December Winter

Прошла еще одна неделя. Если верить Рею, Алекс уже должен был вернуться, но я не знала, где искать его. В переулок я не ходила из-за Рея. Именно он рассказал Дориану, что я искала Алекса. Больше некому – кроме него меня никто не видел. Сам Алекс ко мне не приходил. Я устала просто сидеть и ждать. Нужно было что-то делать. Для начала я решила хотя бы полетать над городом. Приглядеться. Может, увижу его. Я никак не могла предположить, что это и вправду сработает. И уж точно не думала, что увижу его там. Пролетая над заброшенным сектором и домом Дориана, я даже не всматривалась. Но все-таки заметила их. Они ругались. Алекс что-то громко кричал и обильно жестикулировал. Дориан сначала спокойно, чуть с презрением, слушал его. Потом изменился в лице. Что-то тихо сказал. Алекс взбесился, толкнул его. Дориан ответил тем же. Ожидалась драка. Я резко полетела к ним. - Успокойтесь! – крикнула я, оттаскивая Алекса от Дориана и становясь между ними. Алекс снова бросился вперед. Я оттолкнула его. - Что здесь вообще происходит? Вам что, тринадцать лет? Что вы устроили? - Это наше личное дело, - злобно сверкнул глазами Дориан, - Тебя сюда никто не звал. Я вроде сказал тебе убираться. - Кто ты такой, чтоб указывать мне, что делать? Пока я здесь, вы не подеретесь, - безапелляционно заявила я. - Тогда мне здесь больше делать нечего... пока, - фыркнул Алекс и взлетел. - Если хочешь и дальше жить и целовать чужих девушек – лучше здесь больше не появляйся! – крикнул ему вдогонку Дориан. - Да что с тобой такое? – не выдержала я, - Ведешь себя как ребенок! - Зато ты принимаешь очень взрослые решения. Определись сначала, кто из нас тебе больше нужен, тогда и поговорим. Не веди себя как шлюха. - Так, все. Надоело, - я развернулась, - Никому не позволю так с собой разговаривать. Я взлетела. Крылья Алекса почти сливались с бледным заснеженным небом, но я сумела их различить и догнала его. - Снижайся, поговорить надо. - Разговаривай со своим парнем, - сухо ответил Алекс, даже не посмотрев в мою сторону. - Алекс, мне тяжело лететь. Пожалуйста, давай поговорим на земле. Алекс вздохнул и начал снижаться. Нам оставалось метров пять до земли, когда мощный порыв ветра подцепил мои крылья. Я потеряла контроль над ними. Меня начало бросать из стороны в сторону. Я не могла сделать вдох. Последнее, что я видела, перед тем, как потерять сознание – лицо Алекса, пытающегося подхватить меня на руки. Я очнулась на заснеженной поляне, Алекс сидел рядом и... дул на меня. - Э-э... Что ты делаешь? – недоуменно спросила я. - Сдуваю снег, чтоб на ресницы тебе не попадал, - смутился он. Я улыбнулась. Он был очень милым. Его и без того бледная кожа казалась еще светлее на фоне кристально белого снега. Смущенно нахмуренные брови придавали его глубоким зеленым глазам еще больше выразительности. На его светлые волосы падал, не тая, снег. Он посмотрел на меня по-детски внимательным и настороженным взглядом. - Чего ты улыбаешься? Я рассмеялась. - Что? Ну что? – ныл он, совсем как ребенок, но тоже начал улыбаться, шуточно пихая меня в бок. - Ты очень милый, - сквозь смех выдавила я. Мы сидели на снежной поляне и смеялись, и это, пожалуй, были самые лучшие минуты моей жизни за последнее время. - Знаешь, - сказала я, постепенно успокоившись, - Похоже, мы с Дорианом... Ну, больше не... - Молчи. Давай сейчас не будем говорить об этом, - сказал он и придвинулся ближе ко мне, - Мы с Холли... - А про Холли, значит, мы будем говорить? – добродушно рассмеялась я. - Послушай, - он вдруг посерьезнел, - Мы уезжали на поиски ее матери. Я слышал, она... Сэм, что ты де... Я поцеловала его. Почему-то все остальное сейчас казалось таким не страшным, таким ненужным. Мне впервые за долгое время было так хорошо и спокойно. Алекс, улыбаясь, картинно вздохнул, закрыл глаза и ответил на поцелуй, гладя мои волосы. Мы целовались, смеялись и катались по снегу в обнимку. Его руки нежно гуляли по всему моему телу, заставляя меня дрожать от удовольствия. Поцелуи спускались все ниже и ниже, от губ и мочек ушей до шеи, груди. Он не спешил и улыбался, снимая с меня одежду, а в его глазах горел веселый огонек. Мы были возбужденными, нежными и счастливыми, и я совсем не думала о боли, да ее и не было. Было только абсолютное непередаваемое чувство блаженства, когда он двигался на мне, целовал меня, сжимал руками мою кожу, прижимаясь ко мне вплотную. Я никогда не думала о том, каким должен быть мой первый раз. Но с того самого дня и до сих пор мне кажется, что это было лучшим, что могло произойти с девушкой. Мы лежали на снегу, абсолютно обессиленные, не думающие ни о чем, кроме нас двоих. Словно это было наше тайное место, наша маленькая вселенная, где существовали лишь мы одни. Солнце начало заходить, а мы все лежали там и не могли – а может, не хотели – уйти. Иногда мы поворачивались друг к другу, чтобы поцеловать, но в основном просто лежали, глядя высоко в небо. Снег под нами и вокруг нас не таял, и я подумала, что в том, что у вампиров холодная кожа, пожалуй, есть свои плюсы. Мы поднялись и оделись лишь когда совсем стемнело. - Вообще-то, я хотел тебе кое-что рассказать, - начал Алекс. - Я не хочу слушать истории про ваши с Холли чудесные взаимоотношения, - улыбнулась я, - Правда, не надо. - Да что ж ты все об одном и об одном. Ты можешь меня послушать? И не пытайся снова отвлечь меня сексом, - усмехнулся он. - Ну хорошо, говори уже. Холли, Холли. Настало время классных историй про Холли. Я вся внимание. - Мы с ней уезжали, чтобы найти ее мать. Недавно среди вампиров прошел слух, что ее видели неподалеку от нашего города. Они говорили, что все это время, с тех пор, как она стала Бессмертна, она изучала вампиров. Ее всегда интересовала эта тема, и я подумал, что она наверняка выведала что-то интересное про Перерожденных... Про то, как снова сделать их людьми. Я хотел знать, что именно собирается совершить Розали. - Откуда ты... - Ш-ш, молчи. Я много всего знаю. Мы нашли ее. Сначала она долго бегала от нас по городу, в котором остановилась. Но мы завели ее в тупик, заставили ее поговорить с нами. Она плакала и извинялась перед Холли за то, что бросила ее. Потом рассказала, как девятнадцать лет путешествовала по миру, как встречала все более и более древних вампиров и ведьм. Многие из них рассказывали удивительные вещи про Перерожденных. Но самым важным из всего, что она узнала, оказалось вот что. Когда человек становится вампиром, он фактически умирает. Никакого пути назад нет. Но существует особый вид вампиров – так называемые Перерожденные. Они уже были рождены для того, чтобы стать вампирами. Для них есть другой путь. Если Перерожденный понимает, что сейчас не то время, в котором он должен сделать что-то, чего не смог сделать, когда должен был родиться впервые – все можно изменить. Существует ритуал, способный избавить Перерожденного от бессмертия. Этот ритуал дает ему шанс отложить все до следующего рождения. - Значит, это действительно возможно? - Да. Ты родишься в следующий раз, снова так или иначе станешь вампиром и сделаешь то, что должна сделать. В твоем случае это... - Дориан, - я закусила губу. - Да, - нехотя ответил Алекс, - Узнав это, я решил сразу же отправляться обратно в город. Я был спокоен, счастлив. Мы могли быть вместе, у тебя появился шанс стать свободной. Но мне пришлось задержаться. Хелен начала уговаривать Холли остаться с ней. Двое суток она доказывала ей, что изменилась, что хочет все исправить, клялась, что станет хорошей матерью. Холли все больше и больше верила ей. Она без конца спрашивала моего совета, но я лишь сказал, что хочу, чтоб она была счастлива. В конце концов она поддалась на уговоры Хелен. Целую ночь перед моим отъездом они пили вино, плакали и не прекращая говорили, как ценят то, что я все это время заботился о Холли. Утром я отправился в путь. И лишь вернувшись домой, выспавшись и собравшись встретиться с тобой, рассказать тебе прекрасные новости, я нашел в кармане своих джинсов вот это письмо. Алекс протянул мне сложенный вчетверо замызганный лист бумаги. - Как только я прочел его, я сразу же бросился к Дориану, чтобы все рассказать, чтобы они все остановили. Но он посчитал, что я пытаюсь обмануть его, чтобы ты досталась мне. Мы начали ругаться. Именно в этот момент ты нас и застала. Я развернула записку и прочла: Дорогой Алекс! Большое тебе спасибо, что вырастил Холли такой замечательной девушкой. Я очень благодарна тебе за все. Но должна кое-что сказать. Я заметила, как Холли смотрит на тебя. Я поняла, что она не знает, что ты ее прадед – честно говоря, увидев тебя, в это действительно трудно поверить. Я увидела, что она испытывает к тебе сильные чувства. Я знала, что если расскажу тебе это при ней, она не останется со мной. Она почувствует надежду и захочет вернуться в город с тобой. Поэтому ты уж прости, но я сообщаю тебе об этом только сейчас. Ритуал избавления Перерожденных от бессмертия действительно существует, и все, что я о нем сказала – правда. Я лишь кое о чем умолчала. Перерожденный, на которого будет направлен ритуал, умрет. Умрет, чтобы готовиться к следующему рождению. Переродившись снова, она (да, я сразу догадалась, что речь идет о девушке) не будет помнить ничего из прошлой жизни. Когда придет время – ей расскажут лишь то, что она должна знать. Спасения нет. Все, что ты можешь – это бороться за нее, бороться с самой природой. Это все. Надеюсь, что ты прочтешь это прежде, чем ничего уже нельзя будет изменить. Прости меня за все, что я сделала. Хелен. Записка выпала у меня из рук. Розали уже несколько дней готовила ритуал. Я не знала, сколько времени у меня осталось.