Мы уже не те, кем были

Ночь была просто ужасной. Я не уснула. И лежала в кровати. Мне даже казалось, что я слышала выстрелы. Но это только мое представление. Моя иллюзия. Все у меня в жизни было представлением. Я пытаюсь его забыть. Но я не могу. Как бы я не старалась. Вся голова забита. Но нужно од этого избавляться. Иногда, единственная причина, по которой ты не можешь отпустить что-то, что заставляет тебя грустить, это потому что когда-то это была та самая вещь, которая делала тебя счастливой. Так говорила моя мама. Я собралась с мыслями и встала с кровати. И как раз в комнату зашел Линкольн. — Почему тебе не было на тренировке? — Я спала. — По твоему состоянию не видно. — я начинала злиться. — Линкольн, уйди. — Не уйду. Тебе нужна помощь. Ты совсем расклеилась. Это же не ты. — Мне тяжело. — я опустила глаза, потому что с них полились слезы. Линкольн подошел ко мне и поднял голову. — Почему ты его отпустила? — я боялась отвечать. — Потому что тот, кому я по-настоящему буду нужна, никогда от меня не уйдет. — Эмма, ты воин. Так будь им до конца. Кроме Беллами у тебя есть другие дела. Скорее всего Лекса отвергнет нашу коалицую. И тогда она придет за нами. Эмма, ты должна стать лидером. Это твое. Пайк все разрушит, а ты должна все изменит. — Кларк — лидер. — Кларк лидер только там. А здесь лидер — это ты. Останови это или мы все умрем. Я верю в тебя. — Я буду им. Буду лидером. И все станет на свои места. — я успокоилась. Линкольн очень сильно помог мне. — Запомни: то, что не убивает тебя, делает тебя сильнее. — он удалился из моей комнаты. А я осталась думать. Линкольн совершенно прав. Он прав. Мы делаем выбор только один раз. Мы выбираем быть воином или быть обычным человеком. Другого выбора просто не существует. Не на этой земле. И я выбираю воина. Я и есть. Просто из-за него я все забыла. Но сдаваться — не в моих правилах. Я не остановлюсь до самой смерти. Меня ничего не остановит.

***

Я ходила по станции и думала с чего начать. Убить Пайка или арестовать? Но это не вариант. Он посадит меня за решетку. Все таки его выбрали канцлером. Люди за него. И мне нужно донести им, что он не приведет их к победе. Идя по коридорам я дошла до медпункта. И услышала шум и голос Пайка. Я немедленно забежала и увидела, что раненых землян поднимала с кроватей и одевали в наручники. А Линкольн пытался решить это. — Что здесь происходит? — Не вмешивайся. — сказал Беллами. Я была не в себя от злости. — Что это такое? — я одернула руку охранника. — Не трогайте их. — Мы не можем растрачивать запасы. — наконец-то ответил Пайк. Но его ответит просто убил меня. — Они люди. Они нуждаються в помощи. — вдруг девушка упала. Она не могла ходить. И Линкольн хотел подойти к ней. Но его не пустил охранник. Тогда он его ударил. И начал жестко бить. Беллами хотел подойти, но Линкольн и его ударил. — Линкольн. — кричала Эбби и перевела взгляд на Пайка. Он держал оружие напротив той девушки. Он бы убил ее? — Он пойдет с ними. — Линкольна схватили и хотели уводить, но я вытащила медленно пистолет и направила на Пайка. — Они останутся здесь. Все. Брось оружие на пол. — Ты хочешь убить канцлера? — Если потребуется. Я и не такое делала. — боковым зрением я увидела, что Беллами схватился за оружие, но не направлял на меня. — Беллами! — крикнул Пайк. И он медленно поднял его на меня. Это был удар в самое сердце. У нас больше ничего не может быть. Это конец. Конец всему. — Стреляй, Беллами. Стреляй! — говорила я ему. — Опусти оружие, Эмма. — я быстро вытащила из-за ремня нож и кинула в ногу Беллами. — Лучше не шутить со мной. — пока я отвлеклась на Беллами, охранники ударили меня током и я отключилась.

***

Я проснулась в камере. Со ной были еще те раненые земляне и Линкольн. — Ты в порядке? — спросил Линкольн. — В полном. Нужно выбираться. — Уже пробовали. — я встала и начала бить ногами по решетке. — Тише. Ей очень плохо. — одной землянке было очень тяжело. Она лежала на лавочке. Я сидела еще долго и думала, как выбраться. И как раз пришел Беллами. — Нога уже зажила? — я решила позлорадствовать. — Эмма, нам нужно поговорить. — Нам не о чем говорить. — Пайк делает все верно. — я засмеялась. И я видела, что Линкольн был в бешенстве. — Тебе было тяжело, когда умерли люди на горе? Наши люди. — Всем было тяжело. — Вот именно. В твоей голове что-то щелкнуло и ты решил, что методы Пайка правильные. Ты полный идиот. — Это так и есть. — я подошла в решетке и схватилась за нее руками. — Я выберусь отсюда. И убью Пайка. И если потребуется убью тебя. Меня ничего не остановит. — Я вообще-то хотел тебя выпустить. Пайк разрешил. Но ты ничего не поняла. — он хотел уходить, но я закричала. Закричала, от того что мне приставили нож к горлу и сделали надрез. — Что ты делаешь? — Беллами обращался к землянке, что держала меня. — Моей сестре нужна помощь. Вылечите ее, иначе я убью Эмму. — Эмма, это ты подстроила? — тогда землянка еще больше нажала на шею. С нее потекла кровь. Я увидела что Беллами сделал шаг ближе. — Конечно, я же хотела, чтобы мне горло вскрыли. — я язвила. Хотя мне было больно. Тогда землянка провела ножом еще глубже и я начал терять сознание, но еще была в себе. — Не делай этого. — Линкольн хотел образумить землянку, но она делал мне еще больнее. Беллами открыл клетку и зашел. Это был глупый поступок. — Дай мне Эмму. Я отнесу ее в медпункт и вернусь за твоей сестрой. — Я не верю тебе. — моя вся шея была залита кровью. Глаза слипались, но я держалась. — Я обещаю. — тогда она отпустила меня и я думала, что упаду, но Беллами поднял меня на руки. Я не могла сопротивляться. У меня не было сил.

***

Я чувствовала ужасную боль. И ужасный дискомфорт. Я лежала на кушетке. А возле меня ходила Эбби. — Эмма. — Я уже мертва? — Нет. Ты жива. — Эбби улыбнулась мне. — Беллами спас тебя. — Я не хочу слышать его имя. — Хорошо. Дня через два ты уже будешь здорова. — Я и так здорова. — я поднялась с кушетки. — Ты потеряла много крови. — Я в полном порядке, Эбби. — Не лезь против Пайка. Он уничтожит тебя. Пока я слушала Эбби в медпункт залетел Сейл. — Как ты? Как это случилось? — Все хорошо, Сейл. — Это все Беллами. — Нет. Я же говорю: все хорошо. — Я беспокоился. — Не надо. — Ладно, я оставлю вас одних. -Эбби удалилась и повисла тишина. — Я всегда буду теперь с тобой. И Беллами не сможет причинить тебе боль. — Я сама смогу за себя постоять. — Эмма, Беллами ж не станет перед нами? — Почему он тебя так беспокоит? — Нет. Просто… — мне показалось, что Сейл что-то скрывал од меня. Связанное с Беллами. — Я хочу побыть одна. — Хорошо. — он нагнулся ко мне, чтобы поцеловать, но я оттолкнула его. Я не хотела. Поцелуй с Сейлом был ошибкой. Я не хочу быть с ним. Не хочу.