В клетке

Чонгук сначала просто сидел. Потом, дернувшись, резко поднялся, пройдя каких-то десять метров по коридору до первого же поворота. Следом, остановившись, обернулся. Он даже переставал уже понимать, что чувствовал. Просто нервозность. Какая-то чертова нервозность, которая не покидала ни на одну минуту. Мэй пришла моментально, стоило лишь позвонить. Она же сейчас была в камере Юнги, причем достаточно долго только для того, чтобы просто прийти и осмотреть. И, выполнив все обязанности, Гук просто ожидал теперь ее. Минута за минутой. Девушка вышла тогда, когда Чонгук, уже вконец отчаявшийся от безделья, измерял шагами расстояние от камеры до камеры. Казалось, только этим он еще здесь не занимался. - Гук? Парень сразу же обернулся, не понимая, как мог пропустить мимо ушей скрипучий звук открывавшейся двери. Мэй уже стояла вне камеры, рядом с каким-то бугаем. Тот быстро что-то сказал ей, видимо, распрощавшись. И заспешил уйти, оставляя их наедине друг с другом. Чонгук лишь проследил взглядом за ним, удалявшимся в сторону лестницы. - Все нормально? Он чуть не потерял сознание, - проговорил Чонгук, подходя. Мэй казалась очень уставшей. Под глазами девушки пролегали синяки. Они оба уже давно могли бы отправиться домой. - Мэй? - Это ведь не ты его так, да? Некоторые из ран, видимо, нанесены давно, но... - Нет, - твердо произнес Гук, перебивая ее. Да он сам, пожалуй, больше получил от этого парня, чем тот от него. Мэй этот ответ вполне устроил. На губах девушки образовалась улыбка. - Значит, Хосок, - буквально выдавила из себя она, покачав головой. И Чонгук ощутил пробирающую до костей ярость. - Я слышала, что Юнги далеко не сахар, конечно... Но он не заслуживает этого. Никто не заслуживает. Я вколола ему обезболивающего, много обезболивающего. Обработала раны, сделала все, что от меня зависит. Даже не представляю, как он терпел все это. До последнего ведь терпел... - Теперь ему хоть лучше? - Да. Теперь да. Только вот... - Что? Девушка обернулась, окинув снова взглядом камеру Юнги. Будто на что-то решалась. А потом каким-то отчаянным взглядом посмотрела и на Чонгука. Она была похожа на ходячий скелет, обтянутый бледной кожей. Сама по себе ужасно худая, своей бледностью на данный момент она просто добавляла еще пущий эффект. Чонгуку даже стало ее жаль. - Завтра, значит, придется прийти. Медбрат, что тут есть, даже в вену не попадет, - хмыкнула она, выдыхая. Видимо, завтрашний день должен был быть выходным. - Что же, я знала, на что подписываюсь. - Я могу сделать укол, - тихо сказал Чонгук. Она единственная казалась здесь достойной того, чтобы помочь. Более бы здесь он не помог, наверное, никому. - Моя мать часто болела. Я умею ухаживать за людьми, которые даже встать с кровати не могут. Только скажи, какие нужны лекарства, и я сделаю все сам. Тебе нужен отдых. Мэй прямо-таки засветилась. Уголки ее губ тронула улыбка. - Пойдем, - тихо сказала она следом, указывая на сумку с лекарствами. Чонгук поднял ее без проблем, хотя и оценил тяжесть внутри. Но вместо того, чтобы, подобно тому амбалу, ретироваться, девушка снова пошла к камере. - Я покажу. Так проще запомнить. Уж лучше ты, чем он. Она открыла дверь своим ключом, проходя вглубь помещения. И Чонгук, вдохнув, зашел следом, держа в руках тяжелую сумку. Юнги лежал на кровати. Явно неудобной, жесткой и всей облезшей кровати. Ситуацию спасал лишь матрац, хотя и тот был явно не первой свежести. Он был, наверное, таким же серым, каким был сам Юнги. Парень чуть приоткрыл глаза, холодно оглянув вошедших. Выглядел он действительно дерьмово. Чонгук до боли закусил губу, сразу же занявшись открытием сумки. - Ты только уверен, что справишься? Мой номер, конечно, у тебя есть, но мало ли... - Уверен. Юнги поморщился, отворачивая голову в сторону. Скорее всего вколотые лекарства давали еще и эффект снотворного, потому что парень плюс ко всему постоянно закрывал и сразу же распахивал вслед за этим глаза, вздрагивая. Мэй, распахнув сумку буквально нараспашку, достала необходимые препараты, показывая Чонгуку. - Это то, что потребуется. Находится в этом кармане. Особо ничего сложного здесь нет... Это не было интересным. Не было и увлекательным. Но Чонгук, казалось, вслушивался в каждое ее слово, и правда запоминая все и сразу. Кое-что даже пришлось записать в заметки в телефоне, чтобы не забыть. Краем глаза он улавливал на себе внимание Юнги, который ни в какую не хотел засыпать, когда здесь, в его камере, были посторонние. Особенно парень напрягся, когда Мэй подошла к нему, взяв руку. И сразу же вырвал ее из ее рук, как только та завершила говорить. Мэй дернулась и отошла, понимая все без слов. В обществе Чонгука ей было, конечно, спокойно, но пренебрегать при этом правилами безопасности она не спешила. - Последняя часть была лишней. Я, и правда, умею обращаться с больными, Мэй, - девушка лишь передернула плечами, показывая тем самым, что лишним это все явно не будет. Гук застегнул сумку вслед за тем, как все препараты оказались снова в ней. - Сам ты больной, - послышался явно недовольный голос с койки. Юнги отвернулся вслед за этим полностью, буркнув что-то еще. Похоже, что матное. - Я пригляжу за ним, - не обращая на это внимания, уверил девушку Чонгук, улыбнувшись. И кажется, она ему вполне поверила. - Обещаю. - Хорошо. Пойдем. Ему стоит поспать. Чонгук отошел в сторону, пропуская ее вперед. Мэй вышла быстро, кажется, только этого и ожидая последние несколько минут. Как бы она ни пыталась помочь всем и каждому, у всего были границы. И в ее случае они были слишком близко. Чонгук поднял сумку сразу следом за этим, только еще раз обернувшись напоследок. Ничего не изменилось. Юнги ненавидел всех и каждого. Все еще. И, несмотря ни на что, продолжит, видимо, в том же духе. Даже в этот момент, обернувшись, он пронзил его самым, наверное, ненавистным взглядом, который только мог быть. - Спасибо не скажу, урод, - прошипел Юнги, скалясь. Недовольство в нем на сей раз превышало и злобу в том числе. - А я этого требовал? - Пиздуй. Грубо. Даже очень. Но, закатив глаза, Чонгук просто направился к выходу, стараясь это уже игнорировать. Связался. Даже переспал. Глупее вещей он еще не делал, это точно. Никакие попойки с друзьями, никакие бешеные в его понимании поступки не были сравнимы с тем, что он сделал. В его ситуации. И переспать с заключенным. И смешно, и грустно одновременно. Дотронувшись до ручки двери, уже открывая ее, Гук обернулся еще раз. - Я не твой предыдущий надзиратель, - спокойно сказал он, не видя никаких телодвижений со стороны его крайне необщительного собеседника. - Ни один из них. И вышел, оставляя того одного. Мэй ждала его тут же, усердно кутаясь в теплую кофту, накинутую сверху. Здесь было прохладно. Холоднее, чем на всех других уровнях вместе взятых. Чонгук сам частенько был готов притащить сюда какую-нибудь куртку и сидеть только в ней сутками напролет. - С ними трудно, да? - хмыкнула она, явно подмечая не слишком радостное выражение лица Чонгука. - Знаешь, каждый раз, наверное, когда я натыкаюсь на дерьмовое отношение к себе, утешаю мыслью, что ни один человек не будет это делать от хорошей, действительно хорошей жизни. В смысле опускаться до такого. Помогает оставаться собой в некоторых ситуациях. - Да. Наверное. Мэй настояла на том, чтобы забрать сумку самой. Аргументировала девушка это тем, что привыкла носить тяжести. И действительно, взяв поклажу из рук Чонгука, она спокойно подняла ее над землей, направляясь к выходу. Парень лишь пожал плечами, поражаясь этой настойчивости. - Мэй? - она обернулась, резко остановившись. - Что? - Ты сказала, того парня зовут Хосок? Тот, что был тут до меня? - Да. Именно это я и сказала, - на ее лице отразилось смятение. Будто бы она выпалила что-то лишнее, совершенно не к месту. - Зачем тебе это? - Просто. Чтобы знать. Чтобы знать. Определенно. И чтобы, возможно, встретиться с этим ублюдком. Свет отключился. Почти вся тюрьма погрузилась в непроглядную тьму, которую разбавляли лишь тусклые лампы в коридорах. Чонгук, стоя неподалеку от каменной ограды, выдохнул, устремляя снова взгляд усталых глаз куда-то туда, откуда по идее вышел он сам. Металлическая дверь все еще оставалась закрытой. Как назло, именно в этот момент он задерживался. И как назло, чем больше проходило времени, тем больше казалось, что все зря. Зря он вообще в это ввязался. Зря вообще продолжает гиблое дело. Но даже прокручивая эти мысли, парень все равно стоял на месте, не двигаясь с него. Почему-то именно в этот момент он подумал, что если бы курил, явно выкурил бы сейчас целую пачку. - Хорошо, до завтра! - послышалось со стороны. После этого дверь с характерным писком отворилась, выпуская из злополучного заведения какого-то парня. Лицо его было невозможно рассмотреть: его скрывала падающая тень от капюшона. Но Чонгук и так знал, что это именно тот, кто ему нужен. И он просто двинулся следом за ним, как какая-нибудь тень, не отставая ни на один шаг. Парень этого даже не заметил. Ни того, что за ним кто-то шел, ни того, что этот кто-то его явно нагонял. Только после второго поворота, не отходя далеко от тюрьмы, Чонгук его перехватил. И сразу, как в каком-нибудь фильме, прижал к стене, хватаясь за воротник. Эффект неожиданности дал результат. Глаза парня расширились от накатившего страха. - Ну здравствуй, - спокойно отчеканил Гук, зло ухмыляясь. - Кто ты такой, черт подери?! - У меня вопрос получше, - Чонгук сам чувствовал, что злобы в его голосе стало в разы больше. - Кто такой ты, что позволяешь себе подобное с заключенными, Хосок? Хосок замялся. На какую-то долю секунды парень просто обомлел, с явным недоумением глядя на нападавшего. А потом лишь пристально старался всмотреться в черты лица, явно не припоминая, кто перед ним. Чонгук сам был знаком с наименьшим количеством работников в тюрьме. Если бы ему не нужен был Хосок, он бы даже не заметил, что человек перед ним именно он, проходя мимо на улице. Из всего персонала он знал порядка пяти человек. И это была малая доля всех работников в тюрьме. - О чем ты? - и страх в его голосе разбавился непониманием. - Что ты вообще несешь? - Я видел твою работу. Мин Юнги. Уверен, тебе о чем-то, но говорит это имя. На нем, благодаря твоим стараниям, нет ни одного живого места. И знаешь, поступать так с человеком... не сказал бы, что это хорошо. Чонгук уже ожидал всего. Да хотя бы банально того, что этот парень начнет городить, что не трогал Юнги и пальцем. Но тот, действуя вразрез всем мыслям Гука, лишь рассмеялся. Неприятным таким смехом, надо сказать. Чонгука это заставило поморщиться. - Все это ради того сумасшедшего? Серьезно? Парень, найди себе занятие поинтереснее. Он попытался шагнуть в сторону, но Чонгук не позволил случиться и этому, остановив его. И снова, как в первый раз, с силой приложил затылком об стену, не позволяя даже шевельнуться. Жаль только, нахальной ухмылки с лица Хосока это не стерло. Зато ее вполне себе смог стереть кулак. Замахнувшись, Чонгук ударил, встряхнув парня сразу за этим. В глазах его сверкала различными красками злоба. - Нравится издеваться над людьми? - спросил он, сжимая руки в кулаки. - Избивать нравится? - Ты даже не представляешь, что... Договорить Чонгук ему не дал, врезав второй раз. И Хосок, рассвирепев не меньше него, наконец, предпринял попытку вырваться, откинув Гука от себя. Тот, оступившись, отошел назад, все еще испытывая непреодолимое желание набить морду этому уроду. Он слышал об этом. Слышал, что заключённых и за людей не принимают в тюрьмах. Но даже не подозревал, что все может быть настолько плохо. - Что, только когда ты избиваешь, весело, да? - с иронией спросил Чонгук, зверея еще больше. - А так уже не особо? - Этот пидарас не заслуживает лучшего к себе отношения. Сплюнув, Чонгук обернулся, натыкаясь взглядом на свалку каких-то металлических палок неподалеку. Думал парень недолго. В глазах Хосока явно можно было прочесть страх, когда он, отойдя всего шага на два, схватил одну, прокрутив в руке. И взял он ее явно не для того, чтобы переложить в другое место. Хосок отошел назад, не сводя взгляда с железяки. - Как думаешь, сможешь протерпеть хотя бы часть того, что перетерпел он? - Положи ебаную палку на место, ебанутый! Чонгук ухмыльнулся. Просьбе он, как и ожидалось, не внял. Нет, загоревшись идеей еще больше, он замахнулся. Хосок врезался спиной в стену, вклинившись в нее по-максимуму. И поставил блок, как и подобает человеку, имеющему хотя бы какую-то боевую подготовку. Вряд ли этот блок спас бы его хотя бы частично. Металлическая палка проломила бы кость, уж в своей-то силе Чонгук был уверен. Как и в том, что он не будет и бить. Но в последний момент, заметив препятствие, парень остановился в своих намерениях. Вместо этого палка повисла в воздухе. И ее сразу же, будто только этого и ожидая, перехватил Чимин. - Ты что творишь, Чонгук?! - сжав ее в руке, почти что прокричал он, смотря на Гука удивленным взглядом. Чонгук выпустил палку из рук, оставляя ее парню. И тот откинул ту в сторону, к другим. - Учу уму-разуму, - смотря в глаза Хосоку, прошипел Чонгук, скалясь. Тот, проследив взглядом за палкой, хотел было кинуться вперед, но был вовремя остановлен Чимином и откинут, соответственно, назад. - А тебя никто не просил вмешиваться. Это не твое дело. - Это мое чертово дело, если ты собирался проломить ему череп этой железкой, придурок! Чонгук, хмыкнув, облокотился плечом о стену неподалеку. Сейчас даже было непомерно жаль, что его так остановили. В крови играл адреналин. Он требовал хотя бы какого-то действа. - Я лишь хотел показать, что значит чувствовать себя совершенно незащищенным перед другим, - спокойно сказал Гук, смотря на Хосока с явным презрением. После этого, отвернувшись, он уже было собирался уйти. - Потому что всегда найдется тот, кто будет тебя сильнее. - Куда ты пошел?! - А это уже точно не твое дело, Чимин. За спиной он слышал, как Хосок что-то кричал про свои права. Слышал, как что-то пытался впарить ему и Чимин, говоря впопыхах. Но не обращал на это более и грамма своего внимания. И если сначала, до всего это происшествия, он еще сомневался в таких своих мерах решения каких бы то ни было вопросов, то сейчас был рад, что сделал это. Был рад, что нашел в себе на это силы. Чонгук знал, что потом бы ненавидел себя за упущенную возможность. Но не успел он завернуть за угол, пройдя всего ничего кварталов прямо, как сзади послышались быстрые шаги. Он даже не обернулся. Стоило догадаться, что это не Хосок. Вероятно, тот был не из тех людей, что подкрепляют слова действиями. Это был Чимин. - Какого черта это было? - сразу же спросил парень, останавливая его. Чонгук нехотя обернулся по направлению к коллеге, ответив вопросительным взглядом. - Ты вообще понимаешь, что сделал?! Понимаешь, что мог бы ему сделать? Думаешь, это смешно, Чонгук?! - Нет, это совсем не смешно, - согласился Гук. - А знаешь, что еще не так уж смешно? То, во что этот урод превратил тело Юнги. Вот вообще ничего смешного в его ранах не увидел, хоть убей. - И это не повод... - Господи, Чимин, - даже не дав договорить, произнес Гук, потирая переносицу. Конечно, с этим человеком они не были даже хорошими знакомыми, но такая своеобразная оценка ему, Чонгуку, совершенно не льстила, - не собирался я пробивать ему башку. Лишь напугать. Или что, я, по-твоему, так похож на убийцу, да? - Да какая к черту разница?! Ты на человека с палкой накинулся. Напугать ли, убить... есть другие способы, черт возьми... - Ты серьезно ошибаешься. Это единственный способ объяснить на пальцах человеку, что бить других очень и очень плохо. Хоть кто-то же должен это сделать, не находишь? Иллюзия рушилась на глазах. Все, что бы не воображал Чонгук, разбилось о рамки действительности. Пожалуй, то, что он видел теперь, было воплощением самых отчаянных мыслей. Тотальный беспредел. Постоянные побои. Явное распределение заключенных на какие-то непонятные касты. Целый букет правонарушений, о которых никогда и никто не узнает, потому что все эти люди банально за решеткой. Потому что им некому сказать. Хосок, пожалуй, и был той самой последней каплей. Избивать тех, кто, вероятно, даже не может что-либо противопоставить... Уж этого Чонгук позволить не мог. На это парень точно не подписывался. И пусть он проработал здесь всего ничего, но уже мечтал свалить. - Это сложно принять, - Чонгук взглянул на говорившего взглядом, в котором ясно читалось раздражение. - Да, черт возьми, это не райское место. Думаешь, меня много что из этого устраивает? Думаешь, мне по душе смотреть на это? Ты или я... каждый из нас всего лишь рядовой работник. И ты, блять, ничего не изменишь тем, что разобьешь морду одному из надзирателей, что издеваются над заключенным. Тебе мало того, что сейчас к тебе относятся как к какому-нибудь постороннему? Того, что тебя спустили на нижний этаж, например? Проблем мало? - А я похож на человека, готового на все ради повышения, Чимин? - Нет, Чонгук. Не похож. Но до этого момента я не считал, что ты похож и на психа, который будет кидаться с металлической палкой на кого-либо. Чонгук оглянул парня с ног до головы, будто о чем-то задумавшись. - Бывают моменты, когда за камерами никого нет? - резко переменил тему он, не выпуская из виду никаких перемен на лице Чимина. Тот нахмурился, явно сначала не понимая, к чему вообще был задан вопрос. - Бывают ли моменты, когда та коморка, в которой ты работаешь, пустует? - Конечно, - как само собой разумеющееся, ответил Чимин. - Все мы люди. - Что же, тогда мне нужна твоя помощь, Чимин. Если так не нравятся мои радикальные меры... помоги все решить другим путем. У меня есть к тебе просьба. Возможно, на это потребуется много времени, но, кажется, тебя все это устраивает не более, чем меня, так? Докажи это.