Космобайки

      Неизвестно, бывает ли у киборгов паранойя, но у Крина она точно имелась. И хватит Нарье занимать всю морозилку!       В три часа утра, когда у людей самый крепкий сон, бригадир направился в кафе-бар – ключ у него был.       В эту ночь, накануне поздно вернувшись со дня рождения приятельницы, Ренна спала у себя, чтобы одной не идти по темноте к ремонтной базе (просить Крина встретить ее Ренна постеснялась, тем более, ночь без него она потерпит).       Засунув обледеневшую скорчившуюся фигуру в мешок, Шиа, как новогодний волшебник с подарками, вернулся с ношей в свой модуль. Около девяти утра, перед стартом рабочего дня, он позвонил в доки, соврал, что заболел, и вернулся к кибердобыче, потихоньку оттаивавшей благодаря мощным обогревателям. Процессор очнется, когда температура тела приблизится к нулевой отметке. Затем, по команде нового хозяина, завершится цикл гибернации, и киборг самостоятельно начнет отогреваться, накапливая внешнее тепло и распределяя его по организму.       – Ну здравствуй, – поприветствовал мокрую Нарью Крин, когда та, лежа в луже воды на столе, ради важного события поставленном посередине комнаты, открыла глаза, фокусируя взгляд, и сообщила, что система готова к работе. – Нам надо поговорить.       – Сформулируйте вопрос, – бесцветно произнесла Нарья.       – Сядь, что ли.       Женщина послушно села и уставилась на Шиа.       – Кто такой Лашер Гоисс?       – Информация отсутствует или закрыта для доступа.       – У меня есть доступ.       – Прав на доступ к данной информации недостаточно.       «Ага! – возликовал Крин. – Значит, она все-таки есть!»       – Какие нужны права? – спросил Шиа.       – Информация отсутствует, – повторила Нарья.       Так можно было бегать по кругу до бесконечности. Гоисс, хитрая зараза, обезопасил себя отлично. Даже удаление его из хозяев все равно не дает Крину возможности добраться до необходимых файлов. Ну хотя бы они не стерлись вместе с именем старого владельца, и то хорошо.       – Ладно, мы еще повоюем, – пообещал киборг киборгу и снова погрузил Нарью в сон, теперь уже без заморозки.

***

      Не знавшая о лжи Ренна удивилась, застав Шиа дома. Еще больше она поразилась, увидев лежавшую на столе женщину. Подойдя ближе, Ренна опознала в ней Нарью, равнодушно уставившуюся в потолок.       – О, завел себе любовницу, – пошутила Ренна.       – Угу, – Крин, до прихода подруги наведший порядок (пол был вытерт насухо, модуль проветрен от влажности, а на кухне ждал поедания относительно сносный ужин – картофельное пюре из порошка и вчера пожаренные Ренной рыбные котлеты), завис в ноутбуке, подсоединенном к Нарье.       Ренна оценила результат домашних хлопот «прогульщика», будто тот хотел так реабилитироваться за неявку на работу и умолчание об этом, и заглянула в монитор.       – Пытаешься ее взломать? – спросила она, постепенно начав разбираться в кодах и командных строках.       – Да. Но ни черта не выходит, – киборг раздосадованно смахнул «окна» и захлопнул крышку ноутбука. – Осталось два варианта.       – Каких же?       – Первый: вскрыть ей череп и из мозга извлечь процессор. Оттуда достать информацию будет проще. Второй: в три тысячи семьсот двадцать шестой раз попробовать взломать без трепанации.       Шиа говорил об операции спокойно и буднично, словно проводил подобные каждый день. Он, конечно, закачает себе алгоритм хирургического вмешательства, но нужны соответствующие инструменты. Или же Крину настолько срочно требуются сведения о загадочном враге, что он без колебаний воспользуется циркуляркой и голыми руками вытащит процессор из бугристых извилин? Ренна представила манипуляции, содрогнулась и тут же себя отругала за чересчур яркое воображение.       – А если отвезти ее на Землю и показать Паверу? Или позвать его сюда? – предложила она третий, менее кровопролитный вариант. – Заодно встретишься с Влэтом, вдруг и он сможет чем-то помочь.       – Зачем?       – Вы разве с ним не подружились?       – Я про генного инженера, – пояснил киборг. – Он не программист в полном смысле слова: может закачивать программы, но не разрабатывает их. И уж точно не хакер. Скорее всего, Павер тоже выберет трепанацию. Нет, тут надо еще поразмыслить...       Шиа снова углубился в расчеты, которые длинными, без конца и края вереницами возникали на внутреннем экране. Мысленно извинившись перед Ренной, Крин общался с ней не полностью: только своей человеческой половиной. Электронная была занята кодами и скриптами, не желавшими складываться в подходящую мозаику, чтобы та смогла выковырять из Нарьи информацию.       Киборгу тоже не слишком улыбалось ковырять ловца вручную. Да и Ренне будет противно не столько видеть такое, сколько знать об этом.       Женщина легла спать, а Шиа все копался и копался. Чайник вскипал через каждый час, а когда кофе кончился, Крин не поленился сходить в круглосуточный магазинчик при доках. Кофе там раскупили еще вечером, пришлось взять упаковку энергетиков. Каким бы выносливым киборг ни был, сон ему все-таки полагался. Собственная система сообщала, что работоспособность падает. Очень хотелось есть – затраты организма быстро истощились из-за нещадной эксплуатации и отсутствия отдыха хотя бы на час-другой.       «Еще тридцать семь минут, и меня самого можно будет вскрывать», – мрачно оценил свое состояние Шиа, упрямо не бросавший поставленную задачу. Отложить? Как бы не так!       Работоспособность упала до семнадцати процентов. Потом до двенадцати, десяти… Экран перед глазами окрасился в аварийный красный цвет.       А отступать нет смысла, ибо сведения нашлись. Осталось применить дешифратор и…       И все же Крин пожалел в себе человека. Написав Ренне записку о том, что он отрубился на три часа, киборг отключил все функции, установил таймер-будильник и запустил гибернацию и Нарье, и себе.