Всё может оказаться реальным

Шумный лес полон звуков: пение птиц, отдалённые крики всё ещё продолжающейся борьбы и их собственное дыхание. Двое детей хмуро продвигаются впёред, изредка перекидываясь короткими предложениями и всё ещё продолжая держаться за руки. Черноволосый парень тупо глядит перед собой, его взгляд толком не выражает чувств — Певенси глубоко ушёл в себя, лишь изредка краем глаза поглядывая на светлую макушку девушки, что идёт слева от него. Эйприл молчит, периодически просто кивая на заданные ей вопросы. Её белёсые волосы совсем растрепались от периодических порывов ветра; мешки под глазами теперь контрастно выделяются на бледном лице девушки. Глаза полуоткрыты, с каждым шагом Эйприл становиться всё тяжелее держаться на ногах, её так и клонит в сон. — Мы можем остановиться? — сонно лепечет она, когда перед глазами всё мутнеет. Проходит одна, две, три секунды, но ответа не следует. Эд хмурится больше обычного, резко останавливаясь и оглядываясь вокруг. Он даже не переводит взгляд на лицо девочки. — Эд? — в надежде повторяет она, закрывая глаза и расслабляясь. Падает на колени, тяня за собой парня, что успевает удержаться на ногах, всё-таки обращая внимание на Саммерс и вовремя подхватывая её на руки. Он намеренно не обращал на неё внимания, пытался игнорировать насущную проблему. Не хотел обращать внимание на новые проблемы, не хотел видеть, что теперь Эйприл изменится до мозга костей. Бледная кожа, что когда-то была золотистого оттенка загара. Пронзительные серо-синие глаза, что когда-то были синими и когда-то станут лазурно-голубыми. Её волосам никогда не вернётся светло-русый оттенок. Сниженная температура тела, лёгкое подрагивание рук и постоянное напряжение. Война на двух фронтах: наяву и у себя в голове. Джадис никуда не уйдёт, она будет возвращаться и возвращаться. Ей нужно это молодое, полное сил, тело. Ей нужно тело человека, на которого Эдмунд смотрит с улыбкой. Эд сглатывает скопившуюся слюну во рту и неспеша направляется к раскидистому дубу с огромной корневой системой. Бережно укладывает Эйприл меж корней, а сам садится рядом в позу лотоса, наконец-то расслабляясь. Всю их дорогу он был напряжен, ожидал какого-то подвоха со стороны девочки, но его не было. — Уйди! Заткнись! Это мой разум! — внезапно начинает кричать Эйприл во сне, когда её пробирает сильная дрожь. По правому виску скатывается капля холодного пота, а из-под правого верхнего подвижного века катится солёная горячая слеза. Единственное, что осталось тёплым, кроме чувств у Эйприл, так это слёзы. Певенси лишь молчаливо встаёт, даже не глядя на девочку, лежащую не земле, и идёт дальше, ничего не говоря и преспокойно ведя себя. Он проходит от силы метров десять, когда слышит позади себя охрипший девчачий голос: — Эд, куда ты уходишь? — он останавливается, выпрямляя спину и поднимая взгляд на небо над головой. Точнее, на кроны деревьев. Заглядывается на них, когда внезапно снова слышит тихий голос: — Если я для тебя непосильный груз, то можешь идти, не оборачиваясь. Можешь расслабиться, я и сама как-то выберусь из передряги, — устало, но с сарказмом, говорит Саммерс. Эдмунд улыбается, прикрывая глаза. Затем он разворачивается, и, не поднимая взгляда, быстро направляется к ней, садясь рядом на колени и быстро обнимая. Её лицо утыкается в сильные плечи парня. — Ты всё равно сама не сможешь отсюда выбраться, — молвит он шепотом, передёргивая плечами. Тут с её стороны раздаётся неясное бурчание, издалека похожее на «Уж это мне предельно ясно». — Тебе я нужен. Ну хотя бы для защиты, — фыркает он. — О, то есть, ты у нас прям очень важная персона? — улыбаясь, смеётся Эйприл, чуть отстраняясь. — А что? Я тут, между прочим, король, — гордо объявляет парень, улыбаясь во все тридцать два. — Нашёлся мне король, — бурчит девочка тихо, но Эд реагирует молниеносно: — Тут у меня вообще-то меч. — А у меня силы твоей старой знакомой, — специально громко восклицает Эйприл. Эдмунд замирает, даже не дышит, когда снова вспоминает про Джадис. Он резко отстраняется, подскакивая на ноги и разворачиваясь спиной к Саммерс. Девочка пару раз удивлённо моргает, а затем тяжело вздыхает. — Прости, Эд, — говорит она, с трудом поднимаясь на ноги. Пошатываясь, она бредёт к Певенси, аккуратно ставя ноги меж корней, но затем спотыкается и падает вперёд. Закрывает глаза, уже готовясь встретиться лицом с огромным корнем, когда чьи-то руки подхватывают её под плечи. Эйприл испуганно приоткрывает глаза и поднимает голову, сталкиваясь взглядом со смеющимся Эдмундом. Саммерс строит что-то типа недовольной рожи, а затем тоже заливается смехом, когда Эд помогает ей выровняться. Эйприл снова сгибается пополам от смеха так, что уже через секунду уже сидит на земле, громко смеясь. Эд тоже приседает рядом, уже обладая собой и крепко обнимает смеющуюся Эйприл. — Я скучал по весёлой Эйприл, — говорит он, когда Саммерс затыкается. — О, как мило, — тянет она гласные. А затем начинает брыкаться, пытаясь вырваться из объятий парня, когда тот начинает её щекотать. Она громко и заливисто смеётся, извиваясь в его объятиях. — Прекрати! — пищит она, смеясь. — Не-а, — улыбаясь, отвечает Эд. Он зарывается лицом в её светлые волосы, отчего девочка чувствует его тёплое дыхание на своём затылке. Она прекращает брыкаться и парень прекращает щекотать. Эйприл наслаждается этим моментом, ведь сейчас ей по-настоящему снова стало тепло и уютно. В первый раз за последние два дня. — Почему тебя назвали в честь второго месяца весны? — внезапно спрашивает Эд шепотом. Девочка передёргивает плечами, а затем так же тихо отвечает: — Не имею понятия. — Жаль, а мне ведь и вправду интересно, — в полный голос восклицает Эд. — Ну ты сам попросил, — говорит она, как-бы предупреждая. — Мама говорила, что я в детстве, цитирую: «Словно лучик солнца, яркий и красивый». Она говорила, что я всегда хотела много знать и была довольно-таки независимой. Типа стремилась к свободе, пыталась быть оригинальностью. Говорила, я родилась в воскресенье утром, когда солнце вставало. Рассвет, как говорила моя мама, принёс ей самый лучший подарок, — лепечет Эйприл мечтательно, поднимая взгляд на солнечное небо. — А ты случайно не родилась в апреле и ты просто сейчас рассказываешь мне красивую лживую историю? — усмехается Эдмунд. — Такой момент угробил, — фыркает она, пытаясь отстраниться, но Эд крепко сжимает её в своих объятиях. — Неа, я родилась в конце мая. Не так уж и далеко от апреля. Родись я в апреле, было бы очень смешно. — Ага, — весело отвечает Эд. Внезапно он аккуратно отстраняется и проводит правой ладонью по щеке Эйприл, отчего девочка жмурится, улыбаясь. — Ты такая красивая, — восхищенно добавляет Певенси. И затем внезапно замолкает. Он задерживает взгляд на пронизывающих серо-синих глазах Эйприл. Тяжело вдыхает и выдыхает кислород, только сейчас начиная анализировать. Что-то подтолкнуло его развеселить Саммерс. Как-то вытянуть её из этого омута череды плохих происшествий. Их обоих. Что-то? Что-то… Вот только что это, это что-то?

***

Питер улыбается во все тридцать два, глядя на то, как вода постепенно успокаивается. Кто бы мог подумать, что всю эту огромную армию тельмаринов просто смоет водой? Ну это, конечно, только её остатки, но всё же. Певенси окидывает песчаный берег изучающим взглядом, останавливаясь на фигуре своей младшей сестры и льва на другом берегу. Улыбается им обоим, отчего получает ответную ухмылку Люси, которая до сих пор крепко сжимает ножик. Питер оглядывается назад, ловля весёлые и радостные взгляды нарнийцев. Настолько разношерстная банда, и настолько связанные общей идеей. Желанием. И кто бы мог подумать, что все они победят? Надежда угасает последней, вот, что Питер усвоил сегодня. Он смотрит на Каспиана, что стоит справа от Питера. Каспиан же стоит в полуобороте, глядя куда-то им за спины. И Певенси тоже оборачивается, видя Сьюзен. Девушка также лучезарно улыбается, не разрывая зрительного контакта с Каспианом. И когда она сталкивается взглядом с братом, улыбка медленно сходит с её лица. Но вместо осуждающего и непонимающего взора она получает лишь одобрительный и заботливый. Наконец-то он понял. Питер чем-то прочувствовался. Слыша возобновившийся шум потока воды, все трое снова смотрят впереди себя. Перед ними река словно расступается, буквально «встаёт на дыбы». Открывается узкий коридор, воды реки уходят в разные стороны, освобождая им путь. И все двинулись вперёд, ощущая неописуемые гордость и восторг. Кто-то идёт, гордо подняв подбородок. Кто-то опускает взгляд себе под ноги, шмыргая носом. Победа победой, но мёртвых не вернуть. И все это понимают. Деревья, что двигались ранее, снова становятся на свои места, зарываются корнями во влажную от брызг землю. От яркого солнца Питер жмурится, поднимая взгляд на красивое, отливающее голубизной, небо. Он рад. Впервые за последние дни. Песок под ногами почему-то оказывается сухим, хотя буквально пару минут назад здесь во всю бушевала морская стихия. Но сейчас этого никто не замечает, глубоко уходя в свои мысли. Питер ступает на противоположный берег, оглядываясь назад. Нарнийцы расходятся во все стороны. Кто-то садится на землю и греется под тёплыми лучами солнца, кто-то заворожённо глядит на синюю гладь воды, а кто-то глубоко уходит в себя, глядя в пустоту. — Питер! — окликает его Люси, которая сразу же подбегает к брату, крепко обнимая последнего. Питер блаженно прикрывает глаза. — Лу, соскучилась по мне? — довольно пропевает Питер, когда девочка отстраняется, оборачиваясь. — Конечно, — тихо отвечает она, отходя в сторону. Она замечает, как Питер смотрит на Аслана. И лев молчаливо кивает в ответ. — На сегодня всё закончилось, Аслан? — спрашивает он с надеждой, жмурясь от ярких лучей. И лев кивает. — Почему я не увидел тебя тогда, рядом с рекой? — уже тише спрашивает Певенси, смахивая капли пота со лба. — Потому что время проходит, — спокойно отвечает лев, встряхивая своей гривой. Брызги летят в стороны и Люси пускает смешок, улыбаясь. И только тогда все: Люси, Сьюзен и Питер, преклоняют колени перед Асланом. Каспиан секунду ошарашенно стоит, глядя на всю эту идиллию. А затем, словно опомнившись, сам падает на колени, склоняя голову и ловя удивлённый взгляд Сьюзен. — Встань, Каспиан Десятый. Не тебе преклоняться передо мной, — молвит лев величественно. И тельмарин поднимается, сталкиваясь взглядом со львом. — Отныне ты — истинный король тельмаринов. И никто другой не посмеет занять твой трон вплоть до того момента, как твой род не прервётся. Каспиан не знал, что сказать. Он широко распахнул глаза, оглядываясь вокруг. Затем незаметно ущипнул себя за руку, проверяя, не спит ли он сейчас у себя в замке. У себя. Он только что назвал замок Мираза своим. Перемены однозначно начинаются с них самих.

***

Эдмунд крепко сжимает ладонь Эйприл в своей, медленным шагом идя на шум воды. Переплетая пальцы с ним, Эйприл чувствует себя в безопасности. Впервые за последние дни. Так хочется просто принять тёплую ванну. Плевать, что сейчас разгар лета. Плевать, что по идее сейчас должно быть жарко. Вот только самой Саммерс далеко не жарко. Ей до сих пор холодно. Эд, конечно, тёплый, но этого никак не хватает. Как-никак, а ей ещё надо из своей головы Джадис выгнать. И сейчас девочка постоянно задается лишь одни вопросом: Как это, чёрт возьми, сделать?!

***

— А где Эд и Эйприл? — спрашивает специально громко Люси, видя, как весёлый Рипичип вместе с остальными мышами скрывается из виду. Все разом переводят на неё взгляды: Питер слегка потрясённый, словно он и вправду заволновался из-за того, что в последние полчаса полностью забыл про брата и Саммерс; Сьюзен чуть изумлённый; Каспиан — обеспокоенный. Ко всей этой идиллии еще присоединяются барсук и Трам, которые, к слову, мгновенно наостряют уши вдвоём. Аслан же, спокойно говорит: — На пути сюда, — он смотрит прямо в лесную чащу на другом берегу реки, из которой выходят двое подростков. Или ещё детей? Эйприл прикрывает глаза, резко останавливаясь. Эд также замирает, глядя на противоположную полосу песка за водой. Ему кажется, или его собственный брат машет им рукой, лучезарно улыбаясь? Эдмунд оборачивается, когда слышит позади себя девчачий радостный визг. Он видит Эйприл, которая прижимает ладонь ко рту и в глазах которой прыгают задорные искорки. Она заворожённо хлопает ресницами, глядя на песчаный берег и толпу нарнийцев. А затем так же резко, как и остановилась пару минут назад, срывается с места к воде, которая заметно мельчает на глазах. Сбрасывает балетки, откидывая их в сторону, и босая бежит по воде глубиной по щиколотку, поднимая множество брызг. Волосы развиваются на ветру, солнце греет макушку, а взгляд фокусируется на Люси, которая стоит на месте, улыбаясь и обнимая себя. Эд припускает за ней, также улыбаясь и смеясь. Бежит он уже по сухому песку, где пару секунд назад бежала Эйприл. Брызги от воды летят в него, волосы на голове мгновенно становятся мокрыми. Он встряхивает ими. Радость, вот, что сейчас чувствует каждый из них. Эйприл замедляет бег, когда до Люси остаются всего лишь какие-то пять метров, а затем с помощью последнего рывка приближается к ней, крепко обнимая. Эйприл выше Люси на пол-головы, но это не мешает им. Сбоку стоит сложившая руки на груди Сьюзен, которая смотрит на всё это с улыбкой. Затем подходит Эд, которого она сразу же кидается обнимать. Певенси молчаливо обнимает сестру, а затем брата. Питер теребит влажные волосы Эдмунда, который так же жмурится от солнца. Когда взгляды Эйприл и Эда пересекаются, раздаётся голос Аслана, который до этого молча, но улыбаясь, наблюдал за детьми. Да, именно детьми. Ещё не тронутыми злом. — Вы долго шли, Эдмунд и Эйприл, — последняя озадаченно моргает, глядя на Эда, который уже смотрит на Аслана, отстранившись от брата. Питер и Сьюзен переглядываются. Эйприл так же отходит на пару шагов от Люси, становясь в шаге от Эдмунда. Девочка поднимает неуверенный взгляд на льва, что смотрит на неё с предельным спокойствием в глазах. В какой-то момент нервы Эйприл окончательно сдают и её руки, опущенные по швам, начинают дрожать. Она нервно сглатывает, а затем чувствует, как Эд берёт её за руку и улыбается уголками губ, подбадривая. Сам он улыбается Аслану, словно лев — его давний друг. Впрочем, он им и является. — Ты здесь впервые, Эйприл Розалин Саммерс, — молвит он учтиво, не разрывая контакта с девочкой. Та робко моргает, не оглядывается вокруг, также глядя льву в глаза. Сьюзен и Питер снова переглядываются, а Каспиан вместе с Трамом и барсуком обеспокоено смотрят на Саммерс, которая сейчас еле-еле стоит на ногах. Всё, что сейчас держит её на плаву — это крепко сцепленные между собой её пальцы и Эда. — И уже сейчас навсегда связана с Джадис, — когда лев говорит имя колдуньи, Эйприл невольно бросает в дрожь. Эдмунд успокаивающе потирает большим пальцем её внешнюю сторону ладони, не глядя на Саммерс. Эйприл же, в свою очередь, ждёт, когда лев начнёт угнетать её. Словно бы она виновата во всём. Словно она — виновник всех проблем, как и считали ранее Питер и Сьюзен. Ранее. Сейчас они смотрят на неё с заботой, улыбаются, молчаливо подбадривают и помогают. — Отвечу на вопрос, что терзает тебя уже два дня, — продолжает Аслан, чуть поднимая голову вверх. — Нет, ты никогда не сможешь до конца избавиться от влияния Джадис на тебя. — А… — лишь выдавливает Эйприл начало вопроса, но лев отвечает: — Я сделаю всё возможное, чтобы её присутствие не нанесло вреда ни тебе, ни другим, — спокойно продолжает лев. В его глазах Эйприл видит лишь добро и желание помочь. И что-то невидимое словно подталкивает её к нему. И в тот момент девочка делает первый неуверенный шаг в сторону животного, выпуская руку Эдмунда. Тот убирает обе свои за спину и лишь смотрит на всю эту идиллию и радуется. Радуется тому, что контакт налажен. В это время Эйприл делает ещё один шаг, а затем срывается с места, крепко обнимая Аслана. По-детски, неуверенно и неуклюже, девочка зарывается в золотистую мягкую гриву льва, улыбаясь сама себе. — Ну что же ты, — говорит Аслан, когда Эйприл роняет слезу, тихо всхлипывая. — Всё закончилось, моя милая. Его голос словно успокаивает, даёт надежду и покой. Девочка отстраняется, тыльной стороной ладони вытирая слёзы на щеках. Передёргивает плечами, словно ей холодно, а затем обнимает себя, улыбаясь льву. И он улыбается ей в ответ.