Хрустальные крылья тьмы

Вечер 6 декабря 1997 года       Драко и хотел бы поволноваться за Снейпа в Принц-мэноре, за родителей, за всю Британию, но не мог. Ощутив партнёра рядом, мысли то и дело возвращались к нему. Отправив Гарри в душ, Драко собрался привести разбегающиеся мысли в порядок, но стоило тому вернуться и сесть за стол, как ни о ком другом думать не получалось.       Растрёпанный с не до конца высушенными волосами, в полурастёгнутой рубашке и домашних штанах и тапочках, он притягивал. Тело чуть ли не физически ныло от желания прикоснуться, прильнуть, но Драко держался. Пока Гарри не решил всё за него.       Он встал, сел на диван, придвинув к нему столик, а затем усадил Драко рядом.       — Если я к тебе не прикоснусь, то взорвусь, — пояснил он.       Драко промолчал, так как боролся с сильным желанием обнять мужа за талию, прильнув, и в итоге сидел как кукла рядом, касаясь лишь бедром. Мысли разбегались всё больше, и, когда Гарри чуть отодвинул столик и притянул его на колени, уже мало что соображая, Драко сразу прижался к мужу.       — Скучал? — куда-то в макушку прошептал брюнет.       Драко невольно вспыхнул, по телу разлилась горячая волна предвкушения вкупе с желанием. Голос у Гарри уже отдавал хрипотцой, а бугор на штанах, что упирался блондину в бедро, говорил о том, что тёмная вейла хочет своего мужа не меньше, чем сам Драко Гарри. Ледяная вейла потянулся, целуя мужа в шею и шепча куда-то в ключицу:       — Не спрашивай, я не готов в этом признаться.       — Не буду, — Гарри притянул блондина к себе и поцеловал. Для Драко уже не существовало ничего во всём мире кроме горячих губ, что сминали его губы, рук, что проскользнули под рубашку и сейчас ласкали его кожу. Они целовались, как будто не виделись год или два. Глубоко и страстно, не заботясь о недостатке воздуха. Сейчас их близость была для обоих важнее воздуха.       Гарри перенёс обоих в спальню, и, недолго думая, кинул Драко на кровать, срывая одежду с обоих и нависая над ним.       Блондин безумными глазами смотрел на склонившегося Гарри, раздвигая ноги и обхватывая ими его талию.       — Хочу, — всё, что смог простонать Драко, прежде чем брюнет снова завладел его губами. Гарри обвёл колечко ануса, и сразу ввёл два пальца, стеночки были тугие и поддались с трудом.       Брюнет чертыхнулся и призвал смазку. Понимая, что долго не продержится, он разрабатывал мужа быстро и грубо, но тот не думал возражать, постанывая, Драко выгибался, насаживаясь на пальцы сильнее.       — Гарррри, — позвал блондин, — давай же.       Поттера просить два раза не стоило, но он не хотел навредить:       — Ты слишком узкий, вейлочка моя, — прошептал тот, подложив подушку под попку мужа. Но от одного взгляда на лежащего в приглашающей позе перевозбуждённого мужа тёмной вейле сорвало крышу, и он, уже не думая ни о чём, толкнулся в тесную дырочку.       Оба издали тягучий стон наслаждения, стоило им соединиться. Гарри, цепляясь за последние отголоски разума, приостановился, тяжело дыша. Наклонился и поцеловал блондина. Тот ответил ему со всей страстью, притягивая. Они целовались, прижимаясь телами, горели в огне страсти, что разгорался всё сильнее, несмотря на ледяные завихрения магии, что заполнили комнату, переплетаясь с тьмой.       Драко толкнулся, насаживаясь сильнее, недвусмысленно показывая, что пора бы двигаться. Гарри не нужно было просить, он и так еле соображал, где он и что делает. Тёмная вейла издал тихий рык, резко вышел и с силой вошёл. Драко выгнуло от наслаждения. Несколько глубоких, сильных толчков, и оба кончили.       Гарри опустился рядом, довольно урча. Но пламя страсти не угасло, напротив, разгорелось сильнее. Тело жаждало ещё, большего, член снова стоял, и брюнет притянул к себе Драко. Он начал ласкать его грудь, живот. Ледяная вейла и не думал сопротивляться, а издал довольное урчание, подставляясь поцелуям и запуская пальцы в тёмную шевелюру мужа, направляя.       Успокоились они только ночью. Так и заснули в объятиях друг друга на разворошенной кровати.       Принц-мэнор       Приняв душ и поев, Северус прихватил восстанавливающее и питательное зелье и направился в подвал своего дома. Когда он вошёл в помещение с родовым камнем, Лорд уже не дёргался в цепях, а лежал тихо. Снейп подошёл, окидывая взглядом не слишком приятное зрелище. Взмах волшебной палочкой, и одежда исчезла с серой змееподобной фигуры. Северус повидал многое, но вид Лорда всё равно отталкивал. Это ж надо так себя не любить, чтобы при всей своей власти, даже не попытаться вернуть хоть часть прежнего человеческого облика, подумал он. Или ему действительно нравится пугать окружающих своим видом.       — Открой глаза, Повелитель. Я знаю, что ты в сознании, — с усмешкой проговорил полудемон.       Том, что ощущал, как по его телу проходят болевые спазмы и при этом пытался их не замечать, а думать, как вырваться, посмотрел на Снейпа.       Цепи опутывали Реддла с ног до головы. Они были короткие, максимум позволяя сесть, но сейчас всё, что он мог делать после того, как два куска души въелись в его плоть калёным железом, так это лежать. Силы в таком положении копились лучше.       При свете люмоса он разглядывал своего… тюремщика, или хозяина?       Хм, значит рога мне не привиделись, промелькнула мысль.       Лорд молчал, и Снейп, не получив от него ни уничижительных оскорблений, ни даже злого шипения, взялся за раны, нанесённые тёмной вейлой. Регенерация тела Лорда была хорошей, но края порезов были зазубрены и выглядели плохо. Пришлось сначала сшить края ран, а уж после использовать заживляющее.       Лорд всё молчал. По завершении Снейп взглянул в глаза, полыхающие алым и говорящие, что это спокойствие перед бурей. Он хмыкнул, про себя отметив, что Лорд оказался довольно вынослив. Это немного даже порадовало самолюбие полудемона, не хотелось бы узнать, что ты всё это время служил и опасался жалкого ничтожества.       Снейп наконец присел рядом и, приподняв странно лёгкое тело, поднёс ко рту сосуд с укрепляющим. По телу Реддла прошла тёмная волна, которую Снейп, признаться, ожидал. Он застыл, пережидая пока вещество, которым был усыпан пол, поглотит силу, передавая её по рунным каналам на стенах менору.       — Будет ещё попытка сопротивления или... — Снейп улыбнулся, сверкнув клыками, — хотя я могу оставить тебя и так, только вот мне нужно, чтобы куски души в тебе всё-таки спаивались, а для этого нужна энергия, которую тебе сейчас взять неоткуда. Эта комната экранирована, и через метки ты ни с кем не свяжешься и ничего не получишь — ни силу, ни контроль.       Северус не без удовольствия наблюдал за тем, как вспыхнули ещё ярче алым глаза Лорда.       — Считаешь, что не выберусь? — злой, шипящий вопрос, похожий на утверждение.       Снейп лишь пожал плечами и в лучших традициях Ужаса подземелий, прошептал:       — В любом случае, я сделаю всё, чтобы Тёмный лорд, который умер сегодня, не воскрес, — с этими словами Северус встал, накинул на тело одеяло, одежда будущему покойнику была, по его мнению, ни к чему, а зелье можно влить и позже, сейчас у Повелителя силёнок ещё хватает, кто знает, может и сможет что-то вытворить.       Снейп развернулся и прошёл к выходу, напоследок, обведя взглядом помещение — пол, стены и алтарь с прикованным пленником, проговорил:       — Согласен, Повелитель. Рисковать и давать вам зелье, что может помочь сбежать, не стоит, так что оставлю его на потом, — развернулся и вышел, запечатывая вход.       Том тупо смотрел на вход, что исчезал в стене. И кто тянул его за язык?! Нужны силы, чтобы вырваться и затем… О, картины пыток были живописными, но их созерцание грубо прервал очередной спазм боли, что прошёл по телу, заставляя сжимать зубы, чтобы не кричать. До подобного он не опустится. Нужно было оценить помещение, в котором он был заперт, но в кромешной темноте не было видно ничего. Сплошная тьма. Оставалось положиться на чутьё и магию, но нормально ощущать и чувствовать мешали боль и страх, который всегда его сопровождал с самого детства и не отпускал ни на миг, но так близко к своей погибели он ещё никогда не был. 7 декабря 1997 года       Гарри тихо покружил, скрытый чарами, над старыми развалинами заброшенного дома. Проверил чары и охранные заклинания и, осторожно выпустив перо-кинжал в самое сосредоточие магических нитей, наблюдал, как некоторые из них рвутся, нарушая связи близ расположенных. Несколько грубых заклинаний, разрывающих щит, и он прошёл в дом. Оглядел место как обычным зрением, так и через линзы артефактора, надел защитные перчатки и вскрыл половицы.       Маленькая шкатулка лежала невинно-незащищённая и звала коснуться, открыть, но тёмная вейла нутром чуял опасность. Да и как Том не старался скрыть место и его защиту, но их связь не давала даже толики надежды Реддлу на то, что у него получится хоть что-то спрятать от внимательного взора Гарри.       В мозг кого-то другого юноша проникал, как и положено, с трудом, но сознание Лорда само, явно против воли хозяина, легко поддавалось. Когда Волдеморт понял, кто стоит перед ним и пытается проникнуть в его разум, когда он осознал с какой лёгкостью его враг вытягивает на свет божий все его тайны, он все силы бросил на защиту знаний о крестражах.       Наивный. Хотя это слово не подходило ему, но ничего другого на ум не приходило. Одержимость Лорда бессмертием ужасала даже вейлу, так как все чего-то боятся, но не до такой же степени!       Гарри легко нашёл нужную информацию. И когда Лорд понял, что искали не данные о крестражах, а о его тайнике с компроматом на сильных мира магической Британии и не только её, страх, что постоянно сопровождал сознание Лорда, сменился злостью. Но Гарри было всё равно. Пусть злится, больше злости — сильнее ослабнет.       Тёмная вейла, наконец, обезвредив защиту ящичка, снял его проклятое покрытие, как кусок магической ткани, оставив его в этих развалинах, положил шкатулку в карман, вышел и взлетел.       Кого лучше прижать к стенке, чтобы всё-таки вытащить Люциуса из Азкабана, пусть решает Снейп. Он лучше знаком со всеми этими влиятельными стариканами. 8 декабря 1997 года       Люциус Малфой сидел в камере предварительного заключения при аврорате. Был вечер, и его наконец оставили в покое. Повезло, что нашли его со сломанными рёбрами и сотрясением мозга, иначе, кто знает, он мог очнуться и в Азкабане.       Приговор ему вынесен давно ещё в 1996-м, а так всё-таки важного свидетеля, которого нашли недалеко от предполагаемого места гибели или побега Тёмного лорда, стоило сначала вылечить, а потом допросить, так что сутки на восстановление ему дали.       Затем день допросов. Вот только он не мог ничего толкового вспомнить, в голове была каша из образов, воспоминаний и фантазий, что было истиной, а что следствием этой же больной фантазии не мог сказать даже сам себе Люциус. Легилементы, веритасерум, просто допрос и всё в пустую.       Да, Лорд там был, да, было на него нападение, да, был бой, но кто напал и чем всё закончилось? Люциус устало потёр виски, приказал себе не думать, нужно было просто поспать и восстановить силы.       Щёлкнул замок, Малфой не застонал только благодаря своему воспитанию, слабости он не покажет.       В камеру зашёл Бруствер:       — Приветствую, Малфой, нелёгкий денёк?       Блондин выпрямился, стараясь не замечать боли в теле и голове, кости срослись, но тело ещё ныло. Оглядел замученного вида собеседника. И кто из них в камере сидит? Он кивнул в ответ на приветствие, проследил как за темнокожим мужчиной прикрыли дверь, оставив их наедине.       — Как я понимаю, вся помощь моей жены пошла прахом. Всё равно упрячете в Азкабан, — решил он бить напрямую, надеясь на эффект неожиданности, но мужчина только устало сел напротив.       — Малфой, знал бы ты какой сейчас бардак творится, может и сам не захотел бы покидать тёплую, тихую камеру.       — Что ж так?       — Сам посуди, ты человек неглупый, если конечно в лесу последние мозги не отбил.       — Я путаюсь лишь в событиях последних нескольких месяцев.       — Прекрасно, а теперь представь. Тёмный лорд исчез.       — Я в курсе — метка поблекла.       — Именно, так что в курсе и все меченые, а их немало. Но ко всему прочему эта информация просочилась в массы и теперь все в курсе. Люди осмелели, они хотят крови.       Малфой лишь хмыкнул, а где их смелость была раньше, подумалось.       — В общем министр сбежал, некоторые из его людей тоже, — продолжал Кингсли.       — И кто у власти? — Люциуса сейчас не то, чтобы этот вопрос интересовал, но нужно было поддержать разговор.       Бруствер развёл руками:       — Выдвигают меня, но пока под моим руководством только авроры.       Малфой вздёрнул бровь.       — Поздравляю, господин будущий министр.       Бруствер лишь хмыкнул:       — Люциус Малфой, что же всё-таки произошло на той выгоревшей поляне?       Начинается, пронеслось у блондина в голове:       — Считаете, я могу обмануть веритасерум? Не переоценивайте меня.       — Послушайте. Недалеко от того места, где нашли вас, была найдена волшебная палочка Гарри Поттера и кое-кто видел, как над поляной поднимался тёмный сгусток, который исчез в небе. Завершил всё дело дьявольский огонь, что уничтожил всё, абсолютно все следы: и физические, и магические. Так никакие воспоминания не всплывают?       — Не всплывают, и Поттера я там не видел, и откуда там огонь взялся не знаю. И я повторяю это уже в сто сороковой раз за этот день.       — А если откинуть воспоминания и просто подумать. Малфой, вам зачтут любую помощь.       — Будет суд Визенгамота?       — Да.       — Тогда никакая помощь не поможет. Эти старые трусы засадят любого с тёмной меткой, надеюсь хоть Нарциссу не арестовали?       — Её есть за что арестовывать?       Люциус зло смотрел в глаза собеседника. Тот вздохнул:       — Нет, она на свободе и, как жена Малфоя, мало кого интересует.       — Всех интересуют лишь деньги, люди не в счёт?       — Не без этого. Восстанавливать придётся многое и кое-что почти с нуля.       Люциус горько усмехнулся:       — Поздно, Лорд уже всё выгреб до кната.       — Ну, почему же. Список конфискованного из Малфой-менора был обширен.       — Даже так. Стены хоть остались?       — Остались, так что на счёт соображений?       — Не знаю. Как я могу о чём-то судить, если даже сам своим воспоминаниям не верю? Если бы Лорд убил Поттера и выжил, то нашего разговора бы не было, как и возможно Хогвартса.       Бруствер кивнул.       — Если бы Поттер убил Лорда, но по какой-то причине умер сам, — Люциус пожал плечами, — да и убил ли? В 1981 его тоже якобы убили и тоже тела не было.       — А если это была третья сторона, которая уничтожила их двоих во время их сражения?       — Интересная версия, — равнодушно проговорил Люциус. Его мало волновал Поттер, его мало волновал Лорд, метка поблекла и ладно. Его волновали дела семьи и только.       Кингсли поднялся, прошёл к выходу:       — Как я понимаю, тебя не слишком удивит новость о том, что твоего сына так и не нашли.       — У вас есть дети? — Люциус заглянул в глаза почти министру.       — Нет.       — Значит, вы не поймёте.       — Я постараюсь вытащить вас, Малфой, но ничего не обещаю.       — Малфои отдают долги, и вам ли об этом не знать, но для этого нам ещё нужно задолжать.       Кингсли кивнул и позвал охрану, его выпустили, и он ушёл.       Реддл мало представлял время суток, но почему-то решил действовать именно сейчас. Накопленной магической энергии должно хватить.       Болевые спазмы спали, самочувствие было не из худших и так как его пока явно не желали убивать, он даже был сыт.       Анализ места, в котором он был заперт, показал, что вещества на полу поглощали тёмную магию, но не нейтральную или светлую. Пришлось поднапрячься, чтобы уменьшить тьму его силы до минимума, затем направить магический поток прямо в цепи узким тонко-направленным лучом и прошептать сложную формулу заклятия ломающего преграды, но прежде лёгкая заморозка. Эти путы были не просты.       Напряжение, ожидание и… ничего. Мордредово вещество на полу поглотило слабые остатки магии, и Том со злостью рванул цепи, которые с тихим звоном лопнули. Вскочил он максимально быстро и отошёл подальше от цепей. Надо торопиться, не пройдёт и десяти минут, как они могут ожить и тогда всё пойдёт прахом. Где была дверь он помнил смутно и в полной тьме пришлось полагаться лишь на его чутьё, а оно у Тома было развито ещё со времён детского приюта.       Он коснулся стены, просканировал её. Щит был сильным, но вся его мощь была направлена на то, чтобы не выпустить его силу Тёмного лорда и не дать связаться с Пожирателями. Сам щит был хрупок.       Эти глупцы решили, что из цепей мне не выбраться, привыкли бить по полной, проговорил про себя Реддл. Глупцы. Вы ещё у ног моих будете ползать, думал Лорд, набирая из своих запасов магию и направляя поток её в одно место.       Пришлось приложить немало сил, а отголоски его магии были сразу же поглощены веществом на полу. Эта гадость заставляла применять в два раза больше (если не в три) сил, нежели обычно. Но тонкая щёлочка в щите возникла, и Лорд, собрав все свои накопленные за десятилетия навыки и умения, сосредоточился и перетёк в бестелесный сгусток материи, а затем с огромным трудом из последних сил проскользнул сквозь трещину и материализовался за стеной.       Открыл он глаза, лёжа на полу в своей материальной форме. Бледный свет, который освещал коридор, ослепил. Том поднялся по стеночке, матерясь про себя на нескольких языках. Он надеялся не только выбраться из комнаты с родовым камнем, но и дальше так же бестелесным духом вылететь из дома, сбежав. Но сил едва хватило, чтобы снова материализоваться, попав в коридор.       Том просканировал своё состояние. Сил осталось немного, колдовать без помощи волшебной палочки, да ещё при этом терять хорошую долю сил всасываемую гадостью на полу, было непросто и очень затратно. От истощения он едва стоял на ногах. Речь о том, чтобы раскинуть магическую сеть для поисков Пожирателей даже не шла. Ему нужно выбраться и переждать, восстановиться хоть чуть-чуть, а уже после.       Том прошёл по пустому дому, ни души. Комнаты мало обжиты. Добрался до входной двери и чуть не застонал от разочарования. Та была заперта не просто на ключ, присутствовал сложный магический запор. Том знал штук двадцать самых разнообразных заклятий, чтобы открыть дверь, но его сил сейчас хватило бы от силы на два сильных заклинания, а в то, что замок откроет слабенькое заклятие, он не верил. Все эти родовые строения умели запираться насмерть. Аппарировать без палочки у него сил не хватит. Да и сосредоточение оставляло желать лучшего, лёгкое головокружение в процессе и его разорвёт.       Том прислонился к стене. Время уходило. Он нутром чуял, нужно отсюда убираться. Сосредоточился и начал искать ниточки связи со слугами, но уже через пару минут поиска понял, что он слишком быстро слабеет.       Тут мелькнула мысль о камине, но рядом с ним не было дымолётного порошка, значит, его не используют. Лорд зарычал от безысходности.       Должен же как-то Снейп выбираться из дома. Неужели каждый раз гуляет до самой границы владений. Мелькнула мысль о порт ключах. Лорд запустил заклинание поиска соответствующих чар.       Недалеко засветилось зеркало. Реддл хмыкнул и, помедлив, решил, что он вряд ли что-то теряет, коснулся его. Перенос был резким настолько, что он едва не потерял сознание. Огляделся. Ещё один дом, ещё одна комната. Отправился искать выход, которого в этом доме вообще не оказалось! Окна и глухие стены. Шорох за спиной заставил обернуться.       В дверях стоял Драко, наверное. Уж больно уверенное выражение на лице. Волдеморт помнил мальчишку трясущимся и напуганным.       Прекрасный заложник, подумал Лорд, это уже что-то. Его тёмная магия всколыхнулась, но в следующий миг прозвучало: «Оттолкни», - взмах палочкой и его, Вершителя судеб, с совершенно невообразимой мощью впечатало в стену, хрустнули рёбра, вспыхнула боль. Том зашипел, глядя на Драко, вокруг которого с угрожающей скоростью росли ледяные наросты, расползаясь и приближаясь к нему. Тратить последние силы на защиту не хотелось, нужно было выбраться, но мощный поток магии непонятно откуда взявшийся у жалкого мальчишки припечатал его к стене, а лёд уже вмораживал в эту же стену, обжигая холодом. Лорд собрал последние силы, направляя проклятие, что было поглощено тьмой, взметнувшейся перед блондином. Знакомые перья-лезвия вошли в тело, Том зашипел, уже понимая, кого увидит, когда тьма схлынет. Но взглянуть в ненавистные глаза своего врага не получилось, Реддл потерял сознание.       Гарри смотрел на распростёртое у стены тело Лорда, лужа крови росла, похоже одно из перьев задело артерию. Но всё, чего он хотел сейчас, так это убить, испепелить и пустить пепел по ветру.       Крылья раскрылись, перья-кинжалы с хрустальным звоном развернулись, когда в его обезумевший разум ворвался крик:       — Да стой же ты, его нельзя убивать! — с этими словами Драко, рискуя порезаться, схватил мужа за крыло и дёрнул, чтобы наконец привести его в чувство и увидеть хоть отголоски разума в диких глазах.       Гарри моргнул и взглянул на Драко.       Присутствие за спиной заставило Гарри обернуться, Снейп влетел в комнату:       — Лорд... — но он прервал свою речь, когда увидел предмет разговора, лежащий в собственной крови.       Северус подскочил к Реддлу, начиная останавливать кровь, вливать зелья и залечивать раны.       — Эта сволочь сбежала? — спросил Гарри, просто чтобы хоть что-то сказать, он с трудом вновь начинал мыслить, звериные инстинкты хоть и нехотя, но уходили.       Снейп вздохнул:       — Да, прости, я почувствовал тревогу оповещающих чар, но нужно было довести разговор, эта жирная скотина оказалась слишком несговорчивой. Я не думал, что Лорду, пусть и высвободившемуся, удастся выбраться из зала с родовым камнем. Хорошо, что у него явно не хватило сил на полноценную аппарацию, иначе ищи его потом.       — Ну, найти-то я его смог бы, — возразил Гарри, — проблема была бы в том как его схватить. Нужно было оставить кольцо с оповещающими чарами мне.       Снейп не возразил, но и не согласился, он промолчал, осматривая Лорда. Затем поднялся от его тела:       — Опасности жизни нет, — Северус повернулся к Гарри, — я его недооценил, это какой же у него запас магии (был), что он смог колдовать в помещении с поглощающим порошком, который был как раз настроен на эту самую магию.       Драко пожал плечами, адреналин медленно покидал кровь и сейчас ему хотелось присесть и выпить чего-то тёплого и успокаивающего:       — Он же не просто так был Тёмным лордом. Это звание за красивые глазки не дают.       — Я полагал, что всё это потонуло в безумии, — проговорил Гарри.       — То, что ты так считал, это простительно, а то что я переоценил свои силы, совершенно не приемлемо, — нахмурился Северус.       Гарри вздохнул, посмотрел на Тома, который до сих пор лежал без сознания:       — Проведём ритуал сегодня вечером, и выдержит его Лорд или нет, меня не волнует. Пусть хоть сгорит при слиянии души, от него нужно избавиться раз и навсегда, — зло проговорил Гарри. Он посмотрел на бледного Драко. Сказать о его беременности всё никак не получалось, но это не значит, что Драко можно вот так волновать, хотя неизвестно, как муж воспримет новость о беременности.       Снейп уже поднял бессознательное тело и отправился в менор со словами:       — Я за ним до вечера присмотрю.       — А как всё прошло? — встрепенувшись, спросил Драко.       — Всё нормально, вытянем твоего родителя.       Драко перевёл дух, Гарри подхватил его на руки, унося.       — Поттер, ты чего, я в порядке.       Гарри усадил его на диван.       — Кричер! — позвал он, — принеси успокоительное для нас обоих, — и повернулся к Драко. — Ты точно в порядке?       Блондин прислушался к своему состоянию, тело немного подрагивало, но объятия мужа, что притянул его к себе, успокаивали. Он переволновался, но сказать, что сейчас он испытал хотя бы половину того страха, что охватывал его во время принятия метки, Драко не мог. Атаковал он скорее инстинктивно, его ледяная вейла почувствовала опасность и защищалась.       — В порядке, немного непривычно атаковать Лорда, раньше я о подобном и помыслить не мог, но если к такому привыкнуть, могу составить тебе конкуренцию, герой.       — Даже не думай, никаких битв.       Драко нахмурился:       — Ты собираешься держать меня здесь до конца дней моих, взаперти? — Драко попытался вырваться из объятий.       — Нет, что ты. Тебе нужно гулять, дышать свежим воздухом, а ещё хотелось бы со временем куда-нибудь съездить на отдых, но не сейчас же.       Драко перестал вырываться, а осторожно выскользнул из объятий и взял стоящую на столике чашку с чаем. Гарри тоже решил оценить старания Кричера.       — Сегодня убьёшь его? — спросил Драко.       — Хочу избавиться от опасности, а в том, что Лорд её представляет, ты сегодня убедился. Его знания и умения таковы, что я удивляюсь, как мне удалось так легко его схватить.       — Эффект неожиданности, Поттер. Ну, кто сейчас в Британии может ожидать увидеть тёмную вейлу, и Лорд не ожидал. Он же не провидец. Хотя. Жаль, такие знания и магическая мощь, и всё ради кровавого безумия. Ему бы хорошую избирательную кампанию, да с поддержкой родов, он давно был бы министром.       — Ты его ещё защищаешь? Драко, он точно тебя не задел?       — Нет, просто я читал про этот порошок, ну, поглощающий магию, и мы его много использовали, а Лорд смог выбраться. Поразительно!       — Я предпочту восхищаться талантами этого безумца на его могиле.       — Согласен, — проговорил Драко, потянувшись. Он посмотрел на разрушения, которые уже восстанавливал Тинки. — Интересно, будь он в силе, я мог бы составить ему конкуренцию сейчас?       — Смог бы, — Гарри произнёс это с такой уверенностью, что Драко невольно ему поверил, — но проводить исследования на эту тему мы не будем. Тебе придётся поверить мне на слово, — Гарри притянул к себе Драко, утягивая его на диван, — давай немного полежим вот так, а то я не смогу уйти.       — Со мной всё в порядке, — проговорил куда-то в шею Гарри Драко.       — Да, но моя вейла ещё не успокоилась.       Драко хмыкнул, прижимаясь и пристраиваясь к его боку. Моя вейла тоже, проговорил про себя Драко.