В клетке

- Меня... отпускают? Не верилось. Не хотелось верить. Последнее время воронка неудач лишь затягивала все больше и больше, не позволяя выбраться. Поэтому Чонгук пребывал в глубочайшем шоке. Казалось, это какой-то розыгрыш. Что сейчас дверь, столь широко распахнутую перед ним, снова закроют, а его - осмеют. Даже в это верилось больше, чем в то, что его просто отпустили, не выдвинув еще пока никаких обвинений. - Образовались новые зацепки. Так что да, тебя пока выпускают, - мужчина кивнул выходить, вызволяя Чонгука из прострации, в которой он находился. - Под подписку о невыезде, конечно. - Какие зацепки? О чем речь? - Появился свидетель. Как раскат грома среди ясного неба. Гук прошел пару шагов вперед, позволяя закрыть за собой дверь, и остановился. Путаница в голове не позволяла трезво оценить ситуацию. Какая-то несуразица. Каша. На протяжении многих часов от него добивались хоть чего-нибудь. А сейчас просто отпустили, дали возможность уйти. И если это была какая-то шутка, то крайне, совсем не смешная по отношению к Чонгуку. - Какой еще свидетель? - обернувшись, тихо спросил он. Мужчина покачал головой, уходя. Ответом его не удостоили. Пройдя еще пару шагов прямо, Гук рухнул на скамейку, запуская пальцы в волосы. Голову парень опустил, всматриваясь в трещинки на старом полу. Мысли все еще были вразнобой. Все, что происходило вокруг, казалось каким-то немыслимым кошмаром. Но самое главное - этот кошмар продолжался. Он не останавливался, не прерывался посредством пробуждения. Он шел дальше, развиваясь все более. Там был свидетель. Чонгук поднял голову, обследуя взглядом участок. Кем бы ни был этот человек, он должен был оставаться все еще здесь. Что бы он ни сказал, он находился в одном из здешних кабинетов. Но парень не видел ничего. Только сотрудников правопорядка, ходивших туда-сюда по коридорам и странным образом косившихся на него. - Ты начинаешь вызывать подозрение, - Чонгук вздрогнул, обернувшись. Рядом с ним, размяв шею, присел Тэхён. В своей обычной повседневной одежде, без уникальной спецформы тюрьмы, которую там выдавали, во всем черном. Ему, безусловно, так шло куда больше. - Неужели так не хочется покидать участок, Чонгук? - Свидетель... - в горле разом пересохло. Руки задрожали от накатившей ярости. - Это ты?! Что ты сказал? Что наплел? - Ох, серьезно?.. Меня вызвали скорее для протокола. Я не свидетель, Чонгук. И Тэхён даже поморщился, будто и вовсе не представлял, как он мог бы тут что-нибудь рассказать. Будто для него это было каким-то клеймом или чем-то обидным. Чонгук смотрел все еще с непониманием. Из всех людей в тюрьме он бы действительно поставил бы на парня, сидевшего рядом, как на, пожалуй, самого странного персонажа. До сих пор из головы не вылетала мысль, что это он. Что именно Тэхён тогда подбросил нож в камеру Юнги. - Тогда кто? - недоверия в голосе Чонгука было хоть отбавляй. Тэхён улыбнулся, кивая в сторону. - Она. Чонгук обернулся. Дверь, ведущая в один из многочисленных кабинетов, отворилась. И из нее вышла Мэй, болезненно осмотревшись. Девушка была ужасно бледной. Под глазами ее пролегали синяки. Руки теребили край кофты, накинутой впопыхах на плечи. Она даже, казалось, не слышала, что говорил ей мужчина в форме. Лишь кивала чисто по инерции, на автомате. - Я не понимаю, - тихо проговорил Чонгук, снова цепляясь взглядом за Тэ. Тот, немного расслабившись, откинулся на спинку скамейки, пожимая плечами. - Она? - Внешность бывает обманчива. Чонгук резким движением поднялся, устремляясь за ней. Мэй не видела его. Она шла вперед, не оборачиваясь и не смотря по сторонам. Но шла, ускоряя шаг все больше, стремясь быстрее выйти отсюда, уйти. Находясь где угодно, но только не здесь, девушка даже не сразу поняла, в какую сторону следовало дергать ручку двери, чтобы ту отворить. Благодаря этому препятствию Чонгук и смог ее нагнать. И перехватил ровно тогда, когда она буквально уже выбежала из участка. Прикосновение парня заставило ее вскрикнуть. - Все хорошо, - сразу же убирая руку, произнес он, тяжело дыша. Мэй смотрела так, будто действительно сейчас его боялась. - Да это же я, Чонгук. - Чонгук... да, точно, - ее глаза нервно забегали вокруг. Взгляд падал куда угодно, только не на него. - Прости, но мне нужно... - Что ты сказала им? Мэй, что ты сказала полиции?! Девушка вздрогнула. Напор был. И он был действительно сильным. Взгляд Чонгука резко потяжелел. Во всем его виде была одна лишь строгость, серьезность. Смотря на него, Мэй все больше и больше теряла самообладание. - Правду, - на удивление спокойно сказала она, неотрывно смотря только и только ему в глаза. - Это не ты убил Хосока. Мы оба знаем, кто это сделал. Она хотела уже развернуться, будто сама поставила точку в этом диалоге, как Чонгук схватил ее за руку, не позволяя ступить и шагу. - Кто тебя просил? Тебя там не было, блять. Ты ни черта не знаешь! - С чего ты это взял? - не было. Чонгук был в этом уверен. Он столько раз прошелся тогда по этому коридору, заглянул в каждую, казалось бы, щель. Если не работали камеры, единственными свидетелями тех событий были они сами. Юнги, Чонгук и Хосок. Более там не было ни души. - Юнги убийца. И он, наконец, заплатит по счетам. Внешность обманчива. Поступки - тоже. Чонгук никогда не сталкивался с олицетворением этого выражения в реальной жизни. Никогда. До этого самого момента. А теперь смотрел на Мэй и не узнавал ту девушку, что помогала, несмотря ни на что. Ту девушку, которая, как он думал сначала, заслуживала помощи более кого-либо другого. В ее голосе сквозила жесткость. В глазах - решимость и какая-то непонятная злоба. Руку Мэй выдернула из хватки парня почти что моментально, сжав губы. - Заплатит?! По каким еще нахрен счетам?! - это была не Мэй. Не та Мэй, которую Чонгук хотел знать и знал все это время. - О чем ты, блять, говоришь? Подожди... стой... - Я тебе помогла, - прошипела она, понижая голос. Жаль только, Чонгук не замечал в ее действиях помощи. - Нет. Ты не мне помогла, а уничтожила его. И Чонгуку сейчас на самом деле показалось, что ее потянуло улыбнуться. Он не прогадал. Их что-то связывало. Что-то большее. То, о чем Чонгук не знал. - Перестань это делать, - тихо прошептала она, облизывая пересохшие губы. В каждом действии Мэй проскальзывала нервозность, дерганность. - Он убийца, Чонгук. Ему не помочь. Нельзя помочь тому, кому эта помощь ни к чему. А еще нельзя позволять ему выходить из тюрьмы. Потому что ему там самое место. Не тебе. Ему. - Тебя там не было. - Ты не можешь знать наверняка, Чонгук. Может. И он знал. Так же, как и то, что лжесвидетельство каралось по закону. Откуда столько решимости и злобы в той Мэй, которую Чонгук успел узнать за это время, парень и предположить не мог. Она помогала ему. Перевязывала раны, колола обезболивающее, она спасла тогда Юнги. А сейчас всеми силами старалась уничтожить. Не вязалось. Не складывалось в одну картину. - Столько... сколько ему влепят, - Чонгук судорожно выдохнул, собираясь с мыслями, - да он столько не вытерпит там. Он с катушек съезжает, Мэй. А его кинули в клетку в подвале, полностью изолировав ото всех. То, что ты делаешь... Это убьет его. Окончательно. Твоя ложь его убьет. - Ложь? Девушка, схватив его за руку, отвела в сторону, подальше от участка. Выяснять отношения на пороге полиции было бы действительно глупо. Поэтому, пройдя чуть в сторону, Мэй заставила Чонгука скрыться от чужих глаз за голыми ветками какого-то погибающего растения неподалеку. Двое представителей охраны правопорядка проследили за ними взглядами, полными недоумения, но оставили. - Хочешь сказать, это ты сделал, Чонгук? - на ее лице образовалась насмешка. Гук ощутил приступ ярости. Снова. - Не ври. Это не ты. Мы оба это знаем. Не нужно. Не нужно его защищать! Ну неужели ты не понимаешь?! Он заслуживает этого. Заслуживает сидеть в той, как ты выразился, клетке. Это его наказание за то, что он совершил. - Послушай меня... - Нет. Это ты послушай, Чонгук. Юнги достаточно хитер, чтобы умывать руки каждый раз, когда делает нечто подобное. Он избежал уже достаточно. Хватит. Этому человеку осталось месяц просидеть за решеткой. И это не то наказание, которое он заслуживает. - Что же он по-твоему заслуживает? - Он заслуживает там сгнить. Жестко. Злобно. И прямо. И ведь она не шутила. Она была такого мнения, и с него ее было уже не сдвинуть. Смотря на девушку сейчас, Чонгук понимал, что совершенно не знал ее прежде. Что то, что он принимал за Мэй, на самом деле ей нисколько не являлось. И хотя что-то внутри подсказывало, что в ее словах существовало рациональное зерно, все равно все это не складывалось. Она хотела увеличить срок Юнги. Неважно как. Главное - сделать это. - Так это был не Тэхён, - тихо проговорил Чонгук, не сводя с нее взгляда. Кажется, Мэй его совершенно не поняла. - Не Тэхён, а ты. Ты оставила нож в камере Юнги. - Я не понимаю, о чем ты. И это сейчас звучало именно как признание. Все в ней выдавало правду. Нож, что оказался тогда в руке Юнги, подкинула она. Оставила, когда обрабатывала его раны. Когда Чонгук, увидевший ее состояние, предложил помощь. Тогда. Пожалуй, больше неприязни, чем сейчас, парень не испытывал еще ни к одному человеку. - Зачем?! - он старался не кричать. Не привлекать к себе еще больше внимания. Но выходило это все равно с трудом. - Ты, сука, понимаешь, что ты тогда натворила? - Просто я знала, что он им воспользуется. Точнее, я так думала. Это бы обеспечило ему продление срока, - Чонгук отошел от нее на шаг назад, морщась. - Прости. - Прости? Все, что ты можешь сказать... это прости? Катись к черту, Мэй. Чонгук обернулся. Настолько ужасно он еще себя не чувствовал никогда прежде. Ошибки случались. Они всегда происходили. Но настолько в людях он еще не разочаровывался. Корень всех проблем, всех этих неприятностей был зарыт предельно глубоко. И Чонгук все еще не мог докопаться до него. - Оставь, - услышал он за спиной ее голос. Кажется, тот дрожал. Какую-никакую, но вину девушка чувствовала. - Ты ему не поможешь. Ему уже никто не поможет. - Ему никто никогда не пытался помочь. И это разные вещи. Более ему нечего было ей сказать. Как и ей - ему. Чонгук не обернулся, не проводил ее взглядом, даже смотреть в ее сторону теперь было противно. Он был готов тогда, чувствуя лезвие ножа в себе, поставить на кого угодно в этой треклятой тюрьме, но не на нее. И сейчас чувствовал, будто все перевернулось с ног на голову. Все, с чем он пришел, обернулось. Минус на плюс, плюс на минус. И что теперь с этим делать, Гук не знал. Он прошел участок, даже не взглянув на него. Прошел дальше, чуть не споткнувшись о бордюр. И только заслышав гул и скрип шин, остановился, вперив взгляд в красный сигнал светофора. Еще бы пара шагов, и он бы просто вышел на проезжую часть. Потерев переносицу, парень попытался расслабиться. И привести себя в чувство. - Надо быть осторожнее. - Да что тебе все надо от меня?! Резко обернувшись, Чонгук ответил злым взглядом. Он будто преследовал. Будто издевался, каждый раз являясь в самый неподходящий момент. И, в отличие от самого Гука, всегда был расслаблен и спокоен, будто все, что происходило, его никоим образом не касалось. И теперь снова он. Снова Тэхён. - Вот так идешь за человеком, думаешь, ему помощь какая нужна... А он, можно сказать, прямым текстом нахуй посылает, - Тэ поморщился, усмехаясь. Будто этим он попытался пристыдить Чонгука. - Помощь? От тебя-то? - Да брось! Ну неужели ты все придаешь столько значения тому случаю с засовом? Обычная проверка на вшивость, которую ты прошел с блеском. Признай, сейчас тебе крайне необходима помощь, Чонгук. Необходима. Пусть даже не ему, отнюдь нет. Но необходима. Но принимать ее от Тэхёна казалось самой ужасной идеей, которая только могла прийти в голову. После разговора с Мэй особенно. Маразм. Тэхён, который с самого начала оставлял после себя только негативные эмоции и ощущения, и она. Две несопоставимые вещи. Но после всего, что произошло, Гук был готов поверить во что угодно. - Зачем? - он отошел от пешеходного перехода, подходя ближе к Тэхёну. - Для чего? - Она-то? Ну как, Юнги же убил охранника на верхних этажах, разве не помнишь? Они были хорошей с ней парой. По крайней мере она так думала... Но что еще ей было думать, раз за полгода до происшествия он подарил ей кольцо с недвусмысленным предложением руки и сердца? Как думаешь, хороша причина? Чонгук хотел спросить другое. Хотел спросить, зачем Тэхён собрался ему помочь. Но слова застряли в горле, так и оставшись невысказанными. Мэй мстила. За того, кого потеряла. Мстила за своего возлюбленного, которого лишилась благодаря Юнги. За то, что его смерть осталась безнаказанной. - Она лжесвидетель. Но думаю, ты это знаешь и так, - Тэхён улыбнулся. Чонгук рассеяно смотрел на эту улыбку. - Ох и плохо ей придется, если узнается, что во время непосредственно убийства она была совершенно в другом месте, не правда ли? Конечно, вину Юнги после этого попытаются доказать, потому что зацепку, что она дала, подхватят с готовностью. Но я могу дать тебе время. - С чего ты взял, что мне это нужно? Откуда тебе это знать? - Ты хочешь ему помочь, Чонгук. Но никакие твои признания не помогут, если все, что она сказала, пойдет в суд. Тебя никто слушать не станет. Заключенный - куда более удобная мишень. Так всегда было. Тебе ли не знать, будущий полицейский? Все уже было бесполезно. Юнги скажет. Он был готов признать свою вину еще тогда, когда сделал это. И Гук уже не знал, что стоило делать, а что - нет. Стоило ли вообще пытаться? Стоило ли вообще лезть во все это, выгораживать его? Кем этот Мин Юнги ему являлся? Человеком, который все это время портил ему жизнь. Человеком, который воткнул нож ему в живот. Заслуживал ли он вообще хоть капли того, что собирался сделать Чонгук? Ведь он сам признался. Сам сказал, что убил их. Убил их всех. - Кажется, твоего парня привезли для допроса... Чонгук посмотрел туда же, куда указал Тэхён, и застыл. Около обочины остановилась черная машина с сигналками на крыше. Звука сирены не было, но соответствующие красные и синие огоньки горели вовсю. Кинув взгляд снова на Тэ, Гук прошел несколько шагов по направлению этой машины, остановившись лишь тогда, когда задняя дверь ее отворилась. Мужчина в форме буквально выволок на свежий воздух худощавого парня. И Чонгук не мог не узнать того, кто был сейчас закован в наручники. При хорошем дневном свете Мин Юнги выглядел еще хуже, чем там, в подвале. - Того и гляди развалится, - проскандировал за спиной Чонгука Тэхён, подойдя тоже чуть ближе. Гук не ответил. Он сделал шаг, потом второй и так и остановился в нескольких метрах. Потому что Юнги обернулся сам, сразу же вцепившись взглядом в того, кого знал. Единственного, из всех окружавших его людей. Их взгляды пересеклись. Снова. И взгляд Юнги был обреченным, болезненным, полным какой-то внутренней, далеко не физической боли. Раз взглянув на Чонгука, он не отводил от него глаз. Будто старался запомнить, сохранить образ в памяти. И Гук, смотря на него, покачал головой. Не говори. Ничего не говори. Чонгук бы закричал это, если бы рядом с Юнги никого не было. Он готов был подбежать и постараться вбить ему это в голову. Сделать что угодно. И если бы заключенному это только не навредило, сделал бы. Но знал, что от этого у Юнги были бы сплошняком одни лишь неприятности. Мысли о том, что он должен отказаться от затеи вызволить его, больше не было. Потому что смотря на него, видя его, Гук думал совершенно о другом. - Тэхён? - со стороны сразу послышалось какое-то движение. - Да? Я все еще здесь, если ты об этом. - Ты можешь доказать, что Мэй лжесвидетельствовала? Чонгук с трудом разорвал зрительный контакт с Юнги. Тот скрылся за дверьми участка. Он не знал, скажет заключенный что-то или нет. Не знал, согласился ли он с просьбой самого Чонгука. Но что-то заставляло его не останавливаться. Что-то заставляло его сделать все возможное, лишь бы этот парень не страдал еще больше. Хватит. - Могу, конечно. Не знаю, насколько это поможет Юнги, но... могу. Чонгук обернулся, встречаясь с Тэхёном взглядом. В глазах того проскользнул неподдельный интерес. - Но тебе, конечно же, что-то нужно взамен, - тихо проговорил он, смотря ему прямо в глаза. Тэ пожал плечами. - Только если самую малость, - и Тэхён перевел взгляд на участок. Туда, куда ушел Юнги. - Знаешь, иногда, многого не зная, мы делаем непозволительные ошибки, позволяя себе судить человека. И бывают ситуации, когда даже убийство вполне оправданный поступок. Люди ошибаются. Все. И Юнги... он далеко не исключение. Но он, в отличие от многих других, вполне заслуживает того, чтобы хоть один человек помог ему. Он заслуживает спасения. Чонгук перевел взгляд на дверь, за которой Юнги скрылся. Хотелось бы верить. Хотелось бы верить, что он не ошибся хотя бы в этом. Что он не пытался все это время помочь отпетому хладнокровному убийце. Это невозможно было проверить. Невозможно было узнать наверняка. Слова других бы здесь точно не помогли. Да и разбираться в людях, чему примером послужила Мэй, Чонгук, видно, был не в состоянии. Но возможно, рискнуть стоило. Объяснить это было трудно. Но именно Юнги Чонгуку хотелось спасти. - Я согласен, - решительно произнес он, не оборачиваясь. - Выиграй мне время, и я, в свою очередь, сделаю что угодно. Все, что бы ты ни попросил. Пойдет? - Пойдет, - улыбнувшись, сообщил Тэхён. И протянул парню руку. Их договор был скреплен крепким рукопожатием.