Космобайки

      Небо было чистое, лишь солнце пряталось за одиноким облаком.       Пока Нирк не слепил глаза, Мирта не щурясь вглядывалась в насыщенную голубизну с розоватым оттенком. Она отдыхала, сидя на заднем крыльце столовой, и лучшим отдыхом для нее всегда было любование природой своей родины. Маленькая, размером с Меркурий, экзопланета Лиза-7 казалась Мирте клубочком мягкой цветной шерсти, который хотелось держать в руках и ощущать его теплые ниточки.       Вязать Мирта обожала. Зимняя кофта для себя почти готова, а на свитер для Коэла пряжа еще даже не куплена. Ну ничего. Лето только началось – Мирта все успеет связать.       Ее, худую русую девушку с синими глазами, и Коэла с такой же внешностью считали братом и сестрой. Оба похожи, оба из детдома, где дружили с малых лет, помогают друг другу во всем, за романтическими чувствами не замечены. Значит, некровные родственники или настоящие друзья. Никак не парочка. Об этих взаимоотношениях Мирта и Коэл никогда не говорили. Им было хорошо и так.       После детдома Коэл изучил шахтерское ремесло, а Мирта – поварское. Работали они практически бок о бок. Только Коэл внизу – в шахте, Мирта наверху – в столовой для подземных тружеников. Все они после смены так уставали, что, выйдя на поверхность, сразу спешили подкрепиться, а потом уж отправлялись домой. Несмотря на усталость Коэл всегда ждал, когда Мирта закончит работать, и они тоже шли к себе. Им как сиротам выделили по отдельной квартире, но Мирта и Коэл жили вместе, а вторую квартиру отдали бесплатно одинокому старику. У дома Мирта посадила любимые фиолетовые маки.       Как же хорошо… Девушка прикрыла глаза, подставляя лицо лучам Нирка, покинувшего свое облачное убежище. Еще несколько минут, и перерыв закончится. И это тоже хорошо. Мирта любила готовить, любила кормить утомленных шахтеров.       Ну все, пора на кухню. Девушка убрала выбившиеся пряди обратно под косынку, поправила платье, притопнула ногами в удобных тапочках, чтобы сбить угольную пыль, которая вскоре налетит снова, и поднялась с крыльца, нагретого солнышком.

***

      – Читала сегодняшние новости? – спросил Коэл после ужина. Он насухо вытер полотенцем вымытую Миртой посуду и поставил ее в шкаф.       – Нет, а что там? – Мирта достала вязание из корзинки.       – Нирк все сильнее возмущается.       – Что это значит, Коэл?       В космических терминах Мирта не разбиралась и постигала их благодаря знаниям Коэла. От него она узнала, что их солнце – звезда красный карлик, а есть еще белые карлики, белые гиганты, красные гиганты.       – Бросается корональной массой все чаще, – пояснил Коэл. – Это плазма, которая летит на Лизу-7.       – Она ведь опасная, да?       – Очень. Нас спасает озоновый слой и силовой купол, возведенный год назад, когда Нирк только начал выбросы.       – А когда он перестанет возмущаться?       – Как говорят ученые: неизвестно, – ответил Коэл. Он не хотел пугать Мирту, но предпочел сказать правду.       – Ну и ладно, – к счастью, подруга отреагировала спокойно и активно заработала спицами. – Если знать, когда случится беда, можно с ума сойти. Постоянно думать об этой дате, думать, думать…       – При нынешней небольшой активности Нирка энергокупол будет долго держать оборону, – повторил Коэл слова специалиста, услышанного по научному интернет-каналу.       – Давай пить чай, – Мирта отложила вязание. От новостей про бунтующее солнце она все-таки немного занервничала, а чай отвлечет и успокоит.       И все будет хорошо.

***

      – Ты же обожаешь фиолетовый, – Коэл улыбнулся при виде счастливой подруги, прижимавшей к себе настольную лампу упомянутого цвета. Теперь можно вечерами для экономии не включать верхний свет и вязать под чудесным подарком Коэла!       Он вручил ее Мирте просто так, без повода. Получил зарплату и сделал ей полезный и красивый подарок.       И улыбался Коэл как-то иначе, глядя девушке в глаза – серьезно, по-взрослому. Да и они уже не дети, им по двадцать два – действительно взрослые.       – Пойдем завтра вечером в кафе? – предложил Коэл. – Нарядимся и закажем всяких вкусностей, будто мы богачи.       – Хорошо.       У Мирты в груди было тепло-тепло, словно ее согрел Нирк и эта лампа.

***

      Утро началось ужасно. По громкой связи по всему городку сообщили, что Нирк усилил и участил выбросы корональной массы и населению следует готовиться к эвакуации. Пока энергокупол стабилен, но пресловутые ученые опять не могут предсказать точное время, которое ему отмерено. Солнце плевать хотело на какие-то вычисления и усердно кидало плазму на планету, окрашивая небо в насыщенно-розовый цвет. Периодически на нем вздрагивала бледно-голубым сетка купола.       Через несколько минут стало еще хуже. В шахте случилось несколько взрывов. Об этом Мирте сообщил по видеофону приятель Коэла, как раз спускавшегося под землю. Ему повезло: хоть и угодил под завал, но вылез на поверхность сам.       Девушка, которая была сегодня выходной, выскочила из дома, чтобы встретить машину.       Коэл был весь в угольной пыли, недвижимый, зато живой.       – Попробуй вызвать врача, но это вряд ли получится, – сказал приятель. – Они все в больницах: принимают шахтеров.       – А почему ты не отвез Коэла тоже в больницу? – удивилась Мирта.       – Он попросился домой, к тебе.       Приятель уехал, а Мирта захлопотала вокруг Коэла – умыла его и взяла за руку.       – Зачем ты захотел домой? – мягко укорила его она. – Я бы мигом прибежала к тебе в больницу.       – Я хотел увидеть тебя…       Снаружи протяжно зазвучала сирена и раздался голос из громкоговорителя:       – Уважаемые граждане, просьба немедленно покинуть свои дома и отправиться в космопорт для эвакуации с планеты.

***

      В аэробусе Коэла положили на пол, который Мирта застелила толстым одеялом, и села рядом, поставив тут же лампу. Когда сказали взять с собой помимо документов самое ценное, девушка без раздумий схватила подарок Коэла.       А он от тряски стал терять сознание. Стремительно бледнел, покрывался испариной…       – Пожалуйста, довезите нас до больницы! – крикнула Мирта водителю.       – Какая больница?! – рассердился тот. – Космопорт – конечная.       – Он умирает! – заплакала девушка. – Пожалуйста, я прошу вас…       – Нет! – рявкнул водитель.       Пассажиры не поддержали Мирту, и та уповала, что врачи будут на эвакуационном корабле. Каково было ее ликование, когда аэробус приземлился у таможенного пункта космопорта, где раскинулся госпиталь прямо на улице.       Несколько мужчин помогли перенести Коэла на землю к остальным раненым, чьи ряды казались нескончаемыми, а Мирта, оставив около друга лампу, помчалась искать врача.       Она обязательно его найдет. Коэла подлечат, и они улетят.       И все будет хорошо.       Мирта так хотела, чтобы все стало хорошо.

***

      …Доктор нашелся, бегло осмотрел Коэла и сказал, что он не жилец. И ушел.       …Мирта искала других врачей и случайно наткнулась на медика в галаполицейской форме.       …Он ничего не сказал, лишь закрыл Коэлу глаза.       …Мирта закричала. Горько, отчаянно.       Я люблю тебя, Коэл! Ты не слышишь, но я тебя люблю, мой милый, мой хороший! Почему я не говорила этого раньше? Почему?!       …Коэла положили в общую могилу. Копать отдельные не было времени. Энергокупол истончался, а кое-где появлялись дыры.       Эвакуация живых шла полным ходом. На призыв зайти на корабль Мирта покачала головой и, держа лампу, побрела прочь от космопорта. Ее посчитали религиозной фанатичкой, чей бог велел принять гнев природы, и больше не окликали.

***

      Она сидела на земле и сжимала в руках фиолетовую лампу. Мирте было все равно, что она выжила, все равно, что облучена радиацией. Без Коэла жизнь потеряла всю свою ценность и смысл.       Улетели спасательные корабли, полностью исчез энергокупол, а Нирк успокоился.       Небо было чистое, лишь солнце пряталось за одиноким облаком.