Кровь на моих руках

      Зима продлилась месяц. Точнее, ровно столько снег укрывал мягким покрывалом сонную землю. С 11 декабря по 9 января. Это радовало. Ведь я успела вернуться в штаб до того, как дороги превратились в непроходимые топи. До февраля месяца замок будет пустовать. Мне не оставалось ничего другого, как просто бродить по холодным коридорам и мрачным комнатам, коротать вечера в лазарете, протирая пыль и готовя основы для мазей, ожидая возвращения Джорэна и друзей. Короткая пауза на одиночество позволила мне собраться с мыслями и разобраться в себе. Я не хочу отношений. Ни дружественных, ни любовных. Не хочу делить свой внутренний мир ни с кем.       Я сидела на подоконнике, обхватив колени руками, слегка покачиваясь, и беззвучно плакала. За окном стучал дождь, стекая капельками по стеклу, точно слезы по щекам, вниз, к уголкам губ. Я машинально слизывала их языком, наполняя рот солоноватой влагой. На полу валялась книга и скомканный плед, который я сбросила с себя, ворочаясь в омуте кошмаров. Посидев еще немного, вернулась в постель и попыталась забыться за чтением, но страницы упорно не желали плыть перед глазами. Сон не шел ко мне.       Я вышла из комнаты и побрела по коридору в направлении библиотеки, прекрасно зная, что книг, которые можно почитать, там нет. Аккуратно ступая босыми ногами, стараясь не издавать ни единого звука, я кралась по темному коридору, но в какой-то момент не удержала равновесия и, зацепившись за ковер, рухнула на пол. Замерла на месте, прислушиваясь. По ладонями пробежала золотая полосочка, а затем океан света выплеснулся на меня из-за двери командора Смита. - Ая? Почему ты не спишь? - Эрвин стоял в дверях - взъерошенный, уставший, но совершенно но заспанный. - Не знаю. Не спиться. - Я старалась не поднимать головы, чтобы мужчина не увидел лица, припухшего от слёз. - Эй, - Эрвин присел передо мной на корточки, аккуратно взял меня за подбородок и повернул к себе. - ты плакала? - Нет, - ложь почему-то застревала в горле. Я чувствовала себя неуютно под взглядом голубых глаз, пронизывающих, видящих насквозь. - Уверенна? - я кивнула головой. - Ну, раз ты не спишь, можешь составить компанию мне. - я заколебалась, - У меня есть чай. Эта фраза решила дело. Рабочий стол Эрвина был до верху заставлен бумагами и отчетами. Форменная куртка валялась на кровати вперемешку с книгами и свитками, на столике возле стоял поднос с чашками. Я налила в одну из них темную, ароматную жидкость и принялась медленно, маленькими глоточками поглощать напиток, присев на край постели. В нос ударил приятный, терпкий запах черного чая с примесью мяты. Я удивленно посмотрела на Эрвина, склонившегося над рабочим столом. Он тоже добавляет в черный чай мяту... Через несколько минут тишина стала давить, а шуршание пера невыносимо резало уши. Эрвин выругался и выкинул на пол скомканный лист бумаги. - Может тебе помочь? - поинтересовалась я. - Ты только покажи, я быстро научусь... Командор поднял на меня глаза - уставшие, покрасневшие, обведенные темными кругами. Его лицо, бледное в свете свечи, встревожило меня. - Эй, тебе не плохо? - я подошла к нему, и взяла за руку, нащупывая слабый пульс. - Немного голова болит. Я сегодня какой-то рассеянный. - А ну ка, погоди минутку. Я выскочила из его комнаты и забежала к себе. Открыла шкафчик и стала выворачивать содержимое. - Вот, - я вернулась обратно, держа в руках старый, потрепанный тонометр. - Протяни руку. Любую. Эрвин послушно протянул правую руку, не спрашивая, не задавая лишних вопросов, внимательно наблюдая за тем, как я пытаюсь измерить его давление. - 95 на 50. Пониженное. Чай с мятой сделал только хуже. Тебе сейчас нужно выпить крепкий, сильно сладкий, черный чай. И немного отдохнуть. - У меня нет времени на отдых, - улыбнулся Эрвин, - очень много работы. - Работа может подождать? Эрвин отрицательно покачал головой. - Нет, это слишком важно. - Готовитесь к очередной вылазке? - Нет, - Смит потер переносицу, проверяя очередной отчет - не совсем. Это скорее кампания. Во время вылазок мы точно не знаем, что ищем, и что найдем. Здесь же перед развед корпусом поставлена конкретная цель - отвоевать Марию. - Что? - я привстала, не веря своим ушам. - Отвоевать. Марию. Командор тяжело вздохнул. - Именно. Тебя это так удивляет? - Меня это пугает. А ты не можешь отказаться? Я понимаю, звучит это глупо, но... Если то, что говорят о падении Марии - правда... Все это очень опасно. - Отказаться? Двести пятьдесят тысяч человек стоят у ворот Розы, ожидая возвращения на родину. И я должен отказаться, потому что это опасно? - Подожди, подожди. Вы хотите отправить на территорию, населенную кровожадными монстрами, двести пятьдесят тысяч человек? Это верная смерть! - Если хорошо подготовиться, то потери будут минимальны. Ая, мне тоже не нравится эта затея. Слишком быстро все происходит, но теперь отступать поздно. - Но почему? Почему ты принял такое решение? Неужели... - Стоп. - Эрвин скривился, - Это не моё решение. Приказ отдан сверху. Я могу лишь подчиниться. - Сверху... Они опять тебя подставляют, - в моей груди шевельнулось неприятное чувство, - загоняют в ловушку. Если ты откажешься, весь народ взбунтуется. А если согласишься... -. Если я соглашусь, - командор встал и подошел ко мне, - то у нас будет шанс. - Нет... Я готова была заплакать от бессилия. Ну почему? Эрвин положил руки мне на плечи и улыбнулся: - Всё будет хорошо. Ничего не будет. Я убрала его ладони с плеч и поинтересовалась: - Когда вы планируете начать? - В феврале. Нужно успеть до весны, до сезона посевов. Иначе ещё один год будет голодным. И не переживай об этом, ладно? Я кивнула. Спорить бесполезно. - Я пойду. Спасибо за чай. - я развернулась и, не дожидаясь ответа, вышла в коридор. Сердце стучало где-то в висках, подбородок дрожал. Вернувшись в свою комнату, я дала волю слезам, забившись в угол. - Они погибнут. Они все... Январь пробегал серыми, дождливыми днями, похожими один на другой. С каждым днём в замке становилось всё громче, по коридорам сновали солдаты, вернувшиеся из отпуска. Двадцатого февраля вернулся Джорен, и я вновь коротала вечера за чашкой чая в его уютной лаборатории. В один из таких вечеров и состоялся наш разговор: - Поговорите с ним, Джорен. - умоляла я. - Пожалуйста. Это ведь безумие. - Боюсь, от меня толку мало, - врач отхлебнул из чашки, - тебе следует поговорить с Ханджи, Майком или Риваем. Они гораздо ближе Эрвину, чем я. Но даже если и так, сомневаюсь, что командор изменит решение. Ты зря переживаешь, милая. Ну в самом деле, какой король отправит столько человек на смерть? Вот это - безумие... Я провела пальцем по краю чашки. - Я говорила с Ханджи. - И, что она сказала? - Тоже, что и Вы. Петра, Эрд, Гюнтер - все они сказали, что я напрасно паникую. Леви вообще не стал меня слушать. Мне больше некого просить. - Ничем не могу помочь тебе, Ая. И, признаться, не вижу в этом смысла. Мы с тобой кто? Врачи. Военные врачи, и наше дело - лечить солдат, а не командовать ими. Эрвин не дурак. Он не стал бы рисковать столькими жизнями, выполняя какой-то там приказ, если бы не был в нём уверен.       Во дворец вернулись Аля и Гарт. Вскоре после этого и Мира. Фила всё не было, и я , признаться, была этому рада. Мысль о встречи с ним заставляла моё сердце испуганно сжиматься. Я точно знала, что скажу ему, но почему-то не хотела этого говорить. Разум настойчиво твердил, что я должна отказать парню, но глубоко в душе назревало совершенно противоречивое, незнакомое пока чувство. К тому же Филиппу скоро предстояло отправиться за стены. Мой отказ мог сыграть роковую роль в его жизни, и больше всего я не хотела быть причиной его смерти. Я вообще не хотела, чтобы он умирал.       Первого февраля вернулся Филипп. Я страшно нервничала, металась из одного угла комнаты в другой, точно львица в клетке, повторяла перед зеркалом уже заученные фразы, но так и не смогла выйти и хотя бы поздороваться. И на второй день, и на третий тоже. Я надеялась, что Филипп сам зайдет ко мне, но часы тянулись, складываясь в дни, пока четвертого февраля не объявили о начале операции. Я сидела на окне и мрачно наблюдала за подготовкой к кампании: солдаты грузили в телеги снабжения продовольствие и оружие, чистили лошадей, проверяли приводы на годность. Завтра, с первыми лучами солнца все эти люди... Нет, лучше об этом не думать. Джорен же сказал, что я зря переживаю. Зря волнуюсь за своих друзей. Друзья. Тень улыбки пробежала по лицу. Когда они успели стать мне так дороги? Когда сама мысль об их смерти стала для меня болью? Дура же ты, Настя. Из всех людей ты выбрала в друзья именно их. Солдат. Смертников. Отчаянных храбрецов. Дура же ты. Арья.        Я не спала всю ночь, сидя перед окном в кресле, подаренном Филом, думая о том, что утром я не скажу ему "нет". Не смогу. Потом, когда он вернется. Возможно тогда. А может и никогда.       Первые лучи солнца осветили комнату, и я горной ланью сбежала по лестницам замка во двор, туда, где сейчас стояли мои друзья. Первой, кого я увидела, была Ханджи. Майор поглаживала морду лошади довольно улыбаясь и что-то мурлыча себе под нос. - Ханджи... - Ая! Пришла проводить нас! Так мило! - Да уж. А ты, я смотрю, в хорошем настроении. - Конечно! Ведь очень скоро я увижу их. Милых титанчиков! Как же я жду. "Точно на свидание едет" - подумала я и пошла дальше, выискивая глазами знакомых мне людей. Ближе к воротам стоял Эрвин, изучая какую-то карту. - Доброе утро. - Доброе, - быстро свернув пергамент, Смит развернулся ко мне лицом. Синяки под глазами красноречиво говорили о том, что мужчина опять провел бессонную ночь. - Ты... - Желание остановить его вскипело внутри, но я сдержала это чувство. - Удачи тебе. Эрвин улыбнулся: - Спасибо. К командору подошел Майк, и я, пожелав ему удачи тоже, пошла вперед, пока не наткнулась на отряд Леви. Они громко переговаривались, шутили, смеялись. - Петра, доброе утро. - я крепко обняла девушку. - Ая! Как хорошо, что ты пришла. Я уже подумала, ты совсем обо мне забыла. - О нас, она не только твоя подружка, верно? - Оруо довольно оскалился, но тут же получил пинка от Эрда под всеобщий смех. Этот маленький жест слегка приободрил меня, но тут я увидела Леви. Он стоял под деревом, поглаживая вороного жеребца. - Утро. Доброе... - Как видишь. - Леви даже не повернулся в мою сторону. - Тебе что-то нужно? - Нет. То есть, да. Я хотела пожелать тебе удачи. И поскорее вернуться. - Хм. Спасибо. - Ривай окинул меня взглядом. В его серых глазах плескалась боль. Похоже, он единственный, кто разделяет мои чувства. - Доброе утро, Ая! - на меня сзади набросилась мелкая, но довольно шумная особа, судя по голосу - Мира. - Доброе утро, сэр. - Угу. - Леви фыркнул и отвернулся. - Доброе. - я потрепала каштановые волосы девчушки и улыбнулась. -А где Гарт? И Алена? - Вон там, - Мира указала рукой в сторону кустов. - Альку стошнило. Опять чего-то наелась. Она такая простофиля. Алена сидела на корточках, обхватив руками живот, и слегка постанывала. Гарт стоял рядом, тихонько поглаживая её по спине. - Доброе утро. - парень повернулся ко мне. Аля тоже развернула голову и вымученно улыбнулась: - Привет, Ая. - Доброе утро. Что случилось? Ты такая бледная. -Не знаю. Наверно съела что-то. Фух, вроде полегчало. Она встала и выхватила у Гарта из рук не то платок, не то салфетку, вытерла лицо и только тогда обняла меня. Мы вернулись к Мире, стоящей возле телег и разговаривающей с Филом. - Ая! - Фил выглядел устало. - Я так соскучился. Ты уехала, ничего не сказав. Я подумал, ты обиделась. - Вовсе нет, - я постаралась сделать вид, что ничего не происходит, - Просто телега, на которой я уехала, отправлялась очень рано, и я совсем не хотела тебя будить. - Понято, - юноша почесал затылок, - а... Мы можем поговорить наедине? - Да, конечно. Мы с Филом отошли в сторону под любопытные взгляды друзей. Парень таращился на свои сапоги, словно те были центром вселенной, и нервно теребил кончик дорожного плаща. - Ты так и не дала мне ответа... Он посмотрел мне в глаза, и я поняла, что не могу открыть рта. - Ая, пожалуйста. - Фил сжал мою маленькую руку в своей. - Ты только не молчи. Я пойму, я всё пойму. Боже, как же мне хотелось плакать в этот момент. Сколько боли, сколько жалости я испытывала к нему, сколько ненависти к себе, к своему решению. Губы стали каменным, в глазах защипало. - Я... Я... - воздуха не хватало, все мысли спутались, заготовленные фразы вылетели из головы. - ВСЕ В СЁДЛА!!! ПО МЕСТАМ!!! СТРОИТЬСЯ! СТРОИТЬСЯ! ВЫХОДИМ! - Ая? - Фил схватил меня за плечи, крепко прижал к груди и прошептал: - Я вернусь к тебе. Неважно, "да" или "нет". Ты только жди... Он отпустил меня и побежал к своей лошади. Мои глаза застилала пелена слёз. Я рванула за Филиппом, за его лошадью, крича ему вслед: - Я БУДУ ЖДАТЬ! ОБЯЗАТЕЛЬНО! Мира и Аля ехали в повозке, рядом на лошади ехал Гарт. Они махали мне, а я им. Им, Ханджи, Петре, Эрвину, Леви. - Вернитесь, - шептала я, - только вернитесь...