Chapter 2
3 сентября 2016 г., 21:21
— Вы решили пообщаться с трицератопсом, госпожа сенатор? — Эмма поймала испуганный взгляд Реджины, когда та обернулась на ее милое замечание.
Брюнетка быстро успокоилась, возвращая себе привычное выражение лица и чопорно ответила:
— Он заставил меня задуматься о состоянии наших национальных парков, памятников и исторических мест. И, — уже тише добавила женщина, — за ним легко спрятаться от назойливых лоббистов (1).
— Легче, чем в кофейне? — поддразнила блондинка.
— Извините, Мисс Свон, но с этого момента я предпочитаю прятаться и работать исключительно в вашем кафе, — вернула игривый взгляд Миллс, а затем взглянула на компаньона блондинки. — А это у нас кто?
— Это мой сын Генри, — ответила бариста, подталкивая сына вперед, чтобы он поздоровался с женщиной. — Генри, это сенатор Реджина Миллс.
— Очень приятно познакомиться, — произнесла брюнетка, пожимая мальчику руку. — Моего отца тоже звали Генри. Прекрасное совпадение.
— Мне тоже очень приятно познакомиться с вами, — вежливо ответил Генри, кинув на мать понимающий взгляд, как только сенатор отвела от него взгляд.
— Что же привело вас в этот погожий день в музей? — спросила Реджина.
— У малыша школьный проект, о котором он забыл мне вовремя сказать, — просипела Эмма, потрепав сына по голове. — Так что, нам пришлось заявиться сюда и блуждать среди всех этих динозавров.
— Научный проект, я так понимаю? — сенатор снова вернула внимание мальчику, улыбаясь, и, видит Бог, она была просто великолепной в этот момент.
— Неа. На самом деле, по английскому, — пожал плечами мальчишка. — Я сочиняю историю.
— Это же замечательно. Твоя мама, должно быть, очень гордится тобой, — Реджина улыбнулась баристе, и девушка ощутила, как у нее слабеют колени.
Эмма никогда в жизни еще не видела настолько настоящего и очаровательного политика. Не зная, куда деть глаза, чтобы не смотреть на эту мучительно великолепную женщину, Свон перевела взгляд на часы.
— Давай, малыш, твой папа уже ждет нас.
— Ваш муж? — спросила Реджина.
От Эммы не укрылись нотки разочарования в ее голосе.
— Нет, — рассмеялся Генри. — Они развелись, когда мама поняла, что всегда была лесбиянкой.
— Генри! Ты можешь не… не делать… просто… агрх! — разнервничалась Эмма.
Реджина хихикнула, но тут же подавила порыв, замечая возмущенный взгляд девушки.
— Извините. Просто вы так очаровательно злитесь.
— Конечно, смейтесь над моими проблемами. Посмотрим, что вы скажете в следующий раз, когда я предложу вам ваш заказ в несколько ином исполнении, - надулась Эмма, а затем подмигнула брюнетке.
— Вы раните меня, Мисс Свон, — Реджина театрально прижала руку к груди в области сердца.
Пытаясь оторвать взгляд от пальцев, замерших на шелковой рубашке, на которой было непозволительно много расстегнутых пуговиц, Эмма надеялась, что ей удалось вежливо улыбнуться, а не ухмыльнуться от напряжения.
— Нам пора, — с сожалением произнесла она. — Но я надеюсь поскорее увидеть вас в Латтитьюд.
— С радостью, спасибо, — на прощанье ответила Реджина.
— Всегда пожалуйста, — пробормотал Генри на выходе из здания.
— Что? — не поняла Свон.
— Я лучший сводник всех времен и народов, — самодовольно заявил Генри.
— Свод…
— Хотя, этот случай, наверное, безнадежен, — продолжил мальчишка, не обращая внимания на мать. — Она явно не из твоей лиги.
— Вот оно! Я убью Нила!
***
— Нил Кессиди-Голд, я собираюсь надрать тебе задницу, — прорычала Эмма, заходя в ломбард. — Я тоже тебя люблю, детка, — невозмутимо ответил мужчина. Они поженились прямо после школы, и на тот момент это казалось шикарнейшей идеей. Сейчас же эти двое остались лучшими друзьями, какими были всегда, как потом выяснилось. Они прожили в браке ровно пять лет. Слава Богу, что это не превратилось в двадцатилетний броманс. Хотя, оба были довольны тем, что однажды их случайный гетеро-секс подарил им сына. — Что я сделал? — вдруг спросил Кессиди. — Я оценила, что ты поговорил с нашим сыном о различных типах людей, но ему двенадцать. Двенадцать, Нил, — Эмма была возмущена поведением бывшего мужа. — Э-э, мам… Блондинка повернулась, чтобы строго глянуть на мальчика. — Генри, ты не видишь, что твои родители разговаривают? — Да, но я думаю, что ты не на того кричишь, потому что об этом со мной говорила Руби, — фыркнул Генри. — Это не папина вина, что у тебя есть виды на Реджину. — Реджина? — глаза Нила моментально загорелись любопытством, и он развернулся к блондинке. — Рассказывай. — Боже, Нил, ты можешь просто сосредоточиться на моих словах. — Она супер горячая, пап, — отозвался Генри. — И умная. Она определенно уделала бы тебя одной левой. — Ауч, малыш, — простонал Нил. — Видишь? От кого же он набрался такого джентльменского поведения? – снова вспыхнула Эмма.***
— Она без ума от тебя, — произнес Дэвид, как только сенатор отошла к своему постоянному столику. — Пошел ты, — недоверчиво пнула его бариста. — Нет, я серьезно. Я вижу ее здесь довольно таки часто уже год, но она никогда не приходила в разное время. К тому же, это время стало совпадать со временем твоей работы. По крайней мере, раз в неделю она торчит здесь вместе с тобой, — Дэвид попытался осмыслить то, что сам произнес и понял, что его слова были не особо убедительными. — Людям свойственно менять привычки, Дэвид. Это вовсе не значит, что она хочет меня, — Эмма замолчала, а потом фыркнула. — К тому же, я думаю, что она натуралка. — Ну, знаешь ли, она не первый шкаф сената (2), — подметил мужчина. — И не последний, — рассмеялась Эмма, — ладно, я рассмотрю возможность того, что я ей нравлюсь. Черт, я уже неделю игнорирую Кокетку Френки ради сенатора Реджины. — Это все потому, что ты не ценишь чудес члена, — поддразнил Дэвид, шагая в дверной проем подсобки, за бобами. — Я вполне могу оценить член, — окликнула мужчину блондинка, — если это мой силиконовый дружок. А ты уже поговорил кое с кем, Мистер Испугавшийся Киски? — Э-э? Эмма оторвала взгляд от молока, которое раскладывала в холодильнике, чтобы заметить, стоящую у прилавка с неловким выражением лица, Реджину. — Привет. Что я могу для вас сделать? — слабо улыбнувшись, бариста произнесла свою дежурную фразу. — Похоже, Дэвид дал мне фундук вместо ванили, — брюнетка протянула латте. Недолго думая, Эмма взяла напиток и сделала несколько глотков: — Точно фундук. Я сделаю вам новый, — развернувшись к кофе машине, девушка задалась вопросом, почему рядом с Реджиной она ведет себя слишком беспечно. Это явно выходит за рамки ее профессионального поведения. Она могла бы просто принюхаться к запаху напитка или поверить сенатору на слово. А еще, ей стоило бы заметить, когда именно Реджина подошла и сколько она слышала. — Прошу, — заменив латте, вежливо улыбнулась Эмма. — Я извиняюсь за этот маленький инцидент. Обязательно сделаю Дэвиду выговор. — И отшлепайте, — пошутила сенатор, забирая свой напиток и отходя от прилавка. Эмма впилась руками в дерево стойки, чтобы устоять на ногах после слов Реджины. Она не могла не посмотреть, как соблазнительно покачиваются ее бедра. Не после того, как эта женщина упомянула при ней порку. Глаза Эммы были прикованы к ее шикарной заднице, и девушка мысленно застонала, понимая, что эта женщина чертова соблазнительница, которая однажды убьет ее своей сексуальностью. — Я поговорил с тобой, — ухмыльнулся Дэвид, выходя из подсобки. — Отвали, — нахмурилась Свон. — Ты понимаешь, что я говорю о твоей безнадежной влюбленности в Болтушку Кэтти. — Этот разговор неуместен, — мужчина моментально стал серьезным. — Нет, ты немедленно успокоишься, возьмешь себя в руки и все объяснишь Мэри Маргарет! Она постоянно бросает на тебя взгляды. — Заткнись, Свон, — проворчал Дэвид. — Хэй, это случайно не твой близнец натурал? (3) Пояснения: (1) Лоббист - посредник между финансовыми, политическими или профессиональными группами и госчиновниками, депутатами. (2) Шкаф – выражение «он/а в шкафу» о людях, которые скрывают и публично отрицают свою ориентацию. (3) Тут тонкий троллинг при участии ММ, которая кидает многозначительные взгляды на Дэвида-гея, который замужем за Киллианом.
