Не забудь позвать меня

* * *

Джеймс собирался максимально быстро, он ненавидел здесь задерживаться. Подработка в "Близости" - всего лишь подработка, и о каждом своём выступлении на сцене он старался забыть как можно скорее, потому что это не было тем, чем он хотел заниматься. Когда-то он мечтал о том, что станет известным акробатом, ведь покорять спортивные снаряды было не так уж и сложно, точнее, сложно, конечно, но ему нравилось. Он был влюблён в высоту и силу, в движение, в музыку. Кажется, МакЭвой пересмотрел тьму роликов о воздушных гимнастах, которые давно перестали существовать в рамках одних только цирков, теперь это стало отдельным искусством, которое с каждым годом всё набирало обороты. И он бы хотел выступать, взлетать под потолок на полотнах или кольце, покорять брусья, использовать шест в качестве опоры для самых красивых упражнений и фигур, он даже собирался поступать в академию искусств, но... Но случился кризис, отец остался без работы, а потом у него обнаружилась болезнь, о которой не принято говорить вслух. Кажется, она как Волан-де-Морт - если её не называть, то она и не появится, но, увы, в жизни всё было несколько иначе, чем в книгах. И Джеймс понимал, что ему нужно образование, по крайней мере, родители настаивали на настоящем образовании, не принимая всерьёз его увлечения. И мог ли он отказать им, зная, в каком они положении? Кредиты, лекарства, вечные долги... Мать, которая убивается на своей работе за мизерную зарплату, отец, которого никуда не берут из-за возраста. Разве мог он рисковать ими, бросаясь осуществлять свои мечты, которые могут и не стать реальностью? Пришлось искать себе действительно хороший колледж, а потом - работу. Днём Джеймс учился, по вечерам подрабатывал продавцом-консультантом в супермаркете неподалёку, но очень быстро этих денег стало не хватать, а найти что-то получше он просто не мог. Ни опыта, ни рекомендаций, разве с таким набором можно претендовать на что-то стоящее? Лекарства дорожали, как, впрочем, и всё, мысль о том, чтобы снимать квартиру, быстро отпала, так что МакЭвой жил в общежитии колледжа, был примерным соседом и стабильно раз в день звонил домой, чтобы узнать, как дела. Нужно было платить за учёбу и высылать деньги родителям, а ещё - на что-то жить. И Джеймс наткнулся на объявление о том, что некий клуб "Близость" ищет танцовщиков, кажется, хозяину заведения захотелось экзотики, потому что первое, что отметил юноша, едва переступив порог заведения, это отсутствие выступающих мужского пола. То, что он будет единственным, стало очевидным достаточно быстро, и мистер Фаррелл даже и не скрывал тот факт, что это будет уникальным случаем. Пришлось доказывать документами, что он совершеннолетний, владелец в это упорно не верил, но в итоге Джеймс получил это место, понимая, что стриптиз-клуб - последнее, где он хотел бы оказаться, но обещанные деньги, пожалуй, стоили того. Ему нужно было помогать семье, тут не до того, чтобы воротить нос, правда, скрывать эту подработку придётся очень и очень тщательно. Прозвище, кстати, выбирал сам мистер Фаррелл. Сказал, что для Джеймса будет слишком банально выбрать просто другое мужское имя, нужно что-то яркое и запоминающееся. Нет лучшего прикрытия, чем пёстрые перья, хотя у выбранной Колином птицы они были бело-розовыми. "Ты как японский ибис* - очень редкая птица, - Фаррелл тогда улыбнулся, подписывая договор. - Вымирающий вид. Думаю, "Ибис" как сценическое имя тебе отлично подойдёт". Джеймс тогда только пожал плечами, ему было всё равно, как его будут объявлять, а условия конфиденциальности были прописаны в самом договоре, который он перечитал два раза, прежде чем подписать. Он приходил, переодевался, танцевал, переодевался - и уходил, а Ибисом его будут называть перед третьим пунктом или как-то по-другому - его волновало мало. И сейчас он тоже хотел просто поскорее ретироваться из клуба, впереди была ещё бессонная ночь подготовки к семинару. - Уже убегаешь? МакЭвой вздрогнул, оборачиваясь на голос. В дверях его гримёрки стоял Фаррелл, привычно засунув руку в карман брюк, кажется, его и хоронить будут в этой же позе - характерной для него настолько, что Джеймс узнал бы своего работодателя и чисто по силуэту. - Я выступил, мне здесь делать нечего. - А как же забрать реквизит? - владелец "Близости" кинул юноше галстук, и тот его поймал, быстро запихивая в рюкзак. - Я отработал, - Джеймс поджал губы, закидывая рюкзак на плечо. - И собираюсь домой. Комнатка была мизерной, девушки "Близости" переодевались почти все в одной большой гримёрной, там же висели костюмы, там же вдоль стены тянулось огромное зеркало, но не мог же МакЭвой находиться там же? Да, эти красавицы всё равно почти все раздеваются практически догола, но то сцена, а это закулисье, ему самому было бы чертовски неловко, так что Фаррелл выделил для своего единственного танцора отдельное помещение, пусть небольшое, но Джеймсу хватало, чтобы переодеться. - Один из наших гостей хочет от тебя приватный танец, - обойти мужчину в дверях было просто невозможно, и он этим пользовался, преграждая путь МакЭвою. - Я не танцую так, вы знаете, - Джеймс ощетинился тут же, едва не показывая зубы, словно хищник, которого задели. У них с Фарреллом были очень странные отношения, напряжённые - лучшее слово, которым можно было их охарактеризовать. Разумеется, Колин не позволял себе ни одного движения в сторону юноши, это было непрофессионально прежде всего, да и Джеймс, хоть и прехорошенький, всё же был не в его вкусе. МакЭвой же руками и ногами ратовал за то, что он не гей и даже близко не интересуется лицами своего пола, повторял себе, что это только работа, стараясь не замечать того, как смотрит на него публика в зале, когда он на сцене. И владелец "Близости" почти что покровительствовал ему, быстро наведя справки о том, откуда этот мальчик и что именно заставило его прийти сюда, однако это покровительство воспринималось Джеймсом в штыки. - Он предлагает хорошие деньги, Джеймс. - Нет, - МакЭвой всё-таки попытался протиснуться между мужчиной и дверным косяком, но Фаррелл крепко взял его за плечо, и в этом движении было не меньше отеческой заботы, чем во многих его жестах относительно Джеймса вообще. - Послушай меня, - он смотрел прямо и внимательно. - Только танец, такой же, как на сцене, просто один на один. Ничего больше, там есть камера, и я лично прослежу за тем, чтобы он тебя и пальцем не тронул. - Я так не танцую, - сквозь зубы практически прорычал юноша, прищуриваясь. - Я сразу об этом говорил, вы не можете меня заставить. - Я не собираюсь тебя заставлять, - Фаррелл ослабил хватку, но взгляда не отвёл. - Но это действительно хорошие деньги, такие, которые я не могу тебе платить за твои выступления. Это больше, чем десяток твоих выходов на сцену. Джеймс замер, хотя уже дёрнулся, чтобы уйти, едва почувствовал, что его больше не держат. Он остановился, смотря в пол, быстро подсчитывая в уме, сколько получает за десять выступлений, и это при условии, что танцует он здесь далеко не каждый день. Сумма выходила приличная, весьма и весьма, этого хватит на ближайшее время - и, возможно, у него даже будет шанс сдать сессию в следующем месяце без бесконечных энергетиков с кофе вперемешку, потому что экзамены никто переносить не будет, как и платить ему без выступлений, а выспаться можно и на том свете. Хорошие оценки - то, что ему было нужно, действительно нужно. - Обещаете, что это будет только танец? - Джеймс поднял взгляд на своего работодателя, и тот кивнул. - Танец и ничего больше, - Фаррелл сделал небольшую паузу. - И... Наш гость очень хочет узнать твоё имя. Будь осторожнее и подумай заранее, как уйти от этого вопроса. Соври что-нибудь правдоподобное, Джейми, мне кажется, он просто так не отстанет. МакЭвой недовольно поджал губы из-за ласкового обращения. Сто раз просил и даже требовал не называть его "Джейми" - всё как о стенку горох, так что он только сдержанно кивнул и направился к выходу, давая понять, что разговор окончен, не понимая, что ему прощается такое поведение исключительно из-за расположения к нему хозяина "Близости". Условия танца, время и формат они обсудят в следующий раз, а пока - семинар. Что-нибудь правдоподобное... Джеймс сдвинул брови, толкая дверь чёрного выхода. Разве можно неправдоподобно соврать про имя?..