Hold on

Who are these people?

I just woke up in my underwear

No liquor left on the shelf

I should probably introduce myself

      Проснулась я из-за какого-то очередного ненормального сна, не уступающего по странности остальным. Так я ворочалась, ворочалась, пока чуть не свалилась. Протерла глаза и не сразу поняла, почему кровать стоит не так, а окно находится с другой стороны. Следующим, что я заметила, были часы, показывающие, что уже десять.        — Проспала! — заорала я во весь голос и подскочила.       Однако повернула голову, увидела все еще спящую Машу и начала ее лихорадочно трясти, пытаясь разбудить.        — Проспали! — теперь уже кричала я.        Спустя пару секунд Маша стала подавать признаки жизни, открыла глаза и полезла рукой под подушку за мобильным.        — Дура, ты что орешь? Вот же неадекватный человек, который в пять спать не хочет! Иди еще весь подъезд перебуди, — пробубнела Маша прежде, чем успела перевернуться и снова уснуть.        Что часы стоят, я конечно же не знала. Голова гудела, и я прекрасно понимала, что поспать еще мне не удастся, поэтому я встала, стараясь не делать резких движений, и отправилась на кухню. Сумка моя, видимо, упала со стула, потому как валялась на полу в окружении разбросанных тетрадей. Пока я собирала все свои вещи, успела ударится несколько раз о стол и прищемить волосы замком от сумки, после чего вообще решила сходить в душ.       Когда я вышла из ванны, посидела минут десять и пошла сушить волосы феном, который искала еще минут пять, из комнаты выползла недовольная Машка, напоминающая зомби, пробубнела что-то про «жаворонков, утро и как же все достало» и опять ушла в неведомом мне направлении. А я продолжала сушить волосы, пока мне не показалось, что фен работает как-то медленнее. Из-за этого я выключила его, а снова включаться он не желал.        — Это нормально, — сказала Маша, которая появилась передо мной по мановению волшебной палочки, — новый пока времени не было купить.        — Не было, когда прогуливала? Ты лучше скажи, что мне делать?        — Ну, давай ты походишь еще так минут пятнадцать, волосы чуть высохнут и я накручу их тебе. Все равно будет лучше, чем сейчас: а то половина идеальна уложена, половина нет. И я согласилась, наблюдая, как подруга носилась туда-сюда. А как мне надоело и я пошла варить кофе, Маша как назло включила плойку и позвала к себе. Кофе я все-таки доварила, однако к тому моменту, пока она закончила, он остыл.        — Ну вот, — говорила Маша, любуясь результатом, — любо-дорого смотреть. Василиса ты наша прекрасная. Может, тебя еще и накрасить? Хотя…нет, я так сама ничего не успею, а ты еще и домой собиралась, верно?        Верно. Я допила свой кофе, разогретый в микроволновке, одолжила кое-что из косметики у подруги, дабы выглядеть как человек, после накинула верхнюю одежду, забрала пустую бутылку от шампанского по ее просьбе и вышла на лестничную площадку. Спустившись с третьего этажа, открыла дверь подъезда и вышла на улицу.       Обычное осеннее утро: сыро, зябко, и какой-то легкий туман все еще летает в воздухе, делая все не таким ярким, как раньше.       Но не прошла я и пары метров, как услышала голос своего горячо любимого учителя по истории.        — Романова, ты что, вообще обалдела? Шатаешься в семь утра с бутылками, когда на учебу собираться должна! Небось всю ночь еще провела в сомнительной компании! Я твоим родителям сегодня же позвоню!        Вот так со мной приключилась очередная нелепая история, в которой все, что я могла сказать, было «да я…да вы…» А историца продолжала меня винить и упрекать во всех бедах, которые только существовали и, видимо, еще произойдут. Жаль, что у учителей все-таки есть жизнь за пределами школы. Вот если бы это я ее застала бы в какой-нибудь сомнительной ситуации, было бы веселее. А так я и ушла гордая, обиженная и злая, разбив по дороге эту злополучную бутылку.       Когда я дошла до дома, мне хватило сил на то, чтобы разуться, снять плащ, дойти до своей кровати и просто вырубиться еще на час. Недостаток сна в моем организме дает сбой. Когда я проснулась, было уже восемь. Тогда я встала и принялась искать голубую блузку и черную юбку, а когда нашла, переоделась, перекусила, взяла первых три учебника и убежала. До школы я добралась успешно, а главное быстро, хотя и зашла в класс химии со звонком. Сидела я на второй парте первого ряда, рядом с Машей.        — Хорошо, что пришла, — прошептала она, — а то грустно было бы без учебника. Только вот что с кудрями: почему они такие примятые? Я же старааалась.        Вот такая дружеская любовь, за которую ее хочется ударить.        — У меня после вчерашнего странные картинки в голове крутятся, — шепчу я, чтобы не услышал учитель, — и я не понимаю, что из этого правда.        — Ты о чем?        — Ну вот по поводу танцев на столе в белье и майке, это было?        — Вроде было.        — А без майки?        — И это тоже.        — Соседи жаловались?        — Нет, но брат мой видео снял.        — А медведь с топором?        Маша смотрит на меня и крутит пальцем у виска, учитель по химии косится на нашу парту.        — Ааа, это мы купюру в тысячу рублей обсуждали.        В остальном, химия прошла без происшествий, тему я конечно же не запомнила, зато конспект вторую половину урока исправно вела. А за первым уроком химии следовал второй. Вот и моя причина не любви к четвергам обнаружилась. Третьим у меня стоит английский язык, тему по которому я единственная не сдала. Всю перемену я сидела на подоконнике и зубрила, боясь зайти в кабинет.       Вообще, кабинет по английскому был особенным местом, темницей. Два ты мог получилось только за то, что разговариваешь на русском. Когда я только перевелась сюда, я не понимала всей этой методики, ведь так боишься лишнее слово сказать, однако со временем мне это даже стало нравится.        — Ну не съедят тебя там, не съедят, пошли уже. Почему ты так переживаешь? — спрашивала меня Маша, которая еле нашла меня. — Ты может в некоторых предметах и не сильна, но английский сдаешь на отлично.        — Сегодня просто слова из головы вылетают, не знаю, что со мной.        Как-то ей удалось уговорить меня зайти. А еще убедить, что все будет хорошо. Оптимистка блин. Однако все получилось совсем иначе.       Сегодняшний урок начался с присутствия зауча в нашем классе, которая с неведомой мне ранее улыбкой рассказывала, что следующий месяц у нас будет новый учитель, в связи с чем нашу программу немного подкорректировали и внесли изменения. Дальше я просто перестала слушать, потому что мой мозг опять вспоминал что-то из вчерашнего вечера, и мне это не очень нравилось.       После таких новостей все в классе зашептались, а я наблюдала, в том числе и за заучем, у которой выражение лица показывало, что что-то идет не так. Еще я услышала от нее фразу «где он шляется?» адресованную соцпедагогу, которая зашла чуть позже, и сейчас лишь улыбалась и пожимала плечами. Но тут на лице зауча прочиталось облегчение, когда из конца класса послышались шаги. А дальше, кажется, я вообще выключилась из реальности. Высокий голубоглазый брюнет, облаченный в черный костюм с серым галстуком, направился в сторону руководства, которое так и трепетало при виде его. Еще бы: он был не только красив, но в нем была некая уверенность и убежденность в правоте всех действий, придающая шарм. На вид ему было лет двадцать пять, а после того, как он поздоровался, мы обе сделали вывод: его акцент был лучше остальных наших учителей английского.       Первой очнулась Маша: она решила поинтересоваться у меня, вижу ли я тоже, что она, на что получила от меня такой ответ:        — Машенька, похоже, это было не шампанское.        — Дура, я при тебе бутылку открывала.