Завоеватели

      Короткая, но жестокая битва оставила после себя шрамы. Корпус «Горизонта» обильно украшали обожжённые отметины от боевых излучателей, чьи энергетические копья пронзили абляционную броню и достигали палуб. Зияющие бреши были открыты чёрной пустоте космоса, погружённые во тьму отсеки спешно обесточены и изолированы гермодверями. Хуже всего, некоторые секции понесли урон от вторичных взрывов, когда лучевики повреждали взрывоопасные элементы. Ключевые системы ковчега работали в штатном режиме, чего не скажешь о потревоженном экипаже корабля. Обслуживающий персонал, состоящий из технических специалистов, проводил первичный ремонт повреждений. Из трюмов извлекались ящики с запчастями для замены уничтоженных силовых узлов, конденсаторов и прочего высокотехнологичного оборудования; пробоины, через которые воздух не улетучился благодаря кинетическим щитам, заделывали слоями быстрозатвердевающей полимерной пены; искусственный интеллект ковчега координировал работу с техниками, ускоряя восстановительные работы в разы. Команда Шепарда бегло осматривала просторные коридоры, ведущие к командной рубке. Инженеры и дроны метались из палубы к палубе, но в целом внутренние секции понесли наименьший ущерб. Сотовая схема промежуточных переборок обеспечила структурную целостность и защиту «Горизонту», поглотив большую часть энергии излучателей. Относительно небольшая рекреационная зона с живыми деревьями напоминала коммандеру Президиум Цитадели, где ощущение спокойствия приходило даже в разгар Галактической Войны. В самом деле, под сенью широких крон мысли текли свободней, и недаром здесь командир Адриан Хартстоун решил организовать встречу с экипажем «Нормандии». Мужчина крайне тепло встретил героев Млечного Пути, а те ответили радостью от осознания, что ковчег пережил полёт в неизвестность. Но когда разговор зашёл за события сегодняшнего дня, Адриан помрачнел. — К сожалению, мы сами знаем меньше вашего. Честно скажу, всё было как будто в страшном сне, — куратор сомкнул пальцы на переносице, опустив голову. — Сначала подумал, что я стал слышать какие-то голоса вокруг. Потом электроника начала сбоить, пока корабль летел в зону сильного гравитационного притяжения. Двигатели отказывались уводить нас в сторону, потому мы отстрелили чёрный ящик. Я хотел оставить хотя бы малейшую весточку, предупредить остальных… — Вы хотели повернуть назад, — холодно отметила Миранда. — Мы все слушали вашу запись. Вы собирались оставить миссию по колонизации. — Тогда вы должны были понять, что у меня не оставалось выбора! — выпалил Адриан, хлопнув ладонями по коленям. — Вы что думаете, я настолько рехнулся, чтобы таскать тысячи человек на верную гибель? У нас нет больше ретрансляторов, а все известные звёздные карты были выстроены именно по их маршрутам! Из скольких миллионов звёзд, известных астрономам на сегодняшний день, хотя бы одна являлась нашей целью? Даже при наиболее точных расчётах разброс оставался велик. — Да, вы рехнулись. Вы прямо сейчас пытаетесь оправдаться, потому как вам была известна целевая система, а системы ИИ могли бы скорректировать курс в случае отклонения от маршрута, — отчеканила старпом в обвинении капитана о некомпетентности. Адриан напрягся, почувствовав угрозу, пока не вмешался Шепард. — Как бы то ни было, этому всему должно быть разумное объяснение. Капитан Хартстоун проходил жёсткий отбор в кураторы, а потому требования к психическому профилю максимально высоки. Кроме того, — Джон обвёл глазами команду, — мы столкнулись с червоточиной неизвестной природы и, скажем так, пережили не самый лучший круиз. — Вернее, МЫ пережили, — поправил его Вакариан. — Пока ты смотрел десятый сон у себя в каюте. — Эй, я же тоже был на корабле! К тому же, старость не в радость, вот и тянет ко сну… — Из всех нас только ты напичкан имплантами по самые уши, — пробасил Грант, размяв плечи. — Шепард просто самый ленивый крантт в этой чёртовой Галактике, вот и вся недолга! — Горн почти сжёг все мои микросхемы, плюс не самая мягкая посадка на Землю после этого, — парировал Джон. — Это правда, — подтвердил Гаррус. — Шепарда уже второй раз собирали по частям. Я, конечно, не разбираюсь в тонкостях высокоточной киберхирургии, но кажется в условиях разрушенной инфраструктуры напортачить с имплантами проще простого. — Коммандер Шепард явно родился в рубашке, — скупо улыбнулась Миранда. — К сожалению, дефекты от не самой качественной хирургии исправить уже невозможно, не убив его при этом. Можно сказать, он отделался всего лишь гиперсомнией. Тогда стоял вопрос о простом сохранении его в живых, ведь его нашли с обширными ожогами и переломами. — Я почти ничего не понял из того, что вы там сказали, но да ладно, — отмахнулся пробирочный кроган, почесав затылок. Пластины его головного щитка-панциря давно срослись, став сплошным, а серый цвет хитина поменялся на более тёмный тон. — Но старик Шепард явно не отказывается от приключений, даже если из него могут выбить песочек. — И теперь мы у чёрта на куличках в отшибе известной Вселенной без возможности связаться с кем-либо, — закончил Адриан на грустной ноте. — Когда мы оказались по ту сторону, квантово-механический коммуникатор попросту сгорел. Даже сверхсветовой двигатель оказался повреждён до той степени, что со следующим прыжком статическое поле сожгло бы нас всех. Мы оказались отрезаны от остального мира… А потом, спустя несколько дней, мы оказались атакованы. — Кто это был? — поинтересовался Шепард. Хартстоун развёл руками. — Понятия не имею, честно говоря. Однако гость оказался не разговорчив, сразу начав первый контакт с пушек. Да и мысли у нас тогда были не о том, чтобы выяснять кто есть кто. Однако я помню, что эта пятикилометровая громадина походила на какой-то летающий ватиканский собор. Его масс-ускорители не могли пробить наши щиты, но вот лазеры… Господи, у нас даже не военный корабль! У нас нет никаких орудий! — Всё в порядке, мы разобрались с ним, — успокоил того Вакариан. От слов турианца куратор заметно расслабился. — Но всё-таки… откуда у вас такие крутые пушки? — Скажем так, Совет решил, что средства на самый лучший и быстрый стелс-фрегат на свете должны окупиться лучше, постройка целого флота. Теперь мы числимся как самый убойный корабль во всей Галактике, и даже пушки Жнецов на фоне наших были бы смешными погремушками. — И теперь все эти деньги ушли в унитаз, ведь мы теперь тоже оказались в самой глубокой дыре во всём мироздании, — заключил Шепард, на что команда ответила лёгким смешком. Капитан Хартстоун с трудом мог понять легкомысленное отношение экипажа «Нормандии» к чрезвычайным ситуациям, но всё-таки мог. Все эти люди прошли через ад, боль и смерть, а испытания настолько закалили характер героев Цитадели, что сильно отразилось на их мировоззрении. Некоторая доля цинизма, чёрного юмора и даже толики пренебрежения в их словах говорила об утомлённости «нормандцев» постоянных танцев со смертью. Возможно, сам Адриан после пережитых ужасом мог сам потечь крышей. К счастью, выжившие колонисты оставались в криоспячке, иначе паники было бы не избежать. — Давайте лучше подумаем о том, как теперь нам быть. В конце концов, мы поняли, что на свете хватает тех, кто нам не рад. Какова степень ущерба у «Горизонта», капитан? — Многочисленные пробоины в корпусе, некоторые из них достаточно глубокие, чтобы добраться до внутренних палуб, — куратор потёр виски. — Как я уже сказал ранее, КМК приказал долго жить, а двигатель «Гермес» при следующем прыжке выпустит целый электрошторм. Сейчас мы заменяем заземлители и изоляторы, но в реальном пространстве мы можем летать безо всяких опасений. Надеюсь… — Капитан, я не совсем это имел ввиду, — сказал Шепард с лёгким укором, заставив того приподнять бровь. — Меня волнует не техническое состояние корабля, а его экипаж. Сколько гражданских погибло? — По предварительным подсчётам, 36 процентов криокапсул было уничтожено при обстреле, из них более половины разрушены непосредственно излучателями, — сухо отчитался куратор, однако сузившиеся зрачки выдавали сдерживаемый стресс. — Это свыше семи тысяч жизней, и большая часть их них принадлежит саларианцам и азари. — Первый день в новом месте, и такие жертвы, — цокнул Гаррус, мандибулы раскрылись наподобие оскала. — Мы успели как раз вовремя, прежде чем их число прибавилось многократно. — Подозреваю, на единичный случай не стоит полагаться, — отчеканила Миранда и обвела взглядом присутствующих. — В этой системе могут быть и другие враги. Возможно, тот корабль успел прислать сигнал о помощи. Если это так, мы рискуем иметь дело с целой инопланетной армадой, поэтому наше нахождение в этом секторе космоса небезопасно. — Или… — отозвался уже Явик, — это был последний из них, а потому опознал ковчег как потенциальную угрозу для себя. В любом случае, разве это теперь имеет значения? Мы живы, враг — нет, и это самое главное. Сама идея о враждебных инопланетянах представала в мыслях людей как обложка очередного низкобюджетного кино. Сюжеты про красавиц в плену у зелёных человечков, лучи смерти и летающие тарелки плотно заселились в подкорке многих людей. В просвещённую эпоху такие эпитеты отпадали сами собой, стоит выйти в большой космос. Отнюдь, недавний акт агрессии заставил задуматься «нормандцев» о дальнейших планах на жизнь. Не зная ни мотивов, ни менталитета вероятных аборигенов, населяющих местный космос, нельзя быть уверенным в своей безопасности. Гаррус в этот момент понял, что чувствовали люди до первой встречи с внеземным разумом: растерянность, трепет и напряжение перед лицом неизвестности. — Я уже поговорил с далатрессой Ивонной и матриархом Эллинт насчёт произошедшего, — продолжил Хартстоун. — Саларианцы будут готовы к процессу экстренного восполнения численности, поэтому после развёртывания потенциальной колонии будут подготовлены кладки-инкубаторы. С азари будет куда сложнее, так как потребуется хотя бы сгладить шок от гибели их сородичей, а время созревания оных превышает любую из человеческих жизней. Эллинт займётся стимуляцией роста численности с помощью социальных проектов. — Конечно, эти синие плаксы начнут ныть о несправедливости жизни и требовать репараций на восстановление их ненаглядных семейств, — небрежно бросил Грант утробным басом. — Разве вам не следует задуматься о том, чтобы вложить средства в обустройство новых миров, а не на платки для вдов азари? Куда они денутся? Они живут сотни лет, потерпят. — Грант, ты перегибаешь палку, — одёрнул его Шепард, но Явик поддержал крогана. — Он прав, у нас нет возможности тратить средства на подобную роскошь. Для обоснования нового жилища потребуются все ресурсы и рабочие силы, поэтому перед этим следует или заставить азари работать сообща, или же оставить их в стазисе на какое-то время. Саларианцы растут и созревают быстрей, поэтому без свежей крови они вымрут всего за пару поколений. — Но чем сдирать шкуру с живого медведя, нам стоит прежде найти пригодное для жизни место. Вероятность найти планету по требуемым критериям крайне мала, — заключила Миранда. Адриан тяжело вздохнул, словно пробежал несколько километров марафона. — Что становится новой прибавкой в списке причин моей головной боли. Тем не менее, мы не можем вечно болтаться в космосе, дожидаясь своей верной смерти. — Именно поэтому «Нормандия» сможет вам помочь в этом, — гордо отозвался Шепард, заведя руки за спину. — Мы проведём первичную разведку системы, наш корабль оснащён всей подходящей аппаратурой для анализа планет и окружающего космоса. — Но мы же можем остаться совершенно беззащитными! Мы не выдержим очередную атаку чужаков на ковчег! — Вы не останетесь одни, — заверил Гаррус. — Вам следует лишь починить КМК, после чего мы проведём синхронизацию с нашими системами связи. Мы получим доступ к мгновенной связи и сумеем прийти к вам на помощь в случае экстренных происшествий. — Что ж, в таком случае придётся рискнуть, — наконец сдался куратор, поджав губы. — У нас и так выбор небогатый, а мы позарез нуждаемся в новых мирах. Не хочу, чтобы наши жизни пропали втуне. Если позволите, коммандер, я должен вернуться к своей работе, — Адриан протянул ему руку. — Ещё раз спасибо за спасение «Горизонта», мы в неоплатном долгу перед всеми вами. — Разумеется, — кивнул Шепард, заключив его ладонь в рукопожатии, прежде чем куратор направился в командную рубку. — Значит, у нас появилась новая работа, — буркнул кроган. — Полная неизвестности, опасности и коварных врагов, грезящих о нашей смерти. — Именно. — Мне нравится, я в деле, — широко оскалился Грант, с готовностью стукнув кулаками. — Я уже соскучился по старой-доброй драке. Надеюсь, эти пришельцы меня не разочаруют! — В первую очередь, мы должны разведать территорию на предмет подходящих нам миров, а не ввязываться в сражения, — вмешалась Миранда, на что Урднот раздражённо зарычал. — Вечно ты портишь всё веселье… Остаток времени ушёл на диагностику и ремонт повреждённых систем «Нормандии», пока инженеры «Горизонта» отлаживали квантово-механический коммуникатор до рабочего состояния. Саманта в личном порядке позаботилась о том, чтобы сцепленные частицы могли обеспечить максимально точную и бесперебойную связь между звездолётами. Запасы провизии пополнили трюмы фрегата, необходимые для длительных перелётов. Закончив все необходимые приготовления, «Нормандия» сошла с прикола, а затем, с изящным разворотом, мгновенно скрылась в черноте космоса. Поиск крупных небесных тел облегчался гравитационными детекторами и импульсными сканерами, улавливавших отражённое излучение. В это же время зонды-разведчики, выпускаемые «Нормандией», размещались в разных точках и сканировали окружающий космос, после чего передавали результаты с помощью небольших КМК. Искусственный интеллект обрабатывал в реальном времени невероятный объём информации, и, по мере поступления свежих данных, на карту наносилось всё больше объектов. Тем не менее, даже с такой аппаратурой скорость поступления информации ограничивалась скоростью света, что затягивало изучение системы порой на целые часы. — Любопытно, — хмыкнул Джокер, изучая телеметрические сводки. Остальная команда в это время сидела в зале совещания возле голостола. — Ну что там у тебя? — поинтересовался Шепард, прежде чем снова прозвучал голос пилота из интеркома. — Если коротко, у нашей звёздной системы как минимум шесть планет: две внешние в виде газовых гигантов с массой в два Нептуна и в две трети Юпитера соответственно, пояс астероидов и четыре планеты земного типа, при этом вторая и третья расположены в зоне Златовласки… — В зоне чего? — озадаченно спросил Грант, оглядываясь на сокомандников в поисках ответа. — Условная область космического пространства, в пределах которой планеты могут содержать воду в жидкой фазе, — пояснил Рид механическим голосом, на что кроган недовольно буркнул про «странные человеческие термины». — Получается, здесь есть миры, потенциально пригодные для жизни, если я правильно понял, — с удовлетворением отметил Джон. Что ж, миссия только что облегчилась для команды. Мужчина задумался о том, как же хорошо было, будь все его предыдущие приключения настолько же простыми. — Не просто потенциальные, коммандер, они уже заселены жизнью. — Быть этого не может, — несмотря на явный скепсис Миранды, удивлена она не меньше прочих. — Все две? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Ошибки нет, Рид провёл тщательный спектральный анализ и изучил состав атмосфер. Азотно-кислородная смесь, жидкая вода, комфортная гравитация, а зонды даже нашли признаки флоры — всё в комплекте. Правда, на второй планете немного жарковато, эдак в 40-50 градусов по Цельсию, но зато хоть что-то, да? — Прям чудеса в решете, — протянул Гаррус. — Осталось теперь понять, на какой из них есть декстроаминокислотная, а на какой — левоаминокислотная. Если совсем не повезёт, мы получим сразу два мира только для одной группы. — Будем надеяться, что на всех хватит места. В конце концов, нам теперь есть, с чем отрапортовать «Горизонту», — сказал Шепард. — Джокер, соедини нас с капитаном Хартстоуном, думаю у нас для него есть хорошие новости. — Это ещё не всё, коммандер, — прервал его Джокер. — Мы нашли возле четвёртой планеты какой-то странный макрообъект в точке Лагранжа. Предположительно, искусственного происхождения. — Поясни? — Если я всё правильно понял, это какая-то гигантская арка в 200 километров диаметром. Околонулевое альбедо, объект поглощает почти всё направленное излучение и ничего не излучает в ответ. — Прекрасно, теперь ещё инопланетный спутник? — с досадой фыркнул турианец. — Неужели мы вышли на наших агрессоров? — Наконец-то, хорошие новости, — прорычал Грант, ощерившись. — Давайте им устроим кирдыкогеддон на пару сот мегатонн? А потом накормим гиперзвуковыми гостинцами в упор? Чур я первый! — В том-то и дело, что больше ничего нет, — сообщил пилот. — На планете нет источников радиоволн, сейсмографы молчат. Пустыня пустыней. В подтверждение своих слов, голопроектор мгновенно ожил, явив перед взором команды проекцию четвёртой планеты. Само небесное тело интереса не предоставляло; стылая серая глыба без атмосферы, испещрённая ударными кратерами и росчерками каньонов, напоминавшие глубокие царапины на силикатной шкуре. Основное внимание приковал вышеупомянутый объект в виде кольцеобразной арки, сделанной из десяти симметрично расположенных отдельных сегментов где-то полкилометра в толщину и общим диаметром в 200 километров соответственно. Структура состояла из матово-чёрного материала, на фоне расположенного за ней мира создавало ощущение провала в пространстве. Шепард ощутил растущее напряжение в зале, словно туго натянутая струна, готовая со звоном лопнуть. Напрягся даже кроган — куда больше по причине очередного разочарования, ежели от трепета перед неизвестным. Явик сощурился, внимательно изучая проекцию, с каждой секундой выражение его лица становилось более мрачным. — Есть идеи, что это может быть? Полагаю, такие большие штуки строят явно не просто так. — Понятия не имею, коммандер, это может быть чем угодно. Орбитальной станцией, например, судоверфью или же… — Звёздными вратами, — добавил протеанин, чем приковал к себе пристальное внимание всей команды. Джокер хранил молчание где-то секунд десять. — Я, наверное, неправильно тебя расслышал, Проти? Скажи ещё раз, что это? — Это звёздные врата, — повторил Явик. — По крайней мере, нечто похожее на них. — Ты об этом не говорил раньше, — протянул Гаррус в растерянности, на что протеанин метнул в него суровый взгляд. — Даже среди нашего народа это считалось не более, чем мифом, пусть и убедительным. Предполагалось, что их построили денсорин, когда осознали свою ошибку, отдав детей в жертву Жнецам. Считалось, что они хотели спастись от неминуемой гибели, тогда наши разведчики впервые увидели такой же объект, — Явик указал на арку. — Возможно, отчаяние затмило их разум, заставив денсорин поверить в успех своего проекта. Именно в тот момент наши разведчики увидели эти «врата» в действии. Всё что дошло до нас — слухи, как корабли денсорин исчезают во тьме, чтобы никогда не вернуться. Однако большинство склонялось к варианту, что врата были созданы задолго до моего цикла, и созданы ли они Жнецами для облегчения Жатвы. Больше я ничего не могу сказать. — И если всё вышесказанное — правда, то у нас только что возникли просто охренительно большие проблемы. — Останется лишь надеяться, что они давно нерабочие, или что это всего лишь случайное совпадение, — добавил Шепард, сжимая кулаки. — Однако разбираться с этим будем позже. Раз мы здесь в западне, вдали от родного дома, нам следует здесь в первую очередь обжиться в этой. Разрушить объект мы всегда успеем, у нас для этого все мощности есть. Коммандер поднялся с кресла, окинув взглядом остальных «нормандцев». В иные годы он бы толкнул воодушевляющую речь, взывающую о долге, чести и готовности положить жизни на алтарь победы. Всё это далеко в прошлом. Перед ним — закалённые в боях ветераны, собственными руками победившие тысячи врагов и спасшие Галактику от полного опустошения. Им не нужны напутственные тирады, ободряющие слоганы и остальной пустой трёп. Вместо этого, он отдал всего один короткий приказ: — Свяжи нас с «Горизонтом», Джокер, мы начнём колонизацию.

***

Ливень хлестал из задёрнутых плотными тучами небес, точно хлыст надсмотрщика стегая камнебетонную поверхность монументальных зданий. Ядовитые капли стекали по канавам и орошали улицы, щедро одаряя город дарами отравленных промышленностью небес. Лишь далёкие шпили прошивали тяжёлую стену свинца, коим обиты грозовые облака, уходя до самой границы тропосферы. Окружающий воздух оставался чист, но слишком разреженным для дыхания, поэтому массивы небоскрёбов были герметично закутаны в толстый кокон из камнебетона и закалённого стекла. Массивные окна открывали панорамный вид на бледно-серый облачный ковёр, освещаемый закатным солнцем. Одинокий силуэт человека, наряженного в вычурный жюстокор из позолоченной ткани и кюлоты такого же цвета, словно загипнотизированный провожал светило в путь до горизонта. Зрелище, ради которого любой обитатель нижних уровней готов на самые жесточайшие преступление. — Мой господин, мы только что получили известия, — второй человек вошёл в зал безмолвным шагом, даже не скрипнув дверью. Многие за меньшую наглость были приговорены к смертной казни, но у визитёра имелось эксклюзивное право беспокоить инквизитора. — Наш астропатический хор уловил далёкое предсмертное эхо тысяч оборванных жизней. Боюсь, мы потеряли «Бессмертного вестника». — Как подобное возможно? — наконец ответил мужчина, обернувшись к посетителю. — Мы же послали с ним сопроводительную эскадру. Даже если все каким-то образом могли пропасть в Варпе, «Бессмертный вестник» остаётся боевым крейсером типа «Лунный» с соответствующей крепостью и орудиями. — Не могу сказать наверняка, господин, но астропаты до момента гибели передавали смутные образы об оружии невиданной мощи. Боюсь, что миссия по разведке системы Таркус окончилась провалом. — Я бы не назвал это безусловным провалом, Ингам, — мягко возразил инквизитор. — Да, без направляющего света Астрономикана мы не можем так же стремительно пересекать звёзды, а гибель «Бессмертного вестника» с двухтысячелетней историей можно счесть серьёзной трагедией. Однако, у нас появились некоторые представления, что наш враг может прятаться именно там, пытаясь открыть новый фронт. Нам ещё предстоит выяснить, кто за этим стоит, а затем выбить его оттуда. Инквизитор за несколько широких шагов пересёк комнату, поравнявшись с Ингамом. Тот уступал ростом на полголовы, одетый в серый сюртук, а тонкие кабели тянулись к нейроразъёмам у самого свода выбритой налысо головы. Бледнокожий Ингам сохранял невозмутимый вид перед смуглым инквизитором, покорно ожидая следующих его слов. — Эти звёзды принадлежат только Императору, и мы не позволим каким-то ксеномразям или предателям пытаться обойти нас. Сообщи адмиралу Римусу о формировании передовой группы, пусть направит лёгкий крейсер с группой фрегатов. Нам сначала понадобятся разведданные, вступление в бой только в случае крайней нужды. Думаю, у «Вечнобдительного беркута» найдётся достойная работа.