The last victim

      Когда настанет час оказаться нам на смертном одре, о чём мы подумаем?.. Что мы сделаем?.. Что скажем?.. Ганнибал Лектер вдохнул широкими крыльями носа воздух, пронизанный острым запахом обнажённого тела. Запах миндального мыла, лёгкий запах духов с ветивером… Запах рисовой пудры на коже и запах страха, стремящийся затмить всё…       Как лучше принять смерть в доме психопата?.. Кричать или молчать?.. Сможешь ли ты быть молчаливой вообще?..       Лезвие блестит над кожей, касается её медленно и неторопливо, но… Не режет. Виктория лежит с закрытыми глазами, её веки дрожат, она ждёт боли. Острой, жгучей, нестерпимой. Но боль не приходит. Виктория боится открыть глаза и осмеливается сделать это лишь через полчаса…       Она лежит на столе обнажённая в охотничьем домике, рядом с ней никого нет. Нет того, кто собирался её пустить на шашлык. С губ неубитой жертвы срывается тяжёлый и хриплый выдох облегчения, холодный воздух режет лёгкие. Из глаз текут слёзы неуёмным потоком, Виктория размазывает по лицу тушь и стрелки, ощущая сильную неуёмную дрожь во всём теле. Она закрылась руками и постаралась успокоиться, растирая плечи. Когда слёз было не так много, а дрожь поутихла, Виктория с тяжестью слезла со стола и оделась. Шикарное платье шикарно смотрится лишь тогда, когда лицо и всё остальное соответствует красоте наряда. Сейчас же Виктория выглядела в нём нелепо, да и не стремилась вернуть себе красоту… Внешний вид её сейчас напоминал помятый цветок.       Виктория прошлась по охотничьему домику, нашла зеркало и оценила себя. Платье для неё заплаканной выглядело слишком красиво… Виктория нашла бумажные салфетки и при помощи воды смыла всю грязь с лица, поправила причёску…       Виктория с тяжестью поднимается и одевается в вещи, осматривается по сторонам. Вдруг смерть ожидает её где-то в тёмном углу, за дверью… Где угодно. Осторожно идёт на улицу из домика и осматривается на территории сада замка. Тут же есть и семейное кладбище. Одна могилка особенно ухоженная, новая, около плиты свежие цветы. На камне выдолблена надпись Мика Лектер, года жизни. Совсем немного. Виктория сглатывает комок боли в горле, каково Лектеру было потерять сестру, совсем непознавшую жизнь. Её воображение проникло под землю и увидело крохотный гробик, скелет, запылившийся внутри… Среди других древних могильных плит не было родительских, и Виктория поймала себя на мысли, что Лектер, наверное, педофил и любитель инцеста, если так ухаживает за могилой сестры.       Ганнибала Лектера не было по близости. Он играл на клавесине, сидя в гостиной дома, вновь прикрыв глаза. Он и не собирался убивать её. Ей и так уже достался отец-слабак, за которого она так вступилась. К чему ещё резать её?.. Причинять ещё больше боли?.. Нет, он заставит её изменить своё мнение об этом мире… Лектер закончил мелодию «Если б миром правила любовь…» и встал из-за клавесина с особой грацией, отошёл к окну.       Вид из окна открывался лишь на малую часть кладбища, открывая могильную плиту Мики взору. Отсюда Лектер всегда мог узнать, когда нужно нести свежие цветы и лакомства. Вид открывался и на сад… Беседка, оплетённая плющом, фонтан из бронзы, сделанный в стиле семейства Лектер… И тонкая фигурка возле него в коралловом платье. Лектер улыбнулся и глубоко вдохнул воздух. Запах страха сейчас чувствовался особенно сильно, поскольку его гостья подмёрзла… Шифоновое платье и холод — тяжелосочетаемые вещи. Виктория гладила жёлудь на бронзовой ветке, из мелких дырочек на желудях, текла вода, играя… Невероятно сложно и красиво создавался узор, похожий на тиару. Вода в чаше фонтана постоянно подёргивалась рябью, опавшие листья плавали в воде, а венчал фонтан кабан, закинувший голову вверх и выпускающий струи воды в воздух. Виктория села на край фонтана и плеснула воду, осторожно умылась ей после. Лектер смотрел на неё, навсегда оставляя её такой в своём Дворце Памяти… Там, где Тьма вокруг Дворца была не настолько густой и пугающей… Её яркое платье освещало и фонтан, и её лицо, освежённое водой, растрёпанные слегка волосы…       Виктория ощущала себя больше не такой напуганной, теперь она больше ощущала холод кожей лица, как холодные капельки текут под шифон и растворяются в кружевах белья. Фонтан очаровывал, сейчас он работал, и чистая вода журчала в нём. Виктория поднялась и обошла фонтан, тот стоял почти под старым раскидистым вязом, его ветки едва касались носа кабана и напоминали собой лешего, склонившегося над чем-то. Виктория подумала о том, что когда-то давно вяз не был настолько разросшимся, корневая система вяза была очень мощной. «Удивительно, что чаши фонтана не задеты…»       Виктория погладила толстую кору вяза ладонью. Тёплая, шероховатая, Виктория прижалась к вязу щекой и прикрыла глаза. Лектер уже стоял около окна с бокалом «Амарон» и наблюдал за Викторией с эстетическим удовольствием. Как быстро исчез из неё страх того, что Лектер может неожиданно возникнуть за её спиной… Нет, она набирается силы у природы, просит унести воду её страхи… Это невероятно сходство с Артемидой, только вот та осталась девственницей в отличие от Виктории.       Лектер вновь улыбается, видя, что Виктория теперь прикасается к стене замка щекой и глубоко дышит. Вот и страх окончательно исчез в воздухе… Остался лишь огонь… Значит, она пойдёт в замок… Искать тепло у камина. Это точно… Она настроена позитивно, она сильнее и сильнее…       Виктория ощутила голод, в животе у неё урчало… Виктория улыбнулась хорошему настрою и подумала о том, что всё не так уж и плохо. Только не стоит пытаться убить Лектера. Он не тронул её… Потому что Виктория согласилась на его правила жизни, не… Грубила ему. Как отец. «Вот же тупарь старый!» — пронеслось в её мыслях, когда Виктория остановилась перед дверью в замок.       Она подняла ладонь и хотела уже постучать, как дверь распахнулась сама. На пороге стоял Линас: — Виктория, вот вы где… — Простите, я надеюсь, что не заставила волноваться доктора Лектера… — Доктор Лектер ждёт вас за завтраком, вы ещё успеваете… Еда не остыла.       Виктория ощущала себя гостьей ещё сильнее, чем прежде. Она нерешительно вступила на порог замка и вошла внутрь. Лектер сидел за клавесином. Виктория постаралась выглядеть как можно учтивее и не стала прерывать игру доктора… Невозможно прерывать столь великолепную игру. Лектер слышал, как вошла Виктория, продолжал игру.       Когда мелодия кончилась, Виктория помолчала ещё минуту, а потом сказала: — Это звучало великолепно, доктор Лектер. — Благодарю, Виктория… — Ганнибал поднялся и развернулся к ней лицом. — Вы наверняка голодны, садитесь за стол… — Спасибо, доктор Лектер… — Виктория медленно прошла к столу, Ганнибал помог ей сесть укутал её плечи тёплой и мягкой шалью. — На улице весьма холодно, — заметил Лектер, склонившись над самым её ухом. Виктория не ощущала в нём гнева и желания убивать. Доктор прошёл и сел напротив неё в свой стул и приступил к завтраку. Виктория тоже неторопливо ела со своей тарелки. — Очень вкусно… — Я очень осторожен к тому, что поступает в организм. Мы это то, что мы едим. — Безусловно… — Виктория улыбнулась и сделала глоток горячего чая. Достаточно большой. Лектер почувствовал её завершённой, наполнившейся силами природы окончательно. — Доктор… Я хотела узнать, сколько я ещё тут пробуду… — Столько, сколько понадобится, — ответ показался Виктории двусмысленным. — Хорошо, есть ли у меня какие-то ограничения?.. — она выглядела более чем спокойной. — Виктория, я не ставлю вам ограничений, потому что пока вы не нарушили моих границ, — сказал Лектер с улыбкой. По коже Виктории побежали мурашки. Она сделала ещё глоток чая, тот был с сиропом или соком клюквы.       После завтрака они сидели в библиотеке. Виктория в кресле, укутавшаяся пледом. Лектер в кресле напротив, Виктория заворожённо смотрела, как красные искорки в его глазах слетаются к зрачкам. — Поскольку вы тут на безвременный срок времени, я хочу показать вам кое-что… — Ганнибал протянул ей руку. Виктория неуверенно приняла её и прикоснулась к ладони хозяина замка… Её и доктора Лектера закружила огромная воронка, унося прочь куда-то совсем далеко…