Мы уже не те, кем были

Люди умирают. Но рано или поздно это должно было вернуться к нам. Мы убили и к нам все вернулось. Сейчас поминают погибших на горе. 49 людей было убито. Наших людей. А я лежу у себя в кровати с бутылкой виски. Я давно уже этого не пробовала. Но сейчас я хотела отдохнуть и забыть о проблемах. Сейл пытался забрать бутылку у меня. Но нет. Я не была пьяна. Просто мне было хорошо. — Встань. Нужно помянуть людей. — он стащил меня с кровати. — Я не могу. Мне тяжело, Сейл. — Я понимаю. Но ты сильная. Ты справишься. — он прав. Я поставила бутылку на стол и ушла из комнаты. Я пошла в зал. Как только я открыла дверь, то увидела Беллами. Он говорил о Джине, его девушке. Она погибла на горе. И он держал в руках книгу. Беллами посмотрел на меня и опустил взгляд. Он скорбел. Я прошла вперед, чтобы сесть, но снова послышалось открывание двери. Зашли два охранника и Линкольн. Они что-то говорили Пайку. Но почему они говорили Пайку? Он кто? Пайк подошел к Эбби и Кейну. Люди встали со своих мест и все слушали. Пайк поднял бунт. — Сэр, на нас напали? — говорили люди из толпы. Они наверное имели в виду тех 300 землян, которые пришли защищать нас. Но этот Пайк все перекручивает, как хочет. — Нет, никто не нападал. Командующая прислала нам защиту. — Кейн решил успокоить народ. — Защита? Как можно быть таким наивным, Маркус? — Пайк не унимался. — Следи за языком. Ты говоришь со следующим канцлером. — слова Эбби повергли меня в шок. Но я знаю точно одно. Кейн лучше, чем Пайк. — Мы все скорбим. Всем нам пришлось тяжело. Но нельзя позволить гневу влиять на нашу политику. — Гнев — наша политика. — Точно. Да. — послышались крики из толпы. Все были согласны с Пайком. — Если они пришли защищать нас, тогда отправьте их домой. Мы можем сами постоять за себя. — Верно. — люди соглашались с ним. — Не можем. — решила я выступить против него. — Вы хотите, чтобы в бой шли люди, которые никогда в руках оружие не держали? Завтра или даже сегодня может напасть ледяной народ и что мы будем делать? — Сражаться. Мы будем сражаться. — начался гул. — Нет. Вы не пойдете сражаться, вы пойдете на смерть. — Мы не будем слушать девчонку. — Эта девчонка прошла больше, чем вы можете себе вообразить. — заступился за меня Линкольн. Наступила тишина. Но только на секунду. — Ты. — кто-то указал на Линкольна, а потом бросил камнем в голову. Начался бунт. Люди начали драться с друг другом. И это политика Пайка? Беллами побежал к Линкольну и я сделала тоже. Люди начали бросаться на него, но охрана не давала. Пайк решил разрулить ситуацию и остановил драку. — Мы не нападаем на своих. Внутри этого лагеря врагов нет. Наши враги снаружи. — Пайк умел только говорить. Я посмотрю каким он будет, когда землянин приставит ему нож к горлу. Но с этого момента Пайк мне не друг, он мой враг. И я думаю, он еще покажет всем. Я не дам поступить этой ошибке. Буду грызть землю, но не дам. История не должна повторяться.

***

Я не хотела идти спать. Поэтому решила пойти на пост. Тем более я же должна знать, что происходить. И сидеть больше у себя в комнате я не буду. Я вернулась. Бывшая Эмма вернулась. Которая хочет всем помогать, которая будет убивать и властвовать, которая будет свергать короля с трона. Пайк задумал что-то. И я не позволю ему забрать власть к себе в руки. Я поднялась на башню и там был Сейл. — Неожиданно тебе увидеть здесь. Тебе не интересовали дела Аркадии три месяца. Что вдруг случилось? — он язвил. — Сейл, не беси меня. — Грозная Эмма. Все, ты прежняя. Мне это нравиться. Такую Эмму я полюбил. — он поставил меня в тупик. Но это давно я могла растеряться. Я знаю, что нравлюсь ему. Он мне тоже нравиться. Мое сердце закрыто на замок. — А другую не любишь? — он улыбнулся. — Я всю люблю тебя. — он потянулся ко мне и поцеловал меня. Я не оттолкнула его, как в прошлые разы. А только ближе прижала его к себе. — Ей. — послышалось снизу. Я оторвалась от поцелуя и посмотрела вниз. Там был какой-то охранник. — Нужно здесь стоять. Одному. — я посмотрела на Сейла. Он был расстроен. Но я спустилась вниз по лестнице. Через несколько минут ко мне подошли Линкольн, Харпер и Монро. Мы молчали. Никто не желал говорить. А я только бросала краткие взгляды на Линкольна. Рану на голове ему зашили. И, наверное, он не желал говорить. В тумане мы увидели группу людей во главе с Беллами и Пайком. Похоже это закончиться не очень хорошо. Они направлялись на выход. Они все были вооружены и они шли убивать землян. Я не позволю совершить это. Мы подошли ближе и Беллами сделал так же. — Вам придется уйти с дороги. — говорил Беллами. — Это вам придется развернуться и положить оружие на землю. — я подошла еще ближе. — За стеной стоит армия. Нанесем удар, пока они не напали. — Эту армию прислали, чтобы защитить нас. — ответил Линкольн. Беллами не знал, что сказать. — Я всегда поступал так, как лучше для нас. Прошу доверьтесь мне и в этот раз. — Беллами был как-будто под гипнозом. Харпер и Монро отступили. Но мы с Линкольном не собирались. — Довериться тебе? — я переспросила. — Я не прошу тебя это делать. Только не тебя. — я улыбнулась от его слов. Беллами обращался ко мне. — Когда-то я доверяла тебе. — я отошла назад. И Беллами уже думал, что я уйду с дороги, но так не будет. Не будет никогда. — Я доверяла тебе свою жизнь. — я направила автомат на него. — Что ты делаешь? — говорил теперь Пайк. Я нажала на курок и стреляла по земле возле их ног, чтобы напугать. — Бросили оружие. Немедленно. — боковым зрением я увидела, что Сейл спустился и стал возле меня. — Сейл, видишь, твоя любовь хочет убить нас. — Беллами бесил меня все больше. И в тот момент, я поняла, что он не руководствовал своим разумом, а делал все только по инстинктам. Инстинктом ненависти к Сейлу и ко мне. Он хотел насолить всем, кто насолил ему. — Я не буду думать. Положите оружие. — как раз пропищала сирена. Прибежал Кейн и Эбби. И они все бросили оружие. — Отведите их в камеры. — прокричала Эбби. — Все кончено. — Ничего не кончено. Покажи им, Кейн, что вы вчера сделали? — Кейн показал всем метку. Знак коалиции командующей. Они стали тринадцатым кланом. — Довольно. Уведите его. — Эбби решила прекратить это все. — Пайк. — выкрикнул Беллами. И все его поддержали. Беллами не нашей стороне. Он играет против нас. Их всех увели в камеру.

***

Почему Беллами так ненавидит меня? Мы признавались друг друг в любви. И тут просто все забыть. Я не понимаю. У меня с глаз потекли слезы. Слезы! Это даже смешно. Самое горькое разочарование — разочарование в себе. Я не смогла побороть сама себя. Я никчемная. Я увидела холод в любимых глазах, которые теперь все время смотрят мимо. Любовь безмерна. Да, может быть, я буду любить его как никого больше, одного единственного на свете. Но я могу встретить и полюбить другого. Жизнь состоит из счастья и из боли, из горя и из радости. Жизнь больше, чем боль. Жизнь не заканчивается на этом. И мне нужно жить дальше…