We Do What We Must To Survive

Двое парней были в туманном состоянии, после их эмоционального воссоединения, и никто из них не помнил, кто предложил им прилечь, но полчаса спустя, Микки обнаружил Йена рядом с собой, его лицо было близко к его собственному, и ни одна пара глаз не покидала другую. Рука Йена блуждала по талии Микки, не позволяя какому-либо пространству появиться между их телами, даже если Микки хотел этого. Он не хотел. Чувствовалось легкое головокружение, в основном из-за Микки. Как будто, наконец, позволив, Йен сместил свой большой вес, что сдавливал спину Микки, не имеет значения, что он раньше пытался, он не мог сдвинуться. До Йена. До настойчивого рыжего уебка, который вновь вернулся в изначальное положение. Он обхватил его, и что удивительно, Микки был счастлив. Впервые за последние месяцы Микки чувствовал себя хорошо. Себя, жизнь, и свое направление. Может он и не знал, какого черта он должен был делать сейчас. Он все еще борется с зависимостью от кокса, у него нет работы, дома, цели в жизни и он не достаточно наивен, чтобы думать, что монстры из его прошлого не вернутся к нему, в конечном счете. Но сейчас, прямо здесь, в кровати Йена, напротив того самого человека, который ответил на его вопрос в первую очередь, он чувствовал себя в безопасности. Он, наконец, почувствовал, что вновь может дышать. У него не было в планах засыпать, но теплота одеяла и тела рядом с ним заставила его почувствовать, что ему и года не достаточно для сна, который накатывал на него, делая веки тяжелыми. Полусонная улыбка с примесью красного, была последней вещью, которую он увидел, прежде чем заснуть.

***

*** Фиона работает в основном без перерыва, как минимум на протяжении последних нескольких месяцев. Это на самом деле не ради денег, обеспечить три головы было практически как прогулка в парк, по сравнению с тем количеством, сколько ей приходилось ухаживать за ними. Беспрерывные часы помогают ей с одиночеством, сейчас Лиам был в школе, и был более, чем счастлив проводить так много времени с Ви и близнецами, поскольку Фиона позволила, а Йен слишком старается, ему не было смысла оставаться в пустом доме, поскольку другой спал и во вторую половину дня. Она всегда в основном работала. Фиона была рада, что Дэбби скоро вернется домой, и Карл выйдет через пару недель, а старший Галлагер решил, что когда они будут все дома, она сократит свой рабочий день. Она загребала деньги на дополнительных сменах, имея в виду в основном зимние смены. Удобно устроилась. Возможно, это первая зима, через которую они прошли без всяких загвоздок. Заначки на черный день было много, и даже больше. Но до этого времени она брала каждую смену, которую могла. Ее восьмичасовая смена закончилась час назад, но она решила прогуляться до дома, вместо того, чтобы ехать на метро. Возможно, потому что она хотела избежать извращенцев, которые всегда были в вагоне после каждой ее субботней смены. Это не значит, что она не может постоять за себя, если он решит подойти в дальнейшем, чем с возбуждением смотреть на нее с рукой глубоко в кармане, но была приятная погода, а Чикагский мороз вновь скоро возьмет вверх, поэтому она наслаждалась теплой погодой, пока та продолжалась. Когда она подошла к дому, солнце уже село, поэтому она удивилась, увидев свет не включенным. Йен упомянул, что он и Микки встречались сегодня со Светланой, но это было несколько часов назад. Зайдя в дом, она включила свет и увидела пальто двух парней, лежащих на спинке дивана. Фиона закатила глаза и схватила их. Серьезно, было так сложно повесить их на крючок как цивилизованные люди? Пробормотав это себе, она последовала на кухню и включила свет, чтобы видеть куда идти, чтобы раздобыть себе ужин. Здесь был остаток лазаньи и немного шпината. Этого было достаточно. Лиам у Ви и Кева на всю ночь, спит вместе с близнецами, поэтому ей нет причин беспокоиться. Не смотря на то, что Фиона не могла себе представить здесь хорошую домашнюю еду в то время, когда Микки был в доме Милковичей. Решив, что сейчас не время останавливаться на депрессивной теме, она обратилась к парням, которые были на верху. ― Вы еще будете лазанью? Ответом была тишина, и это вновь вывело ее из себя, она быстро поднялись по лестнице, пока приводила волосы в порядок для готовки. Продолжая ворчать, она толкнула дверь Йена, но слова, которые она хотела сказать, так и не вышли из ее рта. Потому что двое из них были определенно чем-то очень заняты. Ни один парень не был одет ни во что, кроме боксеров. Несмотря на то, что Йен твердо стоял на своем пути, она опустила взгляд вниз, ноги Микки были плотно охвачены вокруг его бедер, руки нащупывали каждую часть его брата, которую только могли достичь. Губы Йена беспрепятственно двигались с Микки. Фиона замерла, не зная, что делать, до того, как она осознала, что ее брат шевелил бедрами, вызывая у Микки громкий сексуальный стон, губы Йена облизывали челюсть брюнета. Этого ей было вполне достаточно, чтобы выйти из ступора, она выругалась, тем самым задействовав парней. Микки, почти комично, взвизгнул в удивлении и оттолкнул рыжего, тем самым заставив ее брата бесцеремонно отскочить с кровати на пол, парни сильно старались скрыть их очень очевидные признаки интереса того, чем они только что занимались. Микки был с широко раскрытыми глазами, а щеки Йена медленно преображались в такой же цвет, что его волосы. После нескольких секунд шокированного молчания с их сторон, Фиона первая разрушила это. ― Серьезно, ребят? Вы думаете это хорошая, блять, идея? ― она отвернулась, чтобы как-то спасти их от смущения, но потом повернулась обратно, чтобы взглянуть на них, дав ответ. ― Клянусь, вы, парни, думаете лишь членами, вы двое заварили всю эту историю… ― Фиона, ― Йен пытался прервать, но его сестра не позволила. ―… а в последний раз все это не очень хорошо закончилось, и вы начинаете вместе все по новой… ― Фиона, ― снова без удачно попытался Йен. ―… сейчас вы идете и рискуете всем, уступив вашим чертовски возбужденным членам, и трахаете друг друга, когда даже не… Йен решил, что с его сестры достаточно, слишком долгая и ненужная лекция. ― ФИОНА, ― выкрикнул он, чего было достаточно, чтобы остановить Фиону на половине напыщенной речи, и она перевела взгляд на брата, ее брови поднялись в циничном удивлении. ― Может, ты заткнешься на секунду, ― произнес он, бросив взгляд на Микки и закатив глаза, когда взгляд парня вернулся к нему, дав понять, что он имеет свое собственное право сейчас, попытаться объяснить ситуацию, увиденную его сестрой, которая очевидно подумала, что на этот толчок их натолкнуло долгое воссоединение. ― Мы не спим вместе, ― Фиона лишь усмехнулась с шипением. ― Йен, я не идиотка, я всего лишь на семь лет старше тебя, я знаю, что неудачно зашла сюда. Рыжий разочарованно выдохнул и осознал, что у его сестры, как обычно, лучшая стратегия. ― Ну да, мы собирались… сделать это, ― Йен не был блюстителем нравов, он не особенно любил разговаривать о сексе с его старшей сестрой. ― Но… это не просто. Мы…мы хорошо разобрались во всем, ― Йен застенчиво улыбнулся, поскольку он направил свой взгляд в сторону Микки, счастливый увидеть доказательство счастья в его глазах, даже если он не дал своему рту проявить это. Фиона прищурилась в подозрении. ― Да-а, вам теперь лучше. Вроде. Йен был уверен, что его сестра была остроумна. ― Черт возьми, Фиона, нам хорошо, действительно хорошо. Хорошо, поскольку мы снова сошлись. Рука Фионы в шоке легла на рот и опустилась, что Йен называл визгом. Микки вышел из себя и просто закрыл уши руками, в основном в насмешке. ― Ладно, успокойтесь нахрен. Фиона убрала руку, показывая счастливую улыбку, ее лицо сгладилось подлинной улыбкой за двух парней. ― Вот дерьмо. Это здорово, то есть ты многому научился, но я рада за вас обоих. Ей понадобилось немного времени, чтобы понять, что Йен и Микки приняли ее поздравления, и сейчас смотрели на нее выжидающе. ― Что ж, сейчас я должна уйти, ― неловко прокомментировала она. ― Ужин скоро будет готов, но я оставлю ваши порции в холодильнике. Вы можете взять их, ну знаете, хоть когда. Йен бросил подушку, которую схватил, чтобы забить на ошибку своей сестры, которая уклонилась с хихиканьем. ― Хорошо, хорошо, я ухожу, ― и поскольку ушла, отозвалась в шутку. ― И не забывайте использовать защиту.

***

Йен поднялся с пола и шлепнулся на кровать, вскоре после того, как Фиона закрыла за собой дверь. Почувствовав легкий толчок пальцев ног Микки в его правую сторону, брюнет расположил свои ноги, покрыв грудную клетку парня, в знак благодарности. ― Что ж, это было чертовски неловко, ― произнес Йен. Все, что он получил, было каким-то звуком в согласие от Микки. Озорно улыбнувшись, Йен бесцеремонно перевернулся на его руки и колени, перебравшись по кровати к нему, наполовину склонившись, а полу травматический Микки, казался, был очень заинтересован заусеницей на большом пальце. ― Я не думаю, что она снова будет беспокоить нас какое-то время, ― вызывающе прошептал Йен в ухо Микки, закончив предложение дразнящим укусом в его мочку. Йен собрался было отстраниться, чтобы поцеловать щеку Микки и пройтись дорожкой вниз к пухлым губам Микки, но удивился, когда Микки отвернулся, слегка толкнув в плечо, очевидный знак того, что он хотел, чтобы Йен отступил. Отклонившись назад на лодыжках, Йен держал колено Микки и вопросительно смотрел на него. ― Что не так? Ты, кажется, был не против ранее? Микки согласился. ― Был. ― Тогда хорошо, ― Йен опустил руки, чтобы потереть бедра Микки, постепенно делая это все сильнее и сильнее. ― Тогда, может быть, мы вернемся к этому. Микки все еще отпихивал руки Йена, но не отстраняя их, поэтому их руки оставались схваченными на плотных бедрах Микки. ― С презервативом? Йен улыбнулся в смятении. ― У меня сейчас его нет при себе, и я не собираюсь искать его у своих братьев и сестер, в чем собственно проблема? Нас раньше это никогда не заботило. Йен слегка испугался, недоверчиво кинув взгляд на Микки, отчего-то ему было больно, Микки отдернул свои руки, поскольку слез с кровати, пройдя несколько шагов, чтобы создать некую дистанцию между ними, не покидая комнаты. ― Тот же старый Йен, ― вздохнул Микки. Йен на самом деле старался поддерживать его с теми проблемами, которые были прямо сейчас. ― Я не понимаю, Микки, до этого у тебя не было проблем? В ответ он получил тишину. Йен медленно опустил босые ноги, пока те не встретились с прохладным полом, он проделал несколько шагов, чтобы оказаться позади парня, так близко, как только возможно, без прикосновений. ― Микки? ― Ты думаешь, я использовал гребанную защиту все это время? ― в словах Микки было чистое отвращение, и Йен понял, что это самое омерзение было направлено на самого себя. ― Ты думаешь, что я знаю, с кем именно я спал, и были ли они чисты? В конечном счете, Йен не мог не дотронуться мягко шеи Микки, слегка потрепав грубые волосы на затылке в утешении. На какой-то момент Микки позволил это, и оперся на соприкосновение, но в итоге, Микки пришел в себя и осознал, что происходит и неловко отступил, повернувшись лицом к Йену. ― Я едва помню что-либо из того. На время я перестал беспокоиться о презервативах, когда был под кайфом, просто обдалбывался каждый раз, как только получал эту возможность. Я мог трахаться с кем угодно и не знать, что я делаю. Йен пытался показать его сочувствие, но Микки не остановился. ― Ты думаешь, я собираюсь рискнуть, передав тебе все то дерьмо, которое, вероятнее всего, получил от прошлой жизни, втянув себя … в это? ― предложение Микки потускнело, поскольку Йен прочно схватил его лицо, оперевшись вперед и оставив нежный поцелуй на его губах, пытаясь передать все, что он чувствовал внутри, но зная Микки, которому не понять, как сильно же сердце Йена вздымается ввысь при Микки Милковиче. ― Даже когда я безрассудный хер, тебе все еще удается заставлять себя быть плохим парнем. Я буду первым, кто признает, что ненавижу думать о жизни, через которую тебе пришлось пройти за прошлые несколько месяцев, ― Микки опустил взгляд, боль на его лице была очевидна, и Йен удивился, как он сумел передать все, что имел в виду. ― Нет, Микки, посмотри на меня, ― его глаза практически жалобно поднялись. ― Я ненавижу это, потому что ненавижу мысль о том, что тебе больно. Я не ненавижу то, что тебе приходилось делать те вещи, которые ты не хотел, и я ненавижу то, что ты был в опасности и что я тебя в это и затащил. ― Ты не затащил меня... ― Микки пытался поспорить, но Йен заткнул его мягким и длительным поцелуем, не дав закончить. ― В какой-то степени затащил, Мик. И я сделаю что угодно, чтобы исправить это, ― Микки открыл рот, но Йен продолжил. ― Не только для тебя, но и для себя тоже, я должен перед многим загладить вину, ― Йен спустил руки, чтобы обхватить талию Микки, довольный, когда он автоматически потянул его назад. ― Я всегда довольно безрассуден, когда дело идет о защите, я знаю это. Но послушай, я завтра выхожу на работу, после того, как ты был так настойчив на моем возвращении на работу, я написал Шону, и он поставил меня на завтра. Микки закатил глаза на это, а Йен надул губы на то, что возвращается на работу. ― Но, днем после, мы можем сходить до клиники, вдвоем, на проверку, ― Микки снова выглядел пристыженным. ― Но это не потому, что я хочу заниматься сексом. Хотя я определенно хочу сделать это, ― Йен довольно улыбнулся Микки. ― Но также, я хочу быть уверенным, что ты в порядке. Я хочу твоей безопасности, и это следующий шаг к исправлению всего, что было позади нас. Хорошо? ― спросил Йен. Микки кивнул и глубоко вздохнул. ― Да, хорошо. Йен игриво улыбнулся. ― Мы можем делать другие вещи, ты знаешь, ― чтобы поддержать его точку зрения, его руки мягко притянули Микки к себе, заставляя того дрожать. ― Я не думаю, что мой член встанет, что после того, как твоя сестра зашла сюда. Это вроде как испортило все, ― сказал Микки, дразняще ущипнув кожу на талии Йена, из-за чего рыжий почувствовал неудобство. ― Это также, ты знаешь, не безопасно. ― Все нормально, ― согласился Йен, беспокойно оставив поцелуй на губах Микки, слегка хрипло прошептав. ― Я имел в виду что-то вроде этого, ― после чего он, кусая, прильнул к верхней губе Микки, облизывая его язык внутри рта, когда он открыл его, чтобы выпустить стон. Микки не соглашался вслух, и, тем не менее, двое парней вместе рухнули на кровать, не разъединяя губ. Позже они спустились за ужином, потому что прямо сейчас они чувствовали голод. Голод, который они наконец-то утолили спустя так много месяцев. Йен знал, что когда они придут к этому, секс будет восхитительным, он всегда таким был, но это обычно происходит, когда вы становитесь приятелями по перепихону. Йен все еще блуждал по губам и языку Микки, раньше он все думал о возвращении, когда Микки отказывался целовать его, но сейчас Микки не отталкивал его, и Йен чувствовал себя довольным больше, чем за все те месяцы. К тому же, Йен не мог вспомнить, когда он чувствовал себя также.