Драбблы 1D

***

Bastille — Glory

— И тогда я просто разбил окно в его машине! Мать твою, Джон, реально, вдребезги! — этот забавный торчок Нейт все никак не может прекратить рассказывать свои супер-увлекательные истории. Как же мне сейчас хочется его ударить. — Эй, Саммер, классная задница! — еще один осел. — Отвали, придурок, — фыркаю себе под нос я и отхожу немного в сторону, перекинув бутылку пива из левой руки в правую. Но он не хочет оставлять меня в покое. — И не смей трогать меня, — отпихиваю руку дружка своего брата в сторону и морщусь, через секунду уже прислонившись поясницей к спинке засыпанного пеплом дивана. — А то я Россу все на хрен расскажу про то, как ты целовался с его подружкой на той неделе в кинотеатре на последнем ряду. Если ты забыл, я там работаю. Этот индюк, и правда, считаясь лучшим другом моего брата Росса, кажется, спит с его девушкой, и многие в колледже уже об этом догадываются. Думаю, Росс тоже это знает, но он, черт его дери, так вот сильно влюбился, что не хочет признавать, что его ненаглядная, первая красавица курса, за его спиной крутит шашни с его приятелем-мажором, у которого из достоинств только крутая синяя тачка и рубашка Armani. Мой брат вообще считает, что ему повезло, что Шантель его выбрала и уже месяца три мутит с ним. Он считает себя скучным неудачником. — Саммер, я думала, ты не придешь на вечеринку после того, что было в прошлый раз, — фыркает над моим ухом противная Эйви с моей параллели. — И вообще, тебе теперь разве не противно находиться в одной комнате рядом с ним? — Нет, мне не противно, мне нормально, — приложив горлышко бутылки к губам, я закатываю глаза и чуть-чуть поворачиваюсь к Эйви. — Почему мне должно быть противно? Мы просто переспали. В нашем колледже уже все друг друга трахали, и никто не придает этим событиям такого вселенского масштаба. — Да, но ведь никто и не ходит и не треплется потом об этом во всех подробностях, и… — Тогда это ему должно быть противно, а не мне, — перебиваю я эту тупую курицу и отхожу от нее в сторону, к импровизированной барной стойке. Заколебали меня все. Честное слово. Иногда мне кажется, что людям вокруг интересно только то, кто кого предал и кто с кем спит. Если ты выиграл в турнире по шашкам или был послан на международную конференцию с докладом по ботанике, никто и бровью не поведет, но зато если ты с кем-то потрахался на вечеринке — все, жди всеобщей огласки. Обсуждать это будут все, кому не лень, даже самые зачуханные ботаники или истинные католички-святоши. И, к сожалению, именно мой сексуальный опыт в этом месяце возглавляет топ самых актуальных тем для разговора в нашем колледже. Спасибо ему. — Хэй, ты как? — Росс встает рядом со мной и одергивает край моей зеленой клетчатой рубашки, немного нервничая из-за такого ко мне внимания. — Доканали они тебя, да? — Не то слово, — вздыхаю и делаю еще глоток. — Я все жду, пока это забудут, но, кажется, никаких изменений не ожидается в ближайшее время. — Просто им нужно что-то другое, более интересное, и тогда всем станет плевать на тебя и… него. Слушай, давай я познакомлю тебя со своими приятелями из литературного клуба? Они неплохие ребята, и тебе хоть будет, с кем поговорить здесь. — Парни из литературного клуба ходят на вечеринки? — усмехаюсь я, пока Росс, не дожидаясь моего ответа, уже тянет меня в сторону небольшой группы людей, сидящей в углу на диванах и креслах. — Там не только парни — это во-первых, а во-вторых — не все, кто увлекается литературой, зануды, Саммер. Честное слово, это только я такой, — Росс подталкивает меня к свободному месту рядом со светловолосой девушкой, и я на него послушно падаю, слегка задев ее боком. Блондиночка моментально отодвигается чуть в сторону. — Друзья, это моя младшая сестра Саммер, она учится на первом курсе в нашем колледже. Саммер, это Сид и Тина, Джейсон, Грег, Нэтэли и Гарри. Осматриваю всех названных по очереди: Сид — худощавый парень с длинными темными волосами, Тина — девушка маленького роста с черным ежиком волос, Джейсон — мускулистый красавчик в обтягивающей футболке с логотипом книжного клуба, Грег — блондин в очках со странной оправой, Нэтэли — та самая девчонка рядом со мной, и Гарри — темноволосый кудрявый парень в узких джинсах и мешковатой толстовке, сидит ровно напротив меня. Киваю им всем и хоть немного расслабляюсь от относительно приветливых улыбок, что получаю в ответ. Ну хоть так. Они, слава богу, не смотрят на меня с открытым презрением. Ну, все, кроме Нэтэли. Ей я уже заведомо не нравлюсь, и это чувствуется. — Саммер, про тебя ходят весьма грязные слухи, — со смешком обращается ко мне дрищеватый Сид и делает глоток пива из своей бутылки. — Как ты к этому относишься? — Сид, не приставай, — Росс пихает парня кулаком в плечо, но я уже так привыкла к таким вопросам, что мне попросту насрать на это все. — Да ничего, — отмахиваюсь от брата я и обвожу глазами всех ребят. — Я к этому отношусь отлично, черный пиар — тоже пиар. По крайней мере, все в колледже про меня теперь знают, — стараюсь не замечать пристальных взглядов всех присутствующих на себе и отпиваю немного пива, глядя на свои синие джинсы. Они все оценивают меня и осуждают, как и всегда. Впрочем, ничего нового, меня это уже даже не трогает. — Но тебя же считают шлюхой, — черноволосая девчонка по имени Тина усмехается, но в ее словах и выражении лица я не вижу злости и ехидства, это скорее одобрение. — Это тебя не волнует? — Уже нет. Не моя вина, что тот, кому я доверяла, оказался полным придурком. А что считают остальные… мне пофиг. — Ну и правильно, — Росс хлопает в ладоши и спешит перевести тему на новый альбом London Grammar, а я предпочитаю теперь помолчать и попить еще немного пива. Компания вокруг оживляется, кажется, они любители не только литературы, но и музыки. Сид и Грег принимаются о чем-то ожесточенно спорить, и Нэтэли периодически их перебивает, что-то прибавляя, в то время, как Тина и Джейсон, держась за руки, что-то мило обсуждают. Росс же, начавший весь этот разговор, больше помалкивает, как и обычно, и просто слушает, иногда лишь рассеянно кивая ребятам. Молчит и Гарри, сидящий на самом краю дивана напротив меня, он сверлит мою фигуру глазами, пока я делаю вид, что не замечаю этого. Я так и чувствую, как его внимательный взгляд проходится по моему лицу и одежде, по бутылке в моих руках и по не наманикюренным ногтям, по сережкам-гвоздикам, заметным из-за того, что я заправила свои темно-русые волосы за ухо. Он изучает меня, и я не могу понять, что его так во мне заинтересовало. Наконец, не выдержав, я поднимаю на парня глаза, но он ни капли не смущается и не перестает на меня глядеть. Все в его позе и выражении лица говорит о том, что класть он хотел на то, что я там о нем сейчас думаю и нравится ли мне его занятие. Он проводит рукой по вьющимся волосам и подмигивает мне, отчего на моем лице появляется слабая усмешка, и я опускаю глаза. Он сделал это не похабно, как позволяют себе многие парни после того случая, а скорее снисходительно и с каким-то интересом. — Стайлс, а ты не хочешь высказаться? — Джейсон толкает друга плечом, и тот наконец переключает свое внимание с меня на общую беседу. — Помнится, утром тебя было не заткнуть, и ты все хотел объяснить нам… — Утром и надо было слушать, козел, — подает голос кудрявый, и я чувствую, как по моему телу пробегают мурашки от того, какой у него бархатистый и приятный на слух тембр. В этом Гарри определенно что-то есть. — Сейчас уже нет никакого желания вам, остолопам, что-то доказывать. — Ой, ну и ладно, — смеясь, отмахивается качок и размещает большую руку на талии у своей подружки. — Перемены в твоем настроении кого хочешь с ума сведут. Росс фыркает и взъерошивает шевелюру кудрявого, тут же получая кулаком в бок, и между сидящими рядом тремя парнями завязывается шуточная потасовка. С наигранно возмущенным лицом Тина встает на ноги и, виляя стройными бедрами, направляется к бару, чтобы, как она выразилась, принести всем нам еще чего-нибудь холодненького. — Росс, а Шантель решила не приходить? — держа обе руки моего брата, с усмешкой спрашивает Джейсон, при этом умудряясь еще и Гарри прижимать своим телом к спинке дивана. — Или вы наконец разбежались? — Не дождешься, придурок, — хохочет брат, не оставляя попыток вырваться. — Просто ее чокнутые родители решили, что им нужно съездить на пикник этим вечером. Их там комары, наверное, уже зажрали до смерти. — Она такая же чокнутая, как и они, Росс, как ты еще не понял, — громко смеется Джейсон, наконец отпустив и брата, и Гарри. — Я не удивлюсь вообще, если им все это в кайф и они мазохисты. Или, еще лучше, гребаные садисты. Приятель, держался бы ты от этой фифочки подальше. — Прекрати, а, — прерываю словесный понос этого парня я и с грохотом ставлю пустую бутылку на столик. — Как-никак, Шантель — девушка твоего друга, так что попридержи язык, будь любезен. На секунду между нами повисает неловкая тишина, а потом Джейсон вновь заливается громким смехом, даже придерживаясь руками за живот и теперь уже откровенно развалившись на диване. Все остальные странно и по-прежнему оценивающе на меня посматривают. — Эй, братец, а девчонка-то не промах! Ты бы позаимствовал у нее уверенности, может, и нормальная баба бы на тебя клюнула, — он в шутку толкает брата, но тот, не ожидав, сваливается с подлокотника на котором сидел, и тоже принимается ржать. — Ты там, что ли, бухой уже, Росс? Парни вновь принимаются громко пререкаться, а я же продолжаю играть в гляделки с кудрявым, что сидит теперь чуть-чуть левее. Мы, кажется, соревнуемся в том, кто первый отведет взгляд, и я выигрываю, потому что возвращается Тина с несколькими бутылками пива, и Стайлсу приходится обратить на нее свое внимание и немного подвинуться. — А вообще-то, — говорит он и поднимается на ноги, поправляя капюшон серой толстовки, — я курить. — Проваливай, — подает голос Сид, взъерошивая свои длинные темные волосы, и сидящая рядом со мной Нэтэли хмыкает. — Когда пойдешь обратно, надыбай где-нибудь для меня косячок. Гарри фыркает и уходит, а я провожаю его взглядом, судорожно пытаясь придумать причину, по которой мне тоже срочно понадобится уйти. Я хочу познакомиться с этим парнем, он кажется мне интересным и не таким, как все в этой задымленной и пропахшей выпивкой комнатушке. Но мне и не приходится применять всю свою изобретательность, так как в поле моего зрения появляется он — идет в нашу сторону с самодовольной усмешкой, видимо, он знаком с кем-то из здесь сидящих. — Ой, Саммер, шла бы ты, — Росс мигом оказывается рядом и дергает меня за руку, шепча при этом на ухо. — Я не хочу, чтобы ты расстраивалась, слушая, что этот псих говорит про тебя. Сходи за льдом для напитков, что ли. И плевать, что пиво со льдом пьют только удоты. Киваю брату, чувствуя, как его приятели в открытую пялятся на меня, вставшую теперь перед ними в полный рост. Неловко поправляю сползающие джинсы и смущенно одергиваю край рубашки, после чего, ни слова не говоря, бросаюсь вслед за Гарри. Кажется, он пошел к веранде, если меня не подводит память. Приоткрыв деревянную дверь, украшенную стремным витражом, я оказываюсь на улице и блаженно вдыхаю чистый ночной воздух, от которого даже режет легкие. В той комнате жутко воняло сигаретами и бухлом, поэтому сейчас эта прохлада и свежесть — настоящее облегчение. — Саммер, — Гарри кивает мне и протягивает свою сигарету, но я отмахиваюсь и просто становлюсь рядом, облокотившись на перила. — Не куришь? — Бросила, — отзываюсь я, задумчиво глядя на лужайку в доме Нейта, хозяина тусовки и по совместительству однокурсника Росса. — Ты член литературного сообщества? — За это прибавляют балл к курсу истории искусств, — парень пожимает плечами и затягивается. — Там не то чтобы очень интересно, но зато познакомился с этими придурками, — на лице у парня появляется легкая ухмылка, и я, тоже улыбнувшись, опускаю глаза на свои ладони. — А ты, значит, местная знаменитость? Переспала с капитаном баскетбольной команды и гордишься этим? Возмущенно фыркнув, я поднимаю взгляд на парня, но он и не смотрит в мою сторону, а просто изучает украшения на идеально остриженном газоне матери Нейта. Его лицо снова говорит мне о том, что ему совершенно плевать на то, что я сейчас думаю, и единственное, что его интересует, это мой ответ. Решаю не заставлять его ждать. — Если бы я этим гордилась, я бы, опередив его, рассказала всем об этом. Но, как видишь, я не очень люблю обсуждать произошедшее. — А по-моему, ты сказала, что черный пиар — тоже пиар. У меня проблемы со слухом? — А что, мне надо было разреветься там и начать его дерьмом поливать? Так ты считаешь? — Нормальная девчонка так бы и сделала, — хмыкает Гарри и тушит сигарету о перила веранды. — Но ты странная какая-то. — И в чем же моя странность? — скрещиваю руки на груди и поворачиваюсь к нему, чувствуя, как в груди скапливается легкое раздражение от его тона и слов. — Не знаю, пока не понял, — он издает слабый смешок и тоже поворачивается ко мне. — Но то, что о тебе говорят, совершенно не вяжется с тем, что я вижу перед собой последние полчаса. — Да? И что же обо мне говорят? — я хочу казаться уверенной перед этим самодовольным павлином, но в середине вопроса мой голос слегка срывается, и это опять вызывает у парня усмешку. — Что ты спала с пятью парнями из колледжа за этот год, что ты дала ему в день вашего первого поцелуя, что ты не брезгуешь травкой и любишь пить водку с колой. — И что из этого у тебя не вяжется с тем, что ты видишь? — Да все, — он отмахивается от меня и вынимает еще одну сигарету из помятой пачки. Ловко поджигает ее и, поднеся к сухим губам, затягивается. — Ты выглядишь неуверенной в себе скромницей, Саммер. — Ты — первый, кто такое мне говорит, — на моем лице даже появляется улыбка, потому что это, и правда, забавно. В колледже реально меня считают оторвой, и чтобы кто-то скромницей меня назвал… странно. — Значит, я первый, кто видит тебя настоящую, — фыркает Гарри, и я не вижу ни намека на ответную улыбку. — Я в людях ошибаться не привык. Не понимаю одного, — его голос резко приобретает силу, и он на пятках поворачивается ко мне, скрипнув подошвой своих конверсов. — Зачем ты поддерживаешь этот образ, созданный ими всеми? По-моему, тебе бы как раз стоило разреветься перед ними и показать, что ты слабая. И тогда бы все от тебя отстали. — Я не собираюсь уничтожать свое достоинство ради того, чтобы показаться нормальной и чтобы все от меня отстали, Гарри. Раздражившись окончательно, я делаю широкий шаг в сторону двери, решив, что больше не хочу продолжать этот странный диалог, но Гарри хватает меня за запястье и не дает мне уйти. — Погоди, не обижайся, — он выпускает дым вверх и, не отпуская моей руки, затягивается вновь. — Я просто пытаюсь в тебе разобраться. Ты не такая простая, как многие девчонки здесь. — То же самое о тебе могу сказать, — вздыхаю я, переминаясь с ноги на ногу и чувствуя, как сильные холодные пальцы парня сжимают мое запястье, перекрывая ход крови. — Ты не кажешься типичным студентом и любителем вечеринок. Какой твой основной предмет? — Психология, — усмехается Гарри и поворачивается ко мне, по-прежнему не отпуская мою руку. — Я хожу на эти тусовки из-за того, что люблю наблюдать за поведением людей. Ну, и из-за бесплатного пива, конечно. Знаешь, Саммер, я разрабатываю что-то типа своей собственной теории, делю всех на психологические группы. Всех встречавшихся мне мужчин и женщин я смог разделить на двадцать разных типов. А тебя пока не знаю, куда отнести. Кажется, моя система дает сбой, — фыркает парень опять, и я улыбаюсь. Это даже приятно. — О, великий психолог двадцать первого столетия, простите мне мою оплошность, — он демонстративно закатывает глаза и наконец отпускает мое запястье. — Так, а какой курс у тебя? Какая-нибудь культурология или литература? — Бизнес-информатика, — смеюсь я, наблюдая за его вытягивающимся лицом, и все же аккуратно вытягиваю для себя сигарету из его пачки, лежащей на перилах. — Что, удивлен? — Теперь моя система точно сломалась, — вздыхает он и опирается плечом о деревянную колонну. Проводит рукой по своим кудрям и внимательно следит за тем, как я закуриваю. — Мне кровь из носу надо познакомиться с тобой поближе. — Я не против, — зажав сигарету губами, застегиваю рубашку на все пуговицы и пожимаю плечами. — А себя, Гарри, ты смог отнести к одному из своих двадцати типов? — В целом, да, — отзывается он, все еще пристально за мной наблюдая. — Я не такой уникальный. — Ты мне льстишь. Я обычная. — Тебе так кажется, — он подходит ко мне ближе и ставит руки по обе стороны от меня. С трудом сдерживаюсь, чтобы не выдохнуть огромную порцию дыма ему в лицо, но он, видимо, этого и ждет. Большим пальцем Гарри касается моих губ, и я приоткрываю их, позволяя большому белому облаку окутать нас и на пару секунд спрятать лицо парня от моего взгляда. Когда дым рассеивается, я вижу, что он стоит так же, ровно напротив и очень близко, прикрыв глаза. — Знаешь, — начинает Гарри, не открывая глаз. — Росс как-то нам говорил, что ты любишь экстрим, в том числе серфинг. — Ага, — киваю я, как завороженная наблюдая за темно-малиновыми губами парня и периодически стряхивая с сигареты пепел. — Люблю. — Не хочешь поехать со мной, Сидом и парой девчонок в эти выходные в Сан-Диего? Там есть неплохая база и пара моих знакомых барменов, которые будут нас коктейлями бесплатно поить. Ты уже сдала свой проект? — У меня в четверг защита, и я свободна, как птица, — улыбаюсь я, глядя в глаза парню и чувствуя сильный интерес к себе с его стороны. Мне это нравится. — Отлично, тогда ты едешь с нами, — он забавно хлопает в ладоши и отходит от меня, а я наконец затягиваюсь. — Ты же бросила курить, а, Саммер? — Только что опять начала, — смеюсь я, впервые за долгое время действительно искренне. Что-то в поведении этого парня заставляет меня улыбаться и забывать о дерьме, что льется в мой адрес рекой вот уже несколько недель. — Так, — Гарри бросает взгляд на газон и задумчиво хмурит брови. — Я зайду к вам домой завтра и помогу тебе собрать вещи, — он видит выражение моего лица и смеется. — Что? А вдруг ты что-то забудешь? Я хочу проконтролировать. — Ну ладно, — смеясь, я пожимаю плечами и подмигиваю парню. Он такой типа серьезный и ответственный? Интересно. — Если тебе так легче, то я не против. — Просто ищу повод повидаться, — Гарри в какой-то своей особой манере пожимает плечами и слегка улыбается, по-прежнему пристально глядя на мое лицо. Когда-нибудь я, наверное, к этому привыкну… — Пойдем к остальным тогда? Я киваю, не сводя взгляда с его лица с аккуратно очерченными скулами и контуром губ. Он кажется таким странным и… глубоким? Я сразу поняла, что в нем есть что-то необычное и интересное, и, кажется, он то же разглядел во мне. Даже если у нас ничего и не выйдет, это будет хорошей возможностью отвлечься. — Пойдем, — улыбка не сходит с моего лица. — Надо будет еще захватить лед. И косяк для Сида.