Drugs of Damocles

Дик обещал себе быть сильным. Хотя бы ради брата. Но это было так невыносимо трудно. Каждый раз, когда Джейсон испугано втягивал голову в плечи, когда подпрыгивал на месте от любого громкого звука, когда едва заметно вздрагивал, если Грейсон неожиданно подходил к нему слишком близко, все это болезненно отдавалось в груди акробата, буквально разрывая сердце. Ему было больно видеть, как Тодд хромает по квартире, как выпирают его кости, грозясь прорезать тонкую кожу, как дрожат столовые приборы в покореженных руках. Он все так же молчал, хотя Грейсон видел, как он пару раз раскрывал рот, порываясь что-то произнести, но от него не доносилось ни звука, после чего стрелок еще некоторое время находился в угнетенном состоянии. Дик все больше погружался в пучину своей вины и тех маленьких лучиков света, что старательно дарил ему брат, не хватало, чтобы выдернуть его из вязкой беспроглядной темноты. Он все так же старался тепло улыбаться, но этого было недостаточно, чтобы скрыть от Джейсона свои чувства и в какой-то момент, тот решил разобраться в происходящем. Стрелок остановился напротив брата и ткнул пальцем ему в грудь, делая при этом грустное лицо. — Что? Что-то не так? — Грейсон вопросительно свел брови, стараясь понять, что пытается донести до него Джейсон. Тот еще раз ткнул в парня, еще сильнее хмурясь. В его глазах плескалась растерянность, он не знал, как выразить свои чувства. — Ничего, скоро мы научимся понимать друг друга, — акробат растерялся, а потом тяжело выдохнул, погладив брата по щеке. И еще сильнее растерялся, когда тот шлепнул его по руке, отрицательно качнув головой. Джейсон присел на диван, недовольно кусая губы. Ему было жизненно необходимо выразить свою мысль, и невозможность сделать это одновременно злила и печалила парня, медленно подводя его к истерике. Дик присел напротив брата, стараясь сообразить, как ему помочь, но ничего не приходило в голову. Он понимал, что здесь что-то такое, что просто так на пальцах не покажешь. Наконец, Тодд предпринял еще одну попытку. Он указал на парня и нахмурился, а после показал на себя и грустно скривил губы. До Дика начало потихоньку доходить. — Я не расстроенный, — тут же возмутился акробат, стараясь улыбнуться, хотя и понимал, что сейчас все его попытки обречены на провал. Джейсон резко вскинул бровь, недоверчиво глядя на парня. Даже в таком состоянии полным идиотом Тодд не был. Он чувствовал, что с братом что-то не так. Чувствовал, что он этому причина. И это угнетало его, выбивало почву из-под ног. Он видел это в глубине голубых глаз, как бы хорошо Дик не прятал свои чувства. Джейсон видел всю эту боль, похожую на его, но совершенно другую и он не знал, как исправить это. Не хотел видеть фальшивую улыбку, потому что не мог верить тому, кто так очевидно его обманывал. — Джей, все очень сложно, — Дик вздохнул. — Но, я постараюсь улыбаться для тебя. Тодд тут же изменился в лице, резко разозлившись. Он оскалился, с его губ зашелестело злобное шипение. — Мне… Не нужна… Твоя… Ложь… — слова давались ему тяжело, сорванный голос отказывался воспроизводить некоторые звуки, но Джейсон даже не замечал этого. — Мне не нужно… Чтобы ты страдал… За меня… Я хочу… Настоящего тебя… На конец короткой тирады связки подвели парня и он надсадно закашлял, весь как-то сразу сжимаясь. Вспышка злости отняла и без того небольшие силы. Дик ошарашено пару мгновений смотрел на брата, а после подорвался с места и быстро принес ему воды. — Черт, Джейсон! Придурок! — он следил, как парень трясущимися руками держит стакан, но делал это скорее на автомате. Его повергли в шок слова Тодда, и он не мог справиться с эмоциями. Но все-таки, акробат отметил, как это вымотало брата, как опустел его взгляд. Было заметно, что он обижался на Грейсона и старался не смотреть на него. — Джей, посмотри на меня. Стрелок, нахмурив брови, все-таки повернулся к парню, выжидающе глядя на него. Дик понимал, что скажи он сейчас хоть одно неверное слово и Тодд вряд ли будет верить ему еще долгое время, так что он, наконец, снял с себя все маски. Лицо его было измученно, улыбка бесследно исчезла. — Я стараюсь бороться с этим. Там, на складе, что-то сломалось внутри меня. Я больше не герой. Я не смог спасти тебя и я виню себя за это. Я в который раз не смог тебя уберечь. Джейсон долгое время внимательно вглядывался в его лицо, а после грустно улыбнулся. Он взял руку брата, переплетая их пальцы вместе, стараясь показать, что он не винит своего брата за случившееся. Казалось бы, на этом инцидент был исчерпан. Время шло, Джейсону мучительно медленно, но становилось лучше. Он немного осмелел, почти уверенно хромал по квартире из угла в угол, беря в руки различные предметы, дотошно изучая их, разве что в рот не тянул. Изредка он даже разговаривал, робко улыбаясь краешками губ, хотя больше чем на пару предложений его не хватало. Но спал он все меньше, словно ожидая, что с его выздоровлением вернутся и его кошмары. Дик делал все, чтобы позаботиться о брате. Оберегал его, окружая уютом и комфортом. Но справиться со своим чувством вины так и не смог. Понимая, что если Джейсон об этом узнает, очередной истерики не избежать, он нашел новый выход своим эмоциям. Через каждые пару ночей, когда стрелок уже засыпал, он выходил на улицы, патрулировал их. Костюм Найтвинга он не надевал, так как не мог даже посмотреть на него без вызывающих дрожь воспоминаний. И при любой возможности Грейсон ввязывался в драки. Без какого-либо оружия или устройств, просто мордобой. И это ощущение физической боли и пьяного азарта на короткое время перебивали гложущие его эмоции, давая вздохнуть свободно, тепло и искренне улыбаться Джейсону. Но все его тело было покрыто синяками, поэтому дома приходилось постоянно ходить в закрытой одежде, чтобы брат ни в коем случае не узнал его тайну. Дику было страшно представить, что произойдет если правда выйдет наружу. Джейсон же делал вид, что не замечает, что с парнем что-то не так, искренне веря, что тот не станет его обманывать. Хотя он все так же внимательно заглядывал брату в глаза, стараясь найти хотя бы там ответы на свои вопросы. Он не хотел опять выпытывать все из Грейсона, хотел ему верить, но с каждым днем эта вера потихоньку таяла, истончалась и Тодд все реже улыбался, все больше времени проводил у окна, стараясь не думать, не видеть, не расстраиваться. Ему все чаще хотелось вырваться из этой пропитанной болью квартиры. Однако, это не могло продолжаться вечно. Дик принимал душ, когда почувствовал на себе внимательный взгляд. Резко обернувшись, он встретился глазами с холодным взглядом Джейсона. Черт, видимо он опять забыл закрыть дверь, а за шумом воды не услышал шаркающих шагов брата, который сейчас разглядывал россыпь синяков на его теле. Грейсон отвел взгляд и тяжело вздохнул. На этот раз он услышал, как Тодд молча развернулся и вышел из помещения. Буря грядет.