Космобайки

      – Да не гладь ты рукава, я все равно их заворачиваю, – Крину было жаль трудов Ренны, водившей утюгом по ткани рубашки, выглаживая при помощи парогенератора каждую морщинку, оставшуюся после сушки.       – Мне хочется, чтобы мой любимый киборг выглядел ухоженным, – улыбнулась Ренна. – Потерпи немного, я скоро закончу.       Шиа нравилось наблюдать за женщиной, ловко орудовавшей и утюгом, и любой кухонной техникой, и даже если она банально заполняла бумаги для кафе-бара «Лунный бархат». Но больше киборг любил, когда Ренна находилась рядом с ним, близко-близко, прижавшись головой к его плечу, и тихонько вздыхала, говоря, что от счастья. Так что причин, по мнению Крина, бросить глажку было две: напрасный труд и желание побыть вдвоем, без соперника-утюга.       Со стороны они смотрелись, как множество типичных, без пяти минут семейных парочек вечером: женщина занималась бытом, мужчина обретался на диване в ожидании, когда половинка бросит домашние дела и наконец-то уделит внимание тому, кто его очень жаждет.       Шиа и впрямь расположился на мягкой мебели, благодаря уговорам Ренны поменявшей облезлую обивку на новую, но отнюдь не праздно. Крин серьезно обдумывал мысль, которой озадачился с появления по его душу и процессор киберловца. Ныне женщина в комбинезоне в позе эмбриона манекеном лежала под замком в огромной морозильной камере «Лунного бархата», которую Крин перепрограммировал на высокую степень работы. Не дожидаясь окончания действия парализатора, Крин по-скорому взломал систему Нарьи (что интересно, заводской номер у нее отсутствовал – то ли штучная модель, то ли новая разработка) и погрузил киборга в гибернацию. Прежнего хозяина, какого-то Лашера Гоисса, Шиа стер, записав себя и заблокировав возможные усилия вернуть Нарью в собственность. Позже Крин понял, что сглупил – можно было как-то отыскать Гоисса при помощи данных Нарьи. Попытка найти Лашера в интернете увенчалась успехом – бывший адвокат и бывший советник в министерстве обороны Земли. Где он сейчас – неизвестно, ибо с должности уволен и больше нигде в госструктурах планеты не числился. Перерыв Всеземлянский Архив, Шиа на время оставил идею узнать, зачем Гоисс послал Нарью убить киборга NPC-60Bw. Неужели опять начался отлов киберсуществ? Хотя Влэт, с которым Шиа поддерживал связь, убежденно говорил, что официально охоты нет, неофициально тоже (Крин научил друга взламывать сайты исключительно ради собственной и чужой безопасности). И все же застывшая, вся в инее Нарья не давала покоя: не вечно же ее держать в холоде. Да и не мешало бы выяснить, чем Крин напакостил неизвестному ему человеку.       – Готово, – Ренна повесила рубашку на плечики и задвинула дверцу шкафа-купе. – Соскучился?       – Ну конечно.       Правильно обниматься и целоваться (из книг и фильмов практики не почерпнешь) Шиа научился быстро: имплантаты приспосабливались чуть ли не мгновенно. С постельным времяпровождением приключился полный ступор – теории хоть отбавляй, а практики Крин, к своему стыду, боялся. Как он, существо, искусственно созданное, по идее обязанное быть без эмоций и чуткости, сможет понять, все ли верно делает? Ренна мягко, но настойчиво упрашивала не паниковать и прислушиваться к ощущениям: «А дальше сам разберешься. И себя поймешь, и меня».       Получилось как-то само. Киборг до сих пор удивлялся. Выходит, он не машина, а нечто иное – уже не техника, еще не человек.       – У тебя возникала мысль, что нам надо съехаться? – спросила Ренна Крина, выкинувшего Нарью из головы (и лучше бы из морозилки!) и гладившего темные волосы вдовы Валфекс, которую, кстати, уже так почти не называли. Новый кавалер прочно обосновался в ее жизни, стало быть, и фамилию женщина скоро сменит.       Ренна, положившая голову на колени Шиа, приподнялась, заглядывая ему в глаза. Как обычно, зрачки не выражали заинтересованность, оставаясь нормального размера. Его Крин, точнее, процессор, всегда контролировал, что придавало бригадиру невозмутимости и спокойствия.       – А… зачем? – отозвался он с паузой, ибо не знал, верно ли реагирует на предложение. Человеческие повадки можно изучать годами, а всех не постигнешь – увы.       Жили они на два дома. После работы отправлялись то в жилой модуль Крина, то в Нова-Терру, к Ренне в квартиру на первом этаже. Иногда ночевали по отдельности, но быстро скучали без общества друг друга. У Шиа было мало вещей, которые он брал с собой, идя к Ренне. У нее же, как у женщины, следившей за своей внешностью, – куда больше. И поскольку Ренна не обогатилась, чтобы иметь по два фена, два набора бигуди и косметики, то собирала в большую сумку нужные предметы и одежду, чтобы утром распахнуть двери «Лунного бархата», радуя посетителей красотой и обаянием.       – Так же удобнее, – ничуть не сердясь на неосведомленность киборга, пояснила Ренна.       – Согласен, – кивнул Крин и за несколько секунд, учитывая сведения о людях, промотал наиболее логичный вариант их жизни с подробностями. Все портило важное обстоятельство, перегородившее путь шлагбаумом. Тогда никакой радости у них не выйдет.       – И что скажешь?       Заметив сосредоточенность молчавшего Шиа, Ренна добавила, что она ни в коем случае не торопит его с ответом. Если мужчина не созрел для такого серьезного шага, то умолять нет смысла.       – Мне с тобой везде хорошо, – уклончиво и в то же время честно ответил Крин. – Где бы мы ни жили.

***

      В таком затруднительном положении киборгу требовался совет. Кандидатов на должность советчика, кто близко знал Шиа, было мало. Влэт – но он тоже не человек, вдобавок не живет с женщиной, и вряд ли сочтет проблему Крина годной для обсуждения. Так заложено генной инженерией, ничего не поделаешь. И Влэт будет прав. Но эта правда Шиа точно не подходит.       Остается лишь Тилл. Пусть она не в курсе, кто ее бывший бригадир по природе, зато с девушкой Крин стал общаться чаще. Началом неформальных отношений, кои смело можно именовать дружбой, послужил обещанный прилет Тилл на Ук-4. Поболтав с коллегами-механиками, она узнала, что Шиа встречается с хозяйкой кафе-бара, столь любимого пиратами-ремонтниками, и устроила двойное свидание. Поначалу киборгу было крайне некомфортно из-за мужа Тилл, военного пилота, тоже прилетевшего в доки (а вдруг распознает в нем недавнего «жуткого врага человечества» и наведет на него ловцов? Которые, черт их возьми, то ли есть, то ли нет. Но Нарья-то не взялась из параллельной вселенной!). Затем Крин более-менее успокоился, к тому же, Ренна не ссылалась на него в разговоре, как обожают делать некоторые дамочки, вгоняя кавалера в досаду: «А мой-то, мой!», «Ну, что молчишь, мой хороший?», «Ой, он у меня такой молодец, все краны дома починил!» К концу посиделок в «Лунном бархате» Шиа даже произнес несколько слов: что рад познакомиться с полковником Спарклом, а Тилл очень идет беременность.       Набирая номер механика, бригадир прикинул, что та уже должна родить, значит, может и не ответить, занятая хлопотами с маленькой копией человека.       Тем не менее, Тилл откликнулась, сказала, что уложит ребенка и перезвонит.       – Привет! У тебя что-то случилось? – прозорливо спросила она, снова постройневшая. Вообще Тилл ни капли не изменилась: худенькая, с короткой стрижкой. Только голубые глаза сияют, как звездочки.       «Ну вот и как люди догадываются?» – в очередной раз недоумевал Крин. Он же не рыдал, не заламывал руки, лицо без намека на страдания.       – Я не знаю, как поступить. Это касается Ренны.       – Вы поругались?! Ну ничего, бывает. Милые бранятся…       – Нет. У нас все замечательно. Ренна хочет съехаться.       – Поздравляю! – воскликнула обрадовавшаяся Тилл шепотом, боясь разбудить свою сладко сопевшую кроху.       – А потом она захочет замуж… – многозначительно продолжил Шиа.       – А ты не хочешь? – изумилась молодая мама.       – Ну…       – Ты меня пугаешь.       – Мне, по правде говоря, все равно – поженимся мы или нет. Главное, что мы вместе.       – В чем тогда твоя дилемма?       Темнить Крину не нравилось. И признаваться Тилл как-то неудобно. Отзывчивые люди всегда болезненно реагируют на чужие беды. Отчего Шиа их жалел: он-то может блокировать чувства, чем, впрочем, не пользуется. А люди такие ранимые…       – У меня не может быть детей.       – Ох… – Тилл опешила, прижав ладонь к губам.       «Только не плачь!» – взмолился Крин, чуть не ляпнув, что стерилизация для киборгов – это нормально, и печалиться по этому поводу совершенно не стоит.       Грустная Тилл покусала губы и затараторила с нарастающим оптимизмом:       – Ты обращался к докторам? Сейчас же куча методов лечения! Ну я толком не знаю, надо идти к специалисту… О, давай прилетай к нам в Грандаполис, отыщем самого крутого врача!       – Это не лечится, – отозвался Крин. – А проблема в том, как сказать это Ренне. Она же расстроится. Она любит детей, и они к ней тянутся.       – Ренна тебя тоже любит, – Тилл смахнула слезинку, – какой ты есть. И примет твою проблему. Думаю, тебе нечего страшиться.       – Спасибо за то, что выслушала. И не плачь, пожалуйста, – сказал на прощание Шиа.