Нерушимые узы

Предупреждение! много переключений героев Школьные будни были словно улитки; Гермиона все меньше заботилась об эссе и заданиях и все больше времени уделяла Малфою и его свите. Она буквально помешалась на них, но чем больше она о них думала, тем больше возникало вопросов без ответов. Ко всему прочему девушка не могла решиться сказать что-то друзьям, потому что боялась поднять панику или что-то вроде того. К тому же, она все еще избегала постоянного общения с Джинни, Полумной и Невиллом после того, что они учудили на прошлой неделе. Ну и разнос она им устроила, даже позабыла, что находится в обеденном зале. С тех пор, она почти всегда была одна. С тех пор, она все чаще вспоминала о Гарри и Роне. Сегодня объявили очередное собрание Отряда Дамблдора с помощью монет, ее старого изобретения, и Гермиона все же решила на него явиться, ведь именно ее считали представительницей Гарри Поттера. Пусть она и не была лидером, но все же была буквально правой его рукой. Судя по планам, они должны были попрактиковаться в заклятьях и наконец, поставить себе некоторые цели. Напряжение отчаянно нарастало и единственный весёлый момент во всей этой неделе это крупный провал похищения меча. Да, ему полагалось следить за Уизли, заботиться о её благополучие, но черт подери, это было смешно. Выкрасть что-то из кабинета директора и быть уверенным, что все получится типичная гриффиндорская ошибка. Потешались над этим все слизеринцы, а вот остальные хранили молчание, опустив головы. Видно было, как надежда утекает сквозь пальцы. Драко, по большей степени, было все равно до того, каков настрой студентов, но противно было понимать, что все они так легко сдавались. Одна надежда на Отряд Дамблдора. Путного они ничего не сделают, зато точно поднимут настроение другим. Джинни сидела по правую руку от Гермионы и молча выслушивала какую-то очень длинную и «нужную» лекцию. Малфой даже на секунду испытал сожаление к малявке Уизли. Он вспомнил, как Грейнджер вспылила на следующий день после происшествия. Она бешенно орала и буквально весь воздух вокруг нее искрился от напряжения, Малфой даже немного испугался такой непредсказуемости Грейнджер. Но девушка, видимо, осознав, что делает, вдруг ретировалась под взглядами десятков студентов, и чувство рассеялось. Еще Драко не сводил взгляда с Невилла, который судя по всему, заделался в лидеры бунтовщиков местного разлива. И судя по тому, как оживился Лонгботтом, скоро Драко ждали очередные неприятности. Видимо Отряд Дамблдора был настроен серьезно. В комнате появилось еще двое студентов из Хаффлпаффа, и Гермиона внимательно следила за каждым их движением, словно ожидая подвоха. А в голове все не укладывалось, кто же мог сдать их Малфою. Она покосилась на Невилла, который болтал о чем-то с Полумной, и закатила глаза. Ей хотелось рассказать им о новой потенциальной опасности, но она не могла. Гордость говорила о том, что если они решили разобраться с чем-то сами, то и она без них обойдется. По-хорошему, ведь она сама может во всем разобраться без их помощи, она никогда раньше не нуждалась в помощи, вот и сейчас гордость шептала ей, что с Малфоем то она уж разберется. — Ну что, начнем, — громко произнес Невилл, и комната погрузилась в тишину, все смотрели на Лонгботтома, который вечно ободряюще улыбался, словно ничего плохого не происходило. Это действительно успокаивало. — Сегодня нам придется потренироваться применять защитные заклятья, так как мы уже давно их не практиковали, а сейчас, в связи с накаляющейся обстановкой, они могут пригодиться, — он снова улыбнулся и заговорчески добавил. — К тому же, в итоге, мы сможем противостоять Кэрроу и другим Пожирателям, когда придет время, — ребята захмыкали, кто-то улыбнулся, в общем в этой комнате словно исчезали ужасы и боль двух месяцев. Здесь им было свободно и легко, здесь они были готовы сражаться со всем миром, пока были все вместе, бок обок. Дети, которые повзрослели слишком рано. Гермиона тоже ухмыльнулась, но тяжелые мысли не дали ей освободиться от оков, и она снова увязла в них. — Сейчас мы разобьемся на пары и начнем тренировку, а как только закончим, нам нужно будет обсудить пару деталей, — Невилл стал распределять ребят по парам, и Гермиона покорно встала в пару с Джинни, стараясь не смотреть на подругу. Драко наморщил нос, и прислонил пальцы к переносице, собираясь с мыслями. Он научился распознавать тайные «шифры» тех участников Отряда, которых знал в лицо, и поэтому без проблем выяснил, что сегодня намечается очередное собрание, а значит, придется проследить, чтобы Гермиона и Джинни добрались до спален в безопасности, к тому же ему было интересно, действительно ли он угадал об их сегодняшней встрече. Если это так, то он будет очень горд собой. Драко решил не заходить в свою спальню, чтобы ненароком не прикорнуть, а остался в гостиной, куда медленно стали стекаться все ребята. Пэнси тут же оказалась рядом с ним на диване, и сидела она как-то подозрительно близко, хотя место ей хватило бы вполне. — Драко, ты чего такой хмурый? — она шутливо дотронулась до его коленки, и он хмыкнул. Ее «ненавязчивое» умение флиртовать его смешило. Курсе на пятом, он серьезно подумывал о том, что мог бы связать себя отношениями с ней, потому что она была беспроигрышным вариантом: чистокровная, покорная, без ума от него — но как-то не срослось. Но, кажется, Пэнси надежды не теряла, а зря, ведь Драко видел в ней лишь друга. — Просто надоела эта пародия школы, — он покачал головой. Это отчасти было правдой. Хогвартс в этом году был лишь тенью предыдущего Хогвартса. Да, раньше он сетовал на то, что школа — дрянное место, но в душе так не считал. А сейчас впервые его мысли и слова сошлись. — Да, ладно, здесь довольно весело, — как-то не совсем уверенно проговорила Пэнси. Она, конечно, не любила грязнокровок и разделяла взгляды Темного Лорда, но даже для нее все это было слишком. Для всех них это было слишком! Даже те ребята, что вступили в ряды Пожирателей, выглядели не так уверенно как прежде; ведь смотреть на то, как это делают другие с кем-то незнакомым это одно, а наблюдать, как корчатся в муках твои сокурсники, а порой даже самим направлять в них заклятья это слишком. Слишком для тех, кому всего ничего лет. Хотя были и те студенты, которые упивались этим балаганом. Именно из таких детей, а впоследствии взрослых, и строилась армия Волан-де-Морта. Пока есть такие люди, его идеи будут жить. — Ну, только если выходки гриффиндорцев, — хмыкнул в ответ беловолосый, и Пэнси тут же поддержала его слова смешком. Все же она была не такая плохая, как хотела казаться. Малфою даже было ее жаль, она в какой-то степени тоже была лишь жертвой взглядов своих родителей, жертвой воспитанной в этой атмосфере и впитавшей ее с молоком матери. — Ладно, мне надо идти, Пэнси, — он аккуратно отодвинулся от нее и встал, оправляя черные брюки. Девушка покосилась на него, а потом на часы. — Куда это тебе надо так поздно, — она редко задавала вопросы, поэтому на этот у него не было подготовленного ответа. — Дела старост, — отмахнулся он неаккуратно и тут же получил странный взгляд. — Забыл, что я тоже староста, — Пэнси видимо придумала уже свою теорию на которую обиделась; ох, уж эти девушки. — Что идешь к какой-нибудь девице, — тут же озвучила она свои предположения, и Драко не удержал смешка. — С чего ты это взяла? — он медленно стал двигаться в сторону двери полу боком, все еще оставляя девушку в поле зрения. — Куда еще тебе идти, — Пэнси сложила руки на груди и поджала губы, на секунду показалось, что она расплачется. Драко очень не любил такие глупые проявления чувств с ее стороны. Разве он давал ей хоть один повод думать, что между ними что-то будет? Тогда зачем весь этот фарс. Он нахмурился и выдавил довольно громко: — Даже если и иду, то тебя это не касается, — дальше он шел уже не останавливаясь. — Раз выхода в Хогсмид у нас особо нет, то нам надо найти тайные ходы, — Невилл обернулся к Джинни, которая вытащила Карту Мародеров и продемонстрировала ее всем. — Мы сначала изучим все ходы, которые есть на этой карте, а в случае провала нам придется искать еще варианты, — Невилл растянул карту на столе, и все ребята столпились возле него, рассматривая фигурки на пергаменте. Те, кто никогда не видел этой карты, удивленно комментировали и обсуждали диковинку. Гермиона же, которая благодаря Гарри и Рону, знала эти выходы наизусть, держалась чуть дальше, чтобы не мешать остальным. — Из Хогвартса и обратно существует семь потайных ходов, — объявила Джинни, которая видимо, успела изучить Карту за то время, что она была у нее. — О четырех из них знает Филч, — невольно вставила Гермиона, вспоминая все разговоры с Гарри и Роном. Все развернулись к ней, Джинни кивнула на ее слова, видимо предоставляя ей шанс рассказать все, что она знает. — Тот ход, что находится за зеркалом, — начала Гермиона медленно, вспоминая все известные ей факты. Это оказалось довольно просто; слова словно сами рождались где-то в голове и складывались в предложения. — Завален. Им пользоваться нельзя, — ребята стали перешептываться, многие были удивлены, что прилежная Гермиона столько знает о потайных ходах. — Второй, тот, что около Ивы, опасный и к тому же известный Снейпу. Он ведет прямиком в Визжащую Хижину. Было бы удобно им пользоваться, но это проблематично, — заключила она, бросив беглый взгляд на карту. — Вот тот ход, что за статуей Одноглазой Горбуньи ведет в Сладкое Королевство. Для прохода там нужно назвать специальное заклинание, — увильнула Гермиона, она не стала сразу сообщать пароль, чтобы ребята не использовали его без нее. Она решила, что все операции должны быть согласованы с ней и никак иначе. — К тому же, — Гермиона прикусила губу, пытаясь взвесить все плюсы и минусы того, что сейчас скажет. — В школе есть Исчезательный Шкаф, который недавно был починен, и второй такой позволяет попасть в лавку под названием «Горбин и Бэрк», — воспоминания о приключениях с друзьями переменились и снова перекинулись на злосчастного Малфоя. Ведь именно он починил шкаф и впустил сквозь него Пожирателей. Они выяснили это еще в прошлом году. — Ничего себе, — прошептал кто-то, и в комнате повисла тишина; Гермиона не могла точно сказать, догадались ли они, кто починил шкаф и как его использовали или они просто были удивлены, что в Хогвартсе столько тайн и секретов. — Больше никаких ходов мне не известно, хотя, кто знает, может где-то есть еще, — Невилл снова взял инициативу в свои руки и распределил ходы, которые ребята должны были проверить в группах, пытаясь не наткнуться на неприятности. Они решили оставить Шкаф в покое, так как попасть на Лютный переулок не хотелось никому. Гермиона, Невилл, Полумна и Джинни взяли на себя ход в Сладкое Королевство. А вот ребята, которым не досталось задания, были обязаны слушать все, что говорят слизеринцы и выяснить, не замышляется ли ничего в ближайшее время. Ребята решили помогать Ордену дополнительной информацией, которую смогут отрыть. Драко занял свое место в темном коридоре и стал рассматривать серые камни возле той стены, где прошлый раз появилась дверь. Занятие было крайне неблагодарное и нудное, поэтому скоро Драко уже сходил с ума от скуки. Он стал придумывать, как сохранить жизни двум гриффиндоркам и пришел к тому выводу, что легче задушить их самому и попрощаться с жизнью добровольно, чем гоняться за ними каждый раз. Или же стоило мягко намекнуть им, что бы они не лезли на рожон, потому что он за них отвечает своей головой. Правда, его жизнь вряд ли имеет хоть какое-то значение для этих двух, но он то знал, что Грейнджер не позволит умереть кому-то за себя, пусть даже это был он. Тут коридор ожил, послышались шаги, Драко спрятался глубже в тень и повернулся к двери в Выручай Комнату. Из нее по двое выходили ребята старших курсов всех факультетов кроме Слизерина. Они тихо перешептывались, часто оглядывались по сторонам, но как бы ни старались что-то разглядеть, так и не заметили Малфоя. Это было даже смешно, вот так, в одиночку, он мог накрыть всю эту группировку без особых усилий. Всего одно его слово Кэрроу, и им придется конец. Вот так неосмотрительны бывают «герои». Ребята все выходили и выходили, но ни Уизли, ни Грейнджер среди них не было. Это напрягло Драко. Радовало одно, Невилл тоже пока еще не выходил, значит, они все остались внутри. — Гермиона, — позвала девушку Джинни, и Грейнджер прекратила собирать в сумку книги, которые хотела забрать от сюда, чтобы почитать. — Что, Джинни? — ответила девушка чуть погодя и явно недовольным тоном. Джинни выдержала ее тяжелый взгляд, и чуть подумав, заговорила. — Ты еще долго будешь обижаться на нас? Мы просто хотели защитить тебя от того, во что встряли сами, — Джинни неловко переминалась с ноги на ногу. Ей на помощь пришел Невилл, который только проводил Полумну до двери и какое-то время смотрел ей в след, а лишь потом вернулся к разговору. — Гермиона, нам надо сплотиться и решать проблемы вместе, иначе все это бесполезно, — Гермиона выслушала его, но в долгу не осталась. — Я о том и говорю, Невилл! Нам надо решать проблемы исключительно вместе! — она взмахнула руками, — А то, что вы вытворили, было просто глупо, — на этот раз она не кричала, вся злость ушла, остался неприятный осадок обиды и испуга. — С вами могло случиться что угодно. По какой-то причине вы отделались глупым походом в Запретный Лес, а ведь Снейп мог придумать какое угодно наказание. — Ну, мы же в порядке, — бойко произнесла Джинни, но Гермиона не разделяла ее радости. — Я не обижаюсь на вас, если вы это хотели услышать. Просто больше не доверяю вам, поэтому всю информацию, что у меня есть, буду подавать так, что бы вы не смогли действовать без меня, — предупредила девушка, разворачиваясь назад к полке с книгами. — Хорошо, мы согласны. Ты, Гермиона, мозг нашей команды. Просто мы беспокоимся за твою безопасность, — Невилл положил руку ей на плечо, его голос звучал так умиротворяющее, что обида Гермионы чуть отступила. — Хорошо, я же сказала, что не обижаюсь на вас, — она обернулась к Невиллу и положила свою руку на его, чуть сжав. Перемирие было достигнуто. — Пошли, Гермиона, дойдем вместе, — Джинни уже медленно шагала к двери, ожидая, что оба гриффиндорца пойдут за ней, но Гермиона тут же отрицательно замотала головой и подняла вверх книгу. — Я приду позже. — Опять? Зачем тебе это? — Невилл выглядел немного сбитым с толку, он внимательно посмотрел на книгу в ее руках и видимо не нашел в ее название ничего ценного. — Сам же сказал, что я мозг нашей команды, — решила отшутиться Гермиона, надеясь, что это поможет поскорей избавиться от друзей, потому что идти по коридору одной совсем поздно ей не хотелось. — Мы можем подождать, — вставила Джинни, но Гермиона снова замотала головой. — Лучше если мы будем ходить по двое, так нас сложнее поймать, — она посмотрела на встревоженное лицо Невилла и добавила, — Прошлый раз со мной почти ничего плохого не случилось. — Ты встретила Малфоя! И была наказана! — Невилл, кажется, не считал это пустяком, как и сама Гермиона. Но не могла же она сказать, что остается здесь как раз ради Малфоя. — А вы влезли в кабинет Снейпа! Хотели украсть меч! Были наказаны! — надавила на больное девушка, и Невилл закатил глаза, явно недовольным тем, что она тычет его носом в это уже почти неделю. — Если я не вернусь через полчаса, можешь мчаться спасать меня! Невилл немножко призадумался, но все же кивнул. — Не задерживайся, — строго произнес он, и двое ее друзей покинули помещение. Драко заподозрил неладное, когда хмурый Невилл вышел вместе с Джинни. Они о чем-то яростно шептались, Драко так и не понял о чем, но зато его слух хорошо уловил нужную фамилию «Грейнджер». Ничего хорошего. Ну, хотя бы за Уизли можно было не волноваться, Невилл уж точно защитит свою подругу любой ценой, новый святой герой… Драко мог поклясться, что Грейнджер не пропустила бы сбор, но ведь он не знал, была ли она там. А если была, то зачем осталась? Мучился вопросами он не долго, потому что через пять минут дверь отворилась, и из нее вышла Гермиона, поправляя сумку на плече. Она огляделась по сторонам, и Драко уж думал, что она спокойно пойдет в сторону башни Гриффиндора, но она в очередной раз удивила его. Она двинулась туда, где стоял он. Гермиона решила действовать на пролом. Ей надо было выяснить, действительно ли Малфой следил за ними или это было случайным стечением обстоятельств. Она отбросила сомнения и двинулась туда, где он стоял прошлый раз. И на свое удивление увидела его фигуру. Внутренности сжало в тугой узел. Теперь стало понятно, что все это не глупая случайность. Драко снова был один, он стоял, прислонившись плечом к каменной стене, и хмурился, впиваясь в нее своими серыми глазами. Он даже не стал скрывать, что стоит здесь. — Что ты здесь делаешь? — сразу начала Гермиона, чтобы не потерять напор. — Как грубо, Грейнджер, — его тонкие губы скривились в усмешке, и он шепотом продолжил, — Не видно, что ли? Стою. — Ты что следишь за мной, Малфой? — Какая удивительная проницательность, — сыронизировал слизеренец, видно было, что этот разговор ему неприятен. — Оставь нас всех в покое! Зачем ты ходишь за нами по пятам? Ожидаешь что-то выяснить, так вот я ничего тебе не скажу, — взвилась девушка. Как бы она ни старалась быть угрожающей, с его стороны это всегда встречалось ухмылкой, а то и смехом. Он абсолютно не воспринимал ее в серьез. — Не могу, Грейнджер, что уж тут поделать, — он даже договорить не успел, потому что Гермиона нацелено собиралась вывести его на откровения. Кто же знал, что эти откровения будут такими тяжелыми. Она решила выдать все, что собирала по крупицам в последнюю неделю, решила выдвигать странные предположения. Она говорила быстро, чтобы не дать ему шанса прервать ее, но кажется он и не собирался. Малфой упорно молчал, лишь глаза его темнели с каждым произнесенным ею словом. — Ты пообещал МакГонаглл что-то. Я знаю! И видимо это что-то связанно со мной. Забудь об этом, Малфой! — это видимо стало некой последней каплей, и слизеринец, наконец, решил ответить на нее пламенные речи, что сразу потушило ее пыл. — Думаешь, мне хочется бегать за тобой и утирать твои слюни каждый раз, когда тебе это потребуется? Ты думаешь, мне нравится ходить за тобой по пятам, словно я твой фанатик? Я ненавижу себя за каждую секунду, — он наклонился, чтобы быть с ней одного роста, его глаза сверкали из-за огня, что давал коридору хоть какой-то свет. Гермионе стало вдруг зябко. — Я сама о себе позабочусь, — не теряя присущего ей упрямства, проговорила Гермиона, отчаянно вглядываясь в серость его глаз. Отклика там не находилось. Ее удивило то, что она угадала. Видимо, вот в чем была проблема, МакГонаглл приставила к ней телохранителя. Как неосмотрительно с ее стороны выбирать именно его. — Если бы ты могла, Грейнджер. Если бы только ты могла, — он покачал головой явно недовольно, потом медленно выпрямился, поправил костюм и отошёл. — Боюсь, что нас не должны видеть вместе. Ни при каких обстоятельствах. Возвращайся к себе в гостиную, я буду идти за тобой, но не слишком близко, — Драко указал на нужный коридор пальцем, но Гермиона даже не шелохнулась. — Провожатые мне не нужны! — она была все так же неумолима, что явно раздражало слизеринца. — Видимо у вас с Поттером конфликт интересов, потому что он считает иначе. Стоило обсудить это с ним, прежде чем заставлять его принимать у меня обет, — до Гермионы смысл слов доходил до непростительного долго, но с каждой секундой её глаза все больше округлялись, и прежде чем она открыла рот, они казались словно кукольными, слишком большими для её головы. — Ты дал непреложный обет? — она повысила голос, и он звонким эхо отразился от сводов потолка и повис в воздухе неприятным звоном. — Замолчи сейчас же! — зашипел Драко, хватая её за руку, причиняя ей боль. — Ты в своём уме? Что ты ему пообещал? — теперь они стояли слишком близко, ее рука все ещё была зажата в тиски его ладони, между её локтем и его рубашкой было от силы сантиметров пять, но никто не обратил на это никакого внимания. — Не твоё дело, Грейнджер! Твоё дело подчиняться мне и давать мне делать мою грязную работу по защите твоей жизни, — он с силой оттолкнул её руку, заставляя её отшатнуться. — Я снимаю с тебя такую обязанность, Малфой! Вали к своим тупым слизеринцам и оставь меня в покое, — она словно обиженно потерла свою руку, не сводя с Драко злобных карих глаз. — Молодец, Грейнджер, ведь твои золотые слова умеют снимать непреложные обеты, — он закивал как китайский болванчик, сжимая губы в тонкую линию, а потом вдруг прикрикнул совершенно неожиданно. — Грязнокровка Грейнджер не в кровати после отбоя, — он явно привлекал внимание и выставлял себя в лучшем свете, именно то, что ему было нужно. На секунды Гермионе показалось, что она слышит чьи-то спешные шаги, поэтому она дотянуться до его рта и закрыла его рукой. Драко опешил, но быстро пришёл в себя, скидывая её руку и проводя ладонью по губам, будто она их запачкала. — А разве не этого ты хотела? Погубить нас обоих? Чего тогда ты медлишь? — Гермиона прекрасно понимала, что выбора у неё нет, собственно, как и у него, но принимать его помощь отказывалась. Внутренний голос разрывался криками об опасности. Драко Малфой не тот, кому хочется доверить свою жизнь… Конечно же, только если его жизнь не напрямую зависит от твоей. — Славно, охраняй меня, Малфой, но не думай, что я буду слушаться тебя. Ты что-то вроде моего раба, мой собственный домашний эльф, — плохая тактика. Гермиона понимает это, когда Драко угрожающе сокращает расстояние между ними. Она знает, что он ничего ей не сделает, воспитание и принесенный обет не позволят, но все же боится, поэтому разворачивается и убегает, как последний трус, тщетно пытаясь не шуметь. Она добегает до гостиной Гриффиндора и только тогда останавливается, чтобы перевести дух. Она прилично запыхалась, несмотря на то, что пробежала не так уж много. Тут свое сыграл страх. Каждый её вдох был громкий, словно раскат грома. Девушка с опаской обернулась в сторону коридора, по которому только что бежала, и увидела в самом его конце фигуру с белыми волосами. Он держал руки в карманах чёрных брюк и смотрел прямо на неё, она точно это знала, хоть и не могла увидеть. Он должен был либо бежать за ней, либо идти очень быстро, однако запыхавшимся он не выглядел. Девушка развернулась и дошла до портрета, присушиваясь к шагам сзади. Ничего не было слышно. Драко оставил ее в покое. Она перевела дыхание, назвала пароль и скрылась за открывшимся проходом.