"Целеста"

Дорога рано или поздно куда-нибудь да выведет. Этот вымысел географов сгубил не одну жизнь. Дороги вовсе не обязаны куда-либо выводить, им вполне хватает где-нибудь начаться, а дальше как все сложится. Терри Пратчетт

Китингу снилась Алиша. Её образ, сотканный из десятков воспоминаний, то растворялся среди других снов, то становился живым и практически осязаемым, и Китингу казалось, что сестра вот-вот обнимет его или, что гораздо вероятнее, ободряюще похлопает по спине так, что заболят рёбра. Он бы всё отдал за то, чтобы она была здесь, чтобы смеялась и ободряла его, как не умел никто другой. В их разговорах он всегда терял ту самую нить, которая связывала одну тему с другой — с ней короткий обмен новостями превращался в три часа обсуждений, а нить запутывалась в сложнейший клубок. Но Алиша гордилась своей любовью поговорить обо всём на свете, по полчаса описывая каждую мелочь и находя в ней какое-то неуловимое очарование. Но в этот раз она была сама не своя. Что-то проглядывало в ней, что-то иное, ранее незнакомое: невыносимая грусть зарождалась в глазах, постепенно охватывая девушку целиком, и она бледнела, вновь ускользая из сна. Лиловая куртка выцвела до пепельно-серого, персик кожи заменил грязный беж, а голубые глаза стали серыми до прозрачности. Китинг протягивал руку, но образ таял, а потом снова появлялся в отдалении неясной фигурой, созданной из светлого дыма. ─ Ты опоздал! ─ выкрикнула она в его сторону, но голос потонул в тумане. ─ Ты уже давно должен был вернуться. Ты не хочешь меня видеть! ─ Ал, я пытаюсь! ─ крикнул он в ответ, но слова не преодолели и половину пути, растворившись в плывущих волнах прозрачной дымки. Китинг слышал, как сестра цокнула языком, и тонкие металлические браслеты на её запястьях возмущённо зазвенели. ─ Клянусь, я пытаюсь вернуться домой. ─ Ты обещал, Грег, ─ сказала она в пустоту. ─ Я больше не твоя сестра? Он хотел возразить, но голос пропал. Или туман стал настолько плотным, что слова исчезали в нём, не достигая слуха. Китинг прижал ладони к горлу и беззвучно выкрикивал её имя раз за разом, но Алиша не слышала. Она медленно пятилась, тая в пелене, и Китинг побежал к размывающейся тени, надеясь успеть. Надеясь объясниться. Его пальцы ухватили край куртки — и Алиша обернулась. Она снова была собой: яркой, улыбчивой, с насмешливой искоркой в глазах, живость которой могли погасить только его собственные кошмары. Цветущая улыбка оставалась искренней, но внутри Китинга всё перевернулось. Что-то всё ещё было не так, и плотный воздух затрясся вокруг в такт панической дрожи, пробежавшей по телу. Алиша склонила голову на бок и уставилась на Китинга. ─ Кто ты? ─ дружелюбно спросила она, и Китинг почувствовал, как его мутит. ─ Ал, это я. Твой брат! ─ отчаянно воскликнул он, но Алиша лишь дёрнула плечами с присущей ей беззаботностью. ─ У меня нет брата. Китинг вздрогнул и проснулся. Тело била мелкая дрожь, не покинувшая его после побега из кошмара, шея и спина нещадно болели. Он заснул, прислонившись к креслу, и каждое движение отзывалось невыносимой болью. Капитан помотал головой, оглядываясь, и наткнулся взглядом на наблюдавшую за ним Джиллиан. ─ Простите, заснул, ─ вздохнул он, но Джиллиан только махнула рукой. ─ Вы устали. Как и мы все. Она сидела на другом конце комнаты, и стопки паддов окружали её, как древние башни, которые могли противостоять армиям столетия назад, а теперь угрожали разрушиться в любой момент. Тёмное зарево отбрасывало тень на лицо Джиллиан, правда, старпом и без того выглядела мрачной. ─ Я тоже пыталась заснуть, но не могу, ─ она бросила гневный взгляд на часы, прекрасно понимая, что они, собственно, не виноваты ни в чём, кроме отражения неутешительного положения дел. ─ Знаю, что они электронные, но всё равно слышу тиканье. Закрываю глаза и вижу стрелку, которая неумолимо ползёт по циферблату и приближает нас к… к тому, что в итоге случится. Джиллиан встала, разминая ноги и расхаживая по каюте среди полос искусственного света, которые не столько рассеивали, сколько подчёркивали окружающий их мрак. Закатала красные манжеты пиджака, накинутого поверх чистой сине-серой водолазки. Китинг мысленно порадовался, что хоть в этот раз она не стала отрезать рукава. ─ Сколько осталось? ─ спросил он, поднимая разбросанные падды. ─ Семь с половиной часов, ─ ответила Джиллиан, избегая смотреть на стрелки, и пробормотала что-то ещё, но Китинг не разобрал. Её пальцы стучали по краю падда, а взгляд переместился на аномалию: чернота расползалась, и изогнутые мрачные полосы, словно щупальца, тянулись к «Целесте». Семь с половиной часов, и они утащат их всех в бездну истории. ─ Тогда не стоит тратить время впустую, ─ он попытался подняться, но спину свело судорогой, и Китинг неловко облокотился на край иллюминатора. ─ У нас нет решения. Инженеры чинят всё, что могут, но двигатели не работают. Учёные не знают, что сделать, чтобы они не взорвались в процессе. И ни у кого нет сил, ни моральных, ни физических, чтобы работать. Так что мы можем тратить время на всё, что угодно, ─ она пожала плечами и села рядом. ─ Например, вы можете рассказать о кошмаре, который вам приснился. Китинг попытался сделать вид, что не знает, о чём она говорит, но Джиллиан тут же раскусила его. Он вздохнул, отводя взгляд, но разговор был неизбежен, и впервые после смерти Кристиана ему действительно хотелось с кем-то поговорить. ─ Мне снилась сестра, ─ большая часть сна уже растворилась, но Алиша, которая смотрела на него, как на незнакомца, прочно засела в памяти. ─ Она была серьёзной. Бледной, мрачной, пессимистичной. ─ Похожей на вас, ─ хмыкнула Джиллиан, и Китингу пришлось согласиться. Он не хотел, чтобы это было правдой, но внутри всё твердило, что она права. Алиша наконец была похожа на него самого ─ он считал всё это достойными качествами, которые могли спасти в критической ситуации и не дать разочароваться, когда что-то пойдёт не так. Но, впервые увидев их в ком-то другом, в ком-то близком и важном, Китинг ужаснулся. Ему казалось, что он потерял её. Да, она стояла рядом, но была совсем другой. Та Алиша, которую он знал, растворилась, и боль от этой потери не отпускала даже после пробуждения. Он не мог не думать ─ неужели его семья испытывала то же самое каждый раз, когда видела его? Каждый раз, когда вспоминала его хитрую ухмылку и горящие глаза? Неужели это было для них ценнее его серьёзности и готовности встретить трудности жизни? Он боялся представить, сколько боли мог причинить близким, даже не рассказав о причинах столь жуткой перемены. ─ А потом Алиша снова стала собой, ─ по телу вновь пробежала мелкая дрожь, ─, но не вспомнила о брате. ─ Мне жаль, ─ неожиданно тихо откликнулась Джиллиан, уткнувшись взглядом в пол, но какая-то мысль унесла её далеко от «Целесты». Китинг мог предположить, что она думает о своей собственной семье, но не знал наверняка. ─ Я обещал прилететь домой, ─ он покачал головой. ─ Если бы я только сделал, как она… Китинг замолчал, споткнувшись о неожиданную мысль. Он обдумывал её, напряжённо щурясь и разглядывая падд с ключевыми офицерами «Целесты», которые должны были работать на пределе своих возможностей для спасения экипажа. ─ Если бы только что? ─ выдохнула Джиллиан после долгой паузы. Сначала он хотел закончить мысль, как и планировал: «если бы я только сделал так, как она просила». Если бы сразу взял отпуск и прилетел на Трилл. Может, на «Целесте» был бы другой капитан, и история пошла бы другим путём. Но эта идея не омрачила ход мыслей. Потому что теперь он собирался сделать всё возможное, чтобы история «Целесты» закончилась не в дебрях гамма-квадранта, а дома, на территории Федерации. ─ Если бы я сделала так, как сделала бы она, ─ медленно ответил Китинг, натыкаясь на непонимающий взгляд Джиллиан. ─ А если нам и правда сделать всё как Алиша? ─ И что бы она сделала? ─ терпеливо уточнила она, явно надеясь, что Китинг одержим достойной идеей, а не приближается к нервному срыву, как могло бы показаться со стороны. ─ Её оптимизма хватает на целое семейство серьёзных сосредоточенных Китингов, ─ он наконец поднял глаза на Джиллиан. ─ И его точно хватит на экипаж двух кораблей в беде. ─ Собираетесь уболтать их оптимистичными речами до смерти? ─ хмыкнула Джиллиан, но мрачная тень на её лице исчезла. Они оба знали о настроении на корабле: если экипаж ощутил хотя бы половину той беспомощности и отчаяния, которые охватили их самих, то шансов было мало. На падде Джиллиан мелькали неутешительные данные: Фиггерт подсчитывал запасы энергии и время, на которое они могли их растянуть. Другие офицеры, в основном, энсины, проверяли целостность репликаторов и системы жизнеобеспечения. Несколько других членов команды просматривали обновления в списках пострадавших, надеясь на выздоровление или хотя бы здравие друзей и коллег. ─ Только до необходимого минимума, ─ он поднялся, опираясь на стену, и размял плечи и спину. ─ Звучит безумно, знаю. Джиллиан помедлила, но последовала за ним. Мельком взглянула на аномалию, а потом поймала взгляд Китинга. ─ У нас всё равно нет другого плана, ─ она пожала плечами. ─ Так что если это приказ, ─ уголок её рта дёрнулся в лёгкой ухмылке, ─ то я готова приступать. ─ Это приказ, ─ он кивнул. ─ Начните с пятой палубы. В столовой много раненных, нуждающихся в ободрении. ─ А вы? ─ Начну с лазарета. Может, Харрис что-то посоветует. Джиллиан кивнула, замерла на миг около зеркала, поправляя форму и растрепавшийся пучок, а потом обернулась к Китингу. ─ Удачи, Капитан, ─ и вышла из каюты, исчезнув за поворотом. Китинг помедлил перед тем, как сделать первый шаг, но он знал, что должен вернуться к семье. Эта мысль вела его до самого лазарета и помогала отвлечься от тревожных раздумий. Медицинский отсек выглядел лучше, чем он представлял, и атмосфера не чувствовалась безнадёжной. Китинг только успел подумать об этом и заметить Харриса на другом конце лазарета, когда под его ногами что-то зашипело. Обычно шипение на кораблях означало неисправные проводники, но не с личным зоопарком главного врача. Китинг ловко увернулся, чтобы не наступить на длинную белую змею, извивающуюся на полу, и подхватил её до того, как та выползла в коридор. Лейтенант Хейс, заметив рептилию, побледнела и попятилась, так что Китинг позволил змее обвиться вокруг руки, чтобы та не скрылась в неизвестном направлении, пугая остальной экипаж. ─ Она не ядовита, всё в порядке, ─ пообещал он Хейс, поглаживая рептилию по иссиня-белой голове, и с мягкой улыбкой перевёл взгляд на животное. Хейс недоверчиво дёрнула плечами, глядя, как мило Китинг общается с рептилией, а потом уступила дорогу Харрису, который спешил к чешуйчатой любимице. ─ Ты привыкла к холодному климату, да? Но тебя ведь не напугать душным лазаретом? ─ он проигнорировал их обоих и осторожно забрал змею из рук Китинга. Его привычно суровый голос наполнялся чарующими, успокаивающими нотками. ─ Андорианские снежные питоны обитают около подземных вулканов и всегда ищут места потеплее, правда? И люди и медицинские койки им нипочём, ─ Харрис наконец перевёл взгляд на Китинга. ─ Прости, Грег, один из террариумов треснул, но сбежала, кажется, только эта красавица. ─ Кажется? ─ переспросил тот, наблюдая, как Хейс с ногами забирается на койку. ─ Я не знал, что ты так уверенно обращаешься со змеями, ─ вновь проигнорировал его Харрис, переводя тему. Китинг цокнул языком, но позволил врачу эту уловку, надеясь, что тот всё-таки проверит, сбежал ли кто ещё. Он помедлил с ответом ─ обычно он не отвечал на личные вопросы и не делился историями из жизни, но глядя на испуганную Хейс, решил, что это стоит того. К тому же, его сестра поступила бы также ─ рассказала бы историю, которую он тщательно скрывал всю свою жизнь. ─ Отец как-то взял меня на одну из лун Антареса-2, чтобы выследить редких многоножек, ─ он поёжился от воспоминаний. ─ Только не сказал, что они три метра длиной. ─ Китинг услышал, как Хейс усмехнулась за его спиной. ─ После этого змеи меня совсем не пугают. ─ А многоножки? ─ съехидничал Харрис, но Китинг только махнул рукой, уходя от ответа. Многоножек он и правда недолюбливал после всего случившегося. Через пару мгновений, за которые он спрятал многоножек обратно в глубины своей памяти, Китинг огляделся, рассматривая пациентов. Они не казались отчаявшимися, но этого было недостаточно для сплочённой работы экипажа и спасения из аномалии. Единственными, кто проявлял энтузиазм, были Валентайн и Лутас, которые занимали медицинские койки рядом друг с другом и обменивались паддами, несмотря на протесты врачей. Китинг подошёл к ним, пытаясь узнать, чем они заняты, и остановился около девушки-энсина, которая не знала, как их остановить. Она тянулась за одним паддом, но учёные уже обменивались другим и дописывали что-то в третьем. Лутас выглядела зеленоватой, но более-менее здоровой, если Китинг правильно помнил страницы из учебника первой помощи. Сложно было не запомнить, когда пересдавал курс два раза подряд. Валентайн выглядел гораздо хуже: его лицо было болотно-жёлтого оттенка, и для людей это значило не то же самое, что для вулканцев. Но учёный отказывался отступать перед болезнью и что-то усердно записывал в падд. ─ Третичные системы, ─ Лутас передала документ, и энсин снова не успела его поймать. ─ Они нужны на всех палубах, кроме двадцатой и двадцать пятой, так что это не сработает. Гаррет что-то быстро напечатал в падде и передал его обратно. ─ А если мы запустим щиты, изменив параметры мультифазности? Очередная попытка медиков выхватить документ не увенчалась успехом. Энсин тяжело вздохнула и села рядом, бессильно наблюдая за общением учёных. ─ Это не защитит нас от хронитонных частиц, ─ возразила Лутас. ─ Они только притянут их к корпусу. Она остановилась, словно неожиданно что-то поняла. Её пальцы забегали по экрану, брови взмыли вверх, а лицо выражало почти человеческое удивление. Китинг замер, не решаясь вмешиваться в их мозговой штурм. ─ Вы хотите… ─ она сморщилась от приступа мигрени, массируя пальцами виски, и позволила врачам вколоть ей обезболивающее. ─ Именно, коммандер, ─ закивал Гаррет. ─ Мы используем мультифазные щиты, чтобы притянуть и отфильтровать частицы, и тогда импульсный двигатель сможет справиться с нагрузкой. ─ Это поможет? ─ дёрнула головой энсин, а во взгляде загорелась надежда. ─ Мы сможем улететь? ─ В теории. Она кивнула, но слабая улыбка исчезла с её лица. Она ещё раз кивнула, но Китинг не мог смотреть, как опускаются её плечи, а на глаза наворачиваются слёзы. Он присел рядом с ней, и энсин вздрогнула, не уверенная, как себя вести в присутствии капитана, но тот лишь кивнул, давая ей знак расслабиться и быть самой собой. ─ Сейчас кажется, что у нас закончились возможности, но это не так, ─ приободрил её он, прекрасно осознавая, какой болью отзываются надежды, которым не суждено сбыться. ─ Рано или поздно мы придумаем, как выбраться. И пока нам нужно продолжать работать. ─ Простите, сэр, ─ она помотала головой, и растрёпанная рыжая косичка нервно заелозила по плечам. ─ Я пытаюсь не сдаваться, но… ─ Но это сложнее, чем может показаться. Я понимаю, ─ сказал он, а потом тихо, но уверенно добавил. ─ Я знаю. Глаза энсина расширились: она не ожидала, что капитана корабля одолевают те же тревоги и страхи, что и её саму. А Китинг ещё недавно не смог бы признаться в своей слабости. Он всё ещё воспринимал это как что-то неправильное и недостойное, но видел, что другим становилось легче. Они знали, что не одни. И энсину из лазарета, которая десять часов спасала людей и отчаянно надеялась на спасение, тоже стало легче. Пусть и совсем немного. ─ Но что с этим делать? ─ спросила она, ожидая уже не ободрения или наставления, которое укажет ей путь. Она спрашивала его, как человека, который пережил то же, что и она. ─ Если бы я знал, ─ Китинг развёл руками. ─ Всё, что я могу делать ─ это работать. Делать всё возможное и верить, что этого достаточно. Что сумма наших усилий будет больше каждого по отдельности. ─ И что они помогут нам спастись, ─ её взгляд стал задумчивым. Поначалу она смотрела сквозь людей и медицинские койки, но потом осмотрела лазарет, переводя взгляд с одного пациента на другого. ─ Забрать падды у мистера Валентайна и коммандера Лутас будет правильным усилием? Китинг не сдержал улыбки и кивнул. ─ Это будет отличным первым шагом, ─ согласился он. ─ И большим достижением. Китинг наблюдал, как Гаррет и Лутас склонились к пространству между койками и вместе что-то печатали в падде. Удерживать равновесие было непросто, и это отнимало большую часть их концентрации, так что энсину удалось незаметно подойти к ним со спины и забрать падды за мгновение до того, как они её заметили. Под осуждающие взгляды учёных энсин передала падды Китингу. ─ Капитан, не могли бы ли вы отнести эти падды лейтенанту Фиггерту? ─ спросил Гаррет, понимая, что уже не получит документы с расчётами обратно. ─ Это может пригодиться его команде. ─ Хоть кто-нибудь в этой комнате знает, что такое отдых по медицинским показаниям? ─ вздохнул Харрис, не давая Китингу ответить. Капитан коротко кивнул Гаррету и перевёл взгляд на главного врача, который гневно осматривал непослушных пациентов. Харрис нашёл новую жертву ─ в другой части лазарета, где должны были отдыхать Тарра и капитан Дэниэлс. У них тоже получалось из рук вон плохо: Дэниэлс много разговаривал с другими пациентами и больше всех — с дочерью, а Тарра пыталась слезть с койки и сбежать из лазарета, но медики тщательно следили за ней. В этой миссии Харрису попалось очень много неуёмных пациентов. Китинг подошёл, не зная, стоит ли прислушаться к их разговорам или попытаться утихомирить. Капитан Дэниэлс что-то воодушевленно вещал окружающим и отмахивался от замечаний Харриса, не давая тому вставить и слова. С другого конца лазарета было невозможно не уловить энтузиазм и решительность в его речах, так что Китинг не торопился перебивать его. ─ Мы всегда ищем что-то в галактике, ─ недовольным тоном говорила Беатис, отвечая на одну из фраз своего отца, ─, но почти всегда находим неприятности. Александр кивнул, но его довольная улыбка не исчезла. ─ Ты права, ─ признал он к удивлению окружающих, которые тоже прислушивались к беседе. ─ Мы ищем что-то с самого начала времён, поэтому мы и путешествуем. ─ В древности это было из необходимости, ─ возразила она. ─ Ради пищи, укрытия и ресурсов. ─ Да, ─ снова согласился Александр. ─ Мы искали безопасные места, тёплые, красивые ─ те, что можно назвать домом. Но разве мы остановились, когда нашли их? Он замолчал, осматривая слушающих. Повисла недолгая тишина: каждый знал ответ, но они не были уверены, к чему тот вёл. ─ Нет, ─ ответил ему Китинг, опираясь плечом на стену и надеясь, что ему простят вторжение в их диалог. ─ Мы не остались там, где было удобно и комфортно, а продолжили путешествовать. Внимание лазарета сосредоточилось на двух капитанах: голос Дэниэлса был громче и увереннее, он приковывал внимание, Китинг отвечал тише, но твёрже. Пациентам и врачам хотелось на что-то отвлечься, хотя бы на пару минут, и их разговор представлял из себя прекрасную возможность. ─ Мы отправляемся в самые тёмные и холодные места. Туда, где опасно и страшно, ─ Александр повернулся, радуясь новому собеседнику. ─ Почему? ─ Потому что хотим найти что-то новое. ─ Да, но это новое не обязательно должно быть где-то там в галактике. Но и в нас самих, ─ он дёрнул головой, меняя тон на менее серьёзный. ─ Так что, может, все неприятности стоят этого поиска. Китинг слушал Дэниэлса, изредка кивая, но больше сосредотачиваясь на слушателях. Кто-то слабо улыбался, кто-то смотрел в пустоту или в узкие иллюминаторы под потолком, где можно было увидеть темнеющие краски пространственно-временной аномалии. Но в их взглядах было больше надежды и уверенности, чем пару минут назад. После потерь и разрушений было легко забыть о том, что привело их сюда. И ещё сложнее было вспомнить. О путешествии и о доме, куда им предстояло вернуться из долгого и опасного приключения. Китинг с удивлением осознал, что капитан Дэниэлс никогда не забывал об этом. Он был ответственен за многое из произошедшего, но это не уничтожило его дух исследователя, который и привёл его и «Калипсо» в гамма-квадрант. Дэниэлс замолчал, и Китинг понял, что помощь в лазарете не требуется. Капитан «Калипсо» уже дал им всё необходимое — его слова помогли вспомнить о том, что привело их во Флот и на борт тех кораблей, где они служили. А для спасения оставались лишь терпеливые, пусть и небольшие шаги в нужном направлении. Китинг тоже должен был их сделать ─ он взглянул на падды в своих руках и, попрощавшись с Харрисом, направился к турболифту. Его ждал лейтенант Фиггерт и команда учёных, на чьих плечах лежала ответственность за спасение «Целесты». Он шёл, раздумывая, что сказать лейтенанту ─ их последний разговор закончился далеко не так добродушно, как начался. Мэлори сказала, что он чуть не довёл Фиггерта до панической атаки, и Китинг не знал, как теперь смотреть в глаза подчинённому. Он вызвал турболифт, и пока тот медленно полз по шахте до нужной палубы, Китинг ходил перед дверью из стороны в сторону. ─ Важная встреча? ─ послышался насмешливый голос Джиллиан за его спиной. ─ Нужна помощь? ─ Спускаюсь к лейтенанту Фиггерту, ─ ответил он и облегчённо выдохнул, когда Джиллиан вошла в турболифт вслед за ним. ─ Тогда вам точно нужна помощь, ─ она приняла из рук капитана падды и пробежала глазами по строчкам, хмуря брови. Она мало смыслила в продвинутой варп-теории, но её беспокоили совсем не сложные термины. ─ Бредли генерирует вокруг себя поле пессимизма и отчаяния как минимум на пару палуб. Китинг знал ─ учёные должны верить в успех или хотя в его вероятность больше остальных. Команды исследователей должны были штурмовать загадки искажённого пространства-времени, а им с Джиллиан предстояло помочь им поверить. Но Китинг не мог не думать об их последнем разговоре: перед глазами стояло растерянное лицо Фиггерта, который пугался всё больше и больше от каждой резкой фразы, но тогда Китингу было всё равно. ─ Наш последний разговор с лейтенантом вышел не слишком удачным, ─ он уставился в пол, сверля глазами металлические заплатки турболифта. ─ Наорали на него? ─ непринуждённо поинтересовалась Джиллиан, и Китинг дёрнул головой, скрывая мрачную усмешку. ─ Если я правильно помню, то у вас и ко мне были претензии примерно в то же время. ─ Я был резок, простите, ─ признал он, поднимая взгляд на Джиллиан. ─ Я должен перед ним извиниться, ─ он помедлил, вспоминая ещё одного человека, которого успел обидеть. На этот раз очень близкого. ─ И перед Мэлори. Китинг не был уверен, что помнил все слова, которые сказал ей. В памяти всплывала лишь боль, и он отчаянно хотел выплеснуть её хоть куда-то. Чтобы не чувствовать пустоты, которая выедала его изнутри. Это не могло служить оправданием, ничто не могло, и Китинг не представлял, как загладить вину. Джиллиан фыркнула, поспешно прикрывая рот рукой. Очень хотелось отпустить какой-нибудь язвительный комментарий, но она сдержалась. Турболифт неловко затормозил и звякнул, открывая двери. На нижних палубах ремонт продвигался медленнее, и, если коридоры первой напоминали корабль Звёздного Флота, пусть и немало потрёпанный, то здесь витало ощущение, какое посещало на старых разваливающихся торговых судах. Коридора не было вовсе. Проход, отражённый на планах, заполняли обломки, а по бокам стен не было вовсе ─ только дыры в пустые помещения и каюты, через которые путь к лабораториям извивался причудливым лабиринтом. Было несложно догадаться, почему у команды учёных не было надежды ─ Китинг бы засомневался в их психоэмоциональном здоровье, если бы в них осталась хоть капля оптимизма. Джиллиан присвистнула, оценивая масштаб разрушений, но первая свернула в пустой зал для дипломатических переговоров, через который можно было добраться до пустых кают, затем залезть в трубу Джеффри и через пятьдесят метров вылезти недалеко от входа в научные лаборатории. Они проделали этот путь в тишине, и Китинг уверенно двигался вперёд, но затормозил перед самыми дверями. Джиллиан понимающе кивнула ему и последовала к дверям, но он опередил её и первым вошёл в лаборатории. Здесь разрушений было меньше. Или инженеры починили всё необходимое. Индуктор хронитонных частиц казался слегка потрёпанным, но громко гудел, а вокруг него наматывали круги учёные. Фиггерт же стоял, скрючившись в знак вопроса над панелью перед высокой прозрачной камерой, проводя очередной эксперимент над матрицей подпространства. По недовольному пиканью приборов и злым обрывкам фраз Китинг догадался, что эксперименты пока проходят не слишком успешно. ─ Капитан Китинг, ─ не отрываясь от панели поприветствовал его Фиггерт, а когда через мгновение осознал, кто перед ним — или вспомнил их последнюю беседу — отступил на шаг и распрямился. ─ Я готов представить отчёт через пять минут, сэр. Как только мы скомпилируем данные и загрузим их в один документ… сэр. Джиллиан хмыкнула за спиной Китинга, на этот раз совсем не скрываясь, и тот бросил на неё неодобрительный взгляд. Она лишь дёрнула плечами и кивнула на падды, которые Китинг держал в руках. ─ Я был в лазарете… ─ С Валентайном что-то случилось? ─ перебил его Фиггерт. ─ Или с вашей главой научных отделов? Лутас? С каждым вопросом он паниковал всё больше, и Китинг поспешил заверить лейтенанта в обратном, пока тот совсем не разнервничался. ─ С ними всё в порядке, они восстанавливаются, ─ ответил он. ─ Валентайн просил передать вам падды с расчётами, он сказал, они пригодятся. Фиггерт судорожно кивнул и принялся читать документы. Китинг молча наблюдал за ним, глядя, как его лицо мрачнеет с каждой секундой. Он отводил глаза, вздыхал, в какой-то момент пробормотал что-то нецензурное, а затем отложил падд и беспомощно опустился на ближайший стул. ─ Это поможет? ─ спросил Китинг. ─ Это закроет некоторые пробелы, ─ выдавил из себя Фиггерт и помотал головой. ─ Я уверен, что Валентайн знает, что с этим делать. Или Лутас. Но я… Он неожиданно замолчал и вздрогнул, переводя взгляд на капитана и ожидая от него злого командного тона. Встал, сжимая падды в руках до побеления пальцев и пытаясь подавить рваные вдохи. ─ Простите, капитан, этого не повторится. Я… ─ Это не вы должны извиняться, а я, ─ прервал его Китинг, осторожно, но спокойно выговаривая каждое слово. ─ Я не имел права повышать на вас голос в прошлом разговоре, и я уверен, что вы найдёте решение. Фиггерт слабо улыбнулся в ответ, но улыбка быстро пропала с его лица. Он ходил от прибора к прибору, периодически оборачиваясь на капитана и поторапливая учёных с отчётом. Наконец, они передали Китингу падд, и Джиллиан заглянула ему через плечо, чтобы тоже посмотреть на результаты. Прогнозы были неутешительными: команда учёных нашла способ доставить хронитонные частицы в реактор материи-антиматерии, но стабильность исчезала через считанные секунды после начала экспериментов. По всем данным, «Целеста» смогла бы включить варп-двигатель, но даже если бы успела вылететь из аномалии, взорвалась бы в любом случае. Из двадцати пяти проведённых экспериментов все двадцать пять заканчивались провалом. ─ Мы взрываемся, ─ вздохнул Китинг, ─ каждый раз. ─ Зато в четырёх последних попытках «Целеста» успевает вылететь из аномалии, ─ Джиллиан ткнула в строчки данных. ─ Мы можем считать это успехом? Она упёрлась взглядом в Фиггерта, и тот не смог от него спрятаться. ─ Мы работаем над продлением стабильного состояния, ─ попытался оправдаться лейтенант. ─ Данные Валентайна помогут отсрочить взрыв, но без помощи его самого шансов мало. ─ Как я устала это слышать! ─ неожиданно огрызнулась она, нахмурившись. Китинг резко обернулся ─ ошибка не должна была повториться. Вымещение отчаяния и злости на вселенную и на подчинённых не стоило того. Он мягко дотронулся до её локтя, вставая между ней и Фиггертом. ─ Джиллиан, не стоит, ─ твёрдо попросил он, но стоило ему загородить лейтенанта, как она еле заметно усмехнулась. ─ Воодушевляющие слова явно не действуют. Но у меня есть идея, капитан, ─ одними губами ответила она, чтобы Фиггерт её не услышал. ─ Я не буду на него кричать. Обещаю. Китинг колебался, но всё же отступил в сторону, оставляя Фиггерта во власти Джиллиан. Тот попятился, явно готовясь к тому, что на него снова повысят голос. Джиллиан сократила расстояние между ними, помахала перед лицом одним из паддов Валентайна и вручила его лейтенанту. ─ На «Калипсо» Гаррет тоже всё за вас делал? Решал все ваши проблемы? ─ поинтересовалась она. ─ Я читала бортовые журналы. Это он придумал уйти в варп с холодного старта, когда ионная буря обесточила ваш двигатель? ─ Нет, он вообще был против! ─ Фиггерт недовольно фыркнул. ─ Он хотел занести официальное несогласие в журнал, капитан Дэниэлс еле его отговорил. ─ Усовершенствованные зонды для исследования вулканической активности? ─ Это был Валентайн, ─ его лицо стало ещё более раздражённым. ─ Но идея моя! Он просто хотел отомстить за холодный старт, потому что это сработало идеально и без его помощи! ─ А что Валентайн сделает в этот раз? ─ Джиллиан хитро сощурилась, и в научной лаборатории повисла тишина. Китинг затаил дыхание — он понял, что Джиллиан пыталась сделать, но не мог поверить, что это сработает. Брать «на слабо» офицера Флота было плохой идеей. Но это было плохой идеей в вакууме, в пространственно-временной аномалии это даже могло сработать. ─ В каком смысле? ─ переспросил Фиггерт, и Джиллиан изобразила наигранно-непринуждённое лицо. ─ Что он сделает, когда вернётся к работе? Заберёт вашу научную группу? Закончит расчёты? Утвердится в мысли, что он умнее и что только он может успешно завершить исследования? ─ Но это неправда, ─ Фиггерт сложил руки на груди и сделал шаг к Джиллиан. ─ Но всё будет выглядеть именно так, ─ она развела руками, оглядывая лабораторию. ─ Он приходит, а результатов нет, успехов нет, решения нет. А вы страдаете над одним и тем же уравнением второй час. ─ Это сложная формула! ─ возмутился он. ─ И я почти решил её. И через полтора часа у нас будут новые результаты. И новые решения! ─ Как скажете, ─ закивала Джиллиан, намеренно выдавая ужасную актёрскую игру, а потом отвернулась от лейтенанта, чтобы скрыть улыбку, которую уже не получалось сдерживать. ─ Мы зайдём через два часа, дадим вам время. На всякий случай. Китинг адресовал ей ещё один взгляд, он хотел, чтобы тот снова был укоризненным, но знал, что у него не выходит. Китинг сам кусал внутреннюю сторону щёк и губы, чтобы не улыбаться. Он попрощался с учёными и поспешил выйти из лаборатории. Двери за ними закрылись, и Китинг тихо рассмеялся. Джиллиан тоже смеялась, только беззвучно, периодически поглядывая на него, чтобы удостовериться, что тот всё-таки не злится на неё за креативное решение. ─ Надеюсь, за два часа решительность у него не выветрится, ─ сказала она, когда они вошли в турболифт. ─ Думаю, мысль о возможном возвращении Валентайна будет держать его в тонусе, ─ уверил её Китинг. Они поднялись до пятой палубы, направляясь в столовую. Джиллиан отошла в сторону, чтобы переговорить с лейтенантами из командной службы, которые были готовы вернуться к работе, а Китинг высматривал Мэлори. Последние часы она провела, разговаривая с членами экипажа, утешая и не позволяя отчаяться настолько, насколько отчаялся он. С последнего его визита в столовой стало свободнее: койки переместили к стенам в два ряда, а остальное пространство заняли столы, где можно было перекусить. Улучшение небольшое, но очень важное для нынешнего состояния дел. Мэлори сидела за одним из таких столов и разговаривала с энсином с «Калипсо», имени которого Китинг не помнил. Он видел его на мостике, но тогда было не до знакомств. Советник что-то мягко говорила ему, пока тот теребил рукава красной формы, не в состоянии поднять на неё глаза. Но Мэлори всё понимала и терпеливо успокаивала его, пока не почувствовала чужой взгляд и не обратила внимание на Китинга. Тот кивнул ей в качестве приветствия и, похлопав энсина по плечу, Мэлори поднялась навстречу. Правда, радости от встречи в ней не было. Китинг прекрасно знал причину и терпеливо ждал, когда подруга соберётся с мыслями. ─ Ты всё-таки вернулся к работе, ─ заметила она, поравнявшись с капитаном, и голос был холоднее, чем в любой разговор до этого. ─ Джиллиан сказала, ты решил воодушевить экипаж, ─ уголок её рта дёрнулся, и она отвела взгляд. ─ Не скажу, что сразу поверила. ─ Я бы тоже не поверил, ─ ответил он, но почувствовал, что требуется нечто большее. Настоящее извинение. ─ Мэл… Женщина вся дёрнулась, словно не хотела этого слышать. Китинг не знал, что сказать. Он поджал губы и отвёл взгляд, чувствуя, как тишина давит на них обоих. Он осматривал столовую: покорёженные стены, членов экипажа за перекусом, очереди к репликатору, но Джиллиан, собиравшая новые документы в очередную высокую стопку, покачала головой призывая вернуться к разговору. Она стояла в нескольких метрах от них, за спиной Мэлори, и внимательно следила за тем, чтобы он не подумал сбежать от извинений. Китинг рассеянно кивнул и перевёл взгляд на подругу. ─ Я жалею обо всём, что наговорил тебе, ─ наконец сказал он. ─ Ты не заслужила тех слов. Я знал, что тебе сложно. Ты пережила то же самое, что и я. Ты потеряла в аномалии то же, что и я. ─ Как и весь экипаж, ─ раздражённо откликнулась Мэлори, пристально глядя на Китинга. Вздох и кивок. ─ Как и все, ─ согласился он. ─ Но я забыл об этом. ─ Что заставило тебя вспомнить? Мэлори всё ещё стояла в шаге от Китинга, не решаясь приблизиться, но тон выровнялся, стал мягче. Это была почти незаметная перемена, но капитан ясно ощутил её. ─ Крис, ─ признался он. ─ После смерти я думал о нём так много, что мне казалось… Мне казалось, он всё ещё рядом. И я могу поклясться, что слышал его голос. Только он говорил совсем не то, что я хотел услышать. Китинг думал обо всех разговорах с ним ─ в каюте, в шаттле, в турболифте. Он не знал, рад или опечален тем, что призрачный образ друга покинул его навсегда. Погружённый в мысли, он едва не пропустил, как отстранённость Мэлори дала трещину. Советник рвано вздохнула, на мгновение прикрыла глаза, и раздражение и пустота, которые оставил после себя разговор с Китингом, покинули её сердце. ─ А ещё Алиша. Я подумал, что она утешила бы всех вокруг, ─ добавил он. ─ Не знаю, смогу ли я исправить содеянное. Но я могу попытаться. Мэлори молчала, изучая его. Китинг терпеливо ждал решения, но подруга кивнула, и по её лицу скользнула улыбка. ─ Джиллиан была права, ─ она махнула рукой, разворачиваясь в сторону временного старпома, в руках которой уже успела оказаться новая дюжина паддов. ─ Насчёт того, что я пытаюсь всё исправить? ─ И про то, что не умеешь извиняться, ─ Мэлори хмыкнула, и неловкость между ними почти исчезла. Но потом она вновь посерьёзнела. ─ Ты знаешь, что я не смогу забыть твои слова. ─ Знаю, ─ признал Китинг. ─ И сам буду помнить. ─ Хорошо, Грег. Тебе нужна моя помощь? Китинг поделился своими идеями. Их было немного, и большинство имело мало смысла, но Мэлори слушала внимательно, как раньше. Она подсказала, кого Китингу стоит искать и где именно на корабле больше всего нужно появление капитана, который верит в спасение. Он говорил с ней, вспоминая это давно забытое чувство ─ у них не было таких длинных разговоров уже много лет. В Академии они могли всю ночь провести в парке или кафе, обсуждая события своей насыщенной юности. Занятия, друзья, вечеринки, влюблённости ─ они были очень разными, но понимали друг друга с полуслова. Мир друг друга для них был прост и понятен. Китинг не думал, что снова ощутит эту лёгкость простой беседы: в последние годы он честно говорил обо всём лишь с Кристианом и боялся, что уже ни с кем не сможет быть столь откровенным. Они с Мэлори как раз обсуждали, как пристроить экипаж «Калипсо», чтобы те чувствовали себя на своём месте, когда Китинг вновь заметил Джиллиан. Она пыталась выглядеть занятой, но на деле кругами ходила вокруг стола, где одиноко сидел энсин с «Калипсо». Он оглядывался по сторонам, разглядывая, как офицеры работают с консолями, переборками и пациентами, и всё сильнее вжимал голову в плечи. ─ Я попросила Джиллиан пристроить энсина Монро куда-нибудь, чтобы он не чувствовал себя бесполезным. И чтобы не догадался, что я её об этом попросила, ─ сказала Мэлори, проследив за взглядом Китинга. ─ Она выбирает подход. Джиллиан покружила ещё пару минут, успев проверить эффективность местных ремонтных команд, список приступивших к работе офицеров и похлопав по плечу пару пациентов. Наконец приблизилась к столу энсина, но даже издали Китинг видел, как она колеблется. Агрессивные способы воодушевления давались ей гораздо проще банальных разговоров по душам. ─ Ты в порядке? ─ она помахала рукой перед совершенно отрешённого энсина. ─ Можно? Она опустилась на стул рядом и ободряюще улыбнулась. ─ Отдыхаешь после смены? ─ спросила она, и Монро напрягся. ─ Мне особенно нечем заняться, ─ признался он, отводя взгляд. ─ После того, как «Калипсо» завели в отсек, я лишь доставил отчёт лейтенанта Фиггерта на мостик. Тот, где говорилось, что скоро мы навечно замрём во времени. Он бросил беспокойный взгляд в иллюминатор и машинально дотронулся до лба, где светлая кудрявая прядь прикрывала свежий шрам. Китинг не мог разглядеть издали, но, кажется, дермальный регенератор был сломан или рану залечили наспех ─ шрам остался на коже и зарубцевался. Может, когда они спасутся, энсин уберёт его. Китинг хмыкнул, думая, что в возрасте Монро непременно оставил бы шрам, чтобы хвастаться перед друзьями и коллегами. Но когда он был энсином, то ему не пришлось побывать в настолько опасной и странной ситуации. Честно говоря, подобного не случалось за всю его жизнь. ─ Ты пилотировал «Калипсо» ─ это невероятная работа, ─ заверила его Джиллиан. ─ Если хочешь, могу определить тебя в одну из команд. Мне нужно лишь знать твои навыки. Монро откашлялся, отстраняясь. Его бледные щёки покраснели, но он всё-таки ответил, медленно подбирая слова. ─ Кроме пилотирования я специализируюсь в навигации и коммуникационных системах. ─ Отлично! ─ взбодрилась Джиллиан. ─ Опыт? Достижения? Она взяла в руки падд и пару раз энергично им взмахнула, но ответа не последовало. За столом повисла тишина, и Джиллиан терпеливо рассматривала Монро, который всё больше краснел и исследовал глазами самые дальние столы и стены столовой. Китинг на мгновение оторвал взгляд от их стола, потому что Мэлори тихо кашлянула и поджала губы. ─ Я ей не сказала, ─ тихо бросила она. Он хотел переспросить, но Мэлори поспешила направиться к репликатору за перекусом. Китинг нахмурился и вздохнул, возвращаясь к Джиллиан и её разговору. Она почти в точности повторила его движения, а потом замерла, вглядываясь в юного энсина. В её взгляде сквозило удивление и сожаление, потому что она поняла то же самое, что только что осознал Китинг. ─ Только из Академии? ─ спросила она, и энсин кивнул, но тут же дёрнул плечами и распрямился. ─ Я служу на «Калипсо» уже полгода, ─ ответил он, но поняв, что это не убедило ни Джиллиан, ни его самого, признал. ─ Но это моё первое назначение. Джиллиан внимательно обдумала сказанное и помахала паддом, что-то усердно в нём печатая. Старый трюк старших офицеров: его знали все, кто служил во Флоте хотя бы года полтора, но с Монро это сработало. Он терпеливо ждал её ответа и возможного назначения. Китинг знал, что было бы лучше дать ему отдохнуть и проветриться. Но ситуация была критической и каждый должен был вносить свой вклад, надо было лишь как-то сделать его неопасным для жизни. В самом сердце аномалии. Эта мысль сбивала с толку. Монро даже не успел привыкнуть ко Флоту, побывать в кризисных ситуациях не катастрофического масштаба, как сразу оказался заперт в пространственно-временной ловушке. К такому не готовили в Академии. Даже долгая служба Китинга во Флоте и Секции 31 не подготовила его к тому, с чем они здесь столкнулись. В этой ситуации Монро оказался наравне с остальными, ведь остальной экипаж был также потерян, как и он сам. Эту идею можно было бы посчитать оптимистичной, но на практике каждый на «Целесте» искал кого-то, на кого можно положиться. Кто знает больше, кто умеет больше, у кого есть ответы на все вопросы. ─ Знаешь, Тед, ─ Джиллиан обратилась к нему по имени, и оттого энсину стало немного легче ─ он выдохнул и расслабил плечи, прислушиваясь к её словам, ─ я уже много лет не офицер Флота, и мои знания сильно поистерлись. Так что мне пригодилась бы твоя помощь, теоретическая и практическая. Если ты, конечно, не против. ─ Конечно, мисс Хант, ─ Монро энергично закивал, а когда Джиллиан выдала ему полдюжины неопасных для жизни заданий, встал из-за стола и гордо поправил форму. ─ Я всё сделаю. Джиллиан мягко улыбнулась, провожая его взглядом, а потом вернулась к работе. Китинг собирался сделать то же самое и заняться списком срочных дел, но рядом материализовалась Мэлори с подносом и вытащила падд у него из рук. ─ Тебе нужен перерыв, ─ объявила она, выставляя перед ним тарелку с чем-то не слишком съедобным на вид, но Китинг понял, что готов съесть что угодно. Он бросил очередной взгляд на Джиллиан перед тем, как сосредоточиться на тарелке, Мэлори тоже повернулась в её сторону. ─ Как она? ─ Лучше, чем я, ─ он пожал плечами. ─ Но, кажется, мы оба не особенно знаем, как вести ободряющие беседы. ─ О, так ты не отрицаешь, что присматриваешь за ней? ─ Мэлори улыбнулась, исследуя тарелку с чем-то, что, кажется, вышло из полунеисправного репликатора. ─ Я доверяю ей и её работе с экипажем, если ты об этом, ─ Китинг недовольно посмотрел на подругу, но та только ухмыльнулась. ─ Я не об этом, ─ ответила она после небольшого смешка, но предпочла перевести тему. ─ Я рада, что вы двое помогаете членам экипажа найти силы, но если говорить с каждым лично, у вас уйдёт вечность. Китинг коротко кивнул, но ему нечего было ответить. За последний час он уже не раз думал об этом: им нужно было что-то, что оживило бы весь корабль. К сожалению, даже Алиша вряд ли бы справилась с этой задачей. ─ Нам нужно что-то действенное, ─ медленно выговорил Китинг. ─ Что-то, что вдохновит людей, даст им уверенность. Если не в себе лично, то в коллективной работе и усилиях. План по спасению мог бы это сделать, но у нас его нет, ─ он задумался. ─ Знаешь, в лазарете Дэниэлс был очень убедителен… Он собирался рассказать Мэлори об их беседе, когда его посетила идея. Хорошая идея, только он был ей совсем не рад. ─ Мне кажется, экипажу «Целесты» нужна… ─ Капитанская речь? ─ закончила за него Мэлори. ─ Я тоже об этом подумала. Китинг возвёл глаза к потолку, стараясь не вздыхать. После того, как он пообещал Джиллиан помочь, он держался и не вздыхал, когда у них не было ни одной идеи, когда Фиггерт снова паниковал и боялся действовать, он держался. Но сейчас очень хотелось обречённо вздохнуть. Вместо этого он спрятал лицо в ладонях и прошёлся пальцами по волосам. Мэлори внимательно следила за ним, а когда поняла, что эти метания закончатся не скоро, поспешила поменять их тарелки. Может, на вкус их еда была одинаковой, но тарелка Китинга всё равно смотрелась съедобнее. Он не стал возражать. Китинг наблюдал, как Мэлори доедает его обед, и недовольно двигал челюстью. ─ Я знаю, речи ─ не твоё, но это может сработать, ─ не выдержала Мэлори, но только после того, как её тарелка опустела. ─ Тебе придётся отбросить свои страхи и хотя бы попытаться. ─ Хочешь, чтобы я написал речь? ─ он скосил на неё ехидный взгляд, вспоминая свою единственную речь за всю жизнь. Ту, что он написал в Академии для первой награды. И Мэлори тоже её помнила. Она не имела понятия о том, что случилось с шаттлом или что Китинг написал речь ещё до происшествия, но она помнила о пафосных фразах и пространных метафорах. ─ Нет, писать ты её не будешь, ─ покачала головой Мэлори, и по её взгляду Китинг угадал, что она тоже уплыла в воспоминания. По её лбу проскочила пара морщин, потом она фыркнула, вспомнив какую-то из цитат, и покачала головой, скрывая улыбку. ─ Я придумаю что-нибудь. Но я должна знать, что ты прочитаешь её. И не твоим монотонным тоном, каким обычно читаешь все сообщения по корабельной связи. ─ Обещаю, ─ Китинг кивнул. Он беспокоился о том, что ему придётся сделать. Обычно все вдохновлялись сами из-за одного его присутствия, Секция 31 отлично поработала над его репутацией, он не мог не признать этого. Так что речи никогда не требовались. Или все прощали ему те небольшие объявления по связи, в которых не было призывов смело исследовать космос и открывать новые миры. Но он не назвал бы свой тон монотонным — фраза Мэлори его даже задела. Он доел то, что бы ни было в тарелке подруги, раз уж они обменялись обедами, и вернулся к работе. Прошла ещё пара часов: за это время он успел сделать одновременно и очень много, и очень мало. Он пообщался с офицерами на мостике, одобрил проекты по ремонту и восстановлению кораблях, отредактировал десяток документов и даже починил коммуникационное реле, когда оно дало сбой в стене рядом с его столом. Китинг проверял обновления в списке вернувшихся к службе офицеров, когда таймер звякнул. Пальцы дёрнулись, и он сцепил ладони в замок, стараясь унять дрожь. Пять часов до того, как время замрёт в аномалии, и они вместе с ним. А у них не было даже теории, как вывести корабль в открытый космос. Он попытался отвлечься, но ничего не помогало. Пить кофе не хотелось — он бы только усилил тревогу, и Китинг понял, что не может так больше работать. Он покинул столовую, запоздало кивая офицерам, которые здоровались с ним в коридорах, и поспешил в собственную каюту. Но даже когда двери закрылись, он не чувствовал, что может выдохнуть. Теперь ни одно место на корабле не чувствовалось комфортным и не давало даже иллюзии безопасности. Китинг сел за стол и включил терминал, до конца не уверенный, что собирается делать. Вместе с бешеным пульсом в нём билась мысль, но никак не хотела оформляться в голове, пока он наконец не нашёл нужную команду в терминале. ─ Компьютер, начать запись сообщения для Алиши Китинг, ─ приказал он, и компьютерная система послушно пикнула. ─ Сообщение не может быть отправлено в данный момент, ─ оповестил его искусственный голос. ─ Хотите записать сообщение, чтобы оно отправилось, как только корабль войдёт в зону действия ближайшего коммуникационного реле? ─ Да, да, ─ он нервно махнул рукой. ─ Начать запись. Китинг задохнулся на первой же фразе, потому что собирался начать просто и оптимистично, но на это совсем не было сил. Наверное, хоть раз он должен был быть честен с семьёй. Может, не полностью и не во всём, но они заслужили правду. ─ Алиша, я хотел бы написать каждому в нашей семьей, но не уверен, что смогу. Мне жаль, что я взваливаю тяжесть своей прощальной записки на тебя, но ты знаешь, я не могу написать Бекке. Или папе, ─ он усмехнулся. ─ И уж точно не нашей матери. Я не хочу, чтобы это было последним, что ты от меня услышишь, но, возможно, так и будет. У меня, у всей «Целесты» пять часов до того, как случится худшее. Не хочу вдаваться в подробности, они не важны. Я делаю всё возможное, чтобы спастись, мне даже придётся читать речь, представляешь? Но я не смогу работать дальше, если не попрощаюсь. И если не извинюсь. Ал, мне так жаль. Я постоянно думаю о том, что должен был послушать тебя, прилететь домой на время этого чёртового отпуска! Но я этого не сделал. Пообещал и не сделал, ─ Китинг перевёл дыхание, пытаясь унять дрожь в голосе и проглотить ком, мешавший ему говорить. ─ Я не сдержал столько обещаний. Я обещал тебе, Звёздному Флоту, Крису, и не сдержал ни одного. Для тебя прошло три с половиной года, и я не представляю, через что вам всем пришлось пройти. Для меня прошла пара дней, даже меньше. Но это чувствуется, как вечность. И я скучаю. По всем вам. Я вспоминал, как вы были на моей выпускной церемонии и на награждении, как папа брал меня с собой на Антарес-2. За те полторы недели я заполучил такую жуткую фобию многоножек и успокаивал себя только тем, что увижу ваши с Беккой огромные от ужаса глаза, когда мы привезём пару из них домой перед тем, как отправить их в папин университет. А потом ты увидела одну, трёхметровую, с яркими отметинами, и попросила папу оставить её в качестве питомца. Ты хотела назвать его Пятнышком, помнишь? ─ Не думаю, что когда-либо ненавидел тебя сильнее, чем в тот момент, ─ рассмеялся он. ─ Я ненавидел тебя меньше, даже когда ты сказала родителям, что это я предложил сбежать на концерт клингонской группы. Или в тот раз, когда умирал от влюблённости в Дебру, а в итоге на свидание с ней пошла ты. Я просил тебя разузнать, нравлюсь ли ей! ─ воскликнул он, улыбаясь в пустоту, но потом его лицо снова омрачилось. ─ Наверное, я должен извиниться и за то, что отстранился за последние несколько лет. За последний десяток лет. Я опоздал с извинениями, я знаю. Но я просто хочу, чтобы вы все это знали. Я люблю и скучаю по каждому из вас. Необязательно включать это сообщение всей семье, просто скажи им, что мне жаль. Всё, что случилось, и всё, что случится… Я не представляю, как больно вам было, и как будет больно, когда… если ты получишь это письмо. ─ И если вдруг у меня никогда не будет другого шанса сказать это, ─ Китинг глубоко вздохнул, поражаясь, как удерживал слёзы до этого момента, ─ то скажу сейчас ─ живи дальше. И так, как хочется тебе. Не оглядывайся назад, не думай о том, что ты потеряла или оставила в прошлом. И делай то, что тебе нравится. Если вдруг со мной случится худшее, знай, что я буду скучать по тебе целую вечность. Прощай, Ал. Китинг приказал закончить запись, и компьютер сохранил сообщение. От прощания было больно, но ему стало легче. Он смог снова сосредоточиться на работе и не чувствовать тот ужасный груз, что раньше ощущался на каждом ударе сердца. ─ Капитан, вы нужны на мостике, ─ раздался голос Джиллиан из коммуникатора. Китинг напрягся, но её голос не звучал тревожным или беспокойным. ─ Что-то срочное? ─ Нет, можете не бежать, ─ хмыкнула она. ─ Мы с Мэлори будем ждать вас там. Китинг быстро умылся и переоделся, приводя дыхание и одежду в норму, с каждым новым вдохом находя больше причин работать дальше. Пока турболифт медленно вёз его на первую палубу, он нервно постукивал ботинком по полу, боясь увидеть мостик, но тот оказался ещё светлее, чем раньше. Несмотря на трещины и царапины, напоминавшие обо всём случившемся, мостик неуловимо напоминал тот момент, когда Китинг впервые его увидел. Казалось, это было целую жизнь назад. Столько всего случилось, столько изменилось и изменился сам Китинг, но он был даже рад этому. Офицеры мостика встали, приветствуя капитана, и он кивнул им в ответ. ─ Статус? ─ Затемнение распространяется по аномалии, но в предсказанном темпе. Пока никаких непредвиденных изменений, ─ отрапортовала энсин Дэниэлс. ─ Ваша речь, капитан, ─ Джиллиан встала со своего кресла и протянула ему падд. ─ Вы её написали? ─ спросил Китинг, пробегая глазами по строчкам. ─ Это наше совместное с Мэлори творчество, ─ она улыбнулась в ответ, но потом нахмурилась, разглядывая не слишком довольное лицо Китинга. ─ Не нравится? ─ Не привык читать речи, ─ признался он. ─ Честно говоря, за время своего капитанства я не читал ни одной. ─ Всё бывает впервые, ─ она тихо рассмеялась, но потом тоже стала серьёзной. ─ Я знаю, что экипажу нужна надежда, но… Но если будете её читать, вы должны в неё верить. Китинг кивнул, опускаясь в капитанское кресло, и огляделся. Офицеры занимались своей работой, но изредка поглядывали на него, стараясь делать это незаметно. У кого-то получалось чуть лучше, у кого-то — хуже. Он заметил взгляд энсина Монро, который занял кресло рулевого, заботливый взгляд Мэлори и Джиллиан, которая то и дело стреляла глазами в его сторону, стоя у консоли Дэниэлс. Он сосредоточился на речи, вчитываясь в каждое слово и пытаясь понять, верит ли в написанное. Джиллиан была права — если он будет читать неискренне, то экипаж это почувствует. Но чем больше он повторял про себя эти слова, тем меньше они его пугали. Он действительно верил в них. Они были пропитаны теплом и надеждой, но Китингу казалось, что чего-то не хватает. Там не хватало слов о той боли, которую им пришлось пережить, и ему показалось, что будет неправильно делать вид, что её и не было. Он дописал несколько фраз, краем глаза заметив, что Мэлори и Джиллиан беспокойно переглянулись за его спиной. Мэлори была свидетельницей той ужасной речи, не говоря уже о тосте, который он произнёс на её свадьбе. Линн, её жена, отчаянно пыталась не хихикать, но не смогла, и зажимала ладонью рот, чтобы не засмеяться. Китинг не знал, видела ли Джиллиан запись его речи из Академии, но думал, что Мэлори уж наверняка поделилась собственными впечатлениями. ─ Энсин Дэниэлс, включите общекорабельную связь, ─ попросил он, и после того, как та подтвердила, что все рабочие консоли передают его голос, глубоко вздохнул. ─ Говорит капитан Китинг. Возможно, все уже знают, но стоит подтвердить это официально. Через четыре часа и семь минут темнота, которую вы видите в иллюминаторах, достигнет «Целесты», и тогда мы замрём во времени. За часы и минуты внутри аномалии в обычном космосе будут проходить десятки и даже сотни лет. Он сделал паузу, но предпочёл не осматривать мостик, чтобы не сбиться с мысли. Это не было самым оптимистичным началом речи, но он должен был поделиться данными с каждым членом своего экипажа. ─ Эта спасательная миссия пошла совсем не так, как предполагалось. Наше путешествие оказалось невероятно опасным, ─ он бросил взгляд на падд, но осознал, что запомнил каждое слово и каждую строчку. ─ Оно уже отняло множество жизней, и теперь мы рискуем всем, что у нас осталось. Но это никогда не останавливало нас раньше. Мы бы никогда не путешествовали и не рисковали, не пересекли бы континенты и океаны, не поднялись бы в воздух и не достигли бы звёзд, если бы опасность не могла нас остановить. Да, мы пострадали, но наши раны затянутся. Может, не сегодня и не завтра, но мы не должны бояться наших шрамов. Он собирался сказать следующую фразу, но тихий звук одной из сигнальных систем сбил его с мысли. Он сделал небольшую паузу, оглядываясь на коммуникационную консоль. Дэниэлс, которую Джиллиан ободряюще хлопала по плечу, поспешила заглушить сигнал на время речи и вновь повернулась к Китингу. ─ Наши шрамы напоминают нам о том, ради чего и ради кого мы это делаем. Они напоминают нам о тех, кого мы потеряли, и о тех, кто ждёт нас дома. Ради них мы должны сделать так, чтобы наши потери стоили того. И мы не можем сейчас сдаться, ─ Китинг встал со своего кресла и развернулся к офицерам на мостике. ─ Я не хочу лгать: у нас не слишком много шансов на успех, но каждая минута, каждое действие, в которые мы вкладываем нашу надежду, наши страхи и нас самих до последней капли, приближают нас к возвращению домой. У нас есть четыре часа и семь минут, чтобы сделать всё возможное. И каким бы ни был исход этой спасательной миссии, я хочу, чтобы вы знали ─ как капитан, я горжусь этой командой. Всей командой. Каждым, кто ранен, кто напуган, кто отчаялся, и теми, кто погиб на службе во время этой миссии. Каким бы ни был исход, это честь ─ служить и работать с вами. Конец связи. Система пиликнула, и Китинг облегчённо выдохнул. Он боялся, что речь получилась слишком пессимистичной, но мостик она определённо воодушевила. Капитан подошёл к Дэниэлс, пока остальные тихо переговаривались, и поспешил спросить: ─ Откуда шёл сигнал? ─ Из научных лабораторий, сэр, ─ ответила та, проверяя сообщение, и её брови удивлённо поползли вверх. ─ Лейтенант-коммандер Валентайн без разрешения покинул лазарет и пришёл в лаборатории. Он отказывается возвращаться и говорит, что должен помочь с расчётами. ─ Побочный эффект вдохновляющей речи? ─ хмыкнула Джиллиан, но приняла к сведению несколько осуждающих взглядов. ─ Я могу спуститься и разобраться с учёными, капитан. ─ Нет, я сам, ─ решил Китинг. Он спустился на нижние палубы и добрался до лабораторий за несколько мгновений до того, как там вспыхнула бы серьёзная ссора. Лейтенант Фиггерт нарезал круги вокруг Валентайна, и, кажется, только бледный вид учёного и его тёмные синяки под глазами останавливали офицера от применения грубой силы. Валентайн еле держался на ногах, но полный решительности взгляд был устремлён в данные о матрицах подпространства, и учёный никак не реагировал на попытки врачей или офицеров службы безопасности поговорить с ним. ─ Сэр, мы перепробовали всё, что можно, кроме успокоительных или телепортации, ─ сообщила вернувшаяся к обязанностям лейтенант Хейс. ─ Мы бы попробовали последнее, но у нас приказ от мисс Хант не расходовать энергию без серьёзных причин. ─ Вы правильно поступили, лейтенант, ─ Китинг кивнул. ─ Оставайтесь снаружи, а я попробую поговорить. С ними обоими. Китинг обернулся на команду учёных: кого-то беспокоило присутствие Валентайна, кто-то предпочёл заняться работой и не мешать проводить необходимые исследования и расчёты. К счастью, Китинг привык к выходкам персонала и умел с ними ладить. Хотя бы иногда. Но прежде чем он успел сказать хоть что-то, Фиггерт и Валентайн начали перепалку, в которой Китинг понимал лишь половину. Большая часть терминов оставалась для него неведомой, но суть не ускользала ─ ещё один навык, который он успел приобрести за время службы на научных судах. ─ Вы отвергаете каждую мою теорию, ─ возмутился Валентайн, когда лейтенант выключил очередной экран с таблицами и графиками. ─ Потому что они все приводят нас к одному результату ─ «Целеста» взрывается! Раз за разом, ─ бросил в ответ Фиггерт, преследуя учёного от консоли к консоли. Они ругались дальше, не позволяя кому-либо вставить хоть слово, и Китинг взмахом руки попросил остальную часть научной группы постоять снаружи, пока всё не утрясётся. Лучше было не втягивать их в это, тем более, Китинг боялся, что его возмущённый голос будет слышно и через стены. ─ Вам надо вернуться в лазарет, мистер Валентайн, ─ настоял Китинг, а когда Фиггерт поддакнул — метнул тяжёлый капитанский взгляд и в него. ─ А вам успокоиться и не перебивать, пока он не расскажет свою теорию. ─ Но эта теория нас убьёт! ─ воскликнул учёный, но замолчал, стоило Китингу только сделать шаг в его направлении. ─ Спасибо, капитан. Это всё, что я пытаюсь сделать, ─ Валентайн кивнул. ─ Пока вы не пришли, я безуспешно пытался предложить использовать импульсные двигатели, чтобы пропустить через них хронитонные частицы. Это должно отфильтровать часть из них, и мы получим стабильный варп. Китинг кивнул, но Фиггерт недовольно цокнул языком за его спиной, направляясь к панелям. Его пальцы забегали по кнопкам, создавая симуляцию, которую он прокрутил несколько раз для достаточного эффекта. Китинг вздохнул ─ смотреть на то, как «Целеста» взрывается, пусть лишь на экране, было непросто. ─ Две лишних секунды варпа! ─ снова воскликнул Фиггерт. ─ Это всё, что даст нам ваша теория. Мы даже не успеем выйти из аномалии! Это не то, что нам нужно, только если мы не пытаемся специально взорва… Он замер на середине слова, пристально вглядываясь в экраны. В полной тишине он прогнал другую симуляцию, а потом ещё одну, а затем от количества взрывов у Китинга в глазах заплясали звёзды. ─ Вы же не хотите взорвать корабль? ─ на всякий случай уточнил он, думая, что, возможно, врачей нужно вызывать и для Фиггерта. ─ Нет, послушайте! ─ Фиггерт почти подпрыгнул в воздухе от энтузиазма, а в его глазах смешивались радость и страх. ─ Мы искали способ выбраться, но побочным эффектом был взрыв, который наступал раньше основного. А что, если мы будем искать способ взорваться с помощью хронитонных частиц… ─ Побочным эффектом которого станет освобождение из аномалии! ─ закончил за него Валентайн. ─ Мы только должны найти способ, где побочный эффект наступит раньше взрыва. ─ Мне одному не нравится, что взрыв корабля всё ещё присутствует в вашем плане спасения? ─ уточнил Китинг, но учёные уже с рвением взялись за дело. Фиггерт открыл двери, чтобы остальная научная группа приступила к работе, а Валентайн остановился около Китинга. ─ Капитан, доверьтесь нам, ─ попросил он. ─ Это может сработать. ─ Всё лучше, чем сидеть в аномалии на протяжении тысячелетий, ─ Китинг кивнул. ─ Приступайте к работе, у нас осталось меньше четырёх часов.