About a Boy and a Girl. (О нем и о ней.)

      N: Nightingale-Найтингейл       Бип.       Бип.       Он застонал про себя. Сигнал будильника оповещал о том, что начался очередной школьный день. Он вздохнул и решил, что пора вставать.       Но когда Джимми открыл глаза, он почувствовал настолько сильную боль в голове, что это вызвало головокружение.       Он сделал глубокий вдох, а затем медленно открыл глаза вновь.       В комнате он увидел несколько красочных открыток, воздушный шар, который похоже уже сдулся, а на двери висел плакат с надписью "Поправляйся".       Поправляйся?       Боль в голове, которую он игнорировал, теперь обострилась до такой степени, что это вызвало тошноту, так что он снова закрыл глаза. Слава Богу, тошнота быстро прошла, и он смог открыть глаза снова.       -Джимми? Ты не спишь?- тихо спросил голос матери.       -Да,- ответил он.       Она вошла в комнату с подносом, на котором были тарелка яичницы с беконом и стакан апельсинового сока. Когда она поставила поднос на тумбочку рядом с ним, он отметил, что бекон был сожжен по краям. Значит, сигнал, что он слышал, не был его будильником, это был пожарный сигнал!       -Как ты чувствуешь себя?       Его живот скрутило, когда нос уловил запах яиц. Он подавился.       -Не очень, - сказал он.       -Не хочешь завтракать?       Он покачал головой и она убрала яичницу подальше от него:       -Все же тебе надо съесть что-нибудь.       -Я нехорошо чувствую себя, мама,- ответил он.       -Я знаю. Тогда просто постарайся поспать еще.       Он кивнул. Она наклонилась, и, нежно поцеловав его в лоб, вышла в коридор с едой, оставив только апельсиновый сок, и тихо закрыла за собой дверь.       Почему ему так больно? Может быть, у него грипп. Но, это не было похоже на грипп, он чувствовал себя хуже, намного хуже.       Что же случилось?       Он напрягся, пытаясь вспомнить, но он не мог вспомнить ничего, кроме похода в школу в понедельник. В одном он был уверен - все это делало его головную боль хуже.       Он вздохнул и попытался расслабить мозг. Но, казалось, он работал со скоростью тысячи миль в час. На текущий момент мысли были сосредоточены на том, что его правая рука очень зудела. Он собирался почесать ее, когда у дверного проема раздался голос.       -На твоем месте я бы не делала этого.       -Синди?       -Конечно это Синди.       Небольшое давление около ноги сказало ему, что Синди присела на край кровати. Он открыл глаза и увидел, что его девушка тепло улыбнулась ему.       -С добрым утром, спящая красавица.       Он решил, что он будет злиться на комментарий позже.       -Почему я не могу почесать руку? Она очень чешется,- утверждал он.       -Посмотри,- ответила она, указывая на его правую руку. Когда он посмотрел, он был более чем удивлен, увидев, что его правая рука была полностью забинтована в слабо затянутый марлевый бинт.       Его глаза расширились, когда он увидел, что его левая рука тоже была забинтована. И, судя по красным пятнам, его правая рука кровоточила.       Как он не заметил этого раньше?       -Какого черта случилось со мной?       -Произошла авария в лаборатории, и последствия были очень серьезными. Ты был два дня в коме, и ты очень сильно навредил себе. Сейчас только второй день, когда ты дома.       -Что? Нет! Я бы помнил.       -На самом деле врач сказал, что ты, вероятно, не вспомнишь. По крайней мере, не сразу. Я предполагаю, что это из-за травм или что-то подобное.       -Нет, этого не может быть. Я наверное сплю.       -Уверяю, ты не спишь. Я знаю, что заставила тебя вспомнить вчера. Я могу сделать это и сегодня.       Он начал анализировать понедельник в его голове, он думал о проекте, что он проводил, пришел домой, и добавил химические вещества в мензурку. Потом была ослепительная вспышка.       Вот дерьмо, она говорила правду.       -Я взорвал мою лабораторию, не так ли?       -Нет, но ты очень старался. Знаешь, Нейтрон, однажды ты достигнешь успеха в том, чтобы убить себя, - он засмеялся на мгновение, а затем плотно закрыл глаза.       -Моя голова очень болит.       -Это должно помочь,- сказала она, и он услышал, как она роется в своей сумочке.       Он заставил себя снова открыть глаза. Она достала две таблетки Тайленола. Он протянул руку, но она покачала головой.       -Я сделаю это. Ты не должен использовать свои руки для чего-либо. Во-первых, тебе надо сесть.       Затем она обвила руку вокруг его плеч и медленно подвинула его, прислоняя к изголовью его кровати.       Был внезапный и интенсивный удар боли в голову, и он снова закрыл глаза. Это действительно начинает раздражать. Будем надеяться, что она права и обезболивающее сразу поможет.       -Теперь открой рот,- приказала Синди.       Он сделал, как ему сказали, и она положила две таблетки на его язык. Он заметил, какие теплые у нее были пальцы и как она нежно прислонила стакан к губам и наклонила его так, что оранжевый сок полился в рот.       -Глотай.       Он сделал, как она сказала. После того, как таблетки были проглочены, он снова открыл глаза. Он заметил, что она не убрала руку с его подбородка.       Она мягко улыбнулась.       -Спасибо, Синди.       -Не за что,- ответила девушка, поставив стакан обратно на тумбочку.       -Теперь мы должны сделать самое худшее,- сказала она, доставая аптечку.       -Что ты делаешь?       -Не волнуйся, твоя мама научила меня делать это вчера.       -Почему ты назвала это самым худшим?       Она с сочувствием посмотрела на него и вытащила две длинных куска марли из аптечки.       -Будет больно, очень больно. По крайней мере, вчера было.       Затем он получил неприятную вспышку интенсивного жжения, ругательств и слез.       -Ох,- произнес он, когда она медленно стала снимать бинты с его правой руки.       -Правая хуже, поэтому ее мы будем делать первой.       Он кивнул.       Медленно ткань с его рук упала на пол, и его рука была открыта.       Она была ярко-красной и в некоторых местах плоть была повреждена до костей. От руки исходил запах, заставивший живот скрутиться. Но, Синди, казалось, не думала об этом, начав медленно заворачивать руку новой повязкой. Боль от соприкосновения ткани с глубокой раной была настолько сильной, что голова кружилась. Он быстро снова закрыл глаза. Непроизвольно его рука дернулась, и боль была настолько сильной, что он закричал.       -Не сопротивляйся.       Он прикусил нижнюю губу так сильно, пытаясь побороть рвотный рефлекс рядом с этой доброй девушкой, что во рту выступило немного крови. И, наконец, боли прекратились, и он подумал, что она закончила, так что он открыл глаза, чтобы убедиться.       Она смущенно улыбнулась:       -Как ты себя чувствуешь?       -Это очень больно,- теперь он пытался скрыть тот факт, что несколько слез скатились по его щеке.       -Я говорила, что это будет больно, но их нужно менять каждый день хотя бы раз, иначе в порез можно занести инфекцию.       У него отвисла челюсть:       -Откуда ты все это знаешь?       -Медсестра мне все объяснила.       -О,- ответил он. -Так, как я справился?       -Хорошо! Намного лучше, чем вчера, когда тебя стошнило на меня.       -В самом деле?       Она кивнула, начав снимать повязку на левой руке:       -Это было отвратительно.       -Прости,- он извинился, когда она бросила марлю с левой руки на пол рядом с повязками с правой руки. Она тепло улыбнулась, начав оборачивать его левую руку новой повязкой.       -В этом опасность быть твоей девушкой, я полагаю.       Он не мог сдержать улыбку. И он заметил, что его голова не взрывается, как до этого. Тайленол работал!       -Это первый раз, когда я увидела, как ты улыбаешься за все утро,- тихо прошептала она, выбрасывая старые бинты в мусор.       Когда она села на краю кровати, в ее глазах мелькали нечитаемые эмоции. После минутного молчания она вздохнула:       -Я должна вернуться в школу.       -Тебе обязательно идти?       -Если я снова опоздаю на географию, мистер Лун сделает мне предупреждение. Но, я вернусь в обед, ладно? - она подвинулась вперед и поцеловала его в лоб. -Хорошего дня, и отдохни немного, ладно?       Он заметил, что она все еще не отодвигалась от него.       Его сердце немного ускорилось, когда ее теплое дыхание защекотало его лицо. Напряжение между ними было чуть больше, чем он мог выдержать.       -Не смотри на меня так,- поддразнила она, а потом коротко прижалась губами к его. Небольшого действия было достаточно, чтобы заставить его полностью забыть о боли на несколько коротких прекрасных мгновений. Когда она отстранилась, он обнаружил себя отчаянно желающим, чтобы она не останавливалась.       Она улыбнулась, а затем произнеся мягкое "я люблю тебя", исчезла за дверью. Он помахал, а потом она ушла. Как только он расслабился на подушках, легкомысленная улыбка пересекла его лицо.       Он все больше утопал в любви к ней, с каждым вонючим днем и никакая рационализация этого не изменит.       Она была его Флоренс Найтингейл. И всегда будет, он уверен в этом. -x- "Other lives always tempted to trade Will they hate me for all the choices I made? Will they stop when they see me again? I can't stop now I know who I am. Now I'm all yours, I'm not afraid I'm yours, for life. Say what they may And all your love I'll take to my grave And all my life starts now. Tear me down, They can't take you out of my thoughts. Under every scar there's a battle I've lost. Will they stop when they see us again? I can't stop now I know who I am. Now I'm all yours, I'm not afraid I'm yours, for life. Say what they may And all your love I'll take to my grave And all my life starts. I'm all yours. I'm not afraid. I'm yours for life. Say what they may. And all your love, I'll take to my grave. And all my life starts, Starts now!" Metric- All Yours