***
— …И вы вернулись на Землю, нашли новую работу и больше не возвращались на Ук-4? — Д-да… — Хм. Допрос, или что-то на него очень похожее, продолжался второй час. Боджи становилось все хуже в моральном плане, словно из него вытягивали сведения, которые направят против него в суде. Но что-то опять не сходилось: начальник безымянной конторы обещал полную неприкосновенность Халленвойту. От него требовалось лишь отвечать на вопросы предельно подробно. — Думаю, к восстанию он не имел никакого отношения, — впервые за «допрос» Боджи заговорил, не дожидаясь вопроса. — Он чокнулся позже. — А он контактировал с другими киборгами на Нова-Терре? — начальник машинально потер левую ключицу, три месяца назад благополучно сросшуюся после перелома. Прошлый автоматический жест — отбрасывание волос со лба — заменился новым, да и на прическу Лашер Гоисс перестал обращать внимание. Новая должность, последовавшая за увольнением с поста советника в министерстве обороны Земли, отвлекала от бытовых проблем. — А я кроме своего кибера других там и не встречал. — Помимо Нова-Терры вы куда-нибудь ездили с ним? — Нет. Гоисс, упорядочивая в голове полученную информацию, достал из кармана куртки (да, не стильный деловой костюм, увы) видеофон, нажал пару команд и положил аппарат на стол. Через десять секунд раздался писк, и Лашер метнул взгляд на экран. Быстро нашли, молодцы! — Спасибо, вы нам очень помогли, — поблагодарил бывший советник. — А кому — нам? — осмелев, спросил Боджи, отчего-то чувствуя себя предателем. Но если рассудить: как можно предать машину, вдобавок свихнувшуюся и врезавшую хозяину? — Ловцам киборгов, — Гоисс улыбнулся в предвкушении новой охоты. Сразу после ухода Халленвойта Лашер передал задание Нарье, женщине в комбинезоне, — отправиться к созвездию Трезубца на планетку Ук-4, где любым способом поймать киборга NPC-60Bw.***
— Тилл, подай ключ восемь-тринадцать и монтировку, — попросил Крин, чей голос прозвучал гулко из нутра частично распотрошенного корабля. — Монтировку? — переспросила девушка-механик, ибо с ключом все было ясно. — Угу, если ключом не получится открутить одну чертову гайку. Оценив юмор бригадира, Тилл расхохоталась и протянула инструмент. Все у Шиа получится — он прекрасный мастер и может починить любую технику хоть маникюрными ножницами. В этом Тилл была убеждена на сто процентов. Доказательством послужил выбравшийся из корабля Крин. Заржавевшую гайку человек свернуть бы не сумел, а киборгу удалось, правда, изрядно погнув ключ. Его же Шиа быстренько разогнул в исходное положение. — Жаль, что ты нас покидаешь, — бригадир швырнул гайку в ведро с остальным ржавым крепежом. Не на выброс — можно протравить кислотой, и станут как новенькие. — Я приеду в гости! — горячо заверила Тилл. — Но ты же понимаешь: у меня муж, и мы наконец-то поняли, что друг без друга не можем… А хочешь, я замолвлю за тебя словечко перед Спарклом, и он возьмет тебя к военным? «То-то они обрадуются киборгу с пиратской ремонтной базы», — Шиа отрицательно покачал головой. Ему и здесь хорошо, даже если бы киборгов официально признали равноценными с людьми гражданами и разрешили работать вместе. Тут привычная обстановка, друзья, разномастные пираты вроде невезучих контрабандистов, Ренна… — Я обязательно вас всех навещу и не раз, — Тилл обняла бригадира и всхлипнула, а тот неловко похлопал девушку по спине. Обещание — это слово, действие — совсем другое. Ему стоит верить, оно никогда не солжет. Если Тилл когда-нибудь прилетит на Ук-4, то Крин ей поверит. Как бы то ни было, расставаться с отличным механиком и хорошим человеком тяжело. Даже киборгу.***
По базе всепроникающими щупальцами распространились слухи о романе между Крином и владелицей «Лунного бархата». В кинотеатре они мило ворковали перед фильмом, во время просмотра брали попкорн из общей коробки, а после — вот это да! — Ренна взяла Шиа под руку и чмокнула в щеку. Правда, сплетников изумило «деревянное» поведение бригадира. Вдову к себе крепко не прижимал, по пути до ее дома целоваться не лез и… — вообще чудеса приличия! — к ней ночевать не пошел. Вскоре неактивность Крина списали на ошеломление от свалившегося на него счастья в виде красавицы Ренны. Скольким поклонникам она отказывала, пугая дедовской шпагой, а талантливому механику повезло. Сплетники не завидовали черной завистью, искренне ликуя за пару и столь же искренне ее обсуждая. В процессе изучения человеческих инстинктов Шиа знал, что такое совместная «ночевка», только слабо представлял свое в ней участие. В фильмах и книгах вон какие неистовые чувства испытывают персонажи — хоть люди, хоть ксеносы. А про киборгов нигде ничего не сказано: бездушная машина, и все. Быть может, для Ренны он именно такой. Тем не менее, общается она с Крином как с человеком и ждет, соответственно, ответной реакции. «Главное, не задумывайся над собственными действиями, — советовала Ренна. — Слушай сердце». Обычно Шиа слушал мозг и процессор. С сердцем дело сложнее. Но он попытается разобраться, что ему шепчет этот орган. А испытания состоятся сегодня же.***
— Ты вечером свободна? Ну, после работы, — уточнил киборг, ибо клиенты в кафе-баре могли засидеться за полночь. Ренна посмотрела на Крина чуть настороженно, потом с нарастающим интересом. Кажется, включилась пресловутая женская логика, благодаря которой хозяйка «Лунного бархата» все поняла, сообразил Шиа. — Да. Что ты хотел? — Кое-что тебе сказать и… сделать, — честно признался бригадир, отметив у себя учащенное сердцебиение и мощный выброс гормонов. Ну, и кто тут не человек? — О… — неясно выразилась покрасневшая Ренна. — Я… тебе позвоню, когда всех выпровожу… Так удобно? Или подождешь? — Подожду. Ренна чуть не бросилась за шпагой, чтобы разогнать клиентуру прямо сейчас. Не от того, что у нее давно не было мужчины, а от того, что Шиа пришел к определенному выводу и больше не сомневается в себе.***
За последним посетителем захлопнулась дверь кафе-бара в половине второго ночи. Взволнованная Ренна проверила замки, вырубленные приборы на кухне и села на барный стул рядом с Крином. Момент истины настал. — Ты мне очень нравишься, — без ненужных предисловий начал Шиа, не любивший ходить вокруг да около. — Твоя внешность, твое поведение и твое ко мне отношение. Я не особо умею выражать симпатию, но знай — она есть. — Спасибо, — улыбнулась вдова. — Это приятно. — Ты целовала меня несколько раз, и теперь я хочу тоже это сделать. У Ренны заблестели глаза от набежавших слез. Не нужно пространных любовных речей, многокуплетных стихов и заунывных серенад. Самый важный и огромный смысл заключен в простых фразах. Едва Шиа успел почувствовать теплоту губ Ренны, как дверь кафе-бара с грохотом вывалилась внутрь, вынуждая отпрянуть друг от друга. — Какого черта?! — рявкнул бригадир, подозревая, что в их края забрел любитель подебоширить, чей уровень алкоголя в крови звал совершать подвиги и крушить все подряд. — Ни с места, NPC-60Bw, — из облака пыли выступил темный силуэт, державший длинноствольный пистолет с узким дулом.