Когда нет другого пути

«У меня встаёт, от любого пустяка», - пожаловался однажды Рон. Это, понятно, возраст такой. Гормоны и прочее. Только, при поцелуе с Чжоу, в прошлом году, никакой активности в штанах Гарри не наблюдал. Зато в квиддичной раздевалке его член вставал с завидным постоянством. И вот теперь этот сон. Нельзя увидеть во сне то, о чем понятия не имеешь. Чего никогда не было в твоей жизни. А если все же видишь, то сон можно считать пророческим. Так гласит одно из правил из учебника Предсказаний. Он и понятия не имел, что один мужчина, может вытворять ТАКОЕ с другим мужчиной. То есть, ещё вчера утром, понятия не имел. Спасибо Малфоям. Семейка извращенцев. Старший трахается с мужчиной, а младший за ними подглядывает. В том, что мужчины именно «трахались», Гарри был абсолютно уверен. И его совершенно не интересовали подробности, и вообще, он ничего не желал об этом знать. Но это были воспоминания депрессивного хорька. А хорек, с некоторых пор - Пожиратель Смерти. Поэтому к его воспоминаниям нужно отнестись с максимальным вниманием. Что если Пожиратели Смерти занимаются ЭТИМ, не по своей воле? Если это такой вид наказания. Или, наоборот, поощрения? Или наказание для одного, и поощрение для другого? Какой из этого можно сделать вывод? У Гарри не было никаких идей, но он прокручивал в голове картинку со старшим Малфоем, снова и снова, героически перенося не спадающий стояк. Разворошив картофельную запеканку с мясом, и так ни до чего, и не додумавшись, Гарри поплелся на занятия. Чего бы он только не отдал за то, что бы вернуться в спальню и побыть там одному минут десять. Или зайти в туалет. Хотя открытая сверху кабинка, в которую могла заглянуть Плакса Миртл, не располагала к интимности. Он представил разгневанную профессор Макгонагал, чтобы отвлечься. Но суровая декан выскочила у него из головы уже в следующую секунду. Должно быть, испугалась непотребного соседства. Но успела подействовать на его эрекцию, как таблетка аспирина на высокую температуру. Конечно, в мире магглов, он слышал по телевизору про таких мужчин, которые хотели любить только друг друга. Нацепив женские тряпки и парики, они, пританцовывая и обнимаясь, боролись за свои права. Сексуальные меньшинства. Геи, проще говоря. Гарри считал это явление, чем-то вроде летающих тарелок, выдумкой телевизионщиков. Потому что, ни в Литт-Уингинге, ни в магическом мире, он ни разу не встречал ни одной однополой пары. И вот теперь - воспоминания хорька. Мерлин, его забери. Малфой-старший, не мог быть геем, он женат на матери хорька! Зачем понадобилось вламываться в голову хорька? Он уже забыл, зачем это сделал. А теперь с ним творится неизвестно что. Обретенное знание, вкупе с его состоянием дичайшего возбуждения, которое так и не нашло выхода, вызвало у него ощущения запертого в клетке зверя. Он беспокойно вертел головой, идя на занятие по трансфигурации, словно, искал выход или способ побега. А теснота давила на него, словно клетка, в которую его посадили, уменьшалась с каждой минутой. Надо вырваться. Бежать куда-то. Хорошо бы расправить крылья и улететь. Как тогда, на гиппогрифе, с Сириусом. Но крыльев нет. И Сириуса тоже нет… Он с надеждой стал всматриваться в лица проходящих мимо учеников, словно пытаясь найти в них поддержку и надежду. Но там было пусто, словно на Северном полюсе. Гарри оглянулся на Гермиону, идущую позади него. Она слегка улыбнулась и качнула головой. И за эту её улыбку и простой кивок, он был готов задушить девушку в объятиях и поклясться ей в вечной дружбе, и во всем остальном, что только можно придумать, тоже, вечном и прекрасном. «Что это со мною?» - отстраненно подумал Гарри. И сам себе неожиданно ответил: «Мне хочется, чтобы ко мне прикасались. Я что угодно отдам за прикосновения. Пусть в этом не будет ничего...такого. Хочется, чтобы гладили по голове. Взъерошили волосы». Кто-то недавно касался его. Воспоминания обожгли, словно ветка крапивы. Сильные уверенные руки, крепко обхватывают и не дают упасть. Снейп! Снейп прикасался к нему. На уроке ЗОТС. Совсем недавно. У Гарри потемнело перед глазами. Он с трудом заставил себя идти вперед. Очень хотелось взять Гермиону за руку, чтобы она довела его до класса. Но что он скажет ей потом? Что ослеп? Он со всей силы закусил щеку изнутри. Это помогло. Туман перед глазами рассеялся. Гарри влетел в класс и плюхнулся на своё место. Пока профессора Макгонагал не было, нужно было успокоиться. Показалось, ему или нет, что когда он вспомнил, КАК Снейп схватил его, падающего в белый круг, напряжение ушло. Как будто что-то сдвинулось. И встало на своё место. Мерлин! Снейп, к которому и приблизиться страшно. Самый жуткий человек среди волшебников. Правая рука Дамблдора. Нет! Нет ничего, что бы могло связывать их. От Снейпа не исходит тепло. Только зло и холод. Как говорит мадам Помфри, ты просто переутомился, Гарри. Он совсем забыл про Джинни! Кому, как не ей, обнимать и ласкать его? Ведь для этого и нужна любовь. Чтобы не чувствовать себя одиноким. О чем он раньше думал? Вечером, в гостиной, они встретятся с Джинни, и всё встанет на свои места. Вечером, покормив Клыка, Гарри устроился в Гриффиндорской гостиной, поближе к камину. С собой он прихватил «Расширенный курс Зельеварения». Чтобы было куда уткнуться и спрятать разочарование, если Джинни не придёт в гостиную. Джинни не шла, а Гарри всё сильнее увлекался расшифровкой надписей, сделанных рукой Принца-полукровки. В конце книги он обнаружил две склеившиеся от времени страницы. Наверху страницы значилось «Для записей». Всё чистое пространство Принц-полукровка добросовестно исписал своим узким косым почерком. Это были рецепты зелий. Был уже двенадцатый час, а Джинни так и не появилась. Гриффиндорцы расходились по своим спальням. Гермиона подошла к Гарри, чтобы пожелать спокойной ночи. -Герми, ты что-нибудь слышала про зелье самопознания? -Зелье самопознания? Не слышала? Зачем оно? Узнать правду? Ведь есть веритасерум? -Я не знаю. -Опять Принц-полукровка изобрел? -Я хочу его приготовить! Посмотри, ингридиенты совсем простые! - Дай посмотреть. Хочешь, сказать, гм, голубой мак, - простой ингредиент? -Он не запрещён! Мне кажется. -Не запрещён. Но сдаётся мне, на этот раз Принц - полукровка, изобрел наркотик. Такие зелья запрещены. -Но среди ингредиентов нет ни одного запрещённого! -Да уж, этот гений способен из простейших ингредиентов сварить тёмное зелье. -Ты мне поможешь? Сварить это зелье? Ну, Гермиона, пожалуйста! -Зачем оно тебе? Ну, ладно, поговорим завтра. -Нет, Герми, скажи, что поможешь! Мне действительно надо. Со мною творится что-то… странное. -Это связано с Джинни? -Можно и так сказать. -Ладно, договорились. Завтра на уроке я отвлеку Слахгорна, а ты возьмёшь в кладовке нужные для зелья составляющие. После занятий пойдём в Выручай - комнату. Делать его час, не больше. До отбоя управимся. Гарри даже не знал, что ему больше хотелось. Самому сварить зелье или испробовать результат зелья на себе. И выяснить раз и навсегда волнующий его вопрос. Стащить несколько унций толчёных ночных бабочек, молотый голубой мак и другие субстанции не составило труда. В конце рецепта был приписан загадочный комментарий: «Нетерпеливые - употребляют перед сном». Очевидно, Принц-полукровка отнёс бы Гарри к «нетерпеливым». Гарри знал, что за ним водится такой недостаток. Зелье варил сам Гарри, под присмотром Гермионы. На крошечных весах взвешивал толченых ночных мотыльков, помешивал в ту и другую сторону. На его глазах зелье зрело, как яблоко на ветке. Полученную жидкость Гермиона перелила во флаконы. Зелье получилось интенсивно - голубого цвета. Оно заманчиво поблескивало и казалось густым и масляным. Гермиона проверила его заклинанием. -Это не яд. -Конечно не яд. Знаешь, Гермиона, мне ужасно понравилось его варить. Были какие-то невзрачные серые мотыльки, засушенные листья и прочая дрянь, а получилось зелье. Оно…красивое! -Хочешь сегодня его испробовать? -Конечно! Зачем ждать? -Тогда, я тоже! Хотя это как-то не по-Гриффиндорски, прибегать к помощи зелий, чтобы узнать, чего ты хочешь на самом деле. - Даже Гриффиндорцы иногда сомневаются. Утром поделимся впечатлениями! -Если доживём до утра. Перед сном Гарри выпил зелье и наложил на кровать заглушающие чары. Кто знает, вдруг зелье спровоцирует разговоры во сне. С другой стороны, если с ним, случится что-то неладное, никто не услышит. …Гарри открыл глаза и увидел, что находится посреди небольшого холла. Прямо перед ним по лестнице спускался маленький человек. Ребёнок или карлик. Ребёнок-карлик. С копной темных спутанных волос и огромными зелёными глазами. Он улыбался Гарри и держался весьма нахально. -Великолепный Гарри Поттер, собственной персоной! Наконец-то явились. Магический мир уже заждался, когда вы, наконец, предъявите всем Свою Великую Любовь. Они поднялись по лестнице вверх. От лестничной площадки, расходились три коридора. -Нам направо. Ты готов? Твой разум и инстинкт спят. Тобою руководят только чувства. Войди в эту дверь, и ты поймешь, кто тебе нужен. -Как я это пойму? – спросил Гарри. -Другие не будут иметь никакого значения. В большой комнате было полно людей. Мужчин и женщин. Знакомых и незнакомых. Все они были разодеты, словно на балу. В толпе выделялась рыжеволосая голова Джинни. Её волосы были уложены в высокую прическу, украшенную маленькими розочками. На ней было пышное бледно-розовое платье, напоминающее свадебное. Не хватало только фаты. Но Гарри видел её, словно в тумане. Карлик повел рукою – выбирай. Гарри, ещё раз всмотрелся в толпу и покачал головой. «Здесь не все». Карлик засмеялся. -Мертвецы не в счёт. -Мертвецы? -Это ведь вопрос решенный. Месяц или два, значения не имеют. Гарри покачал головой: «Нет». Карлик разозлился. -Тот, о ком ты подумал, считай, что мертв. Ему недолго осталось. -Я хочу видеть всех! -Тогда иди дальше. Там ещё одна дверь. И Гарри двинулся через толпу, состоящую из людей, которые могли бы стать его судьбой. Но уже не станут. Потому что они – всё равно, что никто. Случайные прохожие. Он прошел через всю комнату и подошел к двери, полускрытой черной бархатной портьерой. Она открылась сама собой. Гарри вошел в полутемную комнату. Она была огромной, гораздо больше, чем предыдущая. Он увидел в ней несколько фигур, закутанных в черное. И решительно направился к одной из них. Это был мужчина, высокого роста. Его лицо скрывал капюшон. Но Гарри узнал бы его в любом случае. Перепутать его с кем-то было невозможно. Гарри подошел и решительно заключил его в кольцо своих рук. Капюшон упал с головы человека. Гарри вздрогнул. Несомненно, это был человек, которого он выбрал, профессор Зелий. Нелюбимый и неприятный когда-то. А ныне – единственный и желанный. Но почему он такой красивый? Почему такой молодой? «Это оттого, что ты его любишь». – Прошептал кто-то на ухо Гарри. «Да». «Мне никто не нужен». – Произнёс Северус Снейп и растаял в воздухе. Гарри обнимал пустоту. И не дышал. Потому что, ещё один вздох, и сердце разорвется от боли. И тут же перед Гарри возник карлик. -Что ты решил, Гарри Поттер? -Хочу забыть этот сон. -Ты его забудешь, обещаю. -А кто ты? -Я? А ты ещё не догадался? Я – твоё внутреннее «я». Гарри проснулся с досадным чувством потери. Будто, он забыл где-то, или потерял, какую-то важную для себя вещь. И не мог вспомнить какую. Единственное, что он помнил, что эта вещь была ему очень дорога и каким-то образом связана с его семьёй. Гермиона за завтраком сияла, как новый галеон. Гарри сел на свободное место рядом с нею. -Сон? Гермиона кивнула и тихонько рассмеялась. -Гарри, это нечто! -Ну, что, что тебе приснилось? -Говори тише! Давай, первый рассказывай. -Я не помню. -Как это не помнишь? -Я помню только конец. Моё внутреннее «я», спросило, созрел ли я для выбора. Я ответил, что «нет». Я сказал, что хочу забыть сон. И я его забыл. В глазах у Гермионы появилась тревога. -А ты не врешь? Может, ты просто не хочешь мне говорить? -Да нет же. Я бы и сам хотел знать, что такого ужасного я хочу, что даже сам боюсь об этом знать. Скажи лучше, что тебе приснилось? -Моё «я». -Ну и какое оно? -Ну, такое симпатичное. Похоже на меня… -Только ростом - маленькое? -Нет, ростом - обычное. Такое же, как я. Только прическа - зализанная. Как у … Малфоя. А у тебя, твоё «я» - было маленькое? – Гарри кивнул. - Это означает, Гарри, что ты себя недооцениваешь. -Нет, давай про свой сон. Что ты хочешь на самом деле? Гермиона покраснела и шепотом выпалила: -Я хочу шестерых детей от Рональда Уизли и стать министром Магии. -Всего-то? – Гарри засмеялся. -Ничего смешного! Гарри, я терпеть не могу детей! -А остальное тебя не смущает? -Стать министром? - Гермиона отвернулась, потянувшись за большим зелёным яблоком. – На самом деле, я думала об этом. Почему и нет? Но ведь я магглорожденная! Разве бывают магглорожденные министры Магии? -Что за чушь, Герми? А разве бывают афроамериканцы – президентами Соединённых Штатов? Не бывают – так будут! -В любом случае, зелье сработало. Мы познакомились с собственным «я». Интересно, зачем твоему Принцу - полукровке понадобилось выдумывать такое чудное зелье? -Гермиона, он – не мой! Гермиона как-то странно посмотрела на него. Гарри даже представить не мог, как истолковать этот взгляд. -В любом случае, в Хогвартсе ничего не происходит случайно. Здесь живёт Судьба. -Ага. Трелони пьёт с ней чай. Гермиона фыркнула. -Не чай, точно!