Невидимые миры / The worlds you never see

Через несколько часов Реджина услышала, как дверь в спальню открылась, и продолжила максимально ровно дышать, не открывая глаз. Ей не хотелось, чтобы Эмма поняла, что она не спит. Она намеревалась уснуть и проснуться следующим утром в своем Сторибруке. Она была по-прежнему убеждена, что всё это какой-то странный сон. - Мамочка умерла? – Тоненький голосок Евы дрожал. - Нет, Ева-жучок, она просто спит, - шепотом заверила ее Эмма. – Утром ей будет намного лучше, я уверена. - Можно ее поцеловать на ночь? - Мы должны вести себя тихо, чтобы не разбудить ее. Но, разумеется, можно. Реджина слышала, как они подошли к кровати, а потом почувствовала прижатые к своему лбу губы Евы и услышала ее шепот: - Спокойной ночи, мамочка. Поправляйся. Я люблю тебя. Она подождала, пока Эмма отойдет от кровати, потом еще сильнее зажмурила глаза, проклиная подступившие слезы. Они лишний раз убедили ее в том, что это всего лишь сон. Реджина Миллс не плачет. Послышались еще одни тихие шаги, и Реджина едва не разинула рот, услышав голос Генри: - Ночи, мам. Люблю тебя. - И он тоже поцеловал ее в лоб, прежде чем уйти. Потом она услышала, как в комнату вернулась Эмма. Она ходила по комнате, раздеваясь, потом наконец забралась под одеяло. Реджина собрала все силы, чтобы не отодвинуться, ощутив тепло, исходящее от тела Эммы, теперь, когда она была так близко. Она чувствовала на себе взгляд Эммы и пыталась заставить себя заснуть. Вскоре Эмма вновь стала тихо напевать мотив песенки – той самой, которую Реджина уже слышала и не могла вспомнить, откуда она. Она знала, что где-то слышала ее раньше, но мозг отказывался воспроизвести текст. Этот звук неплохо успокаивал, и она бы это поняла, если бы захотела, но она не хотела. Не то чтобы ее раньше не убаюкивали песнями – даже если Эмма думала, что она уже спит, - но, опять же, она старалась не останавливаться на этих мыслях. Однако, когда пальцы Эммы стали медленно перебирать ее волосы, она не смогла сдержаться и вздрогнула от неожиданности. - Шшш, - прошептала Эмма в темноту. Она продолжала напевать, вплетая слова утешения в мелодию песни, и это неожиданно подействовало на Реджину успокаивающе, так что уже скоро она почувствовала, как погружается в сон, - все в порядке, это всего лишь я. Я рядом, и я не позволю ничему плохому случиться с тобой. Ты в безопасности. Просто засыпай. Засыпай.

***

При звуках будильника Реджина вздрогнула и проснулась, отчаянно надеясь, что она снова в своей постели, в своем Сторибруке. Потом она почувствовала, как ее крепко обнимают тонкие руки. -Ммм, еще не пора вставать, Джина, - пробормотала Эмма ей в шею, то и дело касаясь кожи Реджины губами. «Нет,нет, нет» - Реджина изо всех сил старалась дотянуться до будильника и освободиться из рук Эммы. – Нет, уже пора. - Ну, еще хотя бы пару минут, - взмолилась Эмма, вновь прижимая мэра к себе и просовывая бедро между ее ног. - Эмма! – возмутилась Реджина, быстро выпутываясь из объятий и соскакивая с кровати, буквально спихнув Эмму на пол с другой стороны. - И тебе доброе утро, - проворчала Эмма, принимая сидячее положение и протирая сонные глаза, и Реджине пришлось признать, что выглядела она в этот момент просто очаровательно. - Мама! – раздался крик в коридоре. – Я не могу найти свои шлепанцы! - Ох, - Эмма рывком поднялась с пола, - похоже, в душ ты идешь первая. Я поставлю кофе и прослежу, чтобы Генри встал и начал собираться. Напомни, почему мы решили завести детей? – спросила она, обнимая Реджину и целуя ее в плечо, когда до них донеслись новые вопли Евы. Со вздохом она расцепила руки. – Иду, Ева-жучок. Реджина наблюдала, как она надевает халат, прикрывая им свою коротенькую маечку и боксеры. Потом, покачав головой, она пошла в душ.

***

Стоя под мощными струями воды, Реджина пыталась собраться с мыслями. Было очевидно, что все происходящее как-то связано со шляпой. В то время как раньше она считала, что для ее активации не хватило магии, теперь она изменила свое мнение. Шляпа сработала, и дверь, которую она выбрала, привела ее в какую-то альтернативную версию Сторибрука, где у них с Эммой отношения. Но почему нигде нет двери, ведущей обратно в ее мир? И как тогда ей туда вернуться? Реджина смогла придумать только одно решение. Она понятия не имела, что за шляпа была у Эммы, но знала, где находится оригинальная шляпа Джефферсона. На ее лице промелькнула ухмылка, стоило ей подумать о шляпе, которую она сохранила и смогла принести с собой, когда наложила проклятие. Иногда быть плохой выгодно. Сегодня она достанет шляпу из тайника, решила Реджина, наливая на губку гель для душа. Она мяла ее, взбивая пену, когда по ее телу скользнули мокрые руки. - Я потру тебе спинку, если ты помоешь меня, - промурлыкала Эмма ей на ушко. Реджина мгновенно отпрянула от нее, задыхаясь от ощущений, пробежавших по телу от близости Эммы. Ох, какой обнаженной, и ох, какой мокрой Эммы. Реджина выскочила из душевой кабины и схватила полотенце, быстро заворачиваясь в него. - Что ты делаешь? – со смехом спросила Эмма, стоя под душем. – Залезай обратно. - Н-нет. Я уже закончила. Мне надо собираться на работу. - Реджина! – жалобно взмолилась Эмма, но брюнетка решительно направилась к выходу из ванной. Эмма тут же последовала за ней. Хорошо, хоть догадалась захватить полотенце и обернуться им, но Реджине это едва ли помогло успокоиться. - Эй, что с тобой сегодня такое? - Эмма схватила Реджину за руку и развернула к себе, пристально глядя на нее. Реджина с вызовом ответила на ее взгляд: - Со мной ничего. Я в порядке. Эмма отпустила ее руку, она выглядела расстроенной. - Значит, сегодня день сомнений, да? – Она провела рукой по своему мокрому лицу и волосам, с которых капала вода. – Я думала, это уже в прошлом. - Не понимаю, о чем ты, - честно сказала Реджина. Она понятия не имела, что такое «день сомнений» и почему при мысли о нем на лице у Эммы возникло такое выражение, будто кто-то ударил ее поддых. - Не надо, - Эмма замотала головой, разбрызгивая вокруг себя воду, – все нормально. Все в порядке. Я просто… просто забыла, наверное, как это бывает. Прошло много времени. Она выдохнула и подошла ближе. Протянув руку и взяв ладонь Реджины в свою, она крепко сжала ее. - Я там кофе поставила внизу, - сказала она, потом отпустила Реджину и пошла обратно в ванную, где все еще шумела вода. Переступив порог, она обернулась. – И, Реджина, знаешь, что? Я правда тебя люблю. Реджина могла лишь молча наблюдать за тем, как за ней захлопнулась дверь, - она была не в состоянии найти ответ на эти слова или на бесчисленное множество эмоций, скрывающихся за ними.

***

Когда Реджина сошла вниз по лестнице, Генри и Ева уже поедали на кухне вафли. - Смотри, мамочка, мама нашла мои шлепанцы! – Лицо Евы озарилось улыбкой, а по подбородку потек сироп, когда она подняла ножки, чтобы похвастаться маленькими тапочками на пробковой подошве. - Я вижу. - Реджина слегка улыбнулась и налила себе кофе, все еще недоумевая, кто мог приготовить завтрак. Эмма сказала, что поставит кофе, но неужели она и детям завтрак приготовила? А если и так, съедобна ли эта еда в принципе? Пахло, определенно, хорошо, и Генри с Евой ели с аппетитом, но она и представить не могла, что Эмма Свон умеет готовить. - Ма оставила тебе завтрак в холодильнике, - подал голос Генри, запихивая еще один кусок вафли себе в рот. Услышав это, Реджина заморгала. Она повернулась к холодильнику и была удивлена, открыв его и обнаружив там грейпфрут, разрезанный на четвертинки, красиво разложенные вокруг небольшой мисочки фруктового салата. Это был ее типичный завтрак, но тот факт, что Эмма об этом знала и приготовила его, стал для нее неожиданностью. Она достала еду из холодильника и поставила на свое обычное место во главе стола, затем повернулась, чтобы взять чашку с кофе. Краем глаза она увидела Эмму, сходящую вниз по лестнице, и едва заметно пошатнулась. Ее уже высушенные волосы спадали золотыми локонами на плечи, и одета она была не в свои обычные джинсы и майку, а в почти настоящую униформу, ну или то, что было наиболее приближено к ней в представлении Эммы. Темные слаксы облегали изгибы тела, а приталенная туника, дополненная галстуком, смотрелась на ней просто великолепно. Ее значок, как обычно, был закреплен на ремне, а форменные сапоги сияли в ярком свете кухни. Реджина почувствовала, как при виде этой картины у нее пересохло во рту, но, увидев взгляд Эммы, она слегка нахмурилась. - Мама, вафли кусные! – воскликнула Ева, и в ту же секунду этот взгляд исчез, уступив место широкой улыбке, адресованной маленькой девочке. - Вот как? Дай-ка попробовать. - Нет, мама, возьми себе другую! – Ева попыталась вырвать у нее из рук свою вилку, но Эмма схватила ее поперек туловища и, щекоча ее, поднесла ко рту вилку и стащила с нее кусок вафли. - Ммм, они довольно кусные, да? – Она подмигнула, целуя Еву в щечку. - Теперь мне вся липкая! – запротестовала Ева. - Всем по липкому поцелую! – рассмеялась Эмма, подходя к Генри и касаясь его лба перемазанными сиропом губами, а затем направляясь к Реджине. - Еще один шаг, мисс Свон… - начала Реджина, и Эмма на мгновение нахмурилась и отвернулась от нее. - Ты готов к сегодняшней контрольной по истории, парень? – спросила она, переключая внимание на Генри, который вытирал лоб салфеткой, недоуменно глядя на мать. - Да, конечно. Но что?.. Эмма лишь покачала головой, и Генри замолчал на полуслове, так и не задав свой вопрос. - Вот и хорошо. Ты можешь сегодня добраться до школы пешком? - Конечно. - Он кивнул, все еще переводя взгляд с одной мамы на другую. - Ну-ка, Ева-жучок, доедай, и я заброшу тебя перед работой к Мэри-Маргарет. После обеда Кэтрин заедет за тобой и отвезет вас с Эбби на танцы, а я тебя потом заберу. Идет? - Ура! – Ева просияла, радостно стуча обутыми в шлепанцы ножками. – Я помогу с Лепольдом до танцев! При звуках этого имени, слетевшего с губ ее дочери, пусть и в искаженном виде, и от осознания того, что это, вероятнее всего, имя ребенка, которого вчера нянчила Мэри-Маргарет, Реджина почувствовала, как кофейная кружка выскользнула у нее из рук. Ударившись об пол, она разлетелась на осколки. - Вот черт! – выругавшись, Реджина отпрыгнула назад, чтобы ее не задели осколки фарфора и брызги обжигающей жидкости. Остальные трое подскочили на местах, но Эмма быстро пришла в себя и начала действовать. - Да, моя сладкая, ты поможешь с Лео, - сказала она и направилась в сторону Реджины, на ходу хватая тряпку для стола. - Мамочка, тебе в порядке? – спросила Ева, глядя на мать большими глазами. Реджина была не в силах ответить – ей сдавило горло, и она почувствовала, что не может дышать. - Мамочка в порядке, Ева. Она просто хочет сегодня утром побыть такой же неловкой, как мама. - Генри подмигнул, поднимаясь с места, чтобы собрать тарелки. – Пойдем, вместе соберем твои вещи для танцев. - Спасибо, парень. - Эмма благодарно улыбнулась ему, собирая с пола осколки кружки, и он вышел из кухни с Евой на руках. Когда Эмма выбрасывала осколки в урну, Реджина смогла различить на некоторых из них слова «Лучшая», «в мире» и «мама». - Прости, - сказала Эмма, как только дети скрылись за дверью, - я пытаюсь научить ее называть его Лео, но ее забавляет это имя, и… прости. Реджина снова ощутила в горле спазм. Эмма знала. Она знала об имени, о мужчине, о чувствах Реджины к нему. Реджина не представляла, насколько Эмма осведомлена о Леопольде, но она, по крайней мере, знала часть истории. Но разве это возможно? Как она вообще могла ей хоть что-то об этом рассказать? - Я… - она не смогла вымолвить больше ни слова. - Эй, - Эмма поймала ее взгляд и робко улыбнулась ей, - все нормально. Все налаживается, видишь? – Она показала на пол, с которого исчезли следы беспорядка. Но Реджина смотрела на осколки кружки в помойном ведре и чувствовала, что ничего не налаживается. - Я пойду за Евой, и будем выдвигаться, ладно? Хорошего тебе дня! – Эмма наклонилась и коротко поцеловала Реджину в лоб, хотя было заметно, что ее это немного ранит. – Я люблю тебя. Эмма пошла к выходу, а Реджина лишь проследила за ней взглядом, не в силах ответить хоть что-то.

***

Реджина краем глаза наблюдала за Генри, пока они шли по тротуару. Она никак не могла принять тот факт, что этот молодой человек – ее сын. Он казался таким взрослым, совсем не похожим на того маленького мальчика, которого она знала. - Ты в порядке, мам? – спросил Генри, заметив, что она снова пристально смотрит на него. Она не произнесла ни слова с тех пор, как они вышли из дома, после того как спросила, можно ли ей пойти с ним, но он постоянно чувствовал на себе ее взгляд. - Да, Генри, со мной все хорошо. Я просто… - Она повернула голову и теперь уже в открытую рассматривала его. – Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, правда? – Ей было непросто задать этот вопрос, и она ожидала, что он отмахнется от нее, как это обычно делал ее сын. - Конечно, знаю, - поспешил заверить ее этот Генри, по-прежнему глядя на нее в замешательстве, - почему ты спрашиваешь? - И ты счастлив? Я имею в виду, тебе нравится, как мы живем? Что мы с Эммой… вместе? – Ей нужно было знать, нужно было понять этот новый мир и эти новые отношения, в которых она оказалась. - Ага. А почему должно быть по-другому? Ты же знаешь, что я… - Он внезапно замолчал, словно у него в голове зажглась пресловутая лампочка. – Мам, ты опять беременна? Реджина резко остановилась посреди тротуара, широко разинув рот. - Чт… Опять? Что? - Ты ведешь себя так же, как когда была беременна Евой, - вся такая заботливая, беспокоишься о моих чувствах. И ты вчера была очень уставшая, и потеряла сознание на вечеринке, и… - Нет! – поспешила опровергнуть его догадку Реджина, при этом неосознанно положив руку на свой плоский живот. – Нет. Я не… Нет, нет, - горячо заверила его она. - Ой. - Генри заметно выдохнул, то ли облегченно, то ли разочарованно, она не поняла. – Но ты ведь не заболела? Страх, сквозящий в этой фразе, заставил сердце Реджины раскрыться. Она на самом деле не безразлична Генри. Он действительно любит ее и волнуется за нее. - Нет, Генри, я не больна. - Она протянула руку и погладила его по щеке. - Уверена? Потому что ты себя как-то странно ведешь, и… - Я уверена. - Она кивнула. – Просто я хотела убедиться, хотела быть уверена, что… - Она не знала, как закончить предложение, как вообще ему это объяснить. Но Генри, кажется, понял ее и тепло улыбнулся ей: - С нами все в порядке. Мы все в порядке. Ведь у вас с ма все хорошо? Реджина моргнула, услышав этот вопрос. - Вы с ма как-то не так себя ведете. Я подумал, ну, то есть, вы ведь не ссоритесь? - Нет, мы не ссоримся. Просто в последнее время все… непривычно, - пробормотала она, заметив, как внимание Генри переключилось на Пейдж, которая проходила мимо. Она схватила его за руку, пока он не ушел с девушкой, и крепко сжала ее. – Я люблю тебя, Генри. - Я тоже люблю тебя, мам, - прошептал Генри, наклоняясь и целуя ее в щеку, затем отстранился и поспешил следом за Пейдж. Генри уже давно убежал, а его слова все звучали эхом в голове Реджины. «Запомни: быть счастливой – это нормально».