Второе поколение

Саунд к главе: Two Steps From Hell – He Who Brings The Night _____________________________________ Густой, мягкий ворс облитого ночной голубизной ковра скрадывал шаги, а бормотание растревоженной ночным ветерком тяжелой гардины скрывало тихий шелест дыхания хладнокровного убийцы. Не спеша и не скрываясь, Локи шел по чужим покоям и не сводил горящего лютой ненавистью взгляда со скрытого под вычурным высоким балдахином ложа. Там, за прозрачной, серебрёной полуночью кисеей лежало то, чего он жаждал все эти века, то, что без спросу обменяло целое тысячелетие его жизни на бесконечные муки, посягнуло на жизнь его жены и сыновей, и наивно полагало, что сможет от него избавиться. Тонкие губы трикстера растянула жуткая улыбка, заставив растрескаться запекшуюся на них кровь и шевельнуть сумеречный воздух тихим, леденящим душу смешком. Под балдахином, будто чувствуя его присутствие, кто-то тяжело перевернулся на другой бок и что-то забормотал во сне. Нутро трикстера жгло от жажды растерзать его и даже не дав проснуться превратить в отвратительное, неузнаваемое кровавое месиво, чтобы потом с упоением наблюдать, как его кровь пропитывает белые простыни, а по прозрачной ткани влажно скользят мелкие клочки его плоти и бледные ошметки внутренностей и костей. Но это было слишком просто - он заслуживает более изящной кары. Лофт беззвучно отвел край полога и сел на край постели. Прямо перед ним лежал толстый, седой мужчина. Его мучили кошмары: напряженный лоб покрыт испариной, плотно сжатые веки виднеются в сумерках бороздами болезненно глубоких морщин, а губы крепко сжаты и где-то в глотке гудит мучительный, глухой стон. Трикстер уперся ладонями по бокам головы своей жертвы, склонился к ее подергивающемуся лицу и не мигая уставился в пока еще закрытые глаза. Он умел ждать, этого у него не отнимешь. Но сейчас каждая секунда промедления была едва ли не хуже всего проведенного им в Хаосе времени. Он жаждал возмездия так сильно, что его разве что не трясло от желания поскорее приступить к расправе. Спящий ас еще раз глухо застонал, вздрогнул всем телом, нелепо, слабо взмахнул лежащей поверх одеяла рукой и затих. Старые веки расслабились и затрепетали – сейчас он проснется. Локи нетерпеливо склонился еще ближе – теперь их лица разделяло не больше, чем пол-ладони. Мужчина медленно открыл глаза, и они, еще даже толком не разглядев лица нависающего над ним человека, дико округлились от ужаса. - Скучал по мне?.. – обманчиво ласковый, звучащий не громче шелеста ночного ветра, голос пригвоздил мужчину к месту, а уже рвущийся наружу крик пресекла сдавившая дряблую шею сильная, бледная рука, - Нет-нет-нет, не нужно кричать, Вегард, мы же не хотим перебудить весь дворец, верно? На лице Локи жуткой вереницей запачканных темными чешуйками запекшейся крови шрамов разошлась улыбка. Тонкие пальцы глухо щелкнули, и мужчин окутал густой темно-пепельный туман. Мгновение, и затылок брезгливо отброшенного прочь Вегарда прошила оглушающая, трескучая боль. От мощного удара его зубы клацнули так сильно, что сейчас казалось, будто они все еле держатся в деснах, прокушенный язык наполнил его рот отвратительным вкусом крови, а темный, иссиня-золотой зал дробился и плыл, не желая собираться в единую картину. Следом резкая боль пронзила плечи и запястья Вегарда, а затем прочертила еще четыре режущих кожу линии на его дряблых ногах и груди. - Прости, я немного сентиментален, – прямо перед ним возникло лицо Локи. Бог был настолько спокоен и сосредоточен, что становилось еще страшнее. - Ты… Но как.. Ты не мог… - ас тяжело дышал и, путаясь от злобы и страха в мыслях, с трудом подбирал слова. - Вернуться? Какой вздор! – Локи насмешливо склонил голову набок и ядовито ухмыльнулся полуоткрытыми губами, - Ты снова облажался, Вегард, как и сотни тех, кто пытался от меня избавиться до тебя. И, кажется, с годами ты стал забывчив, мой друг… - трикстер подошел к врагу настолько близко, что тот мог разглядеть каждую жилку в израненных, налившихся кровью, глазах восставшего из мертвых младшего принца, - Стоит напомнить тебе, чья кровь текла в жилах беззащитных детей, за счет которых ты захотел от меня избавиться. Ты изуродовал их судьбы, тела и лица, лишил дома, веры, матери, всего! Но вытравить из них бесстрашие и непоколебимое знание о том, что любое зло и предательство должно быть оплачено по справедливости, ты не смог. Равно как и не смог лишить их жизни. Слова лились из израненных лживых уст неспешно и тягуче. Его голос не вибрировал от злости и не звенел от безумной жажды крови – он звучал тихо и спокойно, но Вегард знал, что в случае с трикстером это куда хуже открытого проявления гнева. Он не знал, чего от него сейчас ожидать и даже не мог предположить, когда и как трикстер решит нанести сокрушительный удар. Вегард мелко затрясся. Он трепетал перед израненным, отощавшим, но как никогда живым и свирепым Локи, и неистово проклинал самого себя, не понимая, где и как мог просчитаться. Но сейчас куда важнее было спастись от этого психопата. Таланта создания порталов и троп, как у Лофта, у него не было, а мысленно воззвать к почему-то покинувшей тронный зал страже он не смог – его зов, словно глухое эхо, отскакивал от стен, не желая идти дальше. Вегард на удачу попытался обратить приковывающие его к жесткому, рассохшемуся дереву путы в пыль, но с ужасом понял, что не может этого сделать. Локи, наблюдая за его потугами освободиться, лишь издевательски скрестил на груди тонкие руки и снисходительно кривил чуть отекшие, израненные губы. - Стража… - голос не слушался отчаявшегося вырваться верховного мага, но он нашел в себе силы для крика, - Стра-а-ажа-а-а-а!!! На пом… Рот перехлестнул серо-коричневый ремень, на котором виднелись выцветшие от времени бледно-бурые подтеки. Только сейчас до посеревшего, шизофренически выкатившего глаза Вегарда дошло, к чему он привязан. - О, вижу ты все-таки узнал это очаровательное приспособление, - трикстер не глядя опустился в наколдованное за своей спиной высокое, похожее на готический трон, кресло, - Кожа до сих пор должна отдавать горечью от слез и крови Сигюн. Трикстер тихо, рокочуще расхохотался. Как сладко ему было видеть жалкие, дерганые потуги своего врага освободиться, и наблюдать, как белеют от ощущения все ближе подкрадывающейся смерти его глаза. - В ближайшие несколько часов здесь будет работать только моя магия, и никто сюда не зайдет, так что даже не думай о спасении, - Локи хищно сверкнул свирепыми глазами и кровожадно улыбнулся, - Я ведь обещал тебе, что вернусь, помнишь?.. Но ты решил, что я блефую. Пропустил сказанное мимо ушей, ибо был так свято уверен, что это невозможно, что даже когда жалкие сохранившиеся в твоем разуме крохи здравого смысла говорили тебе «нет, Вегард, остановись, ты сделаешь только хуже!», ты не слушал… Предпочел проигнорировать самого себя и поверить в собственную несуразную ложь, увериться, что даже если мне каким-то совершенно невозможным, извращенным способом удастся вновь ступить на землю богов, я не стану опускаться до мести, - Лофт закинул ногу на ногу и волной опустил подушечки длинных пальцев на края подлокотников, - Но вот я здесь, и говорю, что пришло время отдавать долги. Вегард шумно раздул ноздри и что-то невнятно забормотал в ответ. - Ну что ты, я перед тобой в практически неоплатном долгу! – трикстер в притворном волнении всплеснул руками, отвечая на невнятную, вряд ли содержащую что-то кроме проклятий в его адрес реплику собеседника, - Особенно за то, что ты сотворил с Сигюн и моими сыновьями. И поверь, то, что я сделаю с тобой, будет гораздо хуже. Я надругаюсь над твоим разумом, выверну твое гнилое нутро наизнанку и даже не особо напрягаясь докажу, что все что ты знал до этого о жестокости и насилии - лишь жалкие, обрисованные детскими мелками границы, - восхищенный масштабностью предстоящей кары ас нетерпеливо облизнул сухие губы, - О да… То, что я с тобой сделаю в сто, тысячу раз ужаснее, циничнее и отвратительнее, чем ты даже можешь себе вообразить! - Локи вновь поднялся на ноги и беззвучно, будто крадучись, подошел к плененному врагу и с насмешливым прищуром заглянул ему в глаза, - Как забавно… Сколько всего в твоем скудном разуме вложено в мой образ. Я силен, недостигаем, гадок... Одновременно жалкий лицедей и непревзойденный игрок, чудовищный оборотень и великолепный шут. Я - твоя недостижимая мечта и твой самый страшный ночной кошмар… - еще несколько секунд помучив Вегарда намеренно глубоким, болезненным копанием в его разуме, Бог коварства отошел на шаг назад и с театральной задумчивостью подпер бледными пальцами острый подбородок, - Сплошные противоречия и нестыковки! Но в чем-то ты прав, Вегард. Хотя, это даже не сотая часть того, что я из себя представляю, - Локи сделал еще один шаг назад и широко развел отощавшие руки, которые даже сейчас не утратили своей изящной красоты и гибкости, - Я порождение Хаоса. Зачат древней тьмой от первобытного ужаса, наделен непостижимой, чудовищной силой и тем, чего вы, идиоты, всегда были лишены, - голос трикстера опустился до трескучего от напитавшей его смертоносной ненависти рокота, а длинный палец коснулся скрытого за спутанными смоляными прядями виска, - Разумом. Но в ваших глазах я лишь безумец, управляемый вечной жаждой обладания чем-то большим, похотливо желающий узнать все тайны этого мира и деспотично им править, хитрый и вместе с тем неразумный в своих поступках, бесконечно навлекающий на себя и окружающих боль и страдания… Но это лишь придуманная вами самими бесполезная мишура, на которую вы, как дети, покупаетесь век за веком и ни один, даже самый оглушительный из моих подзатыльников не смог отучить вас от этого, - Глаза трикстера полоумно блестели, а с губ слетали горячие капельки слюны, - Асы, так озабоченные упорядочиванием всего вокруг, забыли, из чего были рождены. Предпочли вычеркнуть из памяти тот факт, что беспорядок есть неотъемлемая часть мироздания, что они – его чада. И вы боитесь меня, потому что я есть воплощенный дух этого беспорядка, и поэтому я сильнее и мудрее вас всех. Боитесь, потому что не можете ни победить, ни понять. Мои действия не укладываются в привычные вам рамки положительного или отрицательного. Вас ввергает в ужас то, что я легко могу попасть впросак, остаться в дураках, пасть жертвой собственной граничащей с дуростью хитрости, но после этого легко отряхнуться от пыли и неизменно выйти из игры с прибытком, оставив других игроков в дураках. И в отличие от вас я всегда готов к самопожертвованию, к риску, и всем вытекающим из него опасностям и даже страданиям. А вы лишь можете швыряться громкими словами и обещаниями, прикрываться своим величием, как щитом, обещая себе и подданным защиту и благополучие, однако до последнего предпочитая бездействовать и при первой же возможности без оглядки бежать от любых мало-мальски серьезных опасностей и бед. И в этом наше главное отличие – я лгу, а вы лукавите, не моргнув глазом приравнивая свою недоложь к истине, - Рыкнув и оскалившись, словно взъярившийся волк, трикстер с грохотом впечатал свои ладони в дерево в паре сантиметров от головы Вегарда, - Конечно, ведь проще быть титулованным трусом, чем свободным злодеем! Но при этом я гораздо честнее вас всех. Уже хотя бы потому, что признаю темную сторону своего существа и не замазываю свое уродство штукатуркой натянутых образов. Я честно говорю - я лжец, развратник и интриган. Такой же как и вы все, но не пытающийся нелепо спрятать свои пороки под шитыми золотом одеждами и несуществующими благими делами! - ас тяжело перевел дыхание, облизнул вновь закровоточившие губы и снова впился в Вегарда пылающим от ярости взглядом, - Но позволь спросить, что же происходит, когда вы, убедившиеся в нелепости всех своих иллюзорных ожиданий, уразумевшие, что ситуация вышла из-под контроля, и вернуть ее в привычное русло уже просто невозможно, не знаете, что делать? Когда понимаете, что неподъемные крышки всех тайных сундуков с планами действий на самый страшный случай уже открыты, и во всех них лишь великое ничто, пустота, кукиш... – Локи презрительно хмыкнул и, отойдя вглубь тронного зала, повернулся к своему пленнику спиной, - Я отвечу тебе, Вегард. Тогда вы, рыдая и приплясывая на раскаленных головешках своих прогоревших надежд, идете ко мне и умоляете о помощи. И я всегда соглашаюсь ее предоставить, хоть и не без выгоды для себя. Но мои методы достижения целей всегда были вам не по вкусу, и вместо благодарности я каждый раз получал лишь плевки, проклятья и оплеухи. Но теперь настал мой черед, – Лофт яростно сжал кулаки и резко обернулся к Вегарду, - Наконец-то вы не оправдали моих надежд и дали повод взыскать с вас сполна, - трикстер вновь подошел к Вегарду так близко, что тот чувствовал его рваное, шумное дыхание и видел, как напряглось искаженное смесью злобы и удовлетворения худое лицо, - А теперь я верну тебе возможность говорить, но при одном условии – ты отвечаешь на все мои вопросы и не раздражаешь меня своими бабскими криками о помощи. Надеюсь, мы поняли друг друга. Локи щелкнул пальцами и вновь оживший ремень соскользнул с лица мага. Сам трикстер, только что свирепо сотрясавший воздух, теперь снова спокойно сидел в кресле, касаясь окровавленных губ кончиками сложенных домиком пальцев. Несколько секунд верховный асгардский чародей лишь тяжело дышал, не зная, что сказать этому непонятно каким чудом живому, больше похожему на скелет, чем на мужчину, насмешнику. - Я уж думал, что ты решил уморить меня своей болтовней и никогда не закроешь свой поганый рот, - изо всех сил стараясь спрятать за презрением страх, Вегард смотрел на расслабленного, лениво закинувшего ногу на ногу противника со всей доступной ему яростью. - Язык онемел - решил размяться, знаешь ли, - Локи пожал плечами и снисходительно скривил губы, - А теперь будь любезен ответить на мои вопросы. - Уж лучше сдохнуть, чем вести с тобой беседы, - губы мужчины увлажнила брызнувшая из перекошенного рта слюна. - Ты не в том положении, чтобы торговаться со мной, - Бог огня вернул ладони на подлокотники и кровожадно ощерился, - Хотя, не волнуйся – сдохнуть ты еще успеешь. Что с Одином? - Он уже знает, что ты был здесь и скоро ты будешь мертв. Большего тебе знать не нужно, - Вегард криво, нервно оскалился. Трикстер устало вздохнул и закатил глаза. - Ты все так же беспросветно туп, Вегард… Один никогда не мог знать, где я. Он слишком стар и слаб для этого. Старик хороший воин и, стоит признать, неплохой правитель, но маг из него никудышный, - Локи презрительно фыркнул, - И позволю себе напомнить - в твоих интересах не лгать мне… По правую руку от трикстера возник его двойник, к ногам которого упала молодая девушка в длинной ночной сорочке. Нежные руки были связаны за спиной тускло светящейся темным золотом веревкой, а темно-каштановые, идеально прямые волосы метнулись вперед и скрыли заплаканное, юное лицо. Вегард побледнел еще сильнее и на какой-то момент даже перестал дышать. - Оу, вижу тебе знакома эта прелестница? Твоя новая жена, верно? – заинтригованный Бог обмана повторил траекторию своего взгляда вытянутым указательным пальцем. - Я не знаю, кто эта девка, - голос мужчины предательски дрогнул. Локи разочарованно цокнул языком и, будто извиняясь, развел руки в стороны. - И снова ложь, - двойник, повинуясь взмаху руки создателя, схватил девушку за волосы и дернул, вынуждая резко откинуть голову назад, - Стены, Вегард. Не забывай, с чьей помощью они были построены. Благодаря им я могу узнать очень многое, но, увы, не все, - с лица трикстера сошла улыбка и оно вновь стало непроницаемо-жестоким, - Я повторяю свой вопрос – кем тебе приходится эта никчемная шлюха? - Женой… - яростно просипел маг. - Женой, - эхом повторил Локи, - Милая девчушка. Альва, верно? – ас с нехорошей улыбкой изучал точеные черты лица заплаканной девицы и ее острые ушки, но затем перевел взгляд на Вегарда, - Напомни, что у нас там было дальше по плану? Ах да, вывернуть тебя наизнанку и повесить на собственных кишках… Этого было бы достаточно в качестве платы за мои шрамы, но увы… У тебя хватило глупости причинить вред Сигюн. Последнюю фразу Локи сказал тихо, почти ласково, с высоты своего роста глядя на не смеющую взглянуть на него девушку. Она о нем знала, и знала очень многое, а это не могло ее не пугать. Маг опустился перед девой на колени и, взяв за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. Шрамы вокруг губ изогнулись торжествующей дугой, а холодная ладонь потянулась к животу альвы. Она отчаянно мотала головой и давилась катящимися из глаз слезами, но помешать трикстеру не могла. - Какая удача - я пленил сразу двоих, - ас с любопытством взглянул на свою покоящуюся на бледном шелке ночной сорочки ладонь, - Кстати, ты в курсе, что она носит под сердцем не твое чадо? – маг яростно дернулся, вырвав из груди трикстера нахальный, певучий смешок, - Ах, несчастный Вегард, никому кругом не нужен и всеми предан. Хотя… - Локи поднялся на ноги и сделал вид, что прислушивается к чьему-то далекому, неразборчивому шепоту, - Все-таки здесь есть плоть от твоей плоти. На руках у трикстера в облаке сизого тумана появился шевелящийся, надсадно кричащий сверток. - Нет! Нет, пожалуйста, умоляю вас, только не трогайте сына! – отчаянный крик подавшей голос альвы тут же перешел в надрывные рыдания, - Не надо, прошу… У вас ведь тоже есть дети, а он еще так мал, он не сделал ничего дурного… Укачивая ребенка, Локи подошел ближе к его матери. - Моя жена также просила оставить наших сыновей в живых, и каков итог? – альва почти упала на пол, шумно задыхаясь от слез, - Да и обещания такая штука, что их нельзя бросать на ветер. Особенно, когда даешь их своему врагу. - Твои ублюдки не стоили даже затраченных на них усилий, - Вегард полоумно вытаращил глаза и высоко, истерично захохотал, - Паршивые полукровки, рожденные безродной шавкой от ётунского подкидыша! Жалкие, недостойные жизни в Асгарде существа, которые для всех были ниже даже самой жалкой чернавки! Считай, что я оказал тебе услугу, попытавшись лишить их столь недостойного, полного мук существования! Вегард продолжал плеваться ядом, но трикстер его будто не слышал. Он тихонько мурлыкал под нос какую-то песенку, и младенец, против всякой логики, презрел рыдания матери и крики отца и, прекратив плакать, спокойно гулил на руках у убийцы. - Прелестное дитя, - Лофт позволил крошечной ручке сжать свой палец, - Мне даже жаль лишать его жизни. С абсолютно беспристрастным лицом, не обращая внимания на мольбы девушки и проклятия Вегарда, ас вытянул руки с младенцем перед собой. Легко толкнув барахтающийся сверток вверх, Лофт наблюдал, как вновь заплакавший малыш замер в центре своеобразного треугольника в метре над головами обмирающих, немых от ужаса родителей и жутко ухмыляющегося незнакомого ему мужчины. Ребенок начал кричать все громче и на очередной особенно звонкой, сипящей от натуги трели, Локи резко сжал будто по-прежнему что-то держащую ладонь в кулак. Крик резко оборвался, и зал вместе с рвущим перепонки воем матери наполнила мелкая кровавая пыль. То, что раньше было живым существом, теперь оседало бледно-розовой тенью на лице и волосах своего хладнокровного убийцы, золотом полу и сорочке бьющейся в истерике, обезумевшей матери. - Продолжишь дерзить – погибнет и она, - Локи, не отводя жестокого, немигающего взгляда от Вегарда, резко кивнул на едва живую альву, - Что с Тором? - Он на северных рубежах. Стережет границы, - голос колдуна трусливо дрожал, а сам он крупно трясся всем телом, будто вот-вот был готов умереть от холода. - А моя мать? Что с Фригг? – Вегард не отвечал, только рвано, шумно вдыхал кровавый воздух, - Отвечай! - Удерживает… Удерживает королевство от войны, - побледневший маг тяжело повис на ремнях. - С кем? – безразличный, спокойный тон Локи заставил Вегарда вздрогнуть. - Альвхейм. Они решили выступить против нас. - С чего бы это? – трикстер насмешливо хохотнул и уселся в кресло, - Ведь их чародеи всегда так робели передо мной, перед силой, которой обладал Асгард. Чего же ради им было нападать, Вегард? Маг опустил голову и не смотрел на ненавистного ётуна, изо всех делая вид, что не слышит его жестоких подколов. - Их ресурсы иссякли, армия обветшала, и они уже не могли противиться набегам демонов. Их земли разоряли, а деревни жгли вместе с жителями, а выживших уводили в рабство. Альвы просили о помощи, но Один им отказал, - ас тяжело перевел дыхание и все же нашел в себе силы взглянуть на Локи, - Они просили слишком много и на уступки идти не желали. А потом решили, что против демонов их магия малоэффективна, но против асов… Деллинг был в отчаянии - не получив много веков назад обещанной помощи, он решил отвоевать наши земли. Один до последнего пытался уладить все миром, но не смог. Альвы уже зашли слишком далеко... Во дворце оказался убийца. Он смог добраться до Всеотца, смог отравить. Но Один не погиб - лишь впал в сон, из которого не выходит уже третий век. За дело взялась Фригг. Она кое-как смогла уладить отношения Асгарда и Альвхейма, было решено заключить союз и все-таки оказать им хоть какую-то помощь. Мы должны были объединить правящие династии обоих миров, но Тор как всегда заартачился и... Локи грубо прервал речь Вегарда выброшенной в его сторону открытой ладонью. - Так это принцесса… Какая честь, - трикстер высокопарно поклонился и расплылся в издевательской, елейной улыбке, - Сожалею, что вам пришлось через все это пройти, но увы, мы все порой попадаем не в то время и не в те ситуации... Я бы с радостью вас отпустил, но месть есть месть. И я не так глуп, чтобы оставлять лишних свидетелей. Краткая вспышка серебра в руке двойника прочертила на шее девушки длинную полосу, из которой широким веером брызнула неестественно яркая, мерцающая в темноте, алая кровь. Тихие стенания превратились в отчаянный хрип, а тонкие руки, безуспешно пытающиеся зажать рану, скользили по влажно-багровой коже. Большие, золотисто-зеленые глаза помутнели и закатились, и девушка с влажным шлепком упала в лужу собственной крови, чтобы больше никогда не подняться на ноги. - Ты понимаешь, что ты наделал?! Ты только что развязал войну! – голос Вегарда сорвался на отвратительный визг. Локи, видя нарастающую, кажущуюся ему такой нелепой, панику врага лишь лающе расхохотался, запрокидывая бледное лицо к темному куполу зала и с трудом говоря сквозь смех. - Какая поразительная преданность! Возможность объявления войны тебя заботит гораздо больше гибели хоть не от тебя, но все-таки беременной супруги и грудного сына, - прекратив смеяться и утерев выступившие слезы, Лофт беззвучно и легко, будто танцуя, направился к обездвиженному врагу, по пути безразлично обагрив босые ступни в луже крови юной альвы и оставляя за собой цепочку липких, слабо светящихся следов, - Асгарду будет не хватать столь преданного слуги. В ладони бога мелькнул миниатюрный клинок. Подойдя к Вегарду вплотную, Локи прочертил тонким ромбовидным лезвием на левой ладони глубокую рану. Следом широкий клинок вонзился под ключицу Вегарда. Маг глухо охнул – в глазах потемнело от боли. Царапая кость и разрывая мышцы, Лофт повернул кинжал на девяносто градусов и в широко раскрывшуюся рану закапала его голубовато искрящаяся в лунном свете горячая кровь. - Яд вернее клинка, мой друг, - Локи несколько раз сжал ладонь, чтобы усилить приток крови, - За время моей вынужденной отлучки твоя тварь накачала меня таким количеством своей отравы, что даже сам Нидхёгг скончался бы в муках, реши он мной отобедать. Но тебе это не светит… Ты лишь будешь мучиться вечность за вечностью, но не сможешь ни унять боль, ни убить себя, ни вернуться, и некому будет тебя спасти. Ты один, Вегард. И будешь вечно дрейфовать в водах Хаоса, преследуемый чудовищным Змеем, не в силах ни скрыться от него ни защититься. Окровавленная ладонь скользнула за пазуху темно-зеленой рубашки и вытащила оттуда уже знакомый Вегарду сосуд. Яд лишил его слуха и чувства опоры, а по жилам от раненного плеча будто тек не желающий застывать расплавленный свинец, что выжигал все на своем пути и не давал поврежденным членам двигаться. Боль была настолько невыносимой, что режущая, разделяющая само его естество надвое мука из-за отсекаемой от него Силы была лишь едва ощутимой. - Удачного путешествия, Вегард. Трикстер по-волчьи ощерился и легко толкнул подонка в грудь. Маг пьяно пошатнулся и спиной вперед рухнул в открывшийся за ним портал. Из глубины затягивающейся на теле пространства раны раздался отчаянный, полный боли крик и плеск тяжелых, серых вод бескрайнего океана кошмаров. Локи прикрыл веки и глубоко, до боли в легких, вдохнул стылый воздух тронного зала. Постепенно запах крови сменился легким ароматом женских платьев и чистых простыней, а под ногами вместо холодного пола оказался мягкий ковер. Трикстер открыл глаза. Он вновь был в покоях Вегарда, только вот его самого теперь здесь не было. Под прозрачным пологом лежала юная альва, а радом в колыбели, в ворохе бело-голубых одеялец, покоился ее сын. Только ни дева, ни ее чадо уже не дышали. Но их смерть была куда легче, чем то представление, что он показал Вегарду. Они умерли во сне от укусов сестер золотой убийцы, что терзала в Хаосе его и Сигюн. Локи безразлично заглянул в колыбель с остывающим в ней детским тельцем. Он ни о чем не жалел. Одним махом трикстер отомстил не только своему мучителю, но и всему Асгарду. Его план как всегда был идеален, хоть и был большей частью полной импровизацией. Из воспоминаний спящего Вегарда и его женушки ничего не понял бы разве что полный идиот. Верховный чародей видел в ней только путь к усилению своего влияния и очаровательную, безотказную подстилку, а она его ненавидела всем сердцем и боялась пуще огня. План действий сложился сам собой. К своему отпрыску Вегард относился с вежливым безразличием, поэтому вряд ли кто удивится, обнаружив утром, что он не дышит, равно как и его мать. А виновник будет очевиден, ведь Вегард как назло исчезнет, прихватив с собой мешочек с бесценными черными рубинами из Свартальвхейма, за которые в любом мире можно купить все что угодно, и спрятанную в тайнике под полом его библиотеки походную одежду и пару стоптанных сапог. Плюс ко всему в его впопыхах не закрытом Схроне как назло найдется открытая шкатулка, в которой будут мирно дремать золотые змеи. Позднее выяснится, что именно они и стали причиной гибели двух остроухих гарантов мира между двумя мирами. Трикстер в последний раз безразлично окинул взглядом начинающие светлеть покои, посмотрел, как исчезают с ковра алые следы его ног и шагнул в портал. Чертовы двойники из плоти и все, что в них было, исчезали непозволительно долго. В Муспельхейме время текло по другому. Там уже была глубокая ночь, но Сигюн и не думала спать. Она металась по отведенным ей Суртом покоям и нервно заламывала руки, мысленно перебрав в седой голове самые страшные сценарии гибели своего едва успевшего спастись мужа. Тугой, низкий треск рвущейся ткани пространства заставил ее резко обернуться. За ее спиной стоял живой, безумно сверкающий слезящимися, красными глазами Локи, весь измазанный в чужой крови. - Что ты наделал?.. – Сигюн в ужасе прижала ладони к губам. - То, что должен был, – Локи тяжело вздохнул. Только сейчас он понял, насколько вымотан. Нельзя было так сразу использовать Силу на полную катушку. Теперь придется проспать несколько суток к ряду, - Виновный в муках моей семьи уже получил свое, остальным же воздастся чуть позже, - трикстер подошел к побледневшей, дрожащей жене и нежно коснулся ее волос, которые неспешно сбросили пыль седины и вновь засияли жарким, юным золотом, - Я не собираюсь заявиться на порог златого дворца одиноким, жалким оборванцем и больше никогда не посмею подвергнуть тебя опасности. Я войду в Асгард, как подобает королю - с достойной армией, способной устрашить не только альвов, но и всех живущих в нашей вселенной существ. Асгард никогда не был моим домом, но он им станет. Я сожгу его дотла и отстрою заново, и никто больше не посмеет перейти мне дорогу или ослушаться. _______________________________________________ Вот такая вот вышла глава. Надеюсь, что вам понравилось и вы страшно рады, что Локи снова в деле) И небольшое объявление: автор уезжает в отпуск, поэтому до сентября работа замораживается. Но не надо паники - фик я не брошу, даже не надейтесь :Р Тем более, что развязка уже так близка ;)