, как зеленые глаза напротив наполнялись слезами, а в горле стоял ком. Он отвел взор, и закончил свою теорию. — И поэтому вы здесь, детектив Беккет. Кейт молчала, но старые раны начали кровоточить. Она отвернулась, небрежно перебирая бумажки. — Хороший трюк, — тихо бросила она. — Но не думай, что ты знаешь меня. Касл грустно улыбнулся, увидев сцену из воспоминаний. — Прости, — сказал он, сильнее сжимая руку Кейт. — Незачем извиняться Касл, — хриплым голосом ответила детектив. — Тогда я подумала, «а меня правда так легко читать? Словно я была открытой книгой». — Кейт, — позвал Касл. — Посмотри на меня. Она подняла на него грустный взор, все также крепко сжимая его большую ладонь. — У меня появилась надежда, когда ты застрелила Куннана, чтобы спасти мою жизнь, — тихо проговорил он. — От него зависело раскрытие убийства твоей матери, но ты ни секунды не колебалась и всадила ему пулю. Рик виновато улыбнулся, вспоминая тот злополучный день. — Ты же знаешь, что не твоя вина, — сказала Беккет. — Я переступил черту. Я пришел, чтобы извиниться и сказать, что я ухожу. Я больше не могу следовать за тобой, — Рик покачал головой, — если бы не я… — Если бы не ты, то я бы никогда не нашла убийцу моей матери, — прервала его Беккет. — И скоро, я найду тех подонков, что наняли Куннана, — она на секунду замолчала. — И я хочу, чтобы в тот момент ты был рядом. И если ты расскажешь кому-нибудь, что я сейчас собираюсь сказать, то у нас будет еще один труп… Но… Я привыкла, что ты постоянно дергаешь меня за косички. У меня трудная работа, Касл, и то, что ты рядом — это делает её веселее. — Твой секрет останется со мной, — проговорил Рик. Беккет улыбнулась, похлопывая писателя по тыльной стороне ладони. — Именно тогда твои слова прозвучали как признание. Кейт, тогда у меня действительно появилась надежда, что для нас есть шанс, — он сглотнул. — Я каюсь, я никогда особо не говорил про свои чувства, потому что не хотел обременять тебя. Я и так напортачил и влез в твою жизнь… — Рик, — окликнула Беккет. — Ты сделал мою жизнь удивительной. После твоего появления, я стала больше смеяться и начала позитивно смотреть на жизнь. — Между нами столько всего было, — сказал Касл, поднимаясь со стула. — Маньяки, убийцы, агенты ФБР… — Актрисы? Бывшие жены? — саркастично добавила Беккет. Рик рассмеялся, зажигая огонь. — Кейт, — мужчина обошел стол и подошел вплотную. — Я люблю тебя, — громко сказал он, смотря в прекрасные глаза. Мы через многое прошли, но нам предстоит преодолеть еще бо́льшие испытания. Я обещаю, что мы преодолеем все невзгоды, и я прошу тебя быть со мной и никогда не отпускать руки, — Касл легко коснулся губами холодной руки женщины. Беккет слушала его, затаив дыхание. Он признался… Признался… — Я тоже люблю тебя, Ричард Касл, — с улыбкой ответила она. — Спасибо за то, что появился в моей жизни. Касл тепло улыбнулся, и сердце его оттаяло, а переживания рассеялись. В приглушенном свете лампы Кейт была такой прекрасной. Волосы небрежными волнами рассыпались по спине, и мужчина вдыхал запах вишневого шампуня. Пульс шумел в ушах, и дюйм за дюймом он приближался к заветной цели. Кейт чуть приподнялась, касаясь горячих губ. Казалось, что вся кровь прилила к лицу: оно горело, а воздуха катастрофически не хватало. Беккет поднялась в полный рост, и только сейчас ощутила, что без каблуков она едва доходила Рику до плеча. Поцелуй был медленным, тягучим. Касл наслаждался этой женщиной, и не мог упиться. Её губы были мягкими и податливыми, будто созданы из шелка. Рик запустил руку во влажные кудри, притягивая Кейт ближе. Она чувствовала жар его тела, и несмелая рука легла на поясницу писателя, легко лаская через ткань влажной рубашки. Касл углубил поцелуй, зубами прикусывая нижнюю губу женщины. Она застонала, сжимая в руках полы рубашки Рика. Его прикосновения были такими желанными, что Кейт не могла поверить в происходящее. Ветер на улице усилился, и шумела гроза. Где-то вдалеке раздавался шум сигнализации машин, потревоженных несносной погодой. Внезапно раздался треск, и вся квартира погрузилась во тьму. — Что случилось? — запыхавшись спросила Беккет, придя в себя. — Кажется, из-за погоды вырубили электричество, — пробасил Касл, вглядываясь в кромешную темноту. — Либо фазу просто выбило. На плите засвистел чайник, и Кейт быстро подошла, вырубая газ. Она чувствовала, как фигура подкралась сзади, и горячий поцелуй обжег шею. — Касл! — выдохнула она, опираясь руками о стол. Руки мужчины проскользили вдоль тела и задержались на шее. Рик чуть переместил губы, чувствуя, как дрожит жилка на шее. Он провел теплым языком по чувствительному месту, бросая женщину в жар. — Рик… Он резко развернул её лицом к себе, звучно чмокая в губы. Глаза Кейт блестели даже в темноте, а улыбка озарила лицо. — Я замерз, — заговорщески прошептал Рик, едва касаясь уха. Хриплый шепот посылал табуны мурашек по всему телу, и Беккет чувствовала, как горячая волна поднимается по телу. — В таком случае… Могу я вам предложить душ, мистер Касл?