Под знаменем Аквилы

      Она ждала, наблюдая за ними из темноты целые столетия. Видела, как «Повелительница Демонов» делала свои первые, робкие шаги, шествуя рука об руку со своим новоявленным супругом. И как мир, опустошенный войной, вновь наполнялся жизнью.       День за днем. Год за годом. Человечество погибало, как лягушка, попавшая в медленно закипающую воду. А вместе с ним погибала и ее надежда. Она не смогла победить ее тогда и уж тем более не смогла бы победить сейчас. Все что ей оставалось — оттягивать неминуемый конец, плести нити дрожащими от обречённости пальцами.       Вплоть до того дня, когда она вновь почувствовала их присутствие. Пророчество начало сбываться.

***

      Четыре часа утра. Она просыпается в кромешной темноте, вслушиваясь в тишину пустого зала. Сердце вновь бешено стучит, отдаваясь в уставшем сознании гулкими ударами наковален. Холодно, хоть тело и покрыто испариной под толстым, тяжелым одеялом.       Ей кажется, будто она и не спала вовсе. Короткое забытье, в которое она проваливается вместо спокойного сна, едва ли можно назвать настоящим отдыхом, но она благодарна и за этот подарок. Взгляд, секунду пугливо озирающийся по сторонам, сквозь тьму видит знакомую картину и замирает, умиротворенный.       Она дома. Во всяком случае, именно так она называет эти холодные, облицованные черным обсидианом залы, в которых ей приходится ютится. Ютиться так долго, что она уже и сама не помнит, как впервые вошла в эти чертоги.       Обычно, вид этих богато украшенных стен, вдоль которых ровными рядами застыли артефакты прошлых эпох, вызывают у нее рвотные позывы — стойкую аллергическую реакцию на любое напоминание о старых днях. Но она просто не в силах приказать выбросить этот хлам куда подальше. Слишком много усилий было приложено, чтобы сохранить все это.       — Вот и настал новый день, Тринадцатая, — она встает с кровати и мрачно осматривая свою обитель, подтягивает одеяло к себе и, кутаясь в него как гусеница в кокон, медленно бредет сквозь разбросанные по полу вещи.

***

      Если бы в эти минуты в зал смог пройти непосвященный инкуб или мамоно, то в первые мгновения они вряд ли смогли бы найти что-то необычное. Смятая от ночных утех кровать, лепестки роз и тонкий аромат дорогого вина. Разве что чуть большая неряшливость хозяйки, немного необычная для кицунэ, могла смутить. И только когда в белых камнях, зачем-то выстроенных в ряд, глаз начинали видеть черепа, часть из которых явно принадлежала не людям или мамоно, в мыслях могла возникнуть страшная догадка.       Тринадцатая — Кицунэ. Истинная кицунэ. Одна из тех, что вела свой род к процветанию прямиком из глубины веков. Та, которая привела к власти нынешнюю Повелительницу Демонов.       Правда, когда именно все это началось она уже и сама не помнила. Вроде бы чуть больше тысячи лет назад, может больше. Когда живешь так долго, будни сливаются в один долгий, нескончаемый день и становится очень сложно сказать что-то то наверняка. Единственное, что она помнила хорошо, так это день, когда все началось: первый снег на месте, что сейчас называется Лескатией и эти рваные серые облака на небосводе, так похожие на куски скомканной бумаги.

***

Тысячу лет назад.       Холод. Проклятые заморозки по ночам начались всего неделю назад, но уже кажутся нескончаемыми. Она идет вдоль обугленных останков одной из крепостей человечества. На сапогах видны следы лужи, черные от сажи. Колючий ветер гонит по этим крохотным водоёмам рябь, отчего кажется, будто земля под ногами мелко дрожит, недовольная от пролитой на нее крови.       В воздухе стоит смрадом от гниющего мяса. Сражение закончилось больше месяца назад, но трупы никто так и не убрал, и белые, раздутые тела всё ещё лежат памятником человеческой ошибке.       — Если ничего не изменится, я скоро присоединюсь к вам. — сказала вполголоса Суллея. Пробубнила эти слова как мрачное напоминание платы за провал.       А ведь все так хорошо начиналось! Ее ум и блистательные навыки буквально швырнули ее на самую вершину командования демоническими ордами. И она жила, уверенная что удача на ее стороне, до тех пор, пока к ней не пришло мрачное осознание, что после окончательной победы от нее избавятся. Избавятся точно так же, как она всю свою жизнь избавлялась от слишком усердных помощников, мечтающих занять ее место.       И теперь, буквально в шаге от победы, ей приходилось идти на сговор с почти побежденным врагом.       — Ты все же пришла. Я уже начал волноваться.       Суллея поднимает голову и видит смазливого юношу с щитом, на котором грубо намалевано фиолетовое сердце.       — Так ты и есть Великий герой, который установит мир между людьми и монстрами? Признаюсь, не думала что настанет день, когда я выступлю на одной стороне с человеком.       — Аналогично.       — Послушай… — хвост дернулся в сторону — Тот могучий воин, убивший «Правую руку» Повелителя. Он здесь?       — Нет! — глаза парня вдруг забегали из стороны в сторону, а руки будто зажили собственной жизнью. — Боюсь мы не можем рассчитывать на его помощь. Я попытался с ним поговорить… И он не приемлет мира ни в каком виде.       — Хорошо. — Суллея кивнула, с благодарностью чувствуя как внутри исчезла толика напряжения. — Я ожидала нечто подобное.       — Нам нужно идти. Он поклялся, что как только разделается с «Повелителем», настанет черед предателей человечества, и нет сомнений что следующим стану - Я.       Когда Такеши произнес «разделается с «Повелителем», в горле Суллеи встал ком. История сделала круг, вернувшись в ту же самую точку, с которой ей предстояло вновь пойти по заранее отработанному маршруту: Смерть Повелителя, упадок монстров и, вслед за этим, новое воцарение человечества. Только для того, чтобы потом вновь быть низвергнутым в пучину ужаса и войны.       По сути, сейчас решалась не только судьба мира, но и ее судьба. В случае победы Повелителя (пусть и временной) ее ждёт смерть, как наиболее вероятной претендентки на трон. В случае же его смерти — появлялся шанс не только обезопасить себя, но и самой встать во главе Демонических Легионов.       Проблема была лишь в том, что Повелитель, усевшись на трон, обретал власть немыслимую для любого монстра. И занять его место можно было только тогда, когда великий герой Ордена обрывал его жизнь. А герои Ордена, как правило, не отличались большой готовностью сотрудничать…       Кроме этого экземпляра....       Она до сих пор не могла понять, откуда вылез и почему получил свои «божественные силы» этот странный парнишка. Он мало того, что не хочет устроить бойню во имя человечества, но и активно ищет мира между людьми и монстрами. Но это было не важно. Важно другое: она получила в свое распоряжение «избранника» Верховной, который смотрел на нее как на друга и наставника.       — Становится холодно. — Такеши улыбнулся, с сочувствием наблюдая, как Суллея кутается в свой утепленный плащ. — Моя подруга приготовила вкусный ужин и даже раздобыла хорошее вино.       — Спасибо. — Она чуть раздраженно посмотрела на него, чувствуя что еще немного и попытается придушить эту выскочку. — А то я с дороги совсем устала.

***

      Подруга… Так парень называл свою напарницу. Девушку-Мага.       В тот момент она не придала этому значение. Орден Верховной властвовал над Людскими Землями, но люди не рождались с Верой в нее. Были и те, кто избирал своим покровителем Посейдон, Арес или даже, как эта девица, Эрос.       Вполне ожидаемо, что Человек, рожденный там, мог быть весьма… Свободен в своих взглядах. Как-никак Верховная редко когда напрямую назначала своих героев. Система работала таким образом, что вмешательство Верховной нужно только самый минимум. Святая и Демоническая Энергия были распределены по миру, и, что бы не утверждали в Церквях и на Темных Мессах, не могли быть уничтожены. Их величина всегда была постоянной, не менялась и, чем меньше становились силы, тем чаще и больше она концентрировалась в отдельных людях и монстрах. Таким образом побеждать одна из сторон могла довольно долго. Но победить до конца — никогда.       Если бы она принесла совсем уж древние свитки, то Такеши мог бы с интересом прочесть о временах, когда Монстры вырождались до нескольких, не больше десятка, существ, чья сила была непостижима для понимания простых смертных. Или о временах «Последнего города», когда последний оплот человечества являл собой воинов столь сильных, что Валькирии даже не смели мечтать, чтобы однажды сравняться с ними в могуществе.       Еще больше он бы удивился, узнав что Святые Валькирии создавались не для битвы, а для обучения людей, в которых Святая Энергия находила свое пристанище. И они вовсе не спешили вести людей к победе. Правда, только «еретики» могли увязать тот факт, что будь слова Валькирий правдой, то они бы должны были сами возглавить Людские Армии и самолично, на поле боя, убивать монстров пачками.       — Послушай…       Они шли уже минут десять, за которые Суллея успела окончательно продрогнуть до костей и теперь мучила себя вопросом, не проще ли было попытаться убить Повелителя старым добром ядом в вине?       Такеши откашлялся, прочищая горло, после чего продолжил:       — Недавно я повстречался с одним Хакуматой. Он говорит, что я смогу установить мир, но он не будет вечным. Зло уже увидело нас.       — Зло? — Суллея искоса посмотрела на парня. — О каком Зле он говорит? Повелитель демонов?       — Нет. Не это зло. И даже не Верховная…       Он не показал этого, но кицунэ кожей почувствовала, как он весь напрягся:       — Он не знает о нем ничего, кроме того, что ему будет суждено уничтожить мои деяния на корню.       — А как спастись от него, он сказал?       — Нет.

***

      Их союз был необходимым злом для Суллеи. Высокородная, воспитанная в строгой, консервативной семье, лучшая ученица величайшей школы, она с трудом терпела его нахальные, сальные шутки и постоянные приставания. И особенно, это его навязчивое желание увидеть во всех человекоподобных мамоно похотливых созданий, что только и ждут его в своей постели. Порой ей вообще казалось, что думал отнюдь не головой. Вернее, головой, но маленькой. Той, что в штанах.       Конечно, странные монстры существовали всегда. То арахна, вместо того, чтобы убить героя, заключит его в свои сети и назначит своим мужем, то стая гарпий договорится с селением о торговле, а русалка заведет роман с капитаном корабля. Это нормально. Сильный, могучий герой, источающий Духовную Энергию мог стать хорошим отцом и знатно обогатить их род великими потомками.       В конце-концов, характер мамоно определялся даже не самой их природой, а тем божеством, которое они избрали своим покровителем. Людоящеры, поклоняющиеся Арес и не стесняющиеся входит в военные союзы с племенами людей, и жрицы Посейдон издревле были вольны в своих поступках. А уж арахны, в тенетах которых то и дело доживали свои дни солдаты людских армий вообще никого не удивляли.       Даже она сейчас могла спокойно отыгрывать роль «отступницы», которой хочется мира не меньше, чем новоявленному «Герою».       — Так почему ты решила помочь мне? — Такеши сделал ленивый выпад мечом, представляя как его острие пронзит сердце абстрактного врага.       — А разве это не очевидно? Я цивилизованная и понимаю, что мир между нами не только возможен, но и взаимовыгоден! — Суллея многозначительно подняла вверх палец. — Но без моей помощи ты проиграешь, и тогда еще сотни лет пройдут, прежде чем на свет появится некто равный тебе.       — Да неужели?       Такеши улыбнулся своей фирменной улыбкой, блеснув рядом белоснежных зубов:       — Знаешь, я не верю в пророчества. Человек сам творит свою судьбу. Те древние свитки писались людьми и даже если… — он запнулся, будто слова вдруг стали ему даваться с трудом. — Даже если Верховная и играла с нами в игру, я смогу разорвать этот круг! Я убью Повелителя и освобожу монстров от его Злой Воли!       Суллея в ответ на это только лучезарно улыбнулась.       Он не сможет разорвать круг, как и сотни героев до него, ибо он и сам часть этого круга. Даже сейчас он выполнял миссию, возложенную на него Верховной — устранял нарушения в балансе.       И выполнял ее из рук вон плохо…       Когда Суллея только услышала о нем, то представляла себе могучего воина. Жестокого и нелюдимого. Ветерана тысяч сражений. А получила вчерашнего школьника, который мечом орудовал как дилетант, пялился на ее грудь, отпускал непристойные шутки и каждые пять минут уединялся со своей девушкой.       Конечно, будь у нее чуть больше времени, она бы обязательно попыталась разузнать и про его странную спутницу чуть больше, но все ее попытки начать с ней разговор жестко пресекались.       А сейчас она должна была играть роль мудрой, но легкомысленной наставницы, которая шаг за шагом будет вести его к победе над Повелителем Демонов.       Чтобы потом самой сесть на этот трон....

***

      — И почему я только не послушалась твоего совета? — Суллея дернула плечами, словно пытаясь сбросить с себя неприятное, давящее чувство воспоминаний и зашагала чуть быстрее.       Где-то наверху, очень тихо, запели первые петухи, их переливчатый голос почти не доставал до женщины из-за расстояния. Наверняка сонные пастухи уже вставали с сеновала, готовые выгнать стадо на пока еще зеленые луга. Теплое августовское лето еще согревало землю, хоть на деревьях уже и появились первые пожелтевшие листья. Любимое время года каждой кицунэ: время осторожных рассветов и полной молчаливой задумчивости вечеров.       Воспоминания, словно нарочно, подсовывают ей картины прошлой жизни. Когда ей еще не приходилось сидеть в этой каменной могиле под защитой из сотен печатей и дрожать когда одна из них, не выдержав неравной борьбы со временем, рассыпалась в пыль.       Проклятье, да она бы все отдала за возможность хоть на денек вернуться в родное имение, посидеть на своем любимом диване, пройтись среди стеллажей пыльных фолиантов и….       Она мотнула головой, пытаясь забыть все это. Сейчас наверху уже нет ни ее поместья, как нет и древних фолиантов. В ее любимом доме, где она росла под строгим контролем своей матери, живет какой-то инкуб с разношерстным гаремом своих мамоно, а все, что у нее осталось от прошлого, это куча хлама да жуткое желание своими руками убить ту тварь, что забрала у нее прошлую жизнь.       Нужно жить настоящим. Особенно сейчас, когда до желанного дня осталось не так то уж и долго, а горевать она будет после. Если так и не выполнит свой план, но останется жива.       Она подходит к молчаливой стражи из преданных ей монстров, с грустью кидает взгляд на ослепшую Адскую Гончую. Могучий зверь мирно лежит возле дверей ее комнаты, продолжая нести стражу, защищать свою хозяйку.       — Бедняжка, — она треплет его за ухом, вспоминая тот вечер, когда она отдала приказ о смерти той, что могла стать следующей Повелительницей Демонов. Неприятно, конечно убивать родню, но выбора не было, а иные варианты были исчерпаны.

***

Тысячу лет назад. Месяц до воцарения нынешней повелительницы Демонов.       Когда отряд Такеши достиг подножья горной гряды, что отделяла Царство Владыки демонов от «Нейтральных земель», Суллея чувствовала себя скорее мертвой, чем живой. Зима выдалась холодной. Наверное, самой холодной за последние тридцать лет. А если прибавить к этому непрекращающиеся бураны, то она могла по праву говорить, что только ее ум и магическая сила спасли их всех от верной смерти.       Они разбили свой походный лагерь в каком-то лесу с обгоревшими деревьями. И если расчеты Суллеи были верны, то уже через месяц они должны достигнуть дворца. А там все будет делом техники. Потому сейчас она проводила большую часть времени в своем шатре, пытаясь отделаться от этого навязчивого ощущения опасности и чувства неминуемой беды.       Она даже попыталась уснуть, закутавшись с головой в одеяло, но вышло плохо. Все время казалось, что кто-то пытается позвать ее.       И…       Она вдруг поняла, что это ей не кажется.       Ее действительно звали. И это не глас Повелителя. Пришли новости от ее лучшего агента.       — Вот проклятье, — она осторожно высунула мордашку в темноту ночи, грустно вздохнула, но все же устало поплелась прочь от лагеря, на ходу спрашивая себя, какие проблемы у нее появились на этот раз.       — Джулия? — Суллея осторожно вгляделась в ночь и увидела, как из темноты, словно соткав себя из воздуха, вырисовывается облик Кеджоро. — Я же просила тебя не приходить лично!       Она нервно оглянулась, взмахом руки создав вокруг них не пропускающий звуки и свет купол, так, что со стороны они просто казались темным участком леса. После чего еще раз внимательно посмотрела на свою шпионку.       — Это слишком важно, — она осторожно протянула ей свиток, — вам лучше взглянуть на это лично, госпожа.       Свиток, к удивлению Суллеи, не был старинным и от него не чувствовалось дыхания столетий. Простой, неприметный пергамент, испещренный беглым почерком. Она осторожно взяла его в руки.        — Что это?       — Будущее.       — Этому свитку и года нет, — Суллея нахмурилась, — только не говори, что тот Хакумата действительно мог предсказывать.       — Не знаю. Нам удалось спасти только это.       — Спасти?       — Да, спасти... — На лице Кеджоро проступило беспокойство. — Не знаю, в каком состоянии его нашел Такеши, но мы нашли полубезумного старика. Он только и мог говорить о «зле по ту сторону».       — По ту сторону? — Суллея внимательно посмотрела на свиток. — Владения Хель?       — Нет. Это мы бы распознали.       Суллея качнула свиток на своей руке. Потом развернула его и…       — Хм… Опять загадки… И… Это карта? — она перевернула свиток вверх ногами. — Бессмыслица какая-то. Больше похожа на каракули.       — Нам не известно, что это такое, госпожа.       Она еще раз покрутила свиток в руках. Предсказания, вроде, стандартные загадки, но вот символ… Круг со стрелками?       — Хорошо... — Суллея осторожно положила свиток в сумку на поясе. — Это и была ваша срочная новость?       — Нет.       — Тогда что еще?       — Вы, моя Госпожа. Хакумата просил передать, что в конце всех перипетий трон займет лиса.       — Как скоро?       — Через тысячу лет, моя Госпожа.       Это донесение стало судьбоносным. До этого она, конечно, пыталась понять, о чем говорят предсказания, но… Предсказание никогда не были точными. Всегда и во все времена они всего лишь отражали вариации будущего. Иногда, правда, наиболее вероятное развитие событий, но никогда и ни один предсказатель не давал стопроцентной гарантии.       Так и здесь. Если бы не одно большое НО.       Она уже видела этот символ.       Во сне. В день, когда магические потоки были взбаламучены до основания.       Практически десять лет назад, когда Маги Людских Королевств нанесли травму Повелителю демонов, превратив ночь в день, а с небес упала звезда.       В день, когда она впервые почувствовала присутствие богов, в честь которых так и не возвели храмы.

***

Наши дни.       Теперь, когда события той ночи были разобраны ей до последней минуты, казалось странным, что так много неясного ускользнуло от нее: И слишком уж гладкое их путешествие к центру Демонических земель. И ее двойная игра. И даже то, что им ни разу не пришлось сойтись в бою с отрядами Ордена.       Их оберегали все это время. Оберегали, как заботливые родители оберегают свое дитя.       Пазлы головоломки, с громким щелчком, сошлись в единое целое.       Кому была выгодна смерть Повелителя и превращение всей планеты в утопию? Кто обладал силами нанести удар Верховной и изменить сам порядок вещей? Кто даже сейчас, спустя тысячу лет, истинный повелитель монстров?       Верховная? Нет. Не этого она хочет.       Простая суккуба, решившая построить мир во всем мире? Еще большая глупость.       Настоящие виновники так и не признали свою вину.       Эрос, Посейдон, Арес, Хель, Бастет и куча других богов, решивших поиграть в свои игры.       Правда об этом она узнала уже после. Когда устроила небольшой круиз по их храмам. Долгий, запоминающийся круиз. Во всяком случае, поэты до сих пор черпают вдохновение в «Великом пожаре», когда погибли величайшие «жрицы любви» Эрос. А уж таинственное исчезновение «Величайшей Купидон» до сих пор волнует историков… И служителей этой богини. Правда они бы не сильно обрадовались, узнав что ее скелет служит одним из центральных экспонатов в коллекции Суллеи.       Арес ненавидела Верховную, когда ей приходилось нарушать свой собственный кодекс чести. Посейдон ненавидела ее за то, что она приказывала топить корабли. И Эрос, которая ненавидела ее извращенное чувство долга, стоявшее над самым главным, по ее мнению, чувством — любовью.       Конечно, ударить напрямую они не могли. Боги не могли наносить вред друг другу. А потому они выбрали единственное существо, способное нанести вред Святой Энергии Верховной и сопротивляться ее Ангелам: Повелительница Демонов.       Ирония судьбы, но именно та Демоническая Энергия, которую Верховная создавала как контролируемый яд и стала тем самым оружием, что обратилось против своего создателя.       План был прост в своей гениальности: Суккуба, которой не повезло оказаться в не том месте и не в то время. Герой, у которого мозг находился в штанах и она, которая и привела их к победе.       — Кто бы мог подумать, что той девочке суждено было стать новой Повелительницей Демонов? — Суллея вышла в кажущийся бесконечным коридор, чувствуя как от волнения сердце начинает стучать все сильнее.       Ей удалось бежать в тот день, но без покровителя достаточной силы надеяться на победу было бессмысленно.       Шаг ускоряется. Она сворачивает в главный коридор и останавливается перед огромными воротами, ведущими в главный зал.       Там ее уже поджидает Джулия — Кеджоро, что и принесла ей памятный свиток. Немного состарившаяся, но не потерявшая своей красоты Инари и верная свита из самых лучших ее разведчиков.       — Восемь, моя госпожа, — Кеджоро щелкает пальцами, подав знак открыть дверь. — Как вы и хотели.       Да, все как она и хотела. Могущество не получить просто так. Только глупец придет к новому Богу с требованием силы.       Разумеется, Повелительница Демонов узнает об этом «инциденте», но к тому времени у нее будут проблемы куда большего масштаба, чем таинственное исчезновение нескольких ее дочерей.       — Друэлла здесь? Терпеть не могу это выскочку.       — Нет, госпожа. Сейчас она в Лескатии. Доставить ее возможно, но мы бы потеряли слишком много времени, — Кеджоро проходит внутрь зала кивая головой на восемь Лилим, расположенных по кругу. — И советую вам поторопиться. Агенты говорят, что в Зипангу упала звезда. Как та, что упала тысячу лет назад.       — Хорошо, — Суллея идет мимо отчаянно дергающихся в цепях девушек, пытающихся что-то промычать сквозь кляп.       — Уже скоро вам предстоит сыграть важную роль в будущем этого мира, а пока отдыхайте. — улыбнувшись пленницам Кицунэ обратилась к подошедшей слуге.       — Подготовьте экспедицию в Зипангу. Не хочу опоздать на начало праздника, что готовят наши гости.