Эгоисты

      Чашка заледеневшего какао стояла на подоконнике, обдуваемая пыльными сквозняками. Рядом всё ещё валялись осколки такой же, другой, засыпанные строительным хламом и мусором. Гарри, не веря, притронулся к ней кончиками пальцев, словно проверяя, не потерял ли он рассудок за эти бесконечные одинокие ночи. Керамика, холодная и шершавая, не исчезла от касания, и он, отшатнувшись, двинулся прочь из комнаты, подгоняемый невидимыми страхами.       Лестница на второй этаж, разрушенная ровно наполовину, как по линейке, всё равно продолжала стоять, приглашая своего гостя подняться наверх и окунуться в воспоминания с лихвой. Гарри закатал рукава когда-то белой рубашки и скинул куртку на покосившуюся вешалку, которая всё-таки выстояла под весом неожиданной ноши. Он поднимался, осторожно, проверяя палочкой каждую ступеньку, хотя знал, что в этом доме уже давно нет никаких опасностей. Особняк на Гриммаулд Плейс 12 был мёртв изнутри, из самой чёрной части дома и все окружающие надстройки и этажи, были остатками тела без души. Скрип половиц был единственным шумом, не считая его громкого дыхания, который разрезал глухую тишину.       Стараясь не смотреть на дверь в комнату Сириуса, Гарри двинулся сразу на третий этаж, обходя по дороге доски и остатки былой роскоши, развалившиеся по полу. Комната без таблички, без подписи или опознавательного знака — самая обычная гостевая спальня, которая несмотря на это, была его домом почти год. Счастливый год. Приблизившись к двери, Поттер осторожно, чтобы не проломить что-то своей фирменной неловкостью, опёрся о стену, переводя дыхание. Костяшки пальцев болели от постоянно сжатых кулаков, а сердце, вроде успокоившееся на лестнице, снова грозило выпрыгнуть из груди. Вдохнув побольше спёртого воздуха, так, что заболели лёгкие, Гарри двинулся в проход, стараясь не оглядываться больше ни на что.       Отворяя дверь, он ожидал увидеть уже знакомый бедлам, но всё было на своих местах. В камине всё ещё валялись обрывки старой газеты, из шкафа выглядывал рукав парадной мантии, его мантии, которую он, наверняка, заказал за бесчисленное число галлеонов. Бросив на пол сумку и раскидав на необходимые вещи чары уменьшения, Гарри стоял, левитируя палочкой предметы, и разглядывал бесконечно красные листья за окном. Клён, который они посадили каких-то семь месяцев назад, вырос на десяток футов и теперь норовил пробить своими ветками окна второго этажа. Здесь точно не обошлось без зелий, Гарри даже не сомневался, но вместо привычной улыбки к горлу подступал горький ком разочарования. Он видит этот клён в последний раз и встретить здесь следующую осень им никогда больше не удастся.       Отгоняя непрошеные видения несуществующего будущего, он было потянулся за сумкой, как слабость, до этого легким шепотом дающая о себе знать, ударила огромной волной. На ощупь найдя кровать и закрыв от греха глаза, Гарри считал в голове ингредиенты снейповых полок, начиная снизу и заканчивая теми огромными стеллажами, до которых без магии он никогда не мог дотянуться. Это отвлекало, от всего, включая аврорские инстинкты, посему он даже не заметил присутствия кого-то в комнате, пока не подпрыгнул на полметра в кровати, услышав над ухом знакомый мягкий шёпот.       — Знаешь, если ты хотел встретить меня в кровати, ты мог выбрать хотя бы не такую пыльную, Поттер.       Не веря своим ушам, Гарри резво подскочил, открывая глаза и получая ослепительную вспышку чёртового солнца прямо на сетчатку, активирующую новый приступ головной боли. Застонав и сжав виски, он завалился обратно, скорее чувствуя, чем слыша, как Драко достает из кармана палочку, очищая старое байковое одеяло, и накрывает его сверху, садясь рядом и касаясь холодными руками его, наверняка, грязных волос.       — Ты должен быть, в-в Мунго.       На большее его не хватило, и Гарри снова застонал, прикрывая лицо руками, продолжая при этом массировать ноющие виски. Драко чуть слышно усмехнулся, где-то очень близко, а затем кровать промялась под весом родного тела, опутавшего Гарри руками, словно лианами.       — Это просто магическое истощение, Гарри, — он потянулся и руками закрыл ему рот, не давая вставить ни слова и этим невозможно раздражая, — неужели, Поттер, ты думал, что разрушение сердца дома древней магической семьи это легкая работа?       Гарри попробовал помотать головой, но лишь поморщился, понимая, что даже такой лёгкий жест причиняет новую волну боли. Может, правда, стоило остаться в Мунго, когда предлагали, Драко, вон, скачет без тени усталости, спустя каких-то пару недель. Тот, словно прочитав мысли, обнял ещё крепче и заскользил губами по волосам, нагло пытаясь при этом пролезть под не такое уж огромное одеяло.       — Подвинься, Гарри, подвинься! — не увидев реакции, Малфой просто дернул свободный конец байкового монстра и забрался под него, прижимаясь к согревшемуся телу Гарри своими холодными руками. — Нам предстоит хорошенько отдохнуть, прежде чем мы потащим всю эту гору ненужного хлама в новый дом…       — Это не ненужный хлам, эй! — от иррациональной жажды доказать свою позицию, Поттер повернулся и почти начал отчитывать наглого Малфоя, но увидев его обезоруживающую улыбку, лишь пробормотал в колючую щеку:       — Это твоя вина, что в новом доме к моменту переезда практически нет вещей.       — Да, — Драко согласился беспрекословно, но что-то в его тоне заставило Гарри приподнять голову с подушки и найти глазами его взгляд, уловив в нём все десятки обуревающих его эмоций. — Да, он пуст и девственно стерилен, Поттер. А знаешь, чего в нем ещё совершенно точно нет?       — Чего? — Гарри потерялся под напором и закрыл глаза, подстраивая дыхание под спокойные выдохи любимого партнёра.       — В нём, определённо, нет души.       Гарри протянул руку, переплетая пальцы под одеялом и стараясь отогреть их своими неловкими жестами, и думал, думал, думал… Что дом без души, это, наверное, не так уж и плохо, если у них с Малфоем хватит тепла, чтобы обогреть их самих. А души… дело наживное, всего-то и надо, основать новый род.       Драко чуть слышно хмыкнул, крепче обхватывая пальцами его запястье, и Гарри почувствовал, что погружается в сон, отпуская мечты об осени в тёплой постели на Гриммаулд Плейс. Ведь со способностями Драко вырастить к следующему году ещё парочку деревьев они точно успеют.