Миден

Осознав, что бандит с бритой головой более не представляет угрозы, Хицугая решил спуститься вниз. Качнувшись на белых волосах, привязанных одним концом к балке под потолком, юный маг спрыгнул на пол. Раздражённо оглядевшись по сторонам, он вновь обратился к разбойнице в лиловом костюмчике. - Мы тоже кое-кого ищем. Девушку. Невысокую, чёрновласую. Не видели такую? – бандитка задумчиво повела глазками и, промычав что-то невнятное, чуть заметно кивнула головой. - Видела я одну особу, немного подходящую под описание. Как раз с тем, кого ищем мы. У неё были короткие тёмные волосы. Ростом явно не удалась. А ещё на ней была белая накидка и ещё что-то... Хм... - разбойница начала задумчиво теребить прядь волос, пытаясь вспомнить что именно привлекло её внимание в наряде девушки. Тоуширо в это время посмотрел на студентов Коллегии, что стояли у стены, наблюдая за происходящим. Его обеспокоило состояние Иноуэ Орихимэ. Девушка была на нервах. Что было не удивительно, учитывая как сильно она переживала за свою подругу. Вдруг бандитка ахнула и хлопнула в ладоши. – Я вспомнила! У неё на голове была такая ерундовина из серебра! Вроде церемониальной короны или чего-то в этом роде. - Обод... - еле слышно прошептала Орихимэ, прислонив кулачок к губам. - Ты же провожала её, когда она уходила на сборы? Она уходила с ободом жрицы? – поинтересовался Исида, стоящий рядом с волшебницей. Девушка неуверенно кивнула. От волнения она начала наматывать на кулачки волосы цвета золотистой орхи. - У неё как раз был светло-серый плащ... И сумка синяя... Наверное девушка, которую они видели, и есть Кучики-сан. - Зато теперь мы знаем, что она цела и невредима. Не волнуйся! – положил руки ей на плечи Урюу, пытаясь подбодрить подругу, и девушка чуть заметно ему улыбнулась. - На счёт «невредима» я бы поспорила. – как бы невзначай добавила разбойница, глядя на златовласую волшебницу. – На твоем месте, девочка, я не была бы столь уверена в том, что с ней всё в порядке. Даже если вам удастся вернуть свою подружку, не факт, что она будет такой, какой вы её знали. Тот тип, что тащит её за собой - настоящее чудовище. Безнравственное и очень жестокое... После того, что он сделал со мной, боюсь предположить, зачем ему нужна ваша девчонка. Но будь всё так банально, как сейчас подумали многие из вас, я бы в данной ситуации не оказалась. Не исключаю, что ваша «Кучики-сан» нужна этой гадине для более ужасных вещей, хотя и не возьмусь гадать о его целях и намерениях. Я сама видела, как она получила вышибающий удар с разворота по своему смазливому личику, за то, что пыталась мне помочь. И бог его знает, если он ей потом ещё чего сделал, так что... - не успела бандитка закончить свой монолог, как Орихимэ обмякла и свалилась в обморок. Как хорошо, что стоявший рядом Исида успел подхватить девушку. - Вот значит как. Что ж, это несколько усложняет нашу задачу... Я хочу сделать вам деловое предложение. Если тот, кого ищите вы, волочет за собой особу, которую ищем мы, почему бы не объединить усилия для поиска? У вас есть знания, полезные для нас, а у нас – для вас. – бандит с бритой головой, что успел усесться на подушку и достать точильный камень, настороженно глянул на свою сестру по оружию. Она так же посмотрела на него и кивнула головой. - Да, мы согласны. Это предложение весьма разумно. Но учтите, как только объект поисков будет найден, союз будет расторгнут. И тогда кто знает… может нам будет выгодно избавиться от вас. Не боитесь? - Мы совершали союзы и на более шатких условиях. Я больше боюсь заблудиться в лесу и шастать по нему три месяца, пока новый поисковый отряд не отправят уже за нами. - Тяжко вздохнув, сознался Тоуширо. Казалось он знал наверняка, что рано или поздно они заблудятся и операция накроется медным тазом. – Вы же разбойники, вы должны знать этот лес как свои пять пальцев, и потому я просто вынужден заключить такой союз. - Отлично. – закончила женщина-кошка, окинув взором помещение. И тут она совершенно случайно заметила до боли знакомую рукоять короткого ножа, воткнутого в стену неподалёку. В пару шагов достигнув стены, она резким движением выдернула кинжал. Лицо разбойницы украсила ехидная улыбка. – Вы только посмотрите, он оставил мне кинжал, что до этого похитил. Как мило с его стороны. – поглаживая рукоять своего клинка, разбойница созерцала выцарапанную на нём надпись «Хайнэко» - имя хозяйки, саморучно вырезанное ей же ещё давным-давно. Сама же хозяйка миниатюрного оружия небезосновательно полагала, что это было как бы небольшое послание. Что-то вроде: «Возможно мы ещё встретимся, киска». Хичиго знал, что нельзя оставлять девушку без любимой игрушки… * * * * Ясное небо, подёрнутое лёгкой дымкой редких перьевых облаков, казалось таким невероятно высоким. Где-то неподалеку цвела Морозная Мериам. Запах свежести, исходящий от её бархатистых листьев, трудно было спутать с чем либо ещё. Этот аромат наполнял лес каким-то особенным духом: и покрытые инеем веточки, и сосновые иголочки - всё воспринималось иначе. А солнечные лучи, пробивающиеся сквозь занавесь пышных деревьев, превращали воду узкого, горного ручья, в произведение искусства. Холодная, кристально чистая вода, бурно бьющаяся о камни искрилась и переливалась в свете солнца. Ручей не замерзал из-за мощи своего потока. А на кустах, растущих у его берегов, пламенной иллюминацией искрились снежные ягоды, в плену своих ледяных скорлупок: сосульки, свисающие с корявых веток, вобрали в себя всё ярко-красные крупинки. И вот, через ручеёк переступила пара ног, облачённых в кожаные сапоги, выкрашенные в фиолетовый. Путник на секунду остановился и снова направился вперед, ведомый своими чувствами. Он ощущал неподалёку чью-то сильную духовную энергию. Какой-нибудь лесной ведьмы или колдуна. Это то, что надо. Его невольнице нужна помощь и ни он, ни она сама не в состоянии эту помощь предоставить. Девушка просто умрёт от потери манны, ибо его магия слишком требовательна. По этой же причине она не в состоянии исцелить себя сама. Не говоря о том, что она даже не в состоянии попытаться. А значит нужно вмешательство извне. Именно потому Хичиго и искал того, кто мог бы ей помочь. Вдалеке, за ручьём, на снежном холмике стоял домик. Маленький, скромненький, сложенный из деревянных брусьев. Стены были покрыты тонким слоем инея. Из трубы на крыше, заваленной снегом, валил дым. Значит внутри определенно кто-то есть. Да и чародей чувствовал духовное присутствие: внутри тот, кто владеет магией, никак иначе. По протоптанной тропинке Хичиго добрался до порога. Вот только вместо того, чтобы вежливо постучать в дверь, он нахально распахнул её с ноги, заглядывая внутрь. Мягкий теплый свет, исходящий от пары лучин, сильно контрастировал с белым светом на улице. Но что действительно привлекло чародея, так это чудесный аромат. Такой аромат мог исходить только от большого горшка с сочным мясом и овощами, кипящем на медленном огне. Хичиго сглотнул слюну, вдруг поняв, что голоден как чёрт. Оглядевшись по сторонам, он обнаружил большой каменный камин, в котором трепетал озорной огонёк. А над огнем висел большой чёрный горшок, из которого и доносились вкусные запахи. Рядом с камином стоял стол, накрытый расшитой узорами скатертью. Бархатистая бежевая ткань была украшена вышитыми по краям рисунками. Казалось, будто там изображена дорога и скачущие олени. На столе же стояли разные по форме и размеру блюда. Некоторые из них были накрыты накрахмаленными салфетками. В других же блюдцах можно было разглядеть ломти мягчайшего ржаного хлеба, печёные яблоки с мёдом, густые сливки в плошке и различные вкусные пирожные, которые лишь немного выглядывали из под белой салфетки. Запах вкусной еды и один лишь её вид, окончательно завладели вниманием юноши. Он даже не заметил летящий с правой стороны дома глиняный горшок. Тот же метко попал парнишке в голову, эффективно вырывая его из грёз. Ну, в дверном проёме только голова и была видна, так бы горшок мог попасть и ещё куда-нибудь... Всё, что смог вымолвить чародей после такой внезапной атаки, так это «Эй!», и глянуть в другую сторону дома. Там, у ткацкого станка, сидела красивая рыжеволосая женщина. Станок был сделан из дорогого, отполированного до блеска дерева. Перекладины, как и валики, украшала замысловатая резьба. На раму были натянуты нити из изумительной шерсти. Дорогой станок был полной противоположностью скромного домика, каким он казался снаружи. Сама же хозяйка дома была не менее роскошной, чем станок, подумалось Хичиго. Красное бархатистое платье, длиною в пол, выглядело достаточно богато, а декольте подчёркивало её роскошную грудь. Плечи незнакомки покрывала шаль. Золотистые волосы были заплетены в легкую лохматую косу. Видимо на скорую руку, дабы случайно во время работы за станком не вплести волосы в узор. И эта женщина явно была сердита: Руки в боки, брови нахмурены, губы напряжены. - Какого лешего ты тут забыл? Дом мне остудить хочешь?! А ну проваливай, пока я в тебя ещё один горшок не запустила! - Эй-эй! Успокойся! Ты же ведьма, да? – сложив руки на груди, незнакомка одобрительно кивнула головой. Она строго смотрела на парнишку, но во взгляде была и толика любопытства. – Нужна твоя помощь… - Тогда либо заходи, либо проваливай. Нечего тепло из дома выпускать. – снова заворчала женщина, поёжившись на скамье от холода. Хичиго, кивнув, вошёл в дом. И ведьма увидела обмякшую фигурку в его руках. Вскочив со скамьи, хозяйка дома подбежала к юноше и осмотрела раненую девушку. Взяв её за болезненно-бледную руку, колдунья ахнула. – О боже! Ужас какой! Она вся как ледышка! Так-так… Положи пока её на софу. – сказала женщина, а сама захлопнула тяжёлую деревянную дверь и направилась к полке с кучей бутылочек и коробочек. Поднявшись на маленькую табуретку, она достала с полки травы и бутыли, что были ей нужны, а затем метнулась к девушке. Сняв с себя шаль, она накрыла ей Рукию, после чего взяла её за руки. Ладони брюнетки были просто ледяные, и её всю колотило в ознобе. Девушка была бледна как полотно, а губы приобрели синеватый оттенок, как у покойника. После ведьма заметила, что кисть руки у её "пациентки" переломана. Сделав быстрый осмотр, хозяйка дома обнаружила у неё множество переломов рук, ног и даже рёбер… Открыв одну из бутылей с настойками, она смочила руки раненой девушки и начала осторожно растирать их. В это время Хичиго слонялся вокруг стола с едой как не свой: не знал, своровать ли ему булочку, или спросить, можно ли съесть чего-нибудь. Но получить горшком по голове ещё раз как-то не очень хотелось, и потому бывший узник продолжал нерешительно кружить у стола. К тому же его терзало смутное чувство, будто огонь в камине следил за ним. Вроде огонь как огонь, но парня не отпускало ощущение, как бы безумно это не звучало, что стоит сделать в этом доме что-либо без ведома хозяйки, как огонёк тут же её об этом оповестит… В очередной раз глянув на огонь и на котелок над ним, колдун не выдержал и взвыл. - Чёрт, так есть хочется! Можно я у вас тут... - Можно. – незамедлительно ответила ведьма, даже не отвлекаясь от своего занятия. – Ты ещё с порога на еду глаз положил. О желудке беспокоишься больше чем о своей подружке. - Хм, наверное это от того, что никакая она не подружка мне, а рабыня. – с ухмылкой сказал Хичиго, наполняя деревянную миску горячей похлёбкой. Мясо с овощами. Всё так, как он и почуял. Но стоило ему повернуться к столу за ломтиком мягкого хлеба, как вдруг подметил летящий в его сторону горшок. На это раз ещё и не пустой, а с сушёным горохом внутри. Увернувшись, он выпучил на ведьму глаза и, пододвинув табуретку к себе, сел на неё. – Что это было? - "Карательный горшок". - съязвила колдунья. - Какая к чёрту рабыня? Рабство давным-давно запрещено! Ты только посмотри, какая она хорошенькая, и ты её рабыней назвал?! – возмущённо закончила ведьма, гневно посмотрев на трапезничающего парня. Он же только покивал головой, продолжая набивать рот тушёным мясом и мягчайшим хлебом. - Чтоб ты подавился. – еле слышно прошипела Кучики, на что ей парень незамедлительно ответил «Спасибо, котёночек». - Ох, ты очнулась! Это хорошо. Нужно принести ещё одно одеяло. – сорвавшись с места, хозяйка дома подошла к столу, и вытащила из-под него деревянный сундук, с разными пледами и покрывалами. Вытащив самое плотное одеяло, она укрыла им Рукию. – Сейчас ты немного согреешься, а потом я приступлю к работе. Подлечу, омою, накормлю, и будешь ты как новенькая. - Спасибо - прошептала Рукия, слабо улыбнувшись женщине с золотой косой. А после покосилась на Хичиго, который уже добрался до печёных яблок с медом и корицей. – Вот же балбес. Ему только еду да бабью сиську дай, и он доволен. - Даже так… - удивленно протянула ведьма, в то время как чародей пытался заесть свой смех десертом. А ведь Рукия была отчасти права. От того Хичиго и засмеялся. – Так что же случилось? На неё напал медведь? - обратилась к нему хозяйка. - Хуже. Вонючка великан. – ответил Хичиго, с энтузиазмом облизывая свои пальцы. Про существование ложек этот дикарь вовсе не знал. Лесная ведьма ахнула, услышав о злоключении с великаном. - Не может быть. И как же ей удалось выбраться из лап чудовища живой? - Очень просто. Я был рядом с ней. - Да-да, конечно. А если серьёзно. - Я серьезно и говорю! – рявкнул юноша, но засунув руку под накрахмаленную салфеточку и вытянув из-под неё сладкую плюшку, быстро сменил гнев на милость. – Я убил его. Но в силу некоторых обстоятельств, ей помочь я не могу. Пришлось искать кого-нибудь, кто мог бы. Я почувствовал поток сильной духовной энергии, и направился за ним. И, между прочим, не ошибся... У вас отличные плюшки. – закончил Хичиго, доедая свой десерт. Развалившись на табуретке и облокотившись на стол, он всё же добавил: - Двоякая какая-то фраза вышла. Отличные плюшки. А ведь и не поспоришь... Что те, что эти плюшки хороши. - Ты посмотри на него. Ещё и заигрывать умудряется. Похабник! – возмутилась ведьма, шлёпнув полотенцем по коленям и расставив руки в боки. Бывший узник же одарил её хищным взглядом и наводяще ухмыльнулся. Лисья морда. Правильно Рукия сказала: еду и бабью плюшку. И доволен. Недолго думая, ведьма встала, достала лопату, и вручила её чародею. - А это ещё что? – презрительно фыркнув, спросил Хичиго, скептически разглядывая инструмент. - Лопата. Твоя новая подружка. Она поможет тебе почистить крышу. А теперь вперед, за работу. - А с чего это я должен чистить вам крышу? – хохотнул юноша, развалившись на стуле и всем видом демонстрируя, что ему всё нипочём. Но ведьма подняла с пола горшок с горохом и поставила его около камина, как бы намекая. - Может быть потому, что ты много плюшек съел. И тот, кто не работает, тот не ест. – Хичиго в жизни не стал бы выполнять просьбу какой-то незнакомой ему ведьмы, но внезапно на него накатила волна воспоминаний. О старом доме. О том, как когда-то Радун просил помочь с работой, а маленький рыжий сорванец слишком ленился. И тогда Солнечный Рыцарь говорил: «кто не работает, тот не ест». Какое-то внутреннее тяготение и тоска по другу детства смутило его чувства. Колеблясь, он всё же неуверенно взял лопату за ручку и, поднявшись с табурета, в некой задумчивости вышел из домика, чем немало удивил Рукию. Но долго дивиться ей не пришлось, ибо уход чародея стал поводом для того, чего нельзя было сделать при нём… * * * * Резво махая лопатой, Хичиго скидывал с крыши снежные стопки. Благо сапоги у него были высоки, и даже сугробы выше колена его ничуть не страшили. Другое дело, что он уже успел замёрзнуть. После посиделок у камина, с поеданием сладких ватрушек, махать лопатой на морозе было как-то невесело. Однако радовало то, что он уже почти закончил. И вот, присев на крыше, чтобы немного передохнуть перед последним заходом, он прислушался к пению птиц. Они весело прыгали по заиндевелым ветвям, искрящимся снежным панцирем на солнце. Всплескивая чёрно-белыми крыльями, кружились в воздухе и перекликались друг с другом, устраивая чудный перезвон своими звонкими трелями. Насладившись мелодичными руладами, юноша поднялся на ноги и продолжил своё нелёгкое дело. А как только закончил, скатился вниз и направился в дом. Открыв дверь, его сразу же обдало гостеприимным теплом. Поставив лопату у двери, бывший узник направился к камину и, подтянув к себе табурет, стал греть руки у огня. Оглянувшись, юноша заметил, что ведьма начала лечить его невольницу с помощью магии. Рыжая ведьма уже переодела Рукию в большую белую рубаху, сотканную из изумительной белой шерсти, что была слишком велика для миниатюрной жрицы. Кажется, рубаха была мужской: на ней не было ни пуговиц, ни лент. Лишь вдоль широкого выреза на груди был вышит простенький узор. Кстати о вырезе… Он оказался неожиданно будоражащим кровь и воображение. На ложбинке скромной девичьей груди, Хичиго издали смог разглядеть маленькое родимое пятнышко. Однако внимательная хозяйка дома заметила его внезапный интерес, и укрыла Рукию пледом по самую шею, скрывая прелести миниатюрной фигурки от пристальных глаз мужчины. Тот же, разочарованно фыркнув, демонстративно повернулся к камину, с двойным усердием грея руки. Было видно, что Кучики заметно полегчало, но она ещё не в том состоянии, чтобы продолжить путь. Бывший узник Мидена понимал, что здесь придётся провести ночь, но это его вовсе не огорчало. Даже наоборот: есть еда, очаг и тёплые одеяла. Хичиго по-хозяйски достал из-под стола сундук и выудил оттуда плед, после чего укутался в него, вновь подсев к камину. И снова огонь показался ему каким-то странным. Мало того, что теперь он был необычного красного оттенка, то и дело вспыхивавшего чёрным, так у него ещё и аура какая-то странная оказалась. - Эм… извините… - начал парень, не зная как обратиться к хозяйке дом. Та улыбнулась, поняв, что ни она, ни гости до сих пор не представились. - Называй меня Мацумото. Или Рангику. Как тебе удобнее. - Оу, - запнулся Хичиго. - ну… я хотел спросить… что это у вас за огонь? Он какой-то… странный. Безумно наверное звучит, но он будто наблюдает за мной, пока я слежу за ним. – Златовласая колдунья расхохоталась. - Казешини, можешь больше не прятаться. Тебя обнаружили. – весело сказала Мацумото, приглаживая волосы спящей брюнетки. Приглядевшись к очагу, молодой человек подметил, что огонь разгорелся. Внезапно он весь окрасился в чёрный, лишь по краям сверкая красными языками. У огня словно появилось лицо, но оно было темно, мрачно и еле-еле различимо. Словно эльфийские ушки росли по бокам. Тонкая полоса огня вокруг этого странного лица напоминала беспокойный хвост. И так же были ярко выражены глаза. Кроваво-красные очи словно прямо в душу глядели. Вдруг создание в печи ухмыльнулось, показав все свои острозаточенные зубы. То ещё зрелище. Но Хичиго, вместо того что бы испугаться такого ужасающего зрелища в камине, спокойно продолжил греть руки, скептическим взором глядя на огонёк. - Ты первый человек, что заметил моё присутствие. – насмешливо произнёс огонёк неестественным демоническим голосом. Но этот голос чем-то напоминал голос самого Хичиго. Такой же металлический, цепкий и колкий. Но не такой холодный, а скорее даже наоборот. В его голосе чувствовалась приторная издёвка, остринка и толика иронии. - Первый за всё то время, что я сижу в этом камине. А сижу я тут уже очень давно. – прищурившись, огонёк вгляделся в безразличное лицо молодого человека, и немного опешил. – Смотри-ка, Мацу, он меня даже не боится! - Что это за хрень у вас в камине? Какой-то маленький бес? – монотонно спросил парень у колдуньи, всё так же продолжая греть руки. Огонь в камине разбушевался и начал коптить. - Что ты сказал?! Я тебе сейчас пальцы отгрызу, ничтожество! Я демон! Настоящий демон! Высокого ранга, между прочим!!! – закричал чёрт в очаге. Ярости его просто предела не было. Однако он с досадой заметил, что молодой человек с таким же безразличным выражением лица лениво пожевывает ватрушку. - Что-то ты маловат для демона. - Казешини! А ну прекрати истерику! Если будешь коптить, неделю будешь сидеть в саже без свежих брёвнышек. – прорычала колдунья, и это, как ни странно, сработало. Огонёк успокоился и умерил свой пыл. – Так-то лучше. Не обижай его, Хичиго. Он не совсем демон. Точнее, только голова. - Голова? – удивлённо переспросил юноша, развернувшись лицом к Рангику. Женщина в это время старалась с помощью магии исправить всё то, что натворил великан Ямми. Но беседа её ничуть не отвлекала. - Казешини был очень могущественным демоном, и все его боялись. Настолько сильно боялись, что решили его казнить, и покончить с ним раз и навсегда. Но демона так убить нельзя… Голова его покатилась по миру, а тело осталось на месте и истлело. Эта прожорливая голова стара как мир. - Эй, почему вы говорите о моей славе в прошедшем времени?! Я всё ещё очень могуч! – встрял в разговор демон в очаге, явно обескураженный тем, что его могущество уже «списали». Но услышав это ведьма ещё пуще рассмеялась. - Ага, как же. Без хозяина тебе долго не выжить. Может в тебе и остались «могучие силы», но сам ты беспомощен как младенец. Ни ручек, ни ножек. Вон, одна лишь прожорливая и болтливая голова. – огонёк погрустнел и стал крошечным-крошечным, чуть заметно тлея на бревнышке. - Хей, Казешини, ты чего? – чародея удивило то, что «могучий демон» оказался таким ранимым. Из печи бывший узник Мидена услышал жалостливый голосок, как будто с ним говорил вовсе не демон, а маленький заплаканный ребёнок. - Она меня обижает. Она меня всегда обижает! Заставляет греть этот дурацкий дом. Держать тяжёлую сковородку, пока она жарит яичницу, будь она неладна. В следующий раз обязательно сделаю так, чтобы она подгорела. А ещё эта ведьма порой меня сырыми бревнами кормит. Они, чёрт возьми, невкусные! Мне грустно тут. Мне очень грустно тут… - вздохнул демон, печально глядя на угольки под собой. Теперь его голова стала настолько мала, что нужно было очень постараться, чтобы увидеть насколько у него покраснели от грусти заострённые ушки. - До неё у меня был другой хозяин, и с ним было весело. Тот парнишка путешествовал, а я висел в лампе на его рюкзаке. Мы всегда вкусно ели и пели песни по дороге. Однажды он сорвался с горы. С ним вроде всё в порядке было, да только лампа от рюкзака оторвалась, и я полетел вместе с ней. А эта колдунья меня нашла. И она меня ОБИЖАЕТ! – чуть не плача закончил огонёк. Было видно, как сильно он тоскует по прежнему хозяину. Одному ведь действительно не выжить, когда у тебя ни рук, ни ног. Только голова. Хичиго долго смотрел на грустно тлеющий огонёк, а после посмотрел на златовласую женщину. - Не смотри так на меня. Я спасла его. Он угасал. Просто зажрался, вот и всё. И надо же, чтобы кто-то по хозяйству помогал. – колдунью совсем не обрадовало то, что Казешини разжаловался на жизнь. Она не самая плохая хозяйка. Тут и не поймёшь, кто прав, а кто - нет. Хичиго плотнее укутался в плед, и случайно заметил поленницу под своими ногами. Достав оттуда сухую веточку, он убедился, что колдунья за ним не следит, и тихонько подкинул её в очаг. Казешини, приняв угощение, шепотом сказал: «спасибо дружка» и с хрустом умял веточку. Его настроение тут же улучшилось, и он даже немного разгорелся. От этого у камина стало теплее. * * * * - Не понимаю, как тебя угораздило согласиться на этот дурацкий и бесполезный союз. – бурчал себе под нос Иккаку, сидя на каменной глыбе, в то время как Юмичика крутился вокруг учениц Коллегии магов, а Хайнэко занималась обыском территории. Никаких следов. Ничего примечательного. У логова команда Хицугаи обнаружила подозрительно маленькие следы на снегу, предположительно принадлежащие Кучики, но они почти тут же непостижимо обрывались. Куда идти? Где искать? Никто не знал. Не желая поддаваться унынию, ученики разделились на несколько групп и отправились разведать местность. И это оказалось весьма полезно… - Хэй, народ! Все сюда! – из глубин леса раздался звонкий голос Тацуки. Услышав её, все группы направились в её сторону: разбойники в стороне стоять не стали и тоже потянулись вслед за чародеями. Пробираясь через лесную чащу, они добрались до места. Пред ними предстала перепаханная, снежная поляна. Переломанные деревья выглядели так, словно их крутило в сильнейшем вихре. Хвойные ветви были покрыты осевшим снегом, но инеевые облака ещё не полностью улеглись на землю, плавая в воздухе словно искрящаяся дымка. Будто время здесь застыло. В самом воздухе повисла какая-то духовная аномалия. Странная, незнакомая и в то же время чем-то узнаваемая аура. Похоже на осадок чьей-то манны… но и на манну это не слишком то похоже. Слишком плотная. Слишком режущая. Слишком тяжёлая… Тоуширо вышел вперёд, направляясь к Тацуки, что стояла посреди взъерошенной снежной поляны. Девушка неподвижно стояла и рассматривала странно скрученные деревья. Некоторые из них были словно выкручены с обоих концов в разные стороны, другие же были грубо переломаны, будто огромными ручищами. Третьи же казались обугленными деревяшками, однако снег под ними не пострадал. Что же это за огонь такой, что пожирает, да снег не топит? - Похоже на поле битвы, не так ли? – взглянув на Арисаву, Старший Разрушитель поправил свой шарф и посмотрел на небо. Поваленные деревья больше не закрывали своими макушками небосвод, и солнечные лучи тянулись к земле, однако, медленно оседающие снежные крупицы, висящие в воздухе, перехватывали свет. - Тайчо, вы тоже чувствуете эту странную энергию? Что это? - Я чувствую, но не могу понять... Похоже на манну, но... - Такая плотная… Она очень давит. – тяжело вздохнув, Тацуки поправила сумку на плече. Хицугая обратил внимание, что здесь действительно трудно дышать. Как и сказала Арисава – плотная, что аж давит. Руки тряслись, в теле с каждым вздохом разливалась слабость. Не удивительно, что Арисава так натужно вцепилась в сумку. - Итак! Давайте исследуем территорию! Наверняка мы найдём что-то полезное для исследования. Только действовать нужно как можно скорее. Духовная аномалия может быть опасна для целостности маджики каждого из нас. - объявил своё решение Старший Разрушитель. Группа волшебников начала исследовать территорию. Осматривать кусты, летающие крупицы снега, обугленные деревья и скрученные ветки. Разбойники же туда совать нос не стали: в отличии от учеников Коллегии, духовная аномалия срывала им башню моментально, ибо собственной манны у них не было, и отпор аномалии дать было нечем. Всё вокруг казалось полем битвы, но кто же тут тогда сражался? Кому было под силу свернуть все деревья в округе, и переломать их как обычные карандаши? И что это за странная аура, повисшая в воздухе? В попытке найти какие-либо улики, были сделаны невероятные находки. Орихимэ обнаружила под тонким слоем снега чёрные крупицы, похожие на пепел. Но этот пепел отличался от того, что был на деревьях. Это было больше похоже на прах. И его было очень много. Словно на этом месте сгорел заживо целый десяток человек… или же один великан. Наводка на эту мысль появилась из-за характерного… запаха. Но живого великана простым огнем не возьмёшь. Возможно здесь был мёртвый исполин, и так как девать его было некуда, а на проходе он мешался, его могли сжечь простые путники. Но тут же вновь загадка. Эта духовная аномалия и… сам пепел. Стоило лишь взять в руки золу, так тут же она обжигала руки морозом. Не простой прах, полученный не простым огнем. Если это был великан, то сломанные как карандаши деревья объяснить можно, но кто же скрутил все неповрежденные в округе деревья? Столько вопросов, что общая картина расплывалась всё больше и больше. Тут же, очень кстати, появилась ещё одна невероятная находка. Рэнджи откопал под завалами деревьев… колчан стрел. Возможно к произошедшему здесь этот колчан не имел никакого отношения, но Хицугая в простые совпадения не очень то верит, и всё вокруг ему казалось весьма подозрительным. В лесу произошло что-то странное… Когда находками поделились с бандитами, те сделали некоторые умозаключения. Все их предыдущие находки они отмечали галочками на старой потрепанной карте. Развернув пергамент, и поставив очередную галочку, Юмичика соединил все находки в одну прямую линию. Она тянулась от Великой Короны Глоти в сторону северного моря. Если продлить эту линию, можно предположить в каком направлении могут пойти дальше те, кого они ищут. Это и стало их примерным маршрутом. Так же, коллективно было принято решение разделить поисковый отряд, для более широкого распределения на «зоны поиска». Эти меры были приняты, так как отряд не имел уверенности в том, куда именно направились разыскиваемые. Но не смотря на такой тщательно продуманный план, Хицугая был немного встревожен. Он не знал с чем им предстоит столкнуться, но его предчувствия обещали ничего хорошего. И эта аномалия… * * * * Глубокая ночь. Дым, исходящий из трубы домика в лесу терялся в тёмном небосводе. В домике лесной ведьмы царил полумрак и полная тишина. Лишь тонкая лучина тлела у камина, да в очаге тихо потрескивал огонёк. У камина сидела златовласая колдунья, зашивая порванное болеро Рукии. На софе в мирном сне пребывала юная волшебница Кучики. Её состояние уже значительно улучшилось. Конечно ещё было что подлечить, но её раны угрозы для жизни более не представляли. Девушка была уже не так бледна, как ранее, и дышала она равномерно. Дрожь прошла, кожа стала теплее, губы приобрели - естественный для Кучики - лиловый оттенок, а щёки заиграли здоровым румянцем. На коврике за софой, укутавшись в плед, клубочком свернулся Хичиго. Этот упырь даже во сне выглядел угрюмо. Может его просто мучают кошмары? Чародейка Ранкигу глядела на спящих гостей, чуть заметно улыбаясь. Тишину, окружившую ведьму, нарушал лишь хруст разрезаемой ткани, легко ложащейся на пол. Женщина делала стежок за стежком. Наперстком она проталкивала тонкую костяную иглу сквозь тёмно-синюю ткань. Не отрываясь от работы, она шепотом обратилась к бесу в камине. - Знаешь… мне не дают покоя видения и чувства. Эти двое… как-то связаны. Неким неписанным контрактом. - Ты тоже заметила это? – прошептал Казешини, поднимая на ведьму сонный взгляд. Она лишь пожала плечами и продолжила делать маленькие аккуратные стежки на бархатистой ткани. - Что бы это ни было, это очень тесная духовная связь… - Вообще ты верно сказала. Между ними некий контракт. Контракт... на жизнь. - На жизнь? Это как? Впервые подобное слышу. – щелкнув ножницами, колдунья закончила починку болеро и приступила к новой работе. Она хотела сшить перчатки для Рукии, дабы уберечь её маленькие ручки от мороза. Ещё в планах у неё была готовка: она хотела снабдить гостей провизией. Впереди была еще целая ночь, поэтому хозяйка дома особо не торопилась. - Я думаю, что Хичиго живет за счет души того, с кем заключил контракт. - Значит Рукия во всех смыслах принадлежит Хичиго… но почему? Наверняка она не давала согласия на такой контракт. Скорее всего он сделал всё сам. И опять же… зачем? - Жизненный срок Рукии - источник силы для Хичиго. Чем больше он использует свои силы, тем короче становится жизнь его контрагента. Этот сукин сын хочет добиться гармонии, объединив её Кин и своё Рен воедино. Он как бы дополняет её духовной энергией свою. - А разве такое возможно? - опешила ведьма. - Учитывая то, насколько негармоничен их контракт... Она отдала жизнь, а что отдал взамен он, дабы это было истинной гармонией? - То, что тщательно скрывает. Видишь ли… Рукия не знает о том, что контракт гармоничен. Кучики и не подозревает о том, что она имеет совершенно такую же власть над Хичиго, как он над ней. А он же всеми силами старается показать, что он доминирует. Он пытается силой показать, что она зависима, слаба и совершенно беспомощна. Он боится её контроля. - О каком контроле ты говоришь? – удивленно хлопнула глазами Мацумото. - Я думаю, что Рукия по контракту является сдерживающей силой. Хичиго неуправляем. Ранее его направляли всевышние, наделяя силой. Но чем больше становилось силы, тем меньше становилось контроля… Даже лишив вершителя своей великой манны, они не смогли отнять её полностью. И теперь он жаждет вернуть её себе. Жаждет мести и разрушения. Тут-то и проявляется контроль со стороны Рукии. По законам гармонии, левая сторона всегда равна правой. Требовательная и сильная магия Хичиго в равных пропорциях использует и его Рен, и её Кин. Чем больше у него манны, тем меньше Рукии остается жить на этом свете. Её ограниченность влияет на его неограниченность. Вынуждает его экономить. Не использовать магию. Чем меньше он использует магию, тем меньше разрушения он создает. В этом суть её контроля – сдерживать его разрушительную силу. - Хичиго не может управлять её Кин. Точнее, не так хорошо, как своей духовной энергией. Порой её энергия берёт над ним верх. Он падает из крайности в крайность. Это влияет на его поведение. Такое называть гармонией уж никак нельзя. - Да. И всё потому, что Хичиго боится. Как бы это странно не звучало. Он не понимает, что пока он доминирует, никакой гармонии он не получит. Только когда сила и контроль будут равны, энергия станет чистой и гармонирующей. Только тогда Хичиго приобретет поистине невероятную мощь. - Не думаю что Хичиго сможет смириться с их равенством. Он так и не познает гармонии. – тихонько засмеялась чародейка. Но бесу в камине было вовсе не смешно. Его поразила печаль. - Знаешь… а ведь они могут познать гармонию. Но если такое чудо и случится, то наверняка будет уже слишком поздно. - Поздно? Хм, смотря для чего... – ухмыльнулась колдунья, и поднявшись с табуретки потянулась. Она закончила шить перчатки для Рукии. Осталось лишь приготовить что-нибудь своим гостям в дорогу. А Казешини всё ещё не отпускали мысли об этом странном контракте. Он не мог прекратить думать об этом. Демона терзали смутные сомнения. А осознание некоторых истин вовсе вгоняло его в тоску... «Чтобы познать гармонию, они должны познать друг друга. Это будет нарушением всех законов, всех правил и догматов... Ограниченность и неограниченность не могут сопутствовать. Запреты слишком жестоки, различия меж ними слишком глубоки, сроки слишком коротки… Если такое и вправду случится, это будет самая печальная история из всех, что я знавал… Он погубит её, не успев осознать, для чего была дарована им встреча на самом деле…» * * * * В домике стоял полумрак. Лучина уже давно догорела. Хозяйка дома давно закончила все свои дела и задремала за станком. Только бес в камине не дремал. Он зарылся в потухающие угольки, всё так же пристально глядя на спящего чародея. Он испытывал к бывшему узнику Мидена некую неприязнь, связанную с тем, что он, по сути, является пожирателем душ. - Не погуби то, чему цену не знаешь. – вслух произнёс огонёк, после чего спрятался в угольках и заснул. * * * * Шёл дождь. Холодный, противный дождь, от которого всё вокруг казалось серым и грубым. На склоне холодной фьорды расположилась фигура, такая же бледная и серая, как сам дождь. Это место напоминало рассказы о богах и героях, о звоне клинков и кровавых битвах. Из бледных рук юноши выскользнула рукоять меча, и с лязгом упала наземь. Он обратил лицо к небу, чувствуя как холодные струи воды омывают его лицо. Он… ненавидел дождь… Где-то позади слышны голоса. Голоса тех, кого он больше никогда не увидит… Отголоски прошлого, преследующие его. Они… причиняют боль. Схватившись за грудину, парень согнулся от разрывающего изнутри чувства пустоты. Под ногами на воде он видел круги. Видел забитое каплями воды отражение... А своё ли? Каждый всплеск, каждая дождевая капля, что касалась её поверхности, искажала отражение. Кто же ты? Мрачный, холодный дождь? Или быть может предрассветная заря? А ведь казалось, что она давно потухла... Что заставило пробудиться её вновь? Белые пряди волос, что прилипли к лицу, стали стремительно опускаться вниз. Они коснулись воды и поползли по склону фьорды, становясь все длиннее и длиннее. Но ему было всё равно… Хичиго судорожно сжал промокший плащ на груди. Боль рвала его изнутри. Будто тысячи игл вонзались в сердце. Хотя… есть ли оно у него? Ведь теперь он словно буйный демон. И способен лишь на разрушение… Хотелось закричать, но губы его были грубо зашиты толстой серебряной нитью… Упав на колени, юноша поднял взор к хмурым небесам, по которым плыли грозовые тучи. Гром на секунду заглушил пение дождя. А после он услышал лязг упавшего меча. Тот, что прозвучал ещё совсем недавно. Или же давно? Время - очень злая шутка… Где-то в стороне ему померещился нежный шелест белых пальцев. Пленник Мидена закрыл глаза. Он почувствовал легкое прикосновение к щеке. Подняв свою руку, юноша коснулся тыльной стороны чьей-то ладони. Она так знакома… Нежна как бархат. Они как ручки искусной скрипачки. Как ручки умелой художницы. Почему же они так знакомы? Морозное дыхание коснулось его уха. Тихий шёпот, разбавленный шумом дождя и рокотом небес… - Так ты не вернёшь мне время?..