Чемпионка

Сентябрь 1998 — август 1999 Летом 1998 года Эдуард окончил школу и поступил в Российскую государственную академию физической культуры и спорта, или как его сокращенно называют — ГЦОЛИФК. С этого времени началась его нелегкая студенческая жизнь, ведь от Химок, где мы жили, до Москвы можно было доехать за час. Так Эдик целиком посвятил себя учебе. А я, тем временем, все больше и больше погружалась в профессиональный спорт. Вскоре после соревнований мой тренер в секции неожиданно заявил мне: — Тебе надо искать личного тренера. Ты переросла уровень секции. — Евгений Михайлович, а как же Вы? — К тебе нужен индивидуальный подход, а у меня в секции и без тебя работы хватает, к тому же не забывай, что тебе нужен особый план тренировок, чтобы не повредить спину. Но ты не волнуйся. Кажется, я знаю, кто может тебе помочь. Так судьба свела меня с четой Маслаковых. Именно, Валентин Михайлович и Людмила Ильинична тренировали меня все те шесть лет, пока я не ушла из легкой атлетики. Я по-прежнему специализировалась в беге на 100 и 200 метров, хоть и прекрасно понимала, что мне будет непросто соперничать со спортсменками из Африки и афроамериканками. Моим усиленным тренировкам это нисколько не мешало. Я продолжала выкладываться по полной программе. Теперь я так же, как и Эдик каждый день ездила в Москву, а когда приезжала домой, то сразу же укладывалась спать. До сих пор удивляюсь, как мне тогда удавалась учеба. В 1998 году я пошла в десятый класс. Физрук по понятной причине делал мне разные поблажки на физкультуре, а вот остальные преподаватели спрашивали с меня в два раза больше. По их мнению, на первом месте у меня должна была быть учеба, а только потом спорт. Но с таким подходом мне пришлось бы забыть об олимпийских медалях. Поэтому я изо всех сил пыталась совместить учебу и тренировки, больший упор, делая в сторону спорта. Но по возможности на сборах, когда выдавалась свободная минутка, я брала в руки учебники и занималась самостоятельно. Может быть, именно поэтому десятый класс я закончила без троек. По гуманитарным предметам, биологии и физике у меня даже были пятерки. Сложнее дело обстояло с математикой. Я тогда с огромным трудом заработала себе за год четверку. Так незаметно наступило лето 1999 года. Тогда я отобралась на первые крупные соревнования в своей жизни — чемпионат мира по легкой атлетике среди юниоров. Причем в этом году они должны были пройти впервые. Правда, ради этого я целый месяц оформляла загранпаспорт и визу, ведь чемпионат должен был пройти в польском городке Быдгощ с 16 по 18 июля. Волнение до безумия переполняло меня. Я впервые должна была отправиться за границу, впервые должна была выступить на мировом уровне. Тогда я выкладывалась на тренировках как никогда, забыв о том, что у меня был перелом позвоночника. Так, пока мои одноклассники наслаждались летними каникулами, я приходила, вернее, приползала, домой выжатой, как тряпка, которой протирают пыль. У меня не было сил даже отпраздновать свой очередной день рождения. Хоть он и выпадал на воскресенье, но даже в этот день я усиленно тренировалась. Спустя несколько дней я впервые в жизни села в самолет и ненадолго покинула Россию. Тогда волновалась вся наша юношеская сборная. Для многих это были первые крупные соревнования. За это время мы все успели подружиться, но настоящей подругой для меня стала Лена Исинбаева. К тому времени она уже выиграла Всемирные юношеские игры, но все ее многочисленные победы и рекорды были впереди. Шестнадцатого августа состоялось открытие чемпионата, а на следующий день должны были начаться соревнования. Этого дня я боялась и одновременно с нетерпением ждала. Я должна была выступить в двух дистанциях: 100 и 200 метров. Сейчас по прошествии уже семнадцати лет могу сказать: никогда так не волновалась, если только на своей первой Олимпиаде. Но со звуком выстрела волнение куда-то испарилось и я почувствовала кураж. Так, я с легкостью прошла все забеги и вышла в финал в обеих дистанциях. В забеге на сто метров я лидировала с самого начала, а в конце меня на 0,1 секунды обогнала Вероника Кэмпбелл из Ямайки. Третьей стала ее соотечественница Лиза Шарп. Несмотря на то, что золото досталось не мне, я была счастлива. Я доказала: русские бегуньи могут выигрывать медали. Завоеванное серебро расслабило меня, поэтому в финальном забеге я сначала немного отстала, но вовремя опомнилась и принялась отыгрывать позиции. Вскоре я была уже на уверенном третьем месте, а до серебра оставалось совсем чуть-чуть, но я не успела. В этот раз мне досталась бронза. Но своими результатами я была довольна, ведь домой я, помимо сувениров, привезла две медали. А еще я была рада за остальных ребят, получивших медали, но больше всего за Лену Исинбаеву, ставшей с рекордной высотой чемпионкой мира среди юношей. Дома я с гордым видом повесила свои медали на стену почета и подарила всем своим близким польские сувениры. — Везет тебе, — сказал мне тогда Артур. — Скоро уже весь мир объездишь. — Ничего, у тебя тоже все впереди. Ведь, кажется, кто-то обещал мне стать олимпийским чемпионом, — вспомнила я про наш спор. — Скажи, ты теперь все время будешь меня так подкалывать? — спросил он с обидой. — Пока ты не выиграешь спор — не перестану, ведь за свои слова надо отвечать. Отдохнуть после чемпионата мира мне так и не удалось. В начале августа я отправилась в Ригу на чемпионат Европы среди юниоров. Я выступала на фоне усталости, поэтому осталась там без медалей. В беге на сто метров я стала пятой, а на дистанции 200 метров — шестой. Впереди у меня был непростой 2000 год.