Кровь на моих руках

      Заснеженные поля навевали мысли о моей жизни, такой же чистой и не исписанной, как белый лист бумаги. Начать жизнь с чистого листа. Такое заманчивое желание. И теперь - такое пугающее. Я старалась думать об этом спокойно и хладнокровно, проанализировать дальнейшие действия, изменить свою судьбу так, как всегда мечтала. Я мечтала о свободе. И вот сейчас я свободна. За моей спиной НИЧЕГО. Пустота. Нет ни дома, ни родителей, ни друзей, ни знакомых. Я ни к кому не привязана, пока. Но оглядываясь вокруг я понимаю, что попала в еще большую клетку, чем та, в которой жила ранее. Люди здесь немы. С падением Марии этот мнимый, призрачный мир рушиться на глазах, оголяя ложь, привитую властью, скрывающей в недрах стен какую-то тайну. Они не перечат разведке, прекрасно понимая, что с тем обеспечением, с тем "передовым" оружием, каким их снабдила власть, они ни за что не выйдут за границы иллюзорного мира, а лишь усеют трупами землю вокруг стен, укрепляя и без того крепкие границы клетки, в которые заперто сознание простых горожан, упрочняя за разведкой дурную славу, а за Эрвином имя УБИЙЦА.       Я боялась допускать мысль о том, что попала в этот мир не зря. Что мои знания помогут выйти за границы иллюзий, снимут пелену с глаз, но жутко боялась того, что может оказаться за этой завесой. Лежа в ночной темноте я пыталась понять, что могло произойти, откуда могли появиться титаны. Ханджи поближе познакомила меня со своими подопытными - Альбертом и Чакашерони. И рассказала о них множество удивительных вещей. Невероятно легкие, способные к регенерации, настоящие машины для убийства. Они не спят, не дышат, не нуждаются в пище. Они жаждут лишь крови. Человеческой. Они и сами похожи на людей. Мне кажется - они и были людьми. Что-то изменило их. Кто-то изменил их. В угоду своим желаниям этот НЕКТО СОЗДАЛ ИДЕАЛЬНОЕ ОРУДИЕ МАССОВОГО УНИЧТОЖЕНИЯ. Но по каким-то причинам не смог с ним совладать. Кто-то скажет - НЕВОЗМОЖНО. В этом мире нет таких технологий. Я скажу - ОШИБАЕТЕСЬ. Посмотрите на приводы. Они словно из другого века. Даже в моем - 21 веке - эти машины считались бы уникальными. Одежда 19 века. Но условия - едва ли на 18-ый. Книги на разных языках, но этим людям знаком только один - общий ( с примесью диалектов). Правительство не только не отрицает существования внешнего мира, но и категорически не хочет, чтобы люди за стенами о нем узнали. Возможно ВРАГ сам был когда-то человеком, возможно, что титаны - неудачный опыт, и теперь король за стенами не хочет, чтобы об этой ошибке узнали другие. Тогда выходит, что мы - последние люди? Что континент полностью населен титанами? Но как же другие континенты? Есть ли ТАМ люди? И если есть, почему связь с ними оборвана, или запрещена? Но больше всего меня страшило другое. Что если наш ВРАГ - человек? Старая кляча медленно тащившая сани, резко остановилась, заставив меня выйти из оцепенения. Хозяин товара любезно согласившийся довезти меня до Тэза - городка за стеной Роза, находящегося в нескольких часах езды от Троста, требовал платы. Трост я покинула утром, на следующий день, даже не попрощавшись с Филом. Вилла накормила меня завтраком и проводила до самой стены, напоследок всучив узелок с едой. - К чему такая спешка? - сокрушалась она, - Это Фил? Он что-то не так сказал? Или сделал что? Ты скажи, я ему уши оторву! - Ничего не случилось, тетя Вилла, ничего, - отвечала я с улыбкой, - просто у меня всего два дня осталось отпускных, а я хочу к еще одной подруге в гости успеть.        Здесь я не врала. Миранда действительно жила на окраине Тэза вместе со своими родителями, двумя сестрами и маленьким братом. Я предварительно купила в лавке немного сладких коврижек с медом и орехами, и теперь спокойно брела по узкой улочке. Несколько раз останавливаясь и спрашивая дорогу, я наконец добралась до нужного "дома" и теперь стучала в старую скрипучую дверь маленькой избушки с покосившимися окнами. Неужели можно жить в таком сарае? - Ая? - на пороге появилась Мира с маленьким братом на руках. Мальчику на вид было 2- 3 года. Его светлые, почти белые волосы обрамляли бледное болезненное личико с огромными, лихорадочно блестящими глазами цвета осеннего неба. - Привет, - я протянула малышу руку, - Будем дружить? Меня Ая зовут. Мальчик как-то совсем не по-детски посмотрел на протянутую руку и отвернулся, зарывшись лицом в волосы Миры. - Михаэль, что за поведение? Поздоровайся! - Мира встряхнула брата. Тот обиженно заскулил, сполз с рук и поднял свои глаза, облизывая сухие, потрескавшиеся губки. - Здравствуйте... - его голос звучал четко и по взрослому, но был тихим и хриплым. Я присела на корточки и протянула мальчику пакет со сладостями. Он отступил, обняв сестру за ноги и с интересом вытянул шею, переводя жалобный взгляд с сестры на пакет, и обратно. - Можешь взять, - одобрительно улыбнулась Мира. - Но не забудь поделиться с Элиз.       Мальчик осторожно протянул бледные, дрожащие ручки к пакету и улыбнулся. От этой улыбки у меня екнуло сердце. Я постаралась улыбнуться в ответ. Михаэль скрылся в соседней комнате. - Прости, - сказала Мира, обнимая меня, - Он не очень общительный. - Ничего, для его возраста это нормально. Сколько ему? - Через четыре месяца - пять. Я округлила глаза. - Не удивляйся. Михаэль - болезненный мальчик, да и денег на лечение, как таковых, нет. Условия не лучше. Это вот, наша кухня, она же - столовая, она же ванная, если корыто в центре поставить. А это, - мы прошли в следующую комнату, - наша спальня, она же - гостиная. Ты осматривайся, а я принесу дров. Я мигом.       Спальня-гостиная представляла собой маленькую комнатку с двумя кроватями, шкафчиком и игровым уголком. На постели лежал мужчина, такой же бледный, как и Михаэль, но волосы у него были каштановые. Из под коротких колючих усов выглядывала улыбка. Глаза были прикрыты, грудь медленно вздымалась, временами содрогаясь от кашля. Лицо его мне показалось смутно знакомым, но сколько я не силилась, не могла вспомнить, где и когда видела этого человека.       В углу на полу возилась девочка шести лет - точная копия Миры, стараясь запихнуть в маленький ротик всю коврижку за раз. Ко мне подошел Михаэль и протянул деревянную игрушку в форме лошади. - Красивая. У нее есть имя? - Лошадка. Так ее зовут. Я не давал ей имени, боялся, оно ей не понравится. Поэтому она - просто лошадка. - Михаэль! Опять без носков! Я резко развернулась лицом к источнику звука. За моей спиной стояла женщина - высокая, худая, со светлыми вьющимися волосами и тускло-синими глазами. - Ох, я напугала тебя? - Здравствуйте. Нет. Меня Арья зовут, я подруга Миранды. - я решила представиться по новому имени, чтоб быстрее к нему привыкнуть. - Рада познакомиться, Арья. Можешь звать меня Клэр. Ты голодная? Стандартный вопрос хорошей хозяйки. - Нет, я недавно ела. А вот от чая не откажусь. На улице очень холодно. - я решила не обижать Клэр. - Отлично. - женщина улыбнулась, - Ты не могла бы последить за Михаэлем, пока я на кухне. Он у нас недавно отличился: наелся снега и теперь с температурой. Однако при этом ходит босиком! - Клэр укоризненно посмотрела на сына. - Но мама, я устал все время лежать в постели! - ребенок подергал меня за руку, - это ведь не честно, скажи? Они все играют на улице, а мне нельзя! - Они - это Марта, Мира и Элиз - твои родные сестры! И ни одна из них не ест снег, хоть и болеет гораздо реже! И хватит со мной препираться - марш в постель! Малыш надулся, точно сыч, и отправился вялым шагом в постель. Я побрела за ним, играя роль порядочной няньки. - А девочка в углу - это Элиз или Марта? - я решила разбавить мрачное настроение подопечного расспросами. - Элиз. Марта с нами не живет, - мальчик забрался под одеяло и вытер нос тыльной стороной ладони. - С тех пор, как папа перестал ходить, все только и мечтают о том, чтобы уйти отсюда. Было видно, что для Михаэля это больная тема. Я закусила губу, думая, как можно развеселить малыша. - Слушай! Я ведь приготовила вам еще один подарок! Ты рисовать любишь? - Люблю. Но сейчас на улице холодно, а стены мама не разрешает разукрашивать. Элиз здорово досталось, когда она решила нарисовать на стене Крикушу. -Кого? - А, это её выдуманный петух. - Ничего она не выдуманный! Она настоящая! - Элиз, все это время внимательно прислушивающаяся к нашим разговорам, вскочила на кровать и стукнула Михаэля по голове. - Крикуша не петух, она не умеет кукарекать! Зато она летать умеет, вот! Девочка гордо задрала подбородок. - А давай, мы нарисуем её? Я привезла вам карандаши от Деда Мороза. - От кого? - Михаэль скривился. - Дед Мороз! А вы не знаете, кто такой Дед Мороз. - я растерялась, - Ну как же. Дед Мороз приходит на Рождество и Новый год, и дарит подарки хорошим деткам. Он не всегда успевает приехать сам, но передает подарки через своих помощников - веселых эльфов и гномов.       И тут понеслось. Дети засыпали меня вопросами об эльфах, гномах, русалках, феях и прочем сказочном народе, населявшем фантастический мир, напрочь забыв о карандашах. К этому моменту со двора вернулась Мира, и количество слушателей возросло до трех. Когда через сорок минут в комнату зашла Клэр, я успела выложить все, что знала о Белоснежке и Русалочке, живущей в озере (я не стала рассказывать детям о море, боясь привлечь ненужное внимание). Михаэль на полном серьезе заявил, что Русалочка - дура, и вообще, она могла написать принцу всё на бумаге.        А потом нас позвали к столу. Клэр видимо пропустила мимо ушей то, что есть я не буду, а потому приготовила еды на всех. Ужинали мы в гостиной, подвинув стол к кровати, на которой лежал глава семьи. Клэр помогла мужу устроиться поудобнее и подала тарелку с едой. Мужчина долго рассматривал меня, а потом спросил, не встречались ли мы раньше? - Вы не из Тэза, ведь так? - допрашивал он, - где вы работаете? - В штабе разведки. Сначала я помогала на кухне, затем в лазарете. - Точно, вот где я Вас видел! Мы возвращались после вылазки за стену Мария. Как раз перед тем как она пала. Тогда я и потерял ногу. Вы ходили между телег и лечили раненных. А я все гадал, откуда вы взялись? - Чем больше мужчина вспоминал, тем бледнее становилась я. Черт, он догадается! Они все поймут, что что-то здесь не чисто. Я судорожно соображала, как выпутаться из этой истории, легионер продолжал болтать, - Вы знаете, врач сказал, что мне еще повезло. Если бы Вы не обработали рану, гниение пошло бы дальше, и я... - Пап. Папа! - Мира раздраженно помахала руками перед родителем. - А? Что? - Приятного аппетита, папа. - А, да, приятного. Дальше все ели молча. Я облегченно вздохнула, но продолжала внимательно следить за каждым членом семьи по отдельности. Мужчина был занят едой, Клэр - едой и детьми, устроившими рисовую войну, и лишь Миранда переводила задумчивый взгляд с содержимого тарелки на меня. Чувствую, от разговора не отвязаться. Ну да ладно, у меня есть немного времени, чтобы придумать отговорку.        Нас положили спать на полу, возле печи. Ночную тишину прорезали только тихий храп легионера и редкое похрюкивания Михаэля. Я лежала на спине, задрав голову и уставившись сквозь окно на бархатистое небо, усеянное крупными звездами. Мира лежала рядом, повернувшись ко мне спиной. Я знала - она не спит, и с замиранием сердца ждала, задаст ли она свой вопрос или нет? - То что сказал отец - правда? Ты правда бывала за стенами? - Нет, - я решила врать. Другого выхода у меня просто не было, - но я действительно лечила твоего отца. Вернее сказать - помогала. Не хватало рук, и меня отправили в лазарет, делать всю работу, на которую я способна. Джорен заметил, что способна я на многое, а потому попросил оставить меня. Твоего отца я помогала оперировать, но он был в бреду, и поэтому, наверное, думал, что мы еще за стенами. Удивительно, что он вообще запомнил мое лицо. Мира молчала. " Не поверила?" - пронеслось у меня в голове. - Ясно. Ты и вправду больше похожа на врача, чем на повара. Я улыбнулась. Пронесло. - Слушай, я всё хотела спросит, как ты попала в замок? Ну, в смысле, там даже повара на УПМ летают, а ты... " Что я? Что я?! Я вообще не отсюда - хотелось крикнуть мне, - Почему ты вечно задаешь такие каверзные вопросы?" Но вместо этого: - А я вот - сирота. И взяли меня из жалости. - Серьезно? - Мира улеглась на спину, - ты никогда не рассказывала об этом. - И не стану. Я повернулась спиной к девушке, пытаясь показать, что не желаю говорить. - А я то думала... - прошептала Мира. - Думала что? - Ну, я думала, что ты любовница Эрвина. Ну, что-то в этом роде. Я аж села от такой вот новости. Нет, ну надо же, о чем думают девушки в пятнадцать лет! - Никакая я ему не любовница. Просто Эрвин - добрый человек. Он дал мне крышу над головой, и обеспечил работой. Я ему благодарна, но не до такой степени, чтобы... Блин, как ты вообще могла такое подумать! - Тише ты... Весь дом разбудишь. И зря ты так. Эрвин не такой уж и святоша. Он стоит на горе трупов. Мой отец мог погибнуть из-за него. Вся эта идея с развед корпусом... бред это всё. - Но ведь ты тоже вступила в разведку, - я смотрела на Миру. Она слегка поморщилась, и продолжила: - Я сделала это ради денег. В разведке неплохо платят. А мне нужны деньги. Очень нужны. Михаэлю, отцу, всей семье нужны деньги. И если я... - Если ты что? Мира, если ты погибнешь там, за стенами, что будет с твоей семьей? Мира села. - Ничего с ними не будет. И я не погибну. Только не так, не за стенами. Мой труп НИКОГДА не достанется Смиту. - Я не могу понять, за что ты так его ненавидишь? Эрвин делает всё, что может, но без поддержки власти солдат... Мира, ему ведь тоже тяжело. Девочка улыбнулась, жестоко, отчаянно, совсем не по детски. - Тяжелее всего родным. Сидеть дома, изо дня в день, ожидать, что придет письмо с словами "Я сожалею, но его больше нет". Никогда ему не будет жаль. Для Смита - мы все го лишь мясо, лестница к заветной мечте. Многим было бы лучше, если бы он умер. Часы пробили три часа. Я лежала без сна, раздумывая над словами девочки, мирно посапывающей у меня под боком. Внутри боролись противоречивые чувства. - Она не права! - Брось, это слова ребенка, обиженного жизнью... - Жизнью, но не Эрвином... - Это не важно, если она погибнет. Неважно...