Предсказуемость
13 ноября 2016 г., 01:54
Я не знаю, зачем я здесь.
Спускаюсь в пустынное и холодное помещение. Пахнет страхом, жженым сахаром и кровью. Морщу нос — воспоминания о подобной комбинации еще слишком свежи в памяти. Приглядываюсь с недоумением в полумрак, взгляд упирается в Шивон. Я явно не тот, кого ей хотелось бы встретить на пустынной темной стоянке. Не успеваю и слова сказать — она пятится назад, диким взглядом окидывая мои перемещения, озирается. Прячет руки за спину. Ее поведение кажется странным, слишком бурная реакция на мою скромную персону, даже с учетом произошедшего. Делает судорожный вздох, словно решается на что-то, и проносится мимо, едва кивнув в ответ. Я с недоумением смотрю вслед ее удаляющейся фигуре. Поворачиваю и иду в офис, все никак не могу унять тревожный звоночек у себя в голове. Шивон что-то знает, это опасно.
Я не знаю, сколько проходит времени.
Когда запахи крови и страха снова проникают в мой мозг, они смешаны с кофейно-молочным. Все они такие яркие, что я останавливаюсь у самого порога в студию, боюсь открыть дверь, преграждающую мне путь к разгадке. Мне страшно, потому что знаю, что там Кара... и там смерть. Я боюсь, что эта девушка — угасающее солнце, увидела первой закат Шивон.
Трясущаяся ладонь плавно ложится на холодную ручку, я зажмуриваюсь и делаю последние вдохи неведения, наконец вхожу.
Все тихо. Только запах смерти проникает в само сознание, я дышу им несколько томительных секунд и распахиваю глаза.
Кара сидит на полу перед Шивон. Я помню, как пахнет смерть — ладан. Тело женщины на полу сочится этим запахом. У меня слезятся глаза и хочется снова зажмуриться. Сначала мне кажется, что этот запах въелся во все в этой комнате... но нет, Кара не пахнет. Кара выглядит опечаленной и уставшей, но она не отсюда, ей не жаль.
— Упала, вероятно, с лестницы.
Мы синхронно поднимаем глаза. Лестница, конструкция, близнец которой выглядит абсолютно надежным, валяется сейчас на полу, переломанная пополам. Я грустно усмехаюсь. От падения… ли...
Я не знаю, во что верить.
Последние минуты спокойствия. Помещение заполняется людьми в форме. Оградительная лента. Вопросы. Кара говорит, я не слушаю. Только смотрю, как ее взгляд замер в одной точке. Оборачиваюсь, — стоило ли сомневаться? — мисс Грант, минуту постояв в проеме, исчезает из поля зрения. И принять то, что принятое решение единственно правильное, становится еще труднее. Случаются такие дни, когда все останавливается. Сегодня один из таких. Она остается яркой, Кара, не бледнеет, что бы она не делала. Она оставляет глубокие следы в моем настоящем, просто пройдя мимо. Мило улыбается, задев меня, и спешит за удаляющейся женщиной. Все чувство вины куда-то испаряется.
Я снова остаюсь ни с чем.
***
Кара следует за ней в кабинет. Повсюду снуют люди в форме. Не имеет значения. Безусловно на балконе. Ожидаемо. Она стоит, опираясь о поручень широко расставленными руками. Девушка входит. Мисс Грант оборачивается, почувствовав ее присутствие. Резко срывается с места, обходя, толкает в спину, заставляя присесть на диван. Опускает руки на плечи, давит, словно зовет почувствовать всю тяжесть, что покоится на ее плечах. Не произносит и слова. Это не то молчание, о котором пишут, — им не нужно слов, чтобы понимать друг друга. Нет. Это словно, если бы они обе застыли посреди ледяной глыбы и не смели пошевелиться. Но несмотря на немой приказ, руки Кары тянутся к пальцам, все еще ледяной хваткой сжимающим ее плечи. Касаются. Так хочется коснуться губами, обдавая теплым дыханием, в отчаянной необходимости согреть, разморозить застывшую сердцевину. Кэт освобождает руку. — Иди. Возвращается к созерцанию городских пейзажей. Тому, от чего ее оторвало недавнее вторжение. Они обе прекрасно знают, что Кара хочет остаться. И обе едва могут ответить себе на вопрос — зачем... Выждав минуту, девушка поднимается. Подходит очень близко. Не касается. Останавливается в миллиметрах, но коснуться не решается. Это и так ближе чем когда-либо. Просто дышать. Просто рядом. Даже не совсем понимая своего порыва. Лишь кладет руки на перила с обеих сторон, чуть отклоняясь назад. Сколько проходит времени, трудно сказать. Много. О чем они продолжают молчать? Невозможно ответить. Что значит для каждой из них смерть, что снова постучала в их дверь… Ответов нет. Одни вопросы. И те не заданы. Вдруг женщина, качнувшись, стирает эти несколько миллиметров, словно опирается о девушку. Кара тут же обхватывает ее руками, позволяя расслабиться. Это объятие лишь о том, что она бы все сделала, имей Кара силы хоть немного облегчить ее состояние. Со стороны, возможно, в их позе ничего не изменилось, просто два человека смотрят в ночную даль. Кэт, на мгновение замершая так, вдруг резко разворачивается и утыкается лицом в чужие волосы. Тогда Кара обнимает по-настоящему. Лишь сильнее прижимая к себе. — Я никогда не оставлю вас, мисс Грант, — сказанное заполняет комнату. Никогда... Слова все еще вибрируют в воздухе, когда ночную тьму разрезает яркая вспышка. Женщина отстраняется со скептической улыбкой. — Тебе пора. Иди. Шепчет. И для Кары вдруг становится так поразительно ясно — ей не важно. Не важно, что бы там ни случилось. Она там, где нужна никак не меньше. Иногда важнее спасти одного человека. Сейчас. Это важнее всего. Кара возвращает женщину в свои объятия. — Пойдемте, вы устали. Я проведу домой. Но почувствовав слабое сопротивление: — Нет, Кэт, вы не можете продолжать так... Вы должны немного поспать. Утром мы сразу поедем к Картеру. Безучастный кивок. Что-то пошло не так. Когда это началось?.. За спинами полыхал город. Но ни одна из них не чувствовала вины за это объятие. Бездействие не легло неподъёмным грузом на плечи девушки, когда ей позволяли остаться. Когда чужое равнодушное дыхание опаляло кожу где-то в районе ключиц, когда руки оплетали тонкие плечи. За спинами кто-то звал о помощи, когда Кара открывала перед Кэт дверь такси. За спинами еще кто-то умолял, когда она опустилась на сидение рядом. За спинами еще долго не теряли надежды, когда она сжимала холодные пальцы, переплетая с теплыми, не отпуская на протяжении всего пути. За спинами стало совсем тихо, стоило двери в квартиру мисс Грант с тихим шуршанием затвориться.***
Я видел, как горело то здание. Я знал, что они тоже видели. Я чувствовал зловоние ладана все отчетливее. И легкий аромат яблочной шарлотки. Она счастлива. Кара переливалась ванильным на краях осыпающегося пеплом ладанового. Невероятно. Я сел, обхватив голову руками. А потом все снова поглотил кофейный. Такси подъехало и все стихло. Я также покинул КэтКо. Похоже, ни для одного из нас смерть Шивон не прошла бесследно.***
Когда Кэт ложится в постель, не раздеваясь, Кара опускается рядом у изножья. Ее не просят уйти, не предлагают более удобного пристанища. Женщина просто ложится на бок, лицом к ней, и закрывает глаза. Кара хочет было возразить, но лишь снимает с нее туфли и укрывает одеялом. Позволяет себе провести легонько по волосам, снимая распавшиеся пряди со лба. Кэт спит, положив свою руку совсем близко к лицу. Кара кладет голову в раскрытую ладонь, едва не касаясь щеки женщины, и тоже закрывает глаза. Столько смертей... Столько смертей… А она наконец так близка к своей цели. Оберегать ее.
