Космобайки

      Большой дом лейтенанта Джинкс встретил коммандера суетящимися существами и ароматами блюд.       – Доченька! – из глубин жилища вынырнула полноватая темнокожая женщина в пестром платье и с обмотанной цветастой тканью головой. В ушах у нее были большие серьги кольцами. – С прибытием!       Лейтенант и ее мать крепко обнялись, а затем женщине был представлен Ро.       – Мама, это старший помощник на крейсере, где служу и я, коммандер Хайкон Ро. Сэр, моя мама Занса.       – Рада знакомству, – с улыбкой женщина протянула Хайкону руку, и тот, секунду помедлив, ибо не знал, как нужно правильно здороваться в этой семье, а то и на всей Луне, просто ее пожал.       – Мам, я покажу коммандеру его комнату и присоединюсь к вам всем, – обратилась к родительнице лейтенант Джинкс, а затем к Ро: – Пойдемте, сэр.       Миновав несколько сквозных комнат и холл и услышав обрывки разговоров, Хайкон немного разобрался в происходящем. Родственники и друзья семьи Джинкс обсуждали свадебные конкурсы, наряды, еду, музыку и подобные атрибуты праздника, посвященного сестре лейтенанта и ее жениху. Обитатели и гости дома приветствовали новоприбывших, наскоро обнимали и целовали лейтенанта и убегали.       Комната для Ро располагалась в конце коридора, откуда возгласы и громыхание посудой были почти не слышны. А за закрытой дверью будет и того тише.       – Располагайтесь, сэр, – лейтенант Джинкс указала на небольшую комнату. – Вас никто не побеспокоит, можете отдыхать. На ужин я вас позову. Ванная справа от вашей комнаты. Что-то понадобится – звоните мне. Если у меня не получится прийти, то к вам забежит мама или отец.       – Спасибо, – Хайкон оглядел пространство. Меньше его каюты, заставленное мебелью и безделушками, однако не очень тесное. – Во сколько ужин?       – Через три часа. А сейчас вам, может, что-то нужно?       – Нет, лейтенант.       Она удалилась, и коммандер сел на кровать. Все непривычно – и интерьер, и отношение других к нему. Никто из встреченных в доме не таращился на фарианина с ненавистью. Во взглядах Хайкон прочел только любопытство. Наверно, лейтенанта Джинкс заваливают вопросами. Хотя она же должна предупредить всех, что приведет на свадьбу коллегу синеухого. И все же почему он не вызвал у существ в этом доме отрицательных эмоций? Скрывают? Ну нет. Фариан ненавидят открыто.       Так или иначе, а Ро плюнул на игру в угадайку и лег на кровать, раскинув руки. Здесь ему нравилось.

***

      Пригласив фарианина, пусть не слишком походившего на своих сородичей, Диджитари думала, как воспримут его родственники и друзья. Поговорила с мамой, и та твердо заявила: если ее дочь берет этого мужчину в качестве сопроводителя, значит, она уверена, что он адекватный. А больше ничего и не надо от существа. «В молодости за мной ухаживал улитесс, – поделилась мама. – Очень был хороший: добрый, внимательный… Но я через пару свиданий познакомилась с твоим папой и сильно влюбилась в него, и улитессу пришлось отказать. Не смотри на расу, дочка, а на душу».       – Ди! – отец схватил Джинкс в охапку на кухне, где она с сестрами и подругами делали заготовки для блюд на завтра. – Моя галаполицейская дома! Еще не видел твоего кавалера, Кофеек, но девчонки рассказали, что он очень тебе подходит.       – Почему, пап? – удивилась Диджитари. Ее светлокожий папа своим женщинам давал «съедобные» прозвища в тон их темной кожи: Кофеек, Шоколадка, Трюфель и подобные.       – Белый, как молоко.       – Кофе с молоком – очень вкусно, – хихикнула Тонья. А Монас очень серьезно покивала.       – Ну вас, – засмеялась Джинкс.       Кстати, «Ди» Хайкон ее тоже называл. Правда, всего один раз, на Кан-и-рау, когда его терзала высокая температура. Диджитари тогда сильно испугалась: не за себя, а за заболевшего командира. Если бы помощь не подоспела оперативно, что бы с ним стало без лекарства и даже без воды? Хорошо бы никогда не попадать в такие ситуации. Джинкс, вспоминая кровожадные лианы, убившие много существ, суеверно не отважилась бы посещать курортную часть Кан-и-рау добровольно. Да и дом лучше всяких курортов.       Тонья налила себе молока и, отпивая из стакана, многозначительно смотрела на среднюю сестру, вынимавшую вареные овощи из кастрюли. Девочка улыбнулась своим мыслям – папа прав, гость Диджи очень подходит.

***

      До ужина Ро никто не тревожил. Сам прием пищи проходил в малочисленном составе. Часть существ куда-то делась, родители лейтенанта Джинкс поели наскоро и покинули кухню. Компанию Хайкону составила коллега и ее младшая сестра Тонья – девочка лет шестнадцати с копной пушистых темных волос и хитрым прищуром.       Поев, старший помощник ждал обещанного лейтенантом чая, а потом собирался выйти из дома и погулять на прилегающей территории, окруженной низким ограждением. Здесь завтра состоится свадебная церемония, как рассказала лейтенант Джинкс.       – А мы после еды ставим грязную посуду в раковину, – глядя на Хайкона, сообщила Тонья.       – Эй, перестань, – мягко одернула сестру лейтенант Джинкс. – Коммандер – наш гость, я за ним поухаживаю.       – Другие гости обычно ставят, – настаивала девочка. В ее голосе Ро не обнаружил враждебности, а вот иронии было хоть отбавляй.       – Если так принято в вашей семье, я все сделаю, – коммандер поднялся и протянул руку к своей тарелке.       – Нет, нет, не стоит, сэр, – лейтенант тоже хотела взять посуду. Та оказалась схвачена и Джинкс, и Хайконом, отчего их пальцы соприкоснулись.       Тонья захихикала и резво убежала из кухни как типичный напакостивший ребенок, которые по шалостям не отличаются ни у людей, ни у фариан.       – Простите, сэр, – лейтенант держала тарелку одна, поскольку Ро ее выпустил. Он был немного сбит с толку: убирать за собой посуду или нет, отдать Джинкс, помочь ей? Коммандер пришел к выводу, что лучше отстраниться, а то еще нечаянно разобьет либо уронит что-нибудь.       – Все в порядке, – ответил он.       – Тонье не десять лет, но она обожает дурачиться.       – Ее не обижают сверстники? – вдруг спросил Хайкон, припомнив собственное детство.       – Нет, – удивленная вопросом ответила лейтенант. И опустила глаза – сообразила, ведь старший помощник на Кан-и-рау в лихорадке жаловался ей на свои невеселые юные годы. – Вам какого чая налить, сэр?       – Черного.       Странно складываются жизненные обстоятельства, думал Ро. Их с лейтенантом Джинкс объединяет все больше событий. Сначала ожидание помощи в кан-и-раусском опасном лесу, сейчас свадьба сестры. Очень непривычно для фарианина иметь столько совместных действий с одним и тем же человеком. Капитан Тринлоус и доктор Монкриф не в счет. С ними было почему-то проще. Будучи наедине с лейтенантом Джинкс, коммандер не стеснялся и не терялся, а все равно ощущал некий дискомфорт. Были бы они друзьями, наверно, все стало бы понятнее.       «Очень здорово, что Джинкс не приглашает напиться чего-то алкогольного», – старший помощник с удовольствием отпивал ароматный чай. Это прекрасное качество лейтенанта выделяло ее из толпы остальных еще четче.       «Интересно, а как познакомились мои предки: прапрабабушка – человеческая женщина и прапрадедушка – фарианин?..» – Хайкон не любил думать о личном в чужом присутствии, будто его мысли могли прочитать. Он совсем забыл, что лейтенант по-прежнему на кухне – моет посуду. Но тут снова возник парадокс – дискомфорт по отношению к коллеге пропал.